Зачарованные. Свет и тьма

      - Я могу помочь тебе сделать правильный выбор, раз ты сам не способен на это, - добавил демон, призывая тьму и направляя ее в Коула.       Тот не успел ничего предпринять, как черная субстанция проникла в него, возвращая в мир зла.       - Нет, - сопротивлялся Коул. - Я не злой, я не позволю годам любви к Фиби пройти зря. Я не хочу быть Бальтазаром, я не хочу...       Билли Дженкинс, увидев происходящее с Коулом, испугалась за него и инстинктивно вскинула руки. Но на демона Триады не подействовал ни ее телекинез, ни ее проекция. Коул продолжал возвращаться к своей истинной сути.       - С таким к Зачарованным не пойдешь, верно, Коул? - тихо заметил Барбас. - Они и так мечтают уничтожить тебя, а теперь это их желание возрастет в тысячу раз. Когда же ты поймешь, что Зачарованные тебе не друзья?       Билли затравленно озиралась по сторонам, переводя взгляд с мечущегося Коула на лежащую на полу потрескавшуюся Адель.       - Так нельзя, - глупо запричитала ведьма. - Он же не хочет обращаться в демона.       - Нужно было думать об этом раньше, - прошептала Адель, но ее голос был слышен всем. - До того, как приходить сюда и разоблачать нас.       - Я не хотел никого разоблачать, - говорил Коул, а тьма все больше поглощала его. - Оно само так получилось.       - Само получилось, - хмыкнул Барбас. - Опять отговорки. Опять перекладывание ответственности за свои поступки на других. Тебя никто не заставлял рассказывать все Билли. Но нет, ты решил поиграть в героя. Ты давно утратил связь с реальностью, живешь в придуманном мире, где Фиби помогает тебе, любит тебя, прощает. Ты сам веришь в свой самообман.       - Фиби любит меня, - Коул стиснул зубы. - Она любит меня, это я недостоин ее. Я плохо старался стать добрым, Фиби страдала из-за меня, я мучил ее, я поссорил ее с сестрами, из-за меня погибла Прю. Я во всем виноват. Мне жаль, мне так жаль.       Билли смотрела на Коула и ее сердце тоже охватила грусть.       - Мне тоже очень жаль, - причитала Билли. - Кристи погибла из-за меня. Я убила Люсинду. Я плохая, гадкая, я всегда все порчу. Мне жаль, мне так жаль.       Билли и Коул настроились на волну отчаяния, она довлела над ней. С Адель творилось что-то странное. Она сама начала звенеть, вибрировать в такт с волнами отчаяния с большой скоростью. Трещины исчезали, появлялись снова, а Адель все звенела, а Адель все слушала откровения Коула и Билли, бесконечный поток их безсвязных слов, опустошающий их.       - Мне так жаль, - плакала Билли, загибаясь, чувствуя головокружение. - Мне не стоило приходить, быть бестактной, нападать на тебя. Я уже потеряла тебя как подругу. Ты спасла меня от Прю, а я атаковала тебя. Мне жаль, - Билли рухнула на колени в полуметре от лица лежащей Адель. - Мне так жаль.       Коул на ватных ногах подошел к Билли и с огромным усилием помог ей подняться.       - Вот это я и имел в виду, - Коул сопротивлялся приступу грусти. - Нам нужно или убить их, или держаться подальше. Они убивают, ломают, подчиняют нас нашими же эмоциями. Билли, борись с ней, победи ее.       - Мне жаль, - Билли никак не могла переключиться с волны отчаяния.       Девушку словно окутал туман. Она не сводила глаз с Адель и все извинялась, извинялась и извинялась. Потом Билли, не сумев сдержать нахлынувшие чувства, завопила прямо в лицо Адель. Билли обезумела, кричала снова и снова, она набросилась на ту, которую считала своей подругой, схватила ее за запястье, кричала, царапалась и снова кричала. А Коул при виде этой сцены вдруг понял, что назад пути уже нет. Можно было тешить себя иллюзиями и надеждами на то, что он перестанет быть демоном, что Билли перестанет быть банши, но правда была в том, что они останутся такими навсегда.       - Нам некуда бежать, - пессимистично признал Коул. - От себя не убежишь.       Билли выпустила запястье Адель и заметалась по гостиной.       - В этом есть и хорошая сторона, - сказала Адель, улыбаясь и поднимаясь с пола. - Мы останемся подругами навечно. Я хотела помочь тебе и я помогла. Ты так страдала из-за тоски по Кристи, это разрушало тебя, а теперь будет основой сущности, - Адель посмотрела на свои руки. - У меня как будто груз с души свалился, мне гораздо лучше.       - Если бы еще у тебя была душа, - таинственно сказал Кандор. - Твое обращение вышло на новую стадию, оно почти закончено. Больше с твоими силами не должно быть таких проблем.       Адель встрепенулась и начала лечить своего почетного гостя.       - Теперь все получится, - уверенно сказала Адель.       - Для того, чтобы исцелить его до конца нужно или заполучить Гримуар и обратить его магию, или дождаться возрождения Балиэла и Асмодея, - сообщил Кандор. - Ты одна чары Прю не переборешь.       Адель нахмурилась.       - Но я хотя бы попытаюсь, - заупрямилась она.       Билли все металась по гостиной.       - Ты можешь оставаться здесь сколько угодно, - обрадовала подругу Адель. - Только днем из квартиры не выходи в таком виде.       Билли перестала метаться и удивленно посмотрела на Адель. Коул машинально хлопнул себя ладонью по лбу.       - Адель, - Коул давился смехом. - Как так можно вообще? А ты знала, - добавил он, успокоившись, - что можешь обращать в банши?       Адель сидела на полу, обхватив колени руками.       - Нет, - сказала она. - Но если Андрас умеет обращать в фурий, то я подумала, что смогу сделать что-то подобное.       Коул уставился на Адель.       - Он обратил в фурий сестер Миллисон, - Адель пожала плечами.       Коул перевел взгляд на почетного гостя хозяйки квартиры, сидящего рядом с ней и невинно поджимающего ноги.       - А ты, значит, обращаешь жертв в каких-нибудь буги-монстров? - прямо спросил Коул.       - Нет, - сказала Адель. - Буги-монстры - это демоны другого типа, они никогда не были людьми.       - Верно, - согласился Барбас.       Коул поежился от такой идиллии.       - Ничего я не разрушил и никак я вам не помешал, - устало сказал он.       Коул призвал было энергетический шар, но погасил его между пальцами. Было слишком поздно. Билли, с длинными белоснежными волосами, одетая в лохмотья, порывисто металась по гостиной. Она подбежала к Адель и жалобно завыла.       - Все будет хорошо, - сказала подруге Адель. - Мы теперь всегда будем вместе. А никакая Прю тебя не тронет.       Билли ответила Адель другим завыванием. Коул хотел было что-то сказать, поднял руку, но решил промолчать, усмехнувшись произошедшему.