Соулмейт

      У Тен-Тен на руке — терновник. Он обвивается своими чёрными ветками вокруг запястья и иногда кажется — вот-вот и кожу проколет. В детстве ей никогда не нравилась её метка. У всех девочек — цветочки, листики, деревья и красивые завитушки. А у Тен-Тен — терновник.       Она дуется, обижается, потому что она хотела вовсе не этого. И ей кажется, что это — просто ошибка. Ведь почему-то у всех девочек что-то миленько-красивое, а у неё — ветка с колючками. Тен-Тен дуется и носит одежду с длинными рукавами. Потому что стыдно.       Ей десять, когда она узнаёт о значении терновника. Девочке как-то не по себе, она оглядывается нервно, думает, да что же это за судьба такая и характер у её пары. Она учится на шиноби, старательно тренируется. Её влечёт к оружию, к стали, к опасности на грани. Мечта быть медиком как-то отходит на второй план — ей куда больше нравится звон оружия, нежели запах трав и медикаментов.       У Тен-Тен в классе — два чудака. Все остальные вроде люди, как люди, а эти двое — чудики, ну как есть. Один нос задирает, смотрит свысока и весь-такой-из-себя, что прям бесит. Он лучший во всём, побеждает всех и вся, носит повязку на лбу и имеет глаза такие, что жуть. Смотрят на тебя — и желание врезать появляется само по себе.       Но Такахаси сдерживается, потому что ей лишние конфликты не нужны, да и кто он такой, чтобы она на него своё внимание и свои нервы тратила. Хьюга её не достоин по определению.       Второй чудак — это Рок Ли. Он неудачник полный, но такой старательный, что ей иногда стыдно за собственную лень, ведь ей-то дано, а она ленится. В какой-то степени Ли — это упрёк совести и стимул тренироваться усерднее. Он хоть и болван, но восхищение вызывает.       Она с ними старается не пересекаться — лишние неприятности Тен-Тен ни к чему. Но какие же они разные.       Соулмейт в жизни Тен-Тен — не самое главное. Он вроде как и есть, но вроде как и не особо. В конце-концов, немало пар и без метки. Хотя, если она когда-нибудь его встретит, то, может, было бы и неплохо. А вдруг он красавчик?       Она глупо хихикает с этой мысли и отвлекается на летящего в её сторону Ли. Причём — в прямом смысле. Тен-Тен сбивает, спиной она впечатывается ещё в кого-то, а по телу — разряды молний. И ей бы сказать, ну, что за чертовщина?.. Но она знает — слышала, читала. Такахаси уже одиннадцать и ей известно, что у «сложных» соулмейтов, такое бывает, если кто-то из пары отрицает наличие второго.       От этой мысли током прошибает во-второй раз, но мысленно. А так как с Ли она уже соприкасалась, да и не из тех он, кто отрицал бы, то вывод один — на нём она сейчас лежит.       Сердце колотится как сумасшедшее, вот-вот проломит рёбра, дыхания не хватает даже на то, чтобы отругать влетевшего в неё паренька. Вместо этого Тен-Тен оборачивается, смотрит в злые, «мёртвые», глаза и думает — «Капец».       — Может встанешь с меня, наконец? — он шипит зло, рассерженно, явно ничего не понимая.       А у неё — шок. Какое встать? Тут мозг бы запустить!       Неджи грубо отпихивает её от себя, Тен-Тен ударяется плечом об угол парты и это, как ни странно, приводит в себя. Абсолютно.       Рок Ли пытается извиниться, а у неё — злые слёзы и пылающие щёки. Не от смущения, но от унижения. Ей просто не повезло. Мало того, что её соулмейт — отмороженный Хьюга, так он ещё и отрицает факт её существования.       Злость, смущение, унижение и горькая обида на судьбу.       Ну за что же ей это?..       Хочется рвать, метать, а желательно — кого-нибудь убить. Ещё лучше — кого-нибудь конкретного. С терновником на руке и звездой во лбу.       Факт попадания в одну команду не удивляет — просто добивает, как кувалда по голове. Она в команде с этими двумя. Ну, сеппуку делать уже можно. Потому что хуже — некуда.       Наверное, ей бы стоило признать — её ситуация далеко не самая худшая. У многих, вон, соулмейты или маньяки-психопаты, или померли. А у некоторых, может, вообще не родились. А у неё вон — гений, красавец, да к тому же клановый. Но ей-то, что с того? Ни жарко, ни холодно. Неджи смотрит презрительным, холодным взглядом, обжигает холодом и высокомерием.       А ещё у него лоб всегда закрыт — и завидовать ему совсем не хочется. Жизнь у Тен-Тен — не то, чтоб сказка, но очень даже ничего. Терновник её путь точно не венчает. У неё была счастливая семья, а когда её не стало, то остался любимый дедушка. У неё никогда не было всех этих детско-моральных травм, комплексов и прочего. Она просто с детства реалистка.       Плачет над могилами родителей, грустными фильмами и читает книжки о любви. У неё есть семейный фотоальбом на котором вся её семья ещё жива и счастлива. Смотреть на них можно только с улыбкой и слезами. Но, по правде говоря, Тен-Тен благодарна судьбе, что восемь лет своей жизни она провела с ними. И дед у неё замечательный.       И всё же, она не чувствует себя несчастной. У неё книжная полка с романчиками, заначка шоколада в столе, тетрадка с карикатурами-рисунками и коллекция оружия на стене. Иногда ей думается, что это ненормально. Но, в принципе, нормальных среди шиноби нет.       Поэтому Такахаси с каким-то сочувствием смотрит на Хьюга. У него печать на лбу и взгляд дико-отчуждённый. А ещё у него нет друзей, родных и даже такого хорошего деда, как у неё. Он одинок настолько, что ей и не снилось.       Тен-Тен пытается пробиться сквозь эту броню, но — бес-по-лез-но. Он то ли не хочет, то ли боится кого-то к себе пускать. А она не психолог — по её части как-то больше калечить, а не лечить — и что с ним делать не знает. У неё, видите, судьба такая — сидеть в задних. И за эту фразу прибить его хочется особенно сильно.       Вообще, слово дня у Неджи — это судьба, рок, предречено и прочая лабуда. Она кривится каждый раз, смотрит на него неприязненно и старается держаться поближе к сенсею и Ли. Они хоть и чудики, но оптимистичные.       Она уже свято верит в то, что её сокомандника ничто изменить не сможет, как Чуунин Шикен и Наруто Узумаки эту уверенность из неё выбивают. Она узнаёт много нового о Неджи и понимает, что да — терн.       А он на глазах меняется с того самого дня. День за днём, месяц за месяцем. Мимика становится ярче, презрения — меньше, а ещё он иногда даже улыбается. И всё чаще смотрит на запястье.       Она теперь не одна страдает по поводу метки!       — Какой он? — после одной из миссий внезапно заговаривает он.       Дело было вечером, а Гай-сенсей вместе с Ли уже умчались на тренировку, оставив их одних.       — Кто? — она искренне не понимает, смотрит удивлённо.       — Твой соулмейт, какой он? — шок становится ещё больше, но Тен-Тен садится на землю рядом с ним.       — Ну-у… странный. Иногда мне сложно его понять, а иногда прибить хочется, — с улыбкой признаётся она. — В детстве вообще проклинала его, — со смешком вспоминает.       — Почему? Он… какой-то не такой?.. — она хитро улыбается, смотрит с издёвкой.       — Ну, просто у всех девочек были цветочки-фиалочки всякие, а у меня колючки. Поэтому я всё детство жутко на него обижалась! — щёки слегка краснеют, но Такахаси внимательно следит за ним. На лице Неджи — лёгкое удивление, даже улыбка.       — Да? У меня тоже на руке терновник. Всегда думал, что это судьба у меня такая — быть несчастным, вот и соулмейт такой. Не думал, что у тебя тоже необычная метка… бывают же совпадения.       — Да ну? — скепсис на лице Тен-Тен такой, что только слепой не заметил бы. А у Хьюга даже бьякуган есть.       — А что такое?.. — на лице у него какое-то странное подозрение, словно он о чём-то думает, но мысль эта бредом ему кажется. Зато у неё мгновение злорадства — ну, наконец-то, не я одна с этим мучиться буду!       С самым лучшим покерфейсом на который способна, она закатывает рукав и показывает ему терновник. Такого размера глаза она у Неджи видит впервые.       

***

      — Ма-ам, а как вы с папой узнали, что являетесь соулмейтами? — любопытно тянет Рю, смотря на мать.       — Ну, ваш папа был тугодумом, поэтому я рассказала ему об этом спустя восемь лет после того, как об этом узнала сама, — и хорошо, что Неджи рядом нет, иначе снова возмущаться начнёт, мол, зачем ты меня перед детьми позоришь?       — Ха, а я говорила, что девочки умнее мальчиков! — задирает нос Кейко и Тен-Тен с ней даже согласна, хоть и знает, что как хорошая мать не должна поощрять подобное поведение.       — А вот и не правда!       — А ты докажи!..       Спор мог бы, наверное, продолжаться бесконечно, если бы глава семейства не вернулся домой.       — Вы опять? — под суровым взглядом отца сникают сразу оба и испаряются куда подальше. Потому что папа-моралист — это не понимающая мама, которая и сама помнит, как была такой же. — Ты опять потакаешь им в их ссорах, Тен-Тен.       — Не занудствуй, дорогой, — привычно тянет Такахаси (потому что из принципа оставила свою фамилию). — Хоть кто-то в нашей семье должен быть хорош в общении с детьми.       — Знаешь ли… — её муж явно в возмущении и готов вновь поссориться, но Тен-Тен ещё в лавку надо и на ссоры времени нет, ну совсем.       — Знаю и очень тебя люблю, — лёгкий поцелуй в губы — и смыться куда подальше. Техника отработанная годами и всё такая же безотказная. Неджи позлится ещё часок, а потом остынет. Встретит её ворчанием и каким-нибудь замечанием, которое она пропустит мимо ушей, предпочтя более приятное времяпровождение, чем ссоры и бурчание на разные темы. Муж обычно совсем не против, а очень даже "за".       У Тен-Тен на руке — терновник. И она носит короткие рукава, с гордостью демонстрируя своё запястье всем желающим, потому что гордится непомерно даже спустя столько лет. Трудности — закаляют, а её счастье — самое закалённое из всех.