New York, New York

Всю неделю после вечеринки Чимин ищет среди коллег макушку с коричневыми, местами чуть рыжеватыми, волосами. Юнца лет двадцати пяти — двадцати семи. Он даже подумывает спуститься на ресепшн и спросить, мол, мне тут для дела срочно нужен Чон Чонгук, новенький программист, который смотрел на меня своими очаровательными глазами и всячески восхищался мной. Чимин даже доходит до лифта, но разворачивается. Все перемещения сотрудников по офису фиксируются, и раз Чимин не встретил Чонгука на своем этаже, значит, он программист рангом ниже, и у него нет доступа к этому этажу. Вот бы увидеться еще разок. В пятницу ночью, после получасовых прелюдий и секса дома у Юнги, Чимин укладывается спиной на грудь Юнги и совсем не слушает рассказов старшего. Он пялится в потолок и думает о том, почему он не видел Чонгука в офисе, где его носит, как было бы здорово случайно пересечься в офисной столовой. Юнги гладит Чимина по волосам и чуть приподнимается, чтобы поцеловать того в макушку. — Тебя что-то беспокоит? — М? — Чимин задирает голову, чтобы посмотреть на Юнги, и слегка улыбается. — Ты молчишь и никак не реагируешь. — Просто я не привык, что мы так много разговариваем. Обычно мы трахаемся, устаем и спим. А утром расходимся по работам, — Чимин усмехается и пытается свести всё в шутку. Юнги крепче обнимает его за талию и выводит узоры на торсе Чимина. — Мгм. Что случилось? Ты же знаешь, что ты всегда можешь мне сказать. — Помнишь вечеринку в прошлую пятницу? Там на кухне я познакомился с новым программистом, мы обсуждали интересные проекты, но в офисе я никак не могу его найти. — Ты не взял его номер телефона? — Нет, я забыл. — Ну, пробей по базе сотрудников, раз он тебе сильно нужен. — У меня нет доступа, я же не в кадровом отделе, — Чимин замолкает и думает, что вообще, это хорошая идея. Нужно позвонить знакомым из HR-отдела и спросить. Но не будет ли он слишком навязчивым? Чонгук казался стеснительным. Он даже помнил про корейские правила этикета и называл Чимина хёном. Боже, как давно его так никто не называл. — А еще он так смотрел на меня как-то необычно, — Чимин слышит, как он произносит это вслух и цепенеет, ожидая реакции старшего. — Это как? На тебя постоянно все заглядываются, — Юнги целует волосы Чимина и продолжает обводить пальцами мышцы его торса. — В том-то и дело! Он смотрел не на губы и не на задницу, как делают все, он не опускал взгляда от моих глаз и ему было интересно то, что я делаю как профессионал. Он восхищался мной, а не моим телом, понимаешь? — Чимин легко заводится, а разговор про то, что все видят в нём лишь объект визуального наслаждения — самый больной. Набрать весу что ли? — Нууу, мне трудно его понять, когда ты лежишь весь такой горячий на мне, — Юнги спускает руку с торса к паху Чимина и массирует кожу внизу живота. — Вот-вот, — вздыхает Чимин, — Я просто хотел бы с ним поработать, он кажется умным и сообразительным. И красивым. Интересно, как бы он выглядел без одежды на этой кровати? Это почти вызов, осознает Чимин. Чтобы Чонгук посмотрел на его сексуальные ягодицы, губы и ноги. А не только на его умные мозги. Должен же быть хоть кто-то, кто оценит всего Чимина. Ему обязательно нужно найти Чон Чонгука. — Давай спать? Я устал сегодня, м? — Чимин сдвигается с Юнги и ложится лицом к окну. Юнги перестает массировать Чимина и двигается чуть вбок, чтобы лечь сзади и прижать к себе младшего. — Да, я тоже устал. Спокойной ночи, любовь моя. Чимин делает вид, что уже заснул, и не отвечает.

*

Чимин встречает Чонгука в понедельник, выходя из офиса. Парень сидит на скамейке и пишет что-то в телефоне. Чимин внутренне ликует, несколько раз вглядывается в лицо и, когда точно удостоверяется, что это Чонгук, то садится рядом с ним на скамейку и небрежно бросает «у вас сигареты не найдется?» Чонгук кидает в ответ «не курю», поворачивает голову и начинает сиять. — Хёёёён! Я так рад тебя встретить! Блин, неделя в офисе была просто сумасшедшей. Я даже имен всех кураторов не запомнил, но целыми днями сидел и кодил. Думал, что увижу тебя, но не увидел, — Чонгук отложил телефон и смотрит на Чимина такими же восторженными глазами, как и в прошлый раз. У Чимина аж мурашки появляются от удовольствия. — Ну, сейчас же видишь, — Чимин усмехается и делает всё возможное, чтобы остаться невозмутимым крутым парнем, — У меня тоже было навалом работы, все силы уходят на новый проект, сам понимаешь. Как тебе у нас, нравится?.. Они сидят на скамейке минут двадцать, а потом Чимин звонит Юнги, отменяет запланированную встречу и тащит Чонгука в своё любимое кафе. Они едят сэндвичи и запивают их холодным чаем. Чонгук рассказывает про работу и забавно путает этажи и отделы офиса, уточняет имена руководителей и названия программ, над которыми они работают. Чимин с удовольствием отвечает на вопросы, а Чонгук смущенно говорит, что у него плохо с названиями и именами. Чимин — первый, кого он запомнил с первого раза. Чимин просто сияет. Потом они плавно переходят на более личные разговоры, и Чонгук с радостью болтает про увлечения и своё детство, про милый шрам на щеке, про отца, который настоял на обучении заграницей (так вот откуда у него такой шикарный английский!), как стажировался в Korean Wings, и как его оттуда порекомендовали сюда. Чимин весь вечер сидит и смотрит на Чонгука с широченной улыбкой на лице. В 11 вечера из кафешки всех выгоняют, и они слоняются по Проспект-парку, случайно попадая на выступление любимой уличной группы Чимина. В ней три человека: один играет на гитаре и поёт, другой странно жестикулирует и читает рэп, а третий подыгрывает на ксилофоне и подхватывает за двумя другими участниками группы. Поют то про любовь, то про несправедливость этого мира. Чимин кидает им деньги в шляпу, и они с Чонгуком идут дальше. Останавливаются только на Пятой авеню, и Чимин предлагает зайти к нему домой. Просто выпить вино, поговорить. Чонгук на секунду сомневается, но потом расплывается в улыбке и кивает. Они сидят на балконе, завернутые в плед, до трёх утра: смотрят на пустеющие улицы, молчат, разговаривают, снова молчат и пьют красное полусухое. Чимин как-то естественно опускает голову на плечо Чонгука, и тот приобнимает его за плечи. Чимину кажется, что он в раю. Но скоро Чонгук проверяет время на телефоне и говорит, что ему уже пора. Чимин спрашивает, может быть он останется и поспит на диване, а утром они вместе поедут на такси. Чонгук снова краснеет, извиняется и говорит, что ему правда пора. На пороге он разворачивается и быстро чмокает Чимина в губы, тараторит «спасибо» и убегает. Чимин до семи утра лежит на кровати и смотрит в потолок с наиглупейшей улыбкой.

*

— Прости, что? — Юнги давится едой и закашливается. Чимин приподнимается со своего стула и похлопывает его по спине. Официантка кидает на них вопросительный взгляд, но Чимин улыбается и говорит «все окей». — Всё, лучше? — Чимин заглядывает в блестящие глаза Юнги и подносит салфетку, чтобы вытереть их. — Ты хочешь меня бросить? — Нет. Я хочу, чтобы мы расстались, — Чимин кладет салфетку на стол и удобнее устраивается в кресле. — И в чем разница? — Давай сделаем это как взрослые люди. — Чимин! Ты не можешь этого сделать! — Юнги хватается за края стола, и у него белеют костяшки. — Прости, но я, кажется, влюбился. Я не могу ничего с этим поделать! Мне, правда, очень-очень жаль. — Ты сейчас серьёзно? Влюбился? — Понимаешь, дело не в тебе. Я просто не хочу тебя обманывать. Ты такой милый и добрый, я просто не могу так с тобой поступить. Я по-прежнему тебя люблю как друга, и давай будем видеться, но я хо- — Хорошо, — Юнги перекладывает нож с одной стороны тарелки на другую. Он сжимает челюсть и смотрит в упор на Чимина. — Что? — Хорошо, говорю. Давай расстанемся. Ты к этому мальчишке, с которым на вечеринке познакомился, уходишь? — Что? Я ни к кому не ухожу пока. — Чимин! — В смысле, эээ. Да, к нему. Он поцеловал меня вчера, — говорит Чимин, подразумевая, что они с Чонгуком уже неделю ходят на свидания и целуются в тайне от Юнги. Чимин отпивает воды из прозрачного бокала и отставляет его подальше от края: — У нас, может, ничего и не получится, но я хочу попробовать. — И когда у вас ничего не получится, ты снова придешь ко мне? — Нет! В смысле, я не знаю. Нет. То есть… Юнги, я не понимаю, к чему ты всё это ведёшь. — Чимин, я тебя люблю всем сердцем, и я уважаю твои чувства, но мне кажется, что у тебя весеннее помешательство! Ты видел его два раза в жизни! Вообще-то раз десять уже, мысленно уточняет сам для себя Чимин. — Ты ведь верил в любовь с первого взгляда? Мы с тобой переспали после переглядываний! — Чимин произносит это громче, чем следует, и весь ресторан откладывает вилки, чтобы обернуться на ругающуюся пару. — Но это был я! И ты меня знал, нас представили друг другу в начале вечера! А ты говорил, что даже в офисе его не видел, может, он шпион из другой компании? — Не неси чушь. Он работает у нас, и он, в отличие от тебя, не воспользовался мной в первую ночь знакомства! Ему нравлюсь весь я, а не только секс со мной, понятно? Не звони мне, — Чимин вытаскивает наличные из портмоне и бросает на стол рядом со стаканом. — Сам мне не звони, когда он разобьёт твоё слепое сердце, — рычит Юнги. Чимин презрительно смотрит на него, встает, забирает пиджак со спинки стула и быстрым шагом уходит из ресторана. Он сыт по горло лицемерием.