Безумие

Под вечерним мокрым небом липкими шагами идёт она. Дёргает струны гитары длинными костлявыми пальцами, по которым стеклянными каплями стекает дождь, он до того неприятный, что покрывает паутинкой сосудов кисти рук, распространяясь все дальше, ближе к локтям. Гитара издает жалобный звук, настолько тихий, что он скорее похож на жуткие шлепки шагов по лужам. Я вижу её и иду за ней, она завораживает моё внимание, тянет за собой... И тянет, неприятно, будто надели тяжеленные кандалы, которые сильно пахнут железом. На вкус они, наверное, такие же как молния на моей детской курточке, металлические, с кислинкой. Я иду, смотрю ей вслед, двигаюсь так, будто меня загипнотизировали. Странно, но никаких звуков вокруг я не замечаю, даже цвета начинают тускнеть, словно безликий смог, покрывающий небо, заодно окрашивает всё остальное в серые оттенки. Мне страшно хочется остановиться, но я не могу. В голове бежит строчка, как на табло в автобусе "Надо, надо, надо, двигайся...". Мой осторожный взгляд падает на ее волосы. Они длинные, волнистые, пепельно-каштанового оттенка, мокнут под свинцовыми каплями, которые, в свою очередь, видимо пытаются отмыть неподходящий пепельный цвет и оживить локоны. Я не могу разглядеть как она одета, не могу догнать, приблизиться, остановиться, повернуть назад. Вокруг странные кубы, гигантские, страшные, нависающие над моей головой, пирамиды, угрожающие проткнуть душу. Где-то в далеком уголке своего подсознания, понимаю, что это всего лишь расплывчатые очертания домов. Внутри меня происходит странный процесс, мысли мешаются с чувствами, вкусами и ощущениями, а это знаете ли, немного болезненно и сопровождается колкими мурашками по всему телу. К тому же, хочется наплевать на всю жизнь и просто закричать изо всех сил, но нет, из парализованных губ вырывается нечленораздельный, негромкий звук. Внезапно Тень (как уже успело окрестить её мое воспаленное подсознание) останавливается и начинает поворачиваться ко мне, я впадаю в дрожь, мне страшно, сводит каждый член моего тела. Изношенные старые солдатские сапоги, рваные джинсы, когда-то, видимо, синего цвета, принявшие теперь грязный и непонятный оттенок, старая джинсовая куртка с тусклыми нашивками, шарф, такого же непонятного мне цвета, гитара, которую держат костлявые руки, а кожа такая, будто вместо нее натянули пищевую пленку, и лицо...Боже, никогда не забыть мне ее лица. Потекшая местами тушь и подводка, прозрачная кожа, прямой нос, ярко синие вены на висках, широкие брови и небольшие зеленовато-серые глаза, выражающие готовность ко всему на свете, какую-то злость и еще что-то, чего мне не удаётся уловить. - И что же, интересно по реальности прогуляться, понравилось? - её голос давит своей резкостью на мои барабанные перепонки. - Интересные закоулки я показала, не правда ли? - высокомерие плещется в ее словах, ухмылке, взгляде, во всем ее облике. - Зачем? - говорит кто-то моими губами, что повергает меня в жуткое недоумение и страх. - Хороший вопрос, я долго над ним думала, но посмотри, тобой легко управлять, как и всеми вами, людьми, однако вопрос... - она начинает приближаться ко мне, и капли дождя капая на мое лицо, обжигают его, словно жидким азотом, в то время как голос - обжигает мозг. - Ты не первый и далеко не последний человек, который будет со мной так ходить и видеть это всё, и слушать меня. Невыносимо становится воспринимать её, такое чувство, что меня сейчас раздавит. Я смотрю ей в глаза, они приковывают меня, и, сжимая кулаки, стискивая зубы, хрустя пальцами, собираю распадающееся по мелким частицам сознание. Возможно, это был предел меня, моих сил, но пригнувшись, я всё же отрываю взгляд от ее бесстрастных глаз и скрежеща зубами говорю то, что хотел спросить именно я, а не она моими губами. - Кто ты? Что тебе нужно? - Не думала, что ты сможешь сказать сам... - её тонкие губы кривятся в усмешке, по лицу стекают капли усиливающегося дождя, и я вновь под её контролем. - Отвечу, раз тебе этого так хочется. Смотри вокруг, ты не знаешь кто стоит перед тобой, что тебя окружает, ты даже не знаешь, когда придет твой черед сдохнуть. - она произносит последнее слово по слогам, медленно. - Ничего не знаешь ты и о жизни, о других людишках подобных тебе, и они ничего не знают, просто существуют, предпочитая жалкие декорации, лишь бы отгородиться от реальности. О! слабые создания, загораживающиеся раскрашенными иллюзиями. Для чего они живут, если в конце их всё равно ждёт смерть? Видишь, никто не оставит после себя вечности, хоть в какой-нибудь форме, всё, абсолютно всё исчезнет. А вы все живёте... - в её словах послышалась странная, доселе неслышная дрожь, в большей мере злобная, нежели глубокомысленная. - Кто я! Смешной маленький человек, наивный вопрос, смотри вокруг! Шире раскрой глаза, видишь как всё бесполезно...даже то, что вы придумали. Эмоции, чувства - это просто смешно. - Моё сильное подсознание пыталось прорвать сети, в которые завлекало меня это существо. - Вы ищите смыслы жизни, ищите то, ради чего ваша жизнь не будет казаться такой бесцветной, бесформенной, какой ты видишь её сейчас. Страшно, правильно? Но как только ты надеваешь на реальность разноцветные мечтания о семье, путешествиях, саморазвитии сразу становится легко жить, появляется ради чего существовать... - Она глядит в небо, перебирает струны на гитаре, капли стекают по ее неживому лицу...нет, нет, оно неживое. Я дергаю головой и еще более собираясь с собой делаю шаг вперед. - Несчастное создание, что ты пытаешься сделать? Неужели ты еще не понимаешь о чем я? Я теперь навеки с тобой. - Асфальт подо мной дрожит. - Вся бесполезность существования тебе теперь открыта, и я теперь рядом... - влажная, липкая рука ложится на мою руку, я чувствую этот жутчайший холод, чувствую до костей. - Пойдем, мы будем вместе ходить и открывать людям глаза на их жалкую жизнь, будем собирать этих людей... - Она ведет меня, её острое лицо поворачивается ко мне. - Кто ты?! - срываясь на нечеловеческий крик ору я. - Она смотрит на меня своими глазами, ноздри ее вздымаются, рот растягивается в улыбку, обнажающую белоснежные зубы. - Что ты за ужас?! - теряя последнюю ускользающую мысль и становясь странной биомассой кричу я сквозь пелену свинцового ливня, забирающего у меня жизнь. Улыбка, жуткая, впаянная в мою память, сверкающие ураганом глаза, бурлящие на висках уже фиолетовые вены... - Я - Отчаяние. - она сжимает мою руку, и тает улыбаясь. Мир падает, рушатся кубы и пирамиды, рушится все вокруг меня, все падает, исчезает, и я тоже, а дальше - темнота. Проснусь ли я когда-нибудь? Забрала ли моя спутница меня с собой или нет? Свет, темень, стоит ли жизнь чего-нибудь? Безумие, бесполезность или иллюзия? Мой вечный сон, моя вечная мысль, и Она, тоже навсегда моя.