Синдром старшего брата

Рокудо Мукуро всегда считал себя уравновешенным и расчётливым человеком. Пережив насилие и пройдя шесть кругов ада в детстве, отомстив, собрав вокруг себя таких же, как он сам, беспризорников, он выжил – нет, не просто выжил. Он смог подняться на ноги, получить силу, о которой мечтают все… Да, в свои шестнадцать лет он мог иметь всё, что только мог пожелать, но… Мало кто знал, как одиноко иногда чувствовал себя итальянец. Глядя на то, как счастливы его последователи – нет, что вы, не друзья! У Рокудо Мукуро не может быть друзей – только прихлебатели – такая забавная шутка… - он чувствовал сосущую пустоту в своей груди. Казалось, что роскошная жизнь – слабейшая иллюзия – и многое у ног – и убийства могли её закрыть на время, но… Всё снова упирается в это «но». Синеволосый парень чувствовал, что эта иллюзия вседозволенности со временем всё больше захватывает его разум. Итальянцу казалось, что он способен совершить что угодно, единственное, что для этого нужно было – пожелать. И Мукуро желал. Желал весь мир в его руках, желал иметь власть – над всем, но… Вся власть этого мира – в руках таких далёких и недоступных взору разноцветных глаз мафиози, и им всё равно на желания и мечты простого человека. И, на этом фоне такой заманчивой казалась идея найти Десятую Вонголу – ещё совсем ребёнка, наивного, не знающего о своём происхождении… На это ушло три года. Три долгих года, огромное количество нервов и сил, пришлось задействовать все связи – и что? Наследница нашлась в американской больнице, рядом с его милой Хроме – новой игрушкой, вроде Ланчии, который, как и всякая забава, успел надоесть… Каково же было его удивление, когда, впервые увидев эту рыжую макушку, промелькнувшую в больничном окне, он почувствовал, как сердце зашлось, как никогда прежде, а пустота внутри стала такой незаметной… - Господин Мукуро! Это – ловушка! – успела воскликнуть Хроме, когда небольшая делегация вошла в палату – благо, размеры комнаты позволяли. Тихо щёлкнул замок. - Не двигаться, - буквально прошипел Ямамото, прижимая лезвие коготаны к шее светловолосого подростка, на чьём лице красовалась странная татуировка. Тот злился и издавал странные звуки, похожие на рычание. - Ще – ще, а это забавно, - шелестящий смех разнёсся по палате. Его хозяин леской опутал тело брюнета в лыжной шапочке, смотрящейся просто нелепо в начале осени. - Я никогда не бил девушек, и не собираюсь. Да и вообще я не понимаю, что происходит здесь, поэтому лучше вам не дёргаться сильно, - на плечо пламенной шатенки опустилась рука втянутого в происходящее Спаннера. Другой же он, сжимая палочки, пытался поддеть один из принесённых в коробочке для бенто роллов, стоящих на столике рядом с дверью. Около кровати сидели, держа за руки Докуро, Ирие и недавно приехавший Луссурия. - Кто из вас Рокудо Мукуро? – стальным голосом произнесла Тсунаёши, выходя из-за спины Такеши. Её слова были обращены к оставшимся двоим гостям – высокому мужчине и парню. Впрочем, первого она быстро обогнула по широкой дуге, подойдя к синеволосому европейцу. - Рокудо Муку… - короткий выстрел из небольшого пистолета пришелся в плечо старшего «подозреваемого». К удивлению и ужасу непосвящённых, он начал превращаться в камень. - Прошу, не надо лжи, - девушка посмотрела в глаза стоящего позади всех европейцев. – Её и так слишком много. Ты ведь будешь говорить правду? – Савада склонила голову. Мукуро немного нервно кивнул, не решаясь «подавать голос». Эта девушка, она – пугала? Нет, пугали скорее приглушённые оранжевые отблески Пламени в карих глазах. Японка улыбнулась и, сделав последний шаг, вставая впритык к Рокудо, неожиданно для всех замахнулась, ударяя его по щеке рукой. Подопечные иллюзора дернулись, но их крепко держали. - Т-ты… - всхлипнула рыжая. – Ты монстр! Итальянец, до этого шокированный пощёчиной, усмехнулся. Старая шарманка про убийства… - Как ты можешь губить Пламя Наги?! – неожиданно для молодого человека продолжила она, вводя того в ступор. – Своим Туманом ты душишь её, не позволяя восстановиться! - в карих глазах появились слёзы. Она ткнула дулом пистолет назад, в спину ложного Рокудо. – И его Пламя ты задушил! Это был мощнейший Ураган! А теперь – слабый Туман, не более… Ты – как сорняк, оплетающий своими корнями и душащий на корню… Договорить японке не дал смех. Мукуро громко рассмеялся, согнувшись. Нет, его обвиняли во всяком – не хватит и тома, чтобы всё перечислить, начиная с шантажа и заканчивая терроризмом и сменой правящего в стране строя. Но чтобы приписывать ему какое-то Пламя… - Ку – фу, рассмешила ты меня, Десятая, - выдохнул он, отсмеявшись, подняв взгляд на японку. Да, за той сталью в голосе пряталась обычная ранимая девушка, невесть что взвалившая на свои плечи. – Я понятия не имею, о чём ты говоришь. Но – мне бы хотелось, чтобы эта неурядица не испортила наши дальнейшие отношения. По бледному лицу скользнул тонкий блик – Такеши немного повернул своё оружие, позволяя солнечному свету коснуться острой стали. - Тогда отпусти Наги, - кивок в сторону лежащей без сознания девушки – видимо, Луссурия что-то успел сделать с ней, чтобы больная не вмешивалась в разговор. – Разорви связь. - И всё? – вновь рассмеялся итальянец. Он щёлкнул пальцами – видимо, для большего эффекта, разрывая те неощущаемые линии, связавшие две жизни. Датчики тут же запищали, живот Хроме опал, а дыхание, до этого ровное и спокойное, сбилось, стало хриплым… Тсуна бросилась к койке, доставая из кармана кольцо и надевая его на указательный палец девушки. Несколько секунд ничего не происходило, но внезапная вспышка золотого света, окутавшая сначала Докуро, затем не отнявших рук Шоичи и Луссурии, слепила своей яркостью и чистотой Пламени, выжигающего все остатки в организме распространившего свои корни Тумана. Самоизлечение началось.