Зачарованные. Свет и тьма

      Адель открыла глаза и огляделась. Сначала она не могла понять, где находится и как она сюда попала, но потом к ней пришло осознание. Она же... умерла. Да, Беата выпустила в нее ослепительно яркий золотой луч света и убила ее. Но тогда почему ей не было больно? Адель словно вырубилась, мгновенно упала в обморок, ничего не почувствовав. Хотя, конечно, такая смерть была лучше мучительной агонии. Адель поднялась с земли оранжевого цвета. Безжизненная пустыня, полная неизвестности, окружала ее со всех сторон. Краем сознания Адель идентифицировала это пространство как демоническую пустошь.       Адель вспомнила обрывки причин отчаяния Коула, его спор с Фиби и просьбы спасти его отсюда. Фиби говорила о любви, резко одергивала себя, отказывала Коулу в малейшей надежде на спасение. Фиби произносила страшные слова: «Наверное, нам не судьба быть вместе, иногда любви недостаточно». Фиби исчезала, а Коул оставался тут с сердцем, разрывавшимся от боли. Воспоминания Коула о пустоши были смазанными, все застилало лицо Фиби, предавшей его в самый ответственный момент.       С красного неба, покрытого тучами, падали демоны, они взрывались. Их силы падали на оранжевую землю, где их впитывали фантасмагоричные существа, похожие на гигантских насекомых и змей. Адель решила не стоять на месте, не ждать, пока на нее нападут. Девушка взмахнула рукой. Эхо отчаяния не призвалось. У нее не осталось активных сил.       Постоянно перемещаясь, Адель думала о том, почему вообще выжила. Она стала демоном совсем недавно, только месяц прошел. Из-за своей природы? Из-за длительного и тесного энергетического контакта с Барбасом? Адель невольно представила, как ее будут уничтожать ангелы и добрые ведьмы снова и снова, она будет воскресать и мстить им. И этой круговерти не будет конца. Нет, Адель не хотела для себя никакого конца, она хотела быть неуничтожимым фактором угрозы в мире.       Она обязательно воскреснет. Или ее воскресят. Гримуар она лично вернула в Подземный мир, где он и должен быть. Уж точно не в руках Прю Холлиуэл и ее сестричек. Книги Таинств им хватит.       Сестры Холлиуэл! Как же Адель ненавидела этих сестер! Но Пайпер уже перешла на темную сторону, ей нужно помочь адаптироваться, а не гнобить ее за прошлые проступки.       «Пайпер! - думала Адель. - Хорошая была идея обратить ее в банши. Она так стремится к свободе и так возмущена действиями Старейшин. У Пайпер большой потенциал, ей надо помочь раскрыть его».       А потом Адель начала узнавать пространство демонической пустоши. Каждую скалу, каждый поворот, каждое существо, похожее на змею или насекомое. Адель решила не бороться с нахлынувшими не своими воспоминаниями, а попытаться осмыслить и использовать их как подсказку. Интуицию. У нее не было других шансов на выживание в пустоши. Да и зачем ей бороться с воспоминаниями друга?       «Вселение оказало на меня большее влияние, чем я предполагала», - подумала Адель.       Когда на нее напала какая-то тварь, Адель словно раздвоилась. Одна ее часть была в ужасе, а вторая... вторая часть была ее опорой, она упорядочивала эмоции. На панику не было времени, твари нужно дать отпор. Адель изучила тварь. Она была живой, она боялась и отчаивалась. Да, эти эмоции были примитивными, но все же эмоции были. Адель озвучила рев врага твари, напавшей на нее. И это сработало. Противник отступил.       Адель повторяла эту схему действий снова и снова. Она изучала существ, населяющих демоническую пустошь. Для каждого противника она подбирала особый звук, особый рев. Схема боя превратилась в автоматизм.       Девушка потеряла счет времени. Странно, ей не хотелось есть или спать. Адель бродила мимо скал и камней. Местность была унылой и однообразной. Она успокаивала и заставляла терять бдительность.       Адель занесла ногу над безобидным песком, но интуиция подсказала ей не делать этот шаг. Адель прислушалась к подсказке и пошла другим путем.       Все было не так плохо, как девушка ожидала, но все же и смысла в этих блужданиях не было. На бесцельные хождения по пустоши могут уйти годы. Нет, десятки лет.       Адель обожгла боль и из глаз полились слезы. Рядом никого не было, поэтому Адель слез не стеснялась. Видеть чьи-то воспоминания и самой оказаться в такой ситуации было несравнимыми понятиями. Эмпатия позволяла почувствовать отголоски эмоций, но по-настоящему пережить их можно было только попав внутрь ситуации. Адель запаниковала, но ее вторая часть опять послужила ей прекрасной опорой.       Прекрасная.       Во всем этом было что-то прекрасное. В существах, шарахающихся от нее, едва услышав ее звукоимитацию. В том, что она вопреки всему успешно выживала в пустоши. В том, что она успешно перерождалась в демона отчаяния и теряла остатки человечности.       Прекрасная живучесть.       Неотвратимость.       Это, как ни странно, обнадеживало. Придавало сил и уверенности в себе. Знание того, что ты преодолеешь любые испытания.       Адель захотелось покуражиться, но вокруг нее были только скалы и красное небо с падающими с него демонами.       Надо ждать. Ждать, когда кто-то произнесет заветные строчки заклинания из Гримуара. Надо ждать. А потом уж она доберется до Беаты и заставит ее заплатить за тот золотой луч света.       «Даже пустошь не может подавить мою природу, - думала Адель. - Иначе почему я могу создавать звукоимитации? Нет только активных сил».       Адель ходила по пустоши и прогоняла ее обитателей. В какой-то миг оранжевая земля и красное небо исчезли. Их заменила незнакомая пещера. Адель приняла свое долгожданное воскрешение как сам собой разумеющийся факт. Так и должно было произойти. Она слишком важна для Подземного мира. Она незаменима. Она еще не победила Зачарованных.       - Адель, - сказал Коул. - Как же ты нас всех напугала.       - Правда? - Адель манерно растянула слова.       Коул отшатнулся от нее. Совсем как те твари в пустоши. Адель видела панику Коула, его взгляд и ей это нравилось. Ее не погубила Беата, не погубила пустошь. Нет, она будет жить вечно. Она уже преодолела некий рубеж между человечностью и демоничностью. Вот теперь обратной дороги точно не было. Адель ощущала в себе изменения. Она была собой, но в то же время улучшенной версией себя. Адель почувствовала головокружение.       - Тебе нужен отдых, - прозвучал красивый голос. - И не спорь со мной, - добавил он мягко, но бескомпромиссно.       - Хорошо, - кивнула Адель.       Она опять захотела есть и спать. Адель огляделась. Рядом с подставкой, на которой лежал Гримуар, стояли два демона Триады.       - Это Балиэл, - сказал Кандор. - Он помог возродить тебя.