Вкус инзиж

Кларисса шла по заснеженному городу. Крылья устало волочились по снегу, кукольное личико скрывал глубокий капюшон. Говорили, что зима это почти аномальная, т что снег никогда не шел так долго. Кларисса была лишь рада. Каждый из них отдавал предпочтение какой-то погоде. Гертруда любила дождь, мелкий и моросящий, Клаус - туман, Жозефина - мороз. А Кларисса любила снег. Когда мир покрывала белая пелена, лёгкая дымка окутывала деревья, и все вокруг становилось чище и ярче - Клара испытывала невероятное спокойствие. И тишина, которая возникала в её душе. Не звенящая, не кричащая, удобная и уютная. И от этого становилось легче. С каким бы удовольствием Кларисса сейчас зашла бы в кафе, выпила ароматного чая, съела булочку или круассан, с шоколадом, а сверху посыпанного орешками. И сидела бы до закрытия у окна, наблюдая за падающим снегом. Но времени на отдых было совсем мало. Кларисса ненавидела эту войну, что шла уже не первый год. Она устала от неё, от постоянных битв, когда от крови уже не можешь летать и крылья - лёгкие и невесомые крылья - становятся тяжёлой обузой. Когда умирают друзья и соратники от шальной стрелы, от меча, или, ещё хуже, от ядовитого слова. Им с каждым днем все труднее было держать оборону. Все труднее было сражаться за тех, кто сам от них отворачивался, обвинял или игнорировал. Но если не они, то кто? Это был их долг и право. Кларисса уже совсем потеряла направление, когда путь ей преградил мальчик, лет шести. Он был обычным человеком, если бы не картонные крылья за спиной и нимб на палочке. - А вы настоящий ангел? Кларисса заморгала. Простой вопрос вверг её в ступор. Затем она осторожно кивнула. - Ой, как здорово! Я тоже хочу быть ангелом! Они такие красивые, и могут летать, а ещё они наверняка спят на облаках! И помогают людям. Я тоже буду помогать людям, - авторитетно заявил мальчик, размахивая руками. - А расскажите, как там на небе? Там наверное тепло круглый год. Или холодно? А сладкое там есть? А там тоже заставляют есть суп? - На небе.. По разному. И тебе надо будет очень стараться, чтобы туда попасть, - наконец отмерла Кларисса, и, мягко улыбнувшись, потрепала ребенка по волосам. Тот поморщился, но стерпел. Потом оглянулся, посмотрел на женщину, которая стояла в стороне. Та махнула рукой. - До свидания, тётя Ангел, - и побежал к маме. - Прощай, малыш, - тихо произнесла Кларисса и ещё долго смотрела им вслед. Потом расправила крылья. Как ни странно, но от этой встречи ей стало легче. Как знак, что не все потеряно, не все так плохо. Улыбнувшись, Кларисса взлетела. И растворилась в небе.