into you

      Я, выглянув в окно, замечаю подъехавший к дому мотоцикл. И прекрасно знаю, кому он принадлежит, хоть лицо водителя и скрыто под шлемом. Мы не раз гоняли на его железном коне по ночному Нью-Йорку, и сложно позабыть это умопомрачительное волнительное ощущение опасности и адреналина, уровень которого зашкаливает, и кровь бурлит, заставляя прижиматься к спине Дэниела теснее, крепче обхватывая его руками и даже зажмуриваясь, когда он входит в очередной поворот. Тогда это казалось таким сладко-пьянящим, что я даже стала зависима от дурманящей свободы, впрочем, как и от наших отношений.       А что теперь… все разрушилось в один момент, и мне было очень сложно пережить ломку без быстрой езды и без Шармана. Конечно, вторая проблема оказалась значительно серьезнее, чем я вообще могла себе представить. Бессонные ночи, постоянные слезы, желание позвонить ему, услышать его чертов акцент, сводящий с ума, и потребность ощутить прикосновения, заменить которые ничему не под силу. Я даже подумывала тоже обзавестись байком, но понимала, что это все — лишь попытка вернуть в свою жизнь частичку Дэниела, ведь с расставанием она опустела так, словно из нее извлекли очень важный для меня предмет, отвечающий за мое равновесие. Такой предмет, размером с Шармана.       И без него я долгое время не могла функционировать нормально. А вот сейчас наконец стало получаться, и он вернулся ко мне, еще не знаю, зачем, но уже предчувствую, что из этого не выйдет ничего хорошего. Попросту не может выйти, учитывая, как болело мое сердце. Хотя я сама же причинила боль обоим…       Открыв входную дверь, сталкиваюсь с ним на пороге. Он как раз снимает шлем, и я вижу, что Шарман немного растерян, похоже, он сам не до конца понимает, зачем он здесь. Впрочем, старается не показывать этого, скрывая все за привычным слегка надменным взглядом голубых глаз и едва заметной усмешкой. Дэни до сих пор производит впечатление дерзкого парня, хотя он ведь таковым и является, и это-то и цепляет, когда впервые говоришь с ним. Никогда не интересовалась, сколькие так же были сражены наповал, просто на личном опыте знаю, как легко увязнуть в желании быть с ним, попытаться перевоспитать, изменить, а в конце сдаться и просто наслаждаться его развязной наглостью, борьба с которой совершенно бессмысленна. Он такой, какой он есть, и ему это нравится, а ты можешь либо мириться со всеми его пороками, недостатками и не самыми положительными качествами, либо уходить. Вот я и ушла, правда причина моего ухода была несколько иной… — Просто проезжал мимо, — он пытается оправдываться, потупив взгляд. — Как ты? — вздыхаю я, пряча ладони в карманы кофты, чтобы иметь возможность сжать кулаки, впиваясь ногтями в кожу, дабы не разрыдаться сейчас, при встрече с ним. Потом я вдоволь наплачусь, и вновь буду стараться выбросить его из головы, а в данный момент нужно держаться, и держаться изо всех сил. — Недавно вернулся, опять гоняю, — Шарман кивает в сторону припаркованного мотоцикла. — А ты как? — В порядке.       Каком-то хреновом, но порядке. И вообще, в целом вдребезги после этой встречи, и она еще не закончена, а уже хочется взвыть. — Нашла то, что искала? — он смотрит на меня с молчаливым укором. — Спокойствие? В некотором роде — да.       Только ты снова разрушил его шаткий мирок сегодня, показывая, что у моего эмоционального равновесия очень уж хлипкие стены и ненадежная планировка, ведь оно рассыпалось, как карточный домик в момент, когда сердце стало колотиться в груди сумасшедшим ритмом, а кожа запылала нестерпимым жаром, пламенем своим напоминая, как было хорошо тогда, и как стало паршиво сейчас. Хотя это условно, ведь я ушла не просто потому, что резко захотела этого в один миг. — И тебе лучше? Без меня, без нас…       Теперь же в британском акценте проскакивают нотки обвинений и обиды. Я понимаю, почему. — Я не буду обсуждать с тобой это, уходи, — я качаю головой, сжимая кулаки до того сильно, что мышцы рук оказываются в железных тисках судороги. — Я скучал.       От этой фразы внутри все обрывается и перехватывает дыхание. Я тоже скучала, Дэни, тоже. Но не признаюсь тебе в этом. — Из этого ничего хорошего не выйдет, Шарман, ты же знаешь. — Я просто сказал тебе, что соскучился, а ты уже снова выдумала драму, да?       Вот он — типичный Дэниел. В серьезные моменты жутко несерьезный и вспыльчивый. — Причины моего ухода были вовсе не надуманными, если ты помнишь!       С ним так всегда. Словно с его байком. Вроде бы ты стоишь на месте, а после разгоняешься всего за пару секунд почти что до скорости ветра, и все это эмоционально. Ведь только я испытывала боль, как теперь уже на смену ей пришел гнев. — Если бы забыл, стал бы к тебе приходить?! — он так же зол, как и я. Похоже, ему тоже больно. — Ты по-прежнему актер, Дэни, и тебя по полгода, а то и больше, не бывает дома. Разве это отношения? Может кого-то роман на расстоянии и устраивал, но не меня. Мне нужно чувствовать тебя постоянно, понимаешь?! — сорвавшись, я уже не обращаю внимания, что говорю в настоящем так, словно все это еще есть между нами. Да есть же, иначе чего бы он заявился ко мне. — Я никогда не откажусь от своей работы ради девушки, даже если эта девушка — ты. — Вот, — забыв про следы от ногтей на коже, я всплескиваю ладонями, — твой скверный характер так же остался при тебе! — Раньше для тебя это не было проблемой! — он стискивает зубы, сердито глядя на меня. — А теперь это не только проблема, но еще и весомая причина закрыть дверь! — выпалив это, я и правда захлопываю дверь у него перед носом, после же прислонившись к ней спиной, жадно хватая ртом воздух, будто доступ к нему кто-то вот-вот перекроет. Может, я так пытаюсь вдохнуть запах одеколона Дэниела, острые пряные нотки которого рассеются в следующее мгновение, словно его и не было здесь.       Кажется, это конец. Финиш. Точка, после которой нет перехода на следующую страницу. Наверное, ее мне и не хватало, чтобы начать жить дальше, хотя Шарман еще не скоро выветрится из моего сердца и моих мыслей, это уж точно. — Мы не можем закончить все так.       Слыша его голос, я вздрагиваю, понимая, что Дэни не ушел, и все еще стоит на крыльце моего дома. — Мы уже закончили. — Открой, и я докажу тебе, что ты ошибаешься.       Я кусаю губу почти что до крови, не зная, что мне делать. Моя выдержка полетела к чертям еще тогда, когда я увидела его подъезжающим к дому. Теперь же есть только осколки сердца, да клубок спутанных мыслей и желание подчиниться. И да, это снова принесет много боли обоим, я опять буду проводить время одна, в вечном ожидании возвращения Дэниела, но это самый простой вариант. Сложнее же устоять и сопротивляться до последнего, позволив ему уехать ни с чем. — Это приказ? Твой характер стал еще хуже, — я произношу эту фразу, глядя Шарману в глаза.       Я сдалась. И он не обещает, что в этот раз все будет иначе. Просто иногда зависимость возвращается, и берет над тобой верх. И ты так слаба перед ней, с напрочь отсутствующей силой воли, зато испытывая кратковременный кайф, который обязательно сменит отрезвляющее понимание тупика в настоящем, но не в момент забытья, когда становится лучше. — Я скучал, — повторяет Дэни. — Я тоже, — киваю я, признавая свое поражение по всем фронтам.       Похоже, нашу историю можно закончить только многоточием…