Зачарованные. Свет и тьма

      - Погоди-погоди, - Элиза окончательно обезумела. - Как это ты его убедила бороться за трон? Кто ты такая? Нет, ну правда, вот он пытается тебя убить и почему-то меняет свои намерения. Только что видел в тебе жертву и вдруг предлагает дружить. Так что ли? Извини, но у меня эти факты логически не сходятся. Если он хотел тебя убить, значит уважать тебя не должен. А если уважает, - Элиза передернулась, - то зачем нападал?       - Все было не так, - ответила Адель. - Это я ему дружбу предложила.       - Но почему? - Элиза тщетно старалась воззвать к совести и инстинкту самосохранения собеседницы. - Тебя убить пытаются, а ты вместо ненависти и презрения выдаешь симпатию? Это что, стокгольмский синдром?       Адель на секунду задумалась над словами Элизы. В них была крошечная доля истины. Но эту секунду тишины и размышлений о моральных принципах разбил голос демона.       - Возможно, - сказал новый Хозяин. - Только обоюдный, так будет точнее.       Элиза замерла с раскрытым ртом. Она уже не помнила, который раз за это непродолжительное время. Адель тоже была явно удивлена услышанным.       - Я долго не хотел этого признавать, - говорил демон пугающе откровенно. - Не верил в то, что ты по-настоящему хочешь быть со мной, что твое предложение дружбы серьезно. Что оно не навеяно моими воспоминаниями и эмоциями, которые ты восприняла как эмпат. Я отталкивал тебя, но ты не уходила. Я копался в твоих страхах, а ты все еще оставалась рядом со мной. Это было похоже на безумие, это и сейчас на него похоже, но я понимаю, что для тебя это важно. Раз ты заступаешься за меня перед демоном Триады, превращаешься в демона отчаяния, перемещаешься в Чистилище снова и снова, боясь огня, только чтобы найти меня там и освободить. Раз ты бьешься с Прю за Гримуар, чтобы отомстить ей за мое заточение и для создания условий моей коронации. Мне льстит твоя преданность, очень льстит. Ты вопреки логике и осуждению окружающих все еще со мной. Теперь я вижу, что ты не так слаба и хрупка, какой все тебя считают, какой я тебя считал. Да, я тебя подавляю, но ты все же сохраняешь свою личность и ты все еще остаешься со мной. Да, я привык к твоей преданности, к твоему постоянному присутствию рядом. Да, я признаю, я к тебе привязался. Мне слишком комфортно с тобой, чтобы это отрицать.       - Иисус, Мария... - выдохнула Элиза и непроизвольно начала креститься.       Она медленно повернулась к стене, опираясь на нее все-таки встала, взялась за дверную ручку и хотела открыть дверь. Уйти отсюда, подальше от творящегося здесь безумия. Но вместо этого Элиза посмотрела на Адель.       - И что ты будешь со всем этим делать? - спросила она. - Со своей демонической сущностью, со своими титулами... кто ты там... советница и телохранитель? Что ты будешь делать всю вечность рядом с ним? Поздравляю, твоя мечта сбылась. А что будет дальше? Ты сможешь жить рядом с ним не пару месяцев, а тысячами лет? Или ты не планировала все настолько далеко вперед? А ты представь себе такое будущее. В нем случайно нет твоего уничтожения от рук одной из Зачарованных? В нем нет твоих жертв и твоих заточений? Стоит ли такая мечта такой цены? Речь идет уже не о нем, а о тебе, Адель.       Адель слушала сначала почетного гостя, потом Элизу, все сильнее вжимаясь в кровать и придвигаясь к стене. Ее ошеломила откровенность демона и поразили слова Элизы, которая вдруг перестала быть впечатлительной женщиной и в кое то веке сказала что-то здравое и даже мудрое. Адель словно потерялась во времени и пространстве, а в реальности ее удерживало только ощущение ладони демона в своей.       - Но не могу же я отказаться от вас, - прошептала Адель. - Вы слишком идеальны, чтобы сидеть в заточениях и погибать снова и снова. У вас слишком изящные руки, слишком красивый голос и глаза, чтобы жить в таком кошмаре. Вы достойны большего. И лучшего. Все они, эти безликие окружающие, не должны ступать в пыль ваших следов, не то что унижать вас или убивать. Я не могу после всего отказаться от своей бредовой мечты. Без вас моя жизнь будет светлее, проще и бессмысленнее. А такая жизнь мне и даром не нужна.       - Мои глаза красивы даже теперь? - лукаво спросил демон.       Элиза не поняла сути вопроса пока не подошла ближе и не села на вторую кровать в другом конце комнаты. В глазах Хозяина плескался огонь, а потом они наполнились кромешной тьмой и стали похожи на кусочки обсидиана.       - Да, - глупо и наивно кивнула Адель. - Я же говорю, я не могу отказаться от вас, вы слишком идеальны. Во всем.       - Так, хорошо, ладно, - рассмеялся Барбас. - Я сдаюсь.       Адель вздрогнула. У нее возникла неприятная ассоциация с Прю, которой ее почетный гость сказал эту же фразу два раза, когда она его избивала магией. Но на этот раз все было иначе. Демон, по обыкновению грациозно, лег рядом с девушкой на кровать к ней спиной и замер в ожидании ее действий. Адель была в замешательстве.       - В чем дело? - неприкрыто игриво спросил новый Хозяин.       - Пожать руку это одно, а... - смутилась Адель. - А, впрочем, ладно, - одернула она себя, пересилила стеснение и обняла почетного гостя.       - Или все же проще восхищаться мной на расстоянии? - продолжал игриво спрашивать демон. - Если не хочешь, я не буду навязываться.       Адель, вжавшаяся в кровать и прижавшаяся к стене была совсем сбита с толку. Элиза, наблюдавшая за этой сценой, и сама не сдержала смеха.       - Все с тобой понятно, - сказала Элиза, прищурившись. - Ладно, я буду тут учиться. Я не буду убегать. Вы правы, я должна изменить свою жизнь, иначе меня ждет только одинокая старость. Сколько тут лет учатся?       - Что? - переспросила стушевавшаяся Адель.       - Шесть, - ответил за нее Элизе Барбас.       Это было так странно. Элиза больше не мечтала позвать Фиби на помощь, нет, она успокоилась. Женщина поймала себя на мысли о том, что она все еще жива, хотя рядом и находится тот самый жуткий демон, о котором ей рассказывали сестры Холлиуэл.       «Я не никто, - радостно думала Элиза. - Я не жертва, я не пустое место».       Это было так странно, не просто восхищаться кем-то на расстоянии или пожимать ему руку. Это было так странно прикасаться к его волосам и ощущать их запах. Адель не перестала быть сбитой с толку, но все же потихоньку успокаивалась.       - Красивый, - прошептала она в каком-то трансе. - Вы очень красивый.       - Похоже, что я тут лишняя, - теперь смутилась уже Элиза и заерзала на своей кровати. - Где моя комната? И где мои однокурсницы? Те две девушки. Где мы будем жить эти шесть лет?       Внезапно зазвонил сотовый телефон Элизы. Она достала его из кармана и посмотрела на экран. Там высветился номер Фиби.       «Она не встретилась с моей копией?» - подумала Элиза.       Женщина еще раз хорошенько осмыслила свое положение и перспективы на следующие шесть лет, сбросила звонок и совсем выключила телефон.       - Прости, Фиби, - вслух сказала Элиза. - Но так больше продолжаться не может. Я должна изменить свою жизнь.       Женщина вздохнула и смирилась с этими необходимыми переменами.