Майк!

Майк много времени проводит с Бредом, и Честеру это не нравится. Он понимает, что ревность к Дэлсону сама по себе идиотична, но он просто не может не ревновать. Бэннингтон привык к тому, что если Шинода не уделяет свое время работе, то он уделяет это самое время ему, Честеру. А тут: да и хуй с ними, с этими новыми гитарными партиями для концертов и альбомов. Срать Чес хотел на все, что творится, если Шинода теперь бОльшую часть своего времени тратит на этого лохматого гитариста. Выход был только один. - Майк! – этот тон Шинода знал очень хорошо и давно усвоил, что лучше его не игнорировать. - Да, Честер? – устало улыбаясь, но все же улыбаясь. Он слишком мало проводил последнее время со своим любовником. Он понимал, но новая работа, альбом, целиком и полностью захватили его. - Я хочу играть на гитаре. Вначале Шинода долго пытался переварить полученную информацию, а потом постарался не рассмеяться. - Чес, это не то, что тебе нужно. - Я знаю, что мне нужно, – выделяя голосом слово «что». Майк закатил глаза и тряхнул головой. Все, модуль «я - истеричка» включился на полную, а Майк при этом успел сказать от силы то слов 10, а не как обычно. - Но гитара и все такое - это профиль Дэлсона и мой. Ты же поешь. - Я хочу играть. Проще дать, чем объяснить, что не хочешь. С Честером было именно так. Майк лишь сокрушенно кивнул и начал прорабатывать свою утреннюю речь, чтобы не получить от Бреда по щам за эту чертову идею вокалиста. Как результат: на концерте, а именно на песне Shadow of the Day, Честер Бэннингтон получил свою гитару. А фанаты возможность подрочить на знаменитого вокалиста во всей его красе с треугольной деревяшкой в руках. Спустя небольшое количество времени Честер вновь начал замечать, что Майкл-мать-его-Кенжи-перемать-Шинода вновь перестал уделять ему должное внимание. И сейчас, все то свободное время, что было у его любовника, тот тратил на скромнягу Роба Бордона. А вот это вот не лезло уже ни в какие ворота. Ибо нехер тянуть свои длинные, накаченные долгой игрой на барабанах руки к тому, кто уже занят. И нет, Честер сейчас не про Анну Шиноду. Он сейчас именно что про себя. Именно он занял Шиноду. На веки вечные, аминь! И очередное «Майк!» не заставило себя ждать. И Шинода был готов провалиться сквозь землю, потому что подозревал, что его лялечке что-то опять не нравится. Вроде бы уже и оделся так, как тот хотел, и вокалом занялся, чтобы не «читать», а петь песни их группы. Что еще было нужно этой смазливой мордашке с афигительной задницей и ахуенно стальными яйцами (ибо именно такие и нужны, чтобы проверять на прочность нервы Майка Шиноды), МС не знал. Он озвучил свой вопрос: - Что тебе, принцесса, еще надобно? – и получил хороший хук слева. - Я тебе много раз говорил, что я не телка, Шинода. - Все время забываю. Особенно в такие вот дни, – прошипел Майк, потирая скулу. - В какие такие? – взвизгнуло чудо, уставившись своими обиженными глазищами на любовника и лучшего друга. - ПМС, – ответил за рэпера Бред и был таков. Разгневанная фурия в лице их ведущего вокалиста - это была проблема Шиноды. Да и жить хотелось. За гитаристом тихим сапом свалили и остальные. - Ладно, что случилось на этот раз? – присаживаясь на диван и хлопая рядом с собой. - Хочу играть на барабанах. В этот момент Майк отпивал из стакана свой уже давно остывший кофе . Так что тут по сценарию он должен был подавиться и выплюнуть содержимое на пол. И, по сценарию, Майк выполнил первый пункт, он - подавился и закашлялся. - Ты совсем ебнулся, дорогой? - Я хочу, – спокойно пожал плечами Бэннингтон. – Вот и все. - Бляяяя, – простонал Шинода и закрыл глаза, откинувшись на спинку дивана. Надо было придумать, как объяснить завтра ребятам, что Чес теперь играет и на гитаре, и на барабанах. С Робом-то проблем не будет, он парень хороший, добрый. Всегда понимал, когда Майку нужно уступить. И какого хуя он, Майк, не обработал Роба для своей постели, а влюбился в ходячую порнографию, сидящую сейчас от него по правую руку? - Я совершенство, – выдала порнография и оседлала его колени. - И то верно, – подтвердил член Майка, а дальше был жаркий секс. После довольные фаны лицезрели не менее довольного Бэннингтона, который с умным видом (считал про себя, чтобы не сбиться) барабанил на When They Come For Me. Майк Шинода мог спать и дышать спокойно. Хе, не долго. - Я тут что подумал, Шинода, – Хан подсел к другу. – Мы в последнее время очень много времени проводим вместе. - Ага, – не отрывая взгляда от монитора. - И Честер как-то странно поглядывает на меня и на мои вертушки. - Ага, – все так же увлеченно глядя на голубое сияние экрана. - Короче, если завтра ты заявишь нам о том, что Чес будет херачить пару сетов на концертах, знай: я - против. Майк проигнорировал. Не потому, что он не уважал мнение и желания своего друга, а просто потому, что не поверил в то, что такое возможно. Но когда вечером он услышал знакомое: - Мааааайк! Шинода понял, что на этот раз выкручиваться придется долго. Не потому, что Честеру не объяснишь, что ДиДжей из него хуевый, а потому что придется доказывать Хану, что Майк не верблюд и еще дружит со своей головой. Ибо со своим членом Шинода был куда дружнее и не мог игнорировать того, как Чес умеет уговаривать.