Зачарованные. Свет и тьма

      - Как это возможно? - удивленно спросила Адель своего почетного гостя. - Вы же почти победили, еще тогда, тысячи лет назад. Зачем же они так с вами поступили?       Листая Гримуар и просмотрев очередную страницу, девушка узнала о том, что еще в те времена ангелы могли быть повержены навсегда. Барбас подчинил себе только формировавшийся Подземный мир и накопленная им энергия страха отравляла даже Небеса. Но вместо того, чтобы помочь ему победить, Триада, тогдашний Хозяин и несколько высших ангелов объединились, свергли Барбаса и придумали правило тысячи трехсот лет.       - Это же нелогично, - возмутилась Адель.       Коул, стоявший в стороне и брезговавший всей этой мрачной идиллией, не замечая этого, подходил все ближе и ближе, чтобы взглянуть на заветные страницы Гримуара.       - Никто не хотел, чтобы он управлял всем миром, - вынес Коул свой вердикт.       - Но в итоге этот шаг был ошибкой, - уверенно сказала Адель, - раз теперь Кандор даровал ему свободу. Ангелы стали сильнее, люди стали им поклоняться и кормить верой, круг замкнулся. И все равно кроме него никто не может нанести по Небесам решающий удар. Зачем нужно было все так усложнять, так его мучить, чтобы придти к тому же? Не понимаю.       Адель стало очень грустно, а Коул вдруг рухнул на колени.       Спасай себя сам.       Я не почувствовала ничего, ни боли, ни любви. Ничего. Я свободна.       Коул с тяжелой головой и замутненным сознанием отполз от Адель и его немного отпустило.       - Поосторожнее с ним, - предупредил девушку ее единственный настоящий друг.       - Я не специально, - ответила Адель и потерла пальцами виски. - Сила как будто изливается из меня, ее трудно сдержать.       Вторя ее словам, зазвенели стены Преисподней. Гул проникал в тело и душу, резонировал с болью и страданием. От этого звука было не скрыться.       - Выключи эту какофонию, - взмолился Коул, который почти встал на ноги, но опять упал.       - Это не какофония, а музыка, - улыбнулась Адель.       - Выключи, - казалось, Коул сходил с ума.       Адель обиделась, но гул все же прекратился.       - Спасибо, - съехидничал Коул.       И как только Коул подумал, что на сегодня все его испытания закончились и он может вздохнуть с облегчением, жуткий тип, невинно сидящий рядом с хрупкой девушкой, порывисто обнюхал ее.       - И ты даже это стерпишь? - у Коула опять закружилась голова. - Или для тебя это нормально? А что, выражение «я хочу дышать тобой» приобретает новый смысл. Как так можно? - заохал Коул.       Почетный гость опять смутился.       «Надо держать себя в руках, - проносились мысли. - Если я буду собой, она меня бросит».       - А вы можете показать мне их? - спросила Адель и подняла глаза на почетного гостя.       - Их? - еще больше смутился древний демон.       - Запахи, - пояснила девушка. - Если я могу озвучить отчаяние, значит вы со своими реалистичными иллюзиями наверняка сможете передать запахи страха. Если даже ваш ненастоящий огонь жжет, - добавила Адель.       Коул опять замер с открытым ртом. Он сбился со счета, который раз за этот день.       - Ты шутишь? - сдавленно проговорил он.       Барбас понимал недоумение Коула и снова отстранился от Адель.       «Зря я вообще позволил ей сократить дистанцию между нами, ничем хорошим это не кончится, - думал демон. - Она и так уже не разделяет свои и мои чувства и воспоминания. А теперь еще и... Зря, очень зря».       Совместные исцеления в сполохах тьмы были прекрасны, но Адель ходила по краю пропасти и собиралась смело шагнуть вперед. В своем увлечении Подземном миром она не знала меры. Она рвалась туда, откуда остальные мечтали бы только убежать с воплями.       - Нет, почему же, - сказала девушка, обращаясь к гостю и другу. - Я меньше всего хочу игнорировать эту огромную часть вашей жизни, вашего восприятия мира. Это же так интересно, разве нет? - теперь смутилась уже Адель. - Я слишком странная? - спросила она.       Барбас в ответ только погладил напарницу по голове. Коул передернулся.       - Ты же не станешь выполнять ее дикую просьбу и потакать ее капризам? - Коул упер руки в боки.       Поведение Адель изменилось. Вместо прислушивания к звону стен в Преисподней, она поднесла свое запястье к носу, как будто бы намазала это запястье духами.       - Ты уже это сделал, - простонал Коул.       - Весьма специфический запах, - сообщила Адель и закашлялась. - Сладкий и горький одновременно. Резкий.       И нет бы остановиться на достигнутом. Вместо этого Адель посмотрела на Коула, который был достаточно близко, и принюхалась уже к нему.       - Совсем другой запах, - говорила Адель, но ее вдруг замутило. - И как вы выносите столько запахов сразу, если у меня даже от двух...       - Ну ты же ориентируешься в своей музыке, - ответил Барбас, - хотя другие слышат только какофонию.       - Несколько криков души сливаются в один гул, - кивнула Адель. - Но я могу заглушить их и прислушаться к тому, который ищу.       - Вот и с запахами так же, - сказал древний демон будничным тоном. - А так ты реагируешь на них с непривычки и потому, что это не твоя сила.       - Ну да, - согласилась Адель.       Барбас прекратил свое магическое воздействие, но Адель продолжало мутить.       - Я в норме, - отмахнулась она. - То есть буду через некоторое время.       - Но это же не настоящий запах, - сказал Коул.       - В этом и смысл иллюзии. Сознание и подсознание воспринимает что-то как настоящее. Чистая психология.       - Пожалуй, мне пора, - засуетился Коул.       Но он не успел переместиться. Пещеру уже изолировал барьер. Коул с нахальным выражением на лице обернулся и осуждающе посмотрел на девушку.       Нельзя удерживать человека и при этом называть его милым.       - Когда Фиби ему это говорила? - с неподдельным интересом спросил Барбас. - Я что-то пропустил?       - Не расстраивайтесь, - ласково отозвалась Адель. - Больше вы ничего не пропустите. Ни дня, ни года.       Коул топтался на месте. «Вот оно, светлое будущее, - скептически думал он. - Вселенная обречена».