Сверхновая

      Он не знает, когда ушёл бы – так же, как не знал, зачем пришёл… чтобы увидеть? Чтобы узнать, говорил ли этот уёбищный Ричард правду, или можно смело идти разрезать его на лоскуты только потому, что посмел солгать, прикрываясь ею? На этот вопрос ответа не было, поэтому Дэрил решает для себя, что и на все остальные он имеет право не отвечать.       - Я…       - Нет, сначала я приготовлю обед, ты должен поесть… в конце концов, ты же гость! – Кэрол произносит эти слова в третий или четвёртый раз, со странной и незнакомой неловкостью поднимается с дивана – тоже вновь – и тоже, как и десять минут назад, опускается обратно с какой-то обречённой, тяжёлой плавностью. Словно она тяжело больна. Или словно её покидают силы. Или словно…       Дэрил придумывает уже восемнадцатую причину, когда его правое плечо заново окатывает нежным человеческим теплом.       - Ну чего ты…       Кэрол мотает головой и смотрит на него своим коронным кэроловским взглядом: извиняющимся, смирным и убивающе ласковым. В глазах у неё словно вспыхивают и сгорают звёзды, и Дэрил знает, что одна такая сверхновая когда-нибудь сожжёт и его.       - Обед…       - Сделаешь ты свой обед.       Наверное, со стороны его рука кажется слишком жёсткой, пыльной и какой угодно ещё, потому что как только Дэрил её приподнимает, разворачиваясь всем корпусом на полградуса правее, Кэрол падает к его плечу, притягивается, словно внутри него какой-то гигантский магнит. Прижимается виском и ухом, шумно дышит носом куда-то под ключицу и ни разу не всхлипывает, лишь вздрагивает время от времени, как подстреленная птица. Дэрил поднимает голову и рассматривает стены… полки с глупыми вазочками… давно не крашеный потолок… Слава Богу, в комнате есть, что рассматривать, потому что иначе пришлось бы смотреть на Кэрол, а Дэрил не может. В горле поднимается удушающая боязнь опустить глаза даже на её волосы и острые, усталые плечи под его ладонью. Это всегда страшно, физически страшно, потому что само по себе чувство – «обнимать Кэрол» - огромно настолько, что Дэрил боится не справиться с ним. Чувство разгорается внутри, как пожар в сосновом лесу, разрывает грудную клетку и отчаянно давит на сердце.       Больно.       Нежность – это ужасно больно.       Дэрил очень осторожно и медленно расправляет плечи, чтобы она даже не вздумала решить, что он её отпускает, и решается опустить взгляд. Внимательно смотрит на волшебно красивые руки Кэрол, наблюдает, как она легонько царапает одним пальцем другой, а потом тянется к его ладони, как если бы тоже испугалась, что он её отпустит.       В голове рождается странно-глупое: «Надо будет уходить после темноты», и в следующую секунду они оба резко поднимают головы, разворачиваясь к прикрытому разноцветной шторкой окну. А после переглядываются, и Дэрил откуда-то знает, что страх в глазах Кэрол – отражение его собственного.