Чужой для всех. Чужой для всего. В поисках себя.

Станция Севастополь. Задумывающийся, как торговый узел, промышленный центр, его проектировали с поистине исполинским размером. Несколько независимых башен-центров, обширный жилой сектор, суперкомпьютер последнего типа «Аполло», широкий персонал андройдов, реактор, обеспечивающий автономность на сто с лишним лет без заправки. Громада космической станции, словно спутник, отбрасывала тень на газовую планету, полную полезными ископаемыми. Первые лет десять существования станции так все и было, пока… Вейланд Ютани не построило новую, с иголочки, автоматизированную станцию-транспортный узел. И увы, с этого момента, начался упадок Севастополя. Сначала станцию перестали посещать корабли, а затем в виду нерентабельности, корпорация Сигсон перестала финансировать содержание станции. Но… в один момент все изменилось кардинально для этой станции. И три тысячи человек, проживающей на ней, познали истинное отчаяние и ужас. Но… обо всем по порядку. В один прекрасный день, ничем не примечательный для жителей станции, произошло одно событие. К Севастополю приближался экспедиционный корабль Анесидора. Пристыковавшись, в космопорт прямо-таки ввалился капитан корабля Марлоу с женщиной на руках. Попросив помощи, медики унесли женщину в госпиталь, на диагностику. -Как она, доктор? — весь татуированный и крепкого телосложения, этот мужчина вызывал ассоциации с парнями-экстремистами с Земли, а никак не профессиональными пилотами звездных кораблей. Темнокожая женщина, развернувшись и слегка передернув плечам, вымолвила. -Пока неясно. В ней находится странный чужеродный организм. Состояние организма в норме, но причины, почему она не приходит в себя, мне неизвестны. Сегодня мы оставим ее в стационарной палате, а завтра проведем полное исследование. -Хорошо, я вас понял. — уважительно кивнув, мужчина удалился из госпиталя. По корабельному времени как раз было десять вечера, все уже направились домой, отдыхать. Так что, спатюшки. Зевнув, доктор Сеймонс, тоже направилась спать. Секунда и отсек закрыт, а весь госпиталь, кроме дежурной рубки, погрузился во тьму. Но… в этой тьме, среди звуков пиликающих приборов и датчиков пронесся звук… плоти, вскрывающийся плоти. Бедная женщина доживала последние секунды своей жизни. Треск, еще один треск, и из груди вырывается странное создание, похожее на длинного червя. И спустя секунду оно выдало омерзительное шипение-крик, которое пронеслось по всему госпиталю и заставило содрогнуться задремавшего было дежурного. Оглянувшись, он передернулся и, вновь укутавшись в теплый плед, задремал. А зря. Ведь, будь бы он бдительнее и ответственнее, он мог бы спасти множество жизней. Все было банально до визга. Украл, выпил, в тюрьму. Романтика. У меня, конечно же, романтики не было никакой, но вот повторяющийся и вечно-замкнутый круг… да, вот он был. Все дело в том, что у меня рак. Банальный рак крови, а точнее лейкоз, от которого мне осталось жить всего пару часов, а может и минут. Я держался тринадцать лет. Тринадцать лет, проводя либо дома прикованным к постели, либо в больничной палате. Постоянные промывание, химиотерапия, вливание новой донорской крови. Отчего я напоминал скелета, обтянутого кожей. Лысый, пожелтевшая кожа, впалые глаза. Мне уже за сорок, а у меня ни семьи, ни друзей. Только постоянная боль и чувство полной безысходности. Но, кажется, сегодня все закончится. Мой лечащий врач, Степан Викторович с печальным лицом зашел в палату и посмотрел на меня. В руках моя уже ооочень огромная медицинская карта. -Сколько? -Сегодня, Гена, сегодня. Извини, но мы уже ничем не можем помочь. Еще одна химиотерапия и ты просто коньки отбросишь. Так что, сильное обезболивающее и пара часов без боли. Хоть это тебе обеспечим. -И на этом спасибо, Степан Викторович. И на этом спасибо. И вот, я уже потихоньку закрываю глаза, зная, что белый потолок — это последнее, что я вижу. Да, самое ужасное, вот так окончить жизнь, на полпути. Эх, жалко. Не было бы этой вшивой заразы, я бы… ух я бы. Ну да ладно, это все только мечты, да мечты. Доброй ночи вам, Геннадий Васильевич Донов, у вас была короткая, но все-таки жизнь. 29 декабря 2023 года тело Геннадия Васильевича Донова кремировали в связи с нехваткой денежных средств для места на кладбище. Вот так и закончилась бесславная жизнь простого гражданина. А закончилась ли? Вот это мы сейчас и узнаем. 19 января 2137 год. Торговая станция Севастополь. Медицинско-исследовательская башня, Госпиталь. Сначала я услышал сердцебиение. Размеренное, спокойное. И первая же мысль… а я разве не умер? По идее я сейчас должен лежать в урне в специализированном заведении в виде праха, не более. А тут… Странно. Неужели пресловутая реинкарнация, о которой мечтают писать фантасты. С сохранением памяти, я имею в виду. Что очень странно. Неужто я такой особенный? Хм, сильно сомневаюсь. Ладно, тогда надо пытаться выбраться отсюда. И первым делом открыть глаза. Хм, ничего не получается. Почему я ничего не вижу то? Неужто еще глаза не сформировались? Но ведь сердцебиение я слышу, прямо чувствую всем нутром. А еще… слышу, как течет кровь по кровеносной системе, как переваривается что-то в кишечнике. Как что-то пиликает за пределом тела… Вдруг произошел щелчок, а я заорал, что есть сил. Только ор получился каким-то уж писклявым, по моему ощущению. Я увидел… нет, не так. Я Увидел. Все было в черно-белых тонах, а от каждого моего движения, исходили волны и ударялись об организм, в котором я находился. Огромная система органов, костей и всего остального. И все это я видел. Боже, куда я попал. Прочь отсюда, срочно на выход. Я попытался использовать руки и ноги, но ни того, ни другого я задействовать не смог. Значит, попытаемся пробить выход головой. Или прогрызть. Хотя какое там. Судя по всему, я еще очень маленький и у меня вряд ли есть зубы. Итак, вверх. Не знаю, как, но я смог изворачиваться, словно я змея и проталкивать податливую и мягкую плоть. Спустя минуту я «Услышал», что вот, еще один удар и я на свободе. Да только одно «но»… Впереди была преграда. Ребра, если не ошибаюсь. И как мне справляться с костью, не имею ни малейшего представления. Но, буквально спустя мгновение, ко мне пришло знание, что зубки то у меня есть. Как оно пришло… Не знаю, просто я вдруг понял, что такую преграду надо преодолевать. Я открыл свой рот и… что-то на подобие моего языка ударилось о кость и она треснула. Отлично, еще пара ударов и я на свободе! Так и случилось. Укус, еще один укус, удар. И меня окатил холодный воздух. -Свобода! — но вместо этого из моего рта вырвалось пронзительное шипение, эхом пронесшееся по комнате. В ответ мне пришли звуковые волны, показавшие мне четкую картинку, будто я был в штабе и передо мной лежала тактическая карта. Мда, что же я за ребенок такой? И вообще, почему я так яростно хотел вылезти из своей «мамы»? Посмотрев вниз, откуда я вылез, я снова захотел заорать. Я вырвался из грудной клетки женщины, судя по звуковым волнам, принесшие мне четкую картинку лица. Это что же я такое? Я убил живого человека, чтобы вырваться из него. Ведь я же мог просто подождать и родиться по-человечески, но нет… Что-то меня погнало прочь из тела, причем инстинктивно погнало. Я даже не задумался, почему. Я уже было хотел поразмыслить об этом потом, но вдруг я стал дышать. Хм, странно, еще «страньше», как же до этого я не дышал то? А затем пришел… запах. Сладких запах мяса. Вкусного сочного и питательного. И этот прекрасный запах исходил от трупа женщины. Мм, она, наверное, очень вкусная, ням-ням. Я даже не успел обдумать свое поведение, как мое тело вгрызлось в дыру и стало вырывать оттуда мясо, кусками его проглатывая. Брр, какая гадость. Но… так вкусно. Заглотив четыре здоровых куска, мне сразу стало легче, и я решил осмотреться. Оказался я в большой достаточно комнате с одной койкой. Капельница, разные датчики и приборы. Классическая палата. На потолке висели пара ламп и проход в вентиляционную шахту. Вся электрика подсвечивались синеватым оттенком, единственное изменение в моем черно-белом звуковом восприятии. О, зеркало. Интересно, а мое «зрение» позволит на себя взглянуть? Позволило. Ох, лучше бы я не смотрел. На меня глядел кошмар моего детства. Ну, зародыш кошмара. Вытянутое тело, пока что без конечностей, молотовидная вытянутая голова, покрытая пока что светло-серым панцирем. Пасть с рядом маленьких, но уже очень острых зубов. Приоткрыв пасть, я увидел внутреннюю челюсть, которая слушалась так, будто это мой язык. Из челюсти вытекала вязкая слизь, каплями падая на простыни. Мда, страшен я, хуже черта. Ну и кто меня в этот ужас засунул?! Вот ведь. Всегда боялся этих… как же зовут-то… О, вспомнил, ксеноморфов. А теперь я сам один из них. И в какой-то странной обстановке. Не в улье, где обычно вылупляются из пойманных тел будущие хищники и стражи улья, под присмотром других собратьев. А в… палате, и судя по всему, на какой-то станции. Главное понять, на какой: космической или наземной? И какой сейчас вообще год? И какая планета? Блин, это же надо так попасть! Так, ладно, Гена, не паникуй, все будет хорошо… Да какое к черту хорошо?! Я переродился в твари, питающейся людьми, в совершенную машину убийства. Ааа!!! Остановите планету, я сойду. Ну вот почему так, а? Ой, что это? В зеркале я стал меняться. Из тела стали проклевываться конечности, а тело проходило стадию линьки. Старая кожа спала, а панцирь и хитин чуть-чуть потемнел. Хвост стал чуть длиннее, а на его конце стало проявляться жало. Мда, быстро я расту однако. Тут меня снова охватило чувство голода. Я с жадностью посмотрел на истекающее кровью тело. Хм, интересно, а почему приборы не забили тревогу, когда я убил женщину. Ах, вот почему. Она просто не была подключена к датчикам. Ну вот что за безалаберность. Тут мой организм снова подал команду «хочу есть». Я с отвращением посмотрел на женщину, но инстинкты сказали: «Жрать». И я стал с усердием поглощать внутренности женщины. На этот раз в меня поместилось кусков семь и меня отпустило. Мда, разум пасует перед инстинктами. Очень сильно пасует. Раз тело что-то хочет для поддержания развития и жизни, значит, это надо ему отдавать. Спрыгнув на пол, я посмотрел на дверь. Ну, а вдруг. Судя по тому, что я чую и «вижу», в ближайших коридорах и комнатах никого нет. Значит, вперед. Подойдя к двери, одна белая лампочка погасла, а вторая наоборот, загорелась, тоже белым цветом. Наверное, там зеленый и красный цвета, по-другому, наверное, никак. Под шипение открывшейся двери, я отправился на разведку. Хорошо, что темнота мне не помеха. Я ориентируюсь исключительно по запаху и звуковым колебаниям. Я уже научился отличать разные вещи и потоки синего цвета, которые светились то здесь, то там. Походив полчаса по коридорам и заглянув везде, где только можно, меня вдруг скрутило, очень сильно скрутило. Я прямо начал расти в геометрической прогрессии. Мои конечности окрепли, на спине появились, судя по ощущениям, ряд из четырех трахей, через которые поступило в разы больше воздуха, в том числе и больше запахов. Хвост удлинился в два раза, скинув старый панцирь и являя на свет ребристый, длинный, метра полтора, костяной хвост с большим и острейшим жалом на конце. Хитин и панцирь стали темно-коричневыми. Ух, из малютки я стал размером с подростка. И это меньше, чем за час. Поразительно. Так, а теперь. -Слушайте, там датчики движения просто взбунтовались. Наверное, кто-то из пациентов смог покинуть палату. — послышалось вдали, а в нос ударил запах синтетики и живого человека, трех, если мне не изменяет звук шагов. Так, быстро тикаем отсюда. Где здесь вентиляция? Подскочив под ближайшую шахту, я что есть силы попытался прыгнуть, чтобы попытаться залезть в нее. И… у меня это получилось. Я с легкостью взлетел на высоту в три метра и чуть не врезался головой в потолок. Схватившись в решетку вентиляции уже ставшими крепкими, как сталь когтями, я взобрался и, отползая на пару метров и принялся ждать. Спустя три минуты (вот это у меня слух), до моего коридора наконец-то добрались. И, зайдя в палату моего незадачливого носителя, тут-же подняли тревогу. Прибыли безопасники, судя по тяжелому шагу и противному запаху концентрированного металла. -То есть, к нам, вопреки всем протоколам безопасности, прибыл пациент с инопланетной формой жизни, которая буквально недавно, в первой половине ночи, вылезла из грудной клетки несчастной, съела половину ее внутренностей и исчезла в неизвестном направлении, я прав?! — в негодовании рявкнул на кого-то мужской бас. -Да, сэр, вы правы. Но ведь даже Аполло дал разрешение. Ведь без него доступ… -Плевал я на эту жестянку! По станции бродит плотоядное, питающееся людьми, существо. И что теперь мне прикажите делать, а? Нас сто человек, жителей станции — три тысячи. За всеми не уследим. — хм, интересно. Я поудобнее улегся, слушая эту полемику. Станция, судя по всему, таки космическая. Эхэх. -Капитан! — прозвучал женский голос. — на датчиках движение. — ой-ей. Зря я зашевелился. Меня, кажется, засекли. -Где? — шепотом, но для меня отчетливо слышно, спросил мужской голос. -Впереди нас, три метра. — в вентиляцию проникли лучи света от фонарей. -Линда? -Поняла. — послышалось пыхтение, запах пота усилился, а свет стал приближаться. Черт, не хочу я подыхать от пуль каких-то параноиков с автоматами. Что делать, что делать-то? Вентиляционные пути, судя по моим ощущениям, огромны. И надо найти укромное местечко. Тут мне, буквально за секунду до появления женской головы в шлеме, пришла идея. Ну, точнее инстинкты подсказали. А именно… схватить эту дуру, решившую, как в самых популярных американских ужастиках, посмотреть, «А что это там такое шевелится?». И подкрепится ею. Отлично, так и сделаем. Вот показалась голова. В нос ударил мощный запах страха, а мои бедные звуковые локаторы были готовы взорваться от этого крика. Слава… Не знаю даже кому говорить «Слава», о, моим инстинктам, я резко вытянул правую лапу и, свернув шею, дернул уже мертвую женщину на себя. Тот, кто держал, явно еще не очухался от женского крика, поэтому я не ощутил никакого сопротивления. А теперь галопом в безопасное место! Страшного вида существо на большой скорости тащило за собой труп девушки, а само оно предавалось тяжелым мыслям. Но главная мысль сформировалась у него четко и ясно — выжить. Игра началась. Или жизнь. Тяжело понять тому, кто во всех смыслах сменил эволюционную ступеньку. Но, ничего не поделаешь. Поэтому… начинаем именно новую жизнь.