Четыре взгляда на ангину

- Майки, открой немедленно рот! - Донателло нахмурился, всматриваясь в младшего брата, усиленно отворачивавшего от него нос. – Или я свяжу тебя и все равно заставлю это сделать. И сироп выпить заставлю! Лео занят, так что, извини, сегодня я при тебе нянька. Микеланджело сморщился, болезненно сглотнув слюну, и не пожелал выполнить требование гения. - Донни! – захныкал он, страдальчески закатывая глаза в потолок. – Ну, нет! Не буду сироп пить! Не буду! Не хочу! Он противный! - Мне Лео позвать? Пусть бросает все и бежит тебя уговаривать?! – черепашка в фиолетовой маске приподнял бровь и поднялся со стула, который стоял около кровати. – Чего уж, думаю, он не сочтет за труд оторваться от тренировки ради своего мелкого брата-нытика! Хрипло закашлявшись, Майки сморщился и схватился за горло, но потерпел полное поражение в попытке разжалобить Донателло. - Не надо, - попросил он, все же испытав укол совести. – Я умру, если он начнет мне рассказывать о пользе этого твоего жуткого сиропа, и пока я буду слушать, вольет в меня половину бутылки. Донни не смог удержаться от улыбки, но все же сел обратно. Злиться на Майки долго было просто невозможно. - Но зато ты выпил сироп в прошлый раз, - заметил он. - Так что схожу-ка я все же за старшим. - А может, оно само? – Майки с такой надеждой воззрился на него, что Донни рассмеялся. – Ну, без сиропа? Вот насморк же сам проходит. - У тебя ангина, она сама не лечится, и температуру сбить надо, чтобы ты выздоравливал быстрее, - наставительно возразил умник. - Сироп смягчит горло, и сможешь хоть немного поесть. Ты же с утра ничего не ел. Майки еще раз сглотнул, морщась, и жалко уставился на брата. А вот это был удар ниже пояса – пиццы хотелось невыносимо, но он даже суп проглотить не мог, так больно было. Только под уговоры Лео и получилось съесть вчера полтарелки. «Хотя, уверен, кусочек пиццы полез бы гораздо лучше этого курино-вермишелевого мерзкого Леовского варева. Но разве от них допросишься?!» - Если я его выпью, ты принесешь мне пиццу с ветчиной? – младший повозил пальцем по бортику своей кровати, строя тоскливую мордашку. – Один кусочек. Пожалуйста. Донни неодобрительно покачал головой, решительно открывая бутылку с сиропом. - Что ты ведешь себя, как маленький? Хочешь еще неделю в кровати валяться? Пей сироп и потом на ужин суп доедать будешь и пюре тыквенное. И не вздумай Лео пожаловаться! Он и так у плиты час плясал ради тебя. Микеланджело с видом великомученика отвернулся и накрыл голову подушкой, демонстративно отказываясь принимать лекарство. - Ладно, - гений выдохнул, сжав бутылку, и сердито поставил ее на тумбочку. – Вот Лео придет, тогда сам и будешь ему все объяснять! Услышав хлопок двери за спиной своего гениального брата, Майки сел и даже улыбнулся. Да, болит горло, да, порой колбасит от температуры, да, очень противный сироп и еще хуже таблетки. И не дают пиццу, и не допросишься пойти к телевизору посмотреть кино, и сладкого лишили почти всего, но… Но в целом болеть не так уж и плохо, если вдуматься в это внимательно. Вот стоит ткнуть рацию, и обязательно примчится кто-то из братьев посидеть с ним, можно читать комиксы весь день и спать до обеда, и не ходить на тренировки, можно слушать плеер, когда хочешь, и иногда, втихаря, смотреть мультики на планшете, который тайком принес ему Рафаэль. Вот уж кто настоящий брат с большой буквы, в отличие от некоторых! Майки извлек из-под подушки планшет и улыбнулся, собираясь посмотреть мультфильм. - Привет, страдалец! – в комнату заглянул только что вспомненный им Раф, заставив усомниться в поговорке, что те, кто легок на помине, те не злые. Про бешеного ниндзя сложно такое сказать. Хотя вот сейчас он был для Микеланджело почти святым. - Привет! – Майки подскочил на кровати, торопливо пряча планшет. – Ты чего меня так пугаешь, договаривались же – будешь стучать два раза и потом выть оборотнем из Гарри Поттера под дверью. Я ж думал, вдруг Лео принесло. - Хей, успокойся! – Рафаэль плюхнулся на край его кровати и начал копаться в принесенном с собой мешке. – Ты на часы глядел? У него ж, блин, медитация сейчас – трава не расти, и небо падай на землю, а Лео своих привычек не нарушит. Он выложил на одеяло перед братом три новых журнала комиксов, большой пакет с чипсами, кулек шоколадных конфет и игровую приставку. - Знаю же я этих извергов, – вздохнул сорвиголова, доставая еще две коробки с конфетами. – Только дай кого в кровать затолкать и режим развести правильный! Ад просто! Ты не поверишь, Майки, объявили дома карантин! К тебе можно только в специальной маске ходить и рядом не сидеть, и не обнимать, и вообще без особого Донова дозволения не соваться, чтоб ты отдыхал побольше, и режим твой не нарушать! Лицо Микеланджело вытягивалось все больше и больше на протяжении этой тирады, а к концу превратилось в весьма унылый овал, так что Рафаэль не выдержал и рассмеялся, хлопнув его по плечу. - Ты же это не серьезно? – жалко спросил рыжий ниндзя. - Забей! – Раф открыл пакет с чипсами и щедро протянул брату. – Мне-то плевать! Зараза к заразе не липнет! Ну, ты можешь меня представить в этой дебильной марлевой повязке на морде? Че я как дурак буду? Пусть сами в них таскаются, чтоб инфекцию не подхватить! А мне – плевать! И, кроме того – я ж помню наш с тобой уговор! - А Лео без нее приходит, - Майки с сомнением покачал головой, засовывая в рот чипсину. Рафаэль почесал затылок и пожал плечами. - Ну, это потому что Лео - это Лео, и к нему точно никакая зараза не прилипнет – скорее удавится от тоски только увидев его. Он засмеялся и подсел поближе к брату, чей несчастный вид тронул даже его. - Давай сыграем в Мортал-Комбат, пока эти зануды не нагрянули снова! Ты чипсы ешь-ешь, мне не жалко! Я ж понимаю, что тебя тут одним супом пичкают и пюрешками. Майки сморщился, потому что чипсы больно царапали и без того разрывавшееся горло, но согласно кивнул. Назло братьям съест все, что Раф принес, потому что вот он один понимает Майки и не дает ему зачахнуть. Что ни говори, а с таким вот понимающим братом болеть – круто!!! Майки закашлялся и схватился за горло. - Ой! - Чего? – сорвиголова приподнял бровь, даже не отвлекаясь от разматывания проводов. – Сиропчик не в то горло зашел? - Больно, блин! – Майки сморщился. – Знаешь, как горло болит! - На, хлебни! – Рафаэль протянул ему только что открытую запотевшую банку колы. – Ты сдался, да? Предал наше дело? Раскололи тебя? Он сурово воззрился на младшего брата, заметив на тумбочке бутылку с лекарством. - Что??? – Микеланджело возмущенно встрепенулся, рассыпав чипсы. - Сироп выпил, да? – Раф сощурился, настраивая приставку. – А как же уговор – биться против врагов до победного? Че, Лео тебя развел-таки? Майки виновато кивнул. - Ну, не знаю я, как ему отказать, понимаешь? Он меня забалтывает всякой фигней, а потом хлоп, и уже ложку с сиропом в рот затолкал. Но это вчера было – а сегодня я Донни ни в какую не сдавался. Клянусь тебе!! Рафаэль сжал джойстик и прикусил кончик языка, управляя Саб-Зиро. - Ты ставишь Заговор под угрозу, - бросил он брату и уложил ударом ноги его Милену. – Не сдавайся, Майки, надо бороться до последнего! Мы ж с тобой договаривались! Я тебе все достану и принесу, любыми путями пройду все сложности, но ты должен держать клятву и не давать Лео на тебя давить и не поддаваться его уговорам! Помнишь, читали про военнопленных? Так вот ты тот самый военнопленный, Лео – злой генерал, пытающий тебя сиропом, Дон – его помощник, а я – партизан! Микеланджело решительно кивнул. Рядом с Рафом не страшно думать, как он не станет пить сироп завтра и как откажет даже Леонардо, как стиснет зубы и ни за что не будет глотать таблетки, как настоящий герой Вьетнама! У них же Заговор! Настоящий! Самый настоящий заговор против Лидера! Им надо выстоять и не сдаваться! До последнего, как Раф сказал. И тогда в конце этого адского плена в кровати он получит награду – возможность погонять на Рафовом мотике! С Рафаэлем болеть весело! Он всегда придумает что-то интересное!!

***

- Как?!!! Донни в ужасе смотрел на своего младшего брата, который лежал в кровати, хрипло дыша, и жалко взирал на него. - Ты же только-только выздоравливать начал! Гений готов был убить мелкого засранца, обнаружив под его кроватью три пустые коробки от шоколадных конфет, обертки от чипсов и банки из-под колы. - Ты что, совсем дуралей? Ну, неужели не понимаешь, что у тебя ангина?! Зачем кола, Господи?! Где ты ее взял?! Холодная была?! Микеланджело виновато кивнул, отводя глаза. Ну, вот сейчас вообще не весело было и от вчерашнего запала не осталось и следа. Рафаэль умчался на поверхность в патруль с Лео, ему там здорово по крышам носиться, а Майки стало только хуже, потому что вчера они устроили еще и танцпол в его комнате, чтобы уж наверняка сделать все поперек занудному Леонардо и досадить злому вражескому генералу. Вот, досадили! В итоге Майки еле-еле смог проглотить даже глоток теплого бульона, который принес Донни, и сейчас вынужден выслушивать морали, в справедливость которых и сам уже готов поверить, только бы горло прошло. Может, как-то иначе надо было играть в военнопленного? Или вообще не играть? Или пусть бы Рафаэль им был… - Это Раф мне принес, - сдал он брата, понимая, что сил бороться с чувством вины перед Донни нет, и выкручиваться - тоже. – Мы играли в Заговор. - Ясно, - гений вздохнул и начал выгребать все из-под кровати. – Ничего другого я от него не ожидал. Ладно, я Лео ничего не скажу, но чтоб больше никаких конфет! И сироп выпей живо! Против кого хоть Заговор-то устроили? Против конфет, судя по количеству съеденного. Микеланджело подавленно мотнул головой. - Против лидера, - сознался он. - А Лео скоро вернется? Донни приподнял брови, забрав у Майки пустой пакет от чипсов. Он бы еще понял, если бы заговор составили против него, но Лео-то чем братьям не угодил? Сидит тут с Майки, уговаривает его сироп пить, вместо того чтобы просто влить в рот и уйти по своим делам, варит ему суп в ущерб своему сну… - Как вернется, так вернется, - отрезал Донателло, завязывая мусорный мешок. – У тебя ж – Заговор! Плохой Лео тебя беспокоить, надеюсь, не станет, а хоть чуть-чуть поспит! Как не стыдно?! Майки опустил голову. Почему-то когда его ругали и смотрели вот так с упреком, всегда хотелось, чтобы рядом оказался старший брат, который обязательно защитит и найдет ему оправдание, который, на самом деле, вовсе не плохой… они же просто играли… - Все! Живо под одеяло! – отрезал Донни, отбирая у младшего градусник. – И еще вот только один раз задумайся шоколада при температуре объесться! Он сунул Микеланджело в рот ложку сиропа и две таблетки, сердито закрыл пузырек и поставил его на тумбочку. - Каждые два часа сироп пить! Понял? - Ага, - Майки улегся, отворачиваясь к стенке. Безжалостный Дон отобрал все – планшет, комиксы, приставку и самое главное – данные Рафаэлем конфеты. И теперь прости-прощай мечта погонять на мотоцикле – Раф же узнает, что Заговору конец! Вот с таким братом, как Дон, болеть вообще не весело и просто ужасно. Даже слова доброго не сказал. «Когда же Лео вернется?..» Майки задремал, натянув одеяло на голову и поклявшись себе, что ни за какие блага мира не станет пить сироп каждые два часа.

***

Проснулся Микеланджело глухой ночью, поняв, что его трясет от холода, хотя он и так завернулся в одеяло, и у него просто разрывается голова и сухо скребет в горле. - Ой… - сипло выдавил он, высовывая нос. – Ой-ой-ой… «Сироп надо было выпить!.. Ой, как больно и плохо…» Он тихонечко заскулил, укусив подушку, и зажмурился. - Майки? – прохладные удивительно ласковые пальцы погладили по лбу, подарив легкие мурашки по всему телу. – Что болит? Микеланджело перевернулся и уткнулся носом в шершавую ладонь, обхватив руку брата и крепко прижав к груди, потерся об нее щекой, горько безысходно хлюпая носом от жалости к себе. - Лео… - прохрипел он. – Я так тебя ждал, что заснул… горло болит… и голова… и мне холодно и плохо… а Донни… - Т-шш, - старший брат улыбнулся ему. – Сейчас. Давай выпьешь сироп одну ложку, и я принесу таблетки от температуры. - Не уходи, – Майки мотнул головой, еще крепче вцепившись в его предплечье. – Не хочу один быть. Он, зажмурив глаз, приподнялся и открыл рот, честно проглотив сироп, потому сморщился и снова уткнулся в руку старшего брата, беззастенчиво жалея себя и точно зная, что Лео его тоже пожалеет. Вот сейчас неслышно выскользнет из комнаты, принесет таблетки и маленький кусочек сахарного печенья заесть гадкий сироп, а потом просидит с ним всю ночь! Плевать на Заговор и на мотоцикл! Только бы Лео сейчас не уходил. Вот с таким братом тоже болеть здорово, наверное, даже лучше, чем с Рафом, потому что Лео его будет жалеть и сидеть с ним, и не будет упрекать, как Донни, и почитает книжку, даст сироп и сладкий чай, и все поймет без слов. С Лео болеть особенно классно… правда, после того как, поболел с Рафом. - Почитай мне про Спящую красавицу, - попросил Майки, устраиваясь удобнее в кровати. – А потом про волка, съевшего бабушку. - Хорошо, - лидер улыбнулся ему, пересаживаясь на пол у кровати. – А ты засыпай, ладно? Завтра уже лучше станет, я тебе обещаю. - Ага, - Майки улыбнулся, отворачиваясь. Когда старший вот так обещает, верить ему легко, потому что совершенно точно знаешь, что все будет именно так, как он сказал. С Лео болеть все-таки лучше всего, он понимает и жалеет, и все делает, что попросишь! И от одного его присутствия тепло становится!

***

Донни заглянул к Майки ближе к утру и сердито сморщился. У кровати младшего брата сидел Леонардо, откинув голову на бортик кровати, и дремал, уронив на колени раскрытую книгу. Майки сладко спал и даже улыбался во сне, завернутый в одеяло, заботливо подоткнутое старшим братом со всех сторон. «Ох, Лео, знал бы ты, что против тебя Заговор плели! Хотя все равно бы тут сидел». Гений вошел и аккуратно убрал книгу, присел рядом с братьями и тронул лоб Майки – температура почти прошла. «Скоро пойдет на поправку!» - Донни? – Лео приоткрыл глаза и устало потер их, улыбнувшись брату. – Я задремал. - Вижу, - тот кивнул. – Шел бы ты в кровать, что ли. Майки обойдется без книжек. Пусть хоть немного поймет, что болеть не весело. Леонардо зевнул и мотнул головой. - Я посижу с ним немного, - возразил он. – Ты иди, отдохни сам, мне не сложно. И знаешь, если не затруднит, загляни к Рафу, ему сегодня в патруле что-то не очень здорово было. Донателло поднял глаза к потолку и мысленно сосчитал до десяти. Ну, нет! Ну, Божечка, ну нет же, пожалуйста! Больной Рафаэль – это же ад кромешный! И с ним так просто не справишься, как с Майки, и в кровать не загонишь пинками. Если только Лео… Против которого составлен Заговор!