But do you remember?

~ Спустя 8 лет ~

Все горит, если с бензином. И даже ты.

      Перебирая очередную толстую папку с документами, девушка устало потерла переносицу и слегка хмурилась, что-то беззвучно шептала себе под нос. Как всегда, очень сосредоточена. Никак иначе она не могла, даже если усталость была невыносимой. Своё дело она всегда старалась доводить до конца. Ну, или же в этот раз немного не до конца? Ей просто нужно было найти эту грёбанную папку с документами какой-то ну слишком влиятельной семьи.       — Да где же, черт подери его! — шатенка не выдержала и отпихнула от себя очередную «ненужную» папку. — Босс меня убьёт.       Неподалёку сидящая девушка, медленно подняла взгляд на шатенку, изгибая бровь в немом вопросе.       — Мне ещё три дня назад министр принёс документы чистокровной семьи, чтобы я открыла дело на… — взгляд ушёл куда-то под потолок, а указательный палец нервно стал постукивать по нижней губе, — на… развод. Да, кажется именно это!       — Кажется? — в голосе соседки по кабинету можно было понять, что она еле сдерживает ухмылку.       — Да, Салазар его подери! Я его даже не прочитала. Я его даже не открывала!       Гермиона потерянно опустила плечи и с мольбой во взгляде уставилась на соседку, будто умоляя хоть что-то сделать, да хоть применить магию по поиску. Хотя, даже ей самой это не помогло. А все почему? Потому что она даже не знает, что за дело.       — Гермиона, по-моему, тебе пора в отпуск.       — Если я не выполню этот заказ, не светит мне отпуск, Люси.       — Ты и так который год трудишься, — Люси медленно поднялась обходя свой стол, слегка покачивая бёдрами. — Помнится мне, у тебя самый длинный отпуск был — неделя. Напомни причину?       В словах Люси сочился сарказм, а губы расползлись в подобии ухмылки.       Она прекрасно помнила этот псевдоотпуск Грейнджер. Она ездила к очередному клиенту по делу, только потому, что он находился в другой стране и не мог никак приехать лично. Грейнджер, почему-то посчитала это мини-отпуском. Люси всегда считала её слегка ненормальной, но как оказалось, позже, из них получились неплохие подруги. Наверное, но это было бы не совсем точное определение. Люси догадывалась, у сердобольной Гермионы были скелеты в шкафу. Очень жирные скелеты, увесистые.       Люси с самого начала трудоустройства Грейнджер, находилась рядом с ней в этом самом кабинете. Девушка с адским характером и редким юмором, но если уж юмор был уместен, то сквозил он так называемой чернухой. Она была невысокого роста, можно сказать, из рода миниатюрных девушек с короткими по плечи светло-русыми волосами. Одевалась же Люси всегда утончённо и дорого, чем позволяла себе изредка, но достаточно едко, напоминать Грейнджер, что необходимо было бы сменить гардероб.       Нет, героиня войны не одевалась настолько плохо, но последние года она могла ходить в одном и том же по несколько дней, а волосы… Ох, уж эти волосы. Если раньше она их укладывала, то теперь они либо распущены, либо собраны в конский хвост. Но как правило, после замечаний Люси, она странно активизировалась и следовала советам подруги, но хватало её ненадолго. Максимум на дня так два — три.       — Не начинай. То было очень важно! — Гермиона устало поднялась со своего места и направилась к шкафу, чтобы убрать ненужную папку на место и взяться за новые.       Ей необходимо найти эти документы, чтобы завтра приступить к работе. Продолжать работать сегодня она уже не могла ни физически, ни морально. Девушка, правда, безумно устала, вся эта рабочая рутина её спасала от совершенно ненужных мыслей и боли, что крепко въелась в её душу. А ещё её выручал Гарри. Её вечный и самый лучший Гарри. Чтобы бы она делала без него? Из-за своих раздумий она не заметила как блондинка подошла к ней.       — Эй… — Люси пару раз щёлкнула пальцами перед лицом подруги. — Мы теряем Грейнджер.       — Ох, перестань называть меня по фамилии. Я слегка задумалась, ничего критичного, — Гермиона встряхнула головой и одной рукой отодвинула ладонь девушки от лица. — Знаю я твоё «слегка», — внимание Люси привлекла яркая красная бумажка, на которой было выведено слово «ВАЖНО» почерком её подруги, что вызвало у неё многозначительное «хм…».       А под бумажкой лежала чёрная папка. И, кажется та самая папка, что была необходима последние три часа. Но уведомлять Грейнджер так скоро, она явно не собиралась. Ох уж эти аристократы. Гермиона покачала головой, быстро пробегая глазами по заставленным полкам уже молясь всем Богам, только бы папка оказалась здесь. Шкаф был огромен, иногда папки меняли своё положение, и как догадывалась девушка, в этом была замешана её напарница. Уж сильно ей нравилось нервировать трудоголика Грейнджер.       — Ты снова колдовала над папками?       Этот вопрос остался без ответа в дверь неожиданно постучали, девушки синхронно повернулись на стук.       — Да, заходите! — последние слова Гермиона уже шипела себе под нос, не на шутку злясь. — Как же можно быть такой безответственной!       В кабинет вошёл высокий молодой человек с мокрой мантией в руках. Кажется, в сером Лондоне в очередной раз шёл дождь и судя по степени влажности его мантии, довольно сильный. Люси немного наклонила голову набок, разглядывая «гостя». Если не лукавить, то этот «гость» был более чем симпатичен девушке и она не оставляла лишнего повода, чтобы разглядеть его. Это был Гарри Поттер.       Видимо, только недавно вернулся с очередного задания, и по привычке зашёл за Гермионой. Он всегда заходил за ней, если не был на задании. Он возмужал, а благодаря изнурительным тренировкам приобрёл неплохую физическую форму, чем вызывал восторг у большей части женского пола. Поттер и так был завидным женихом, но теперь популярность возросла в несколько раз. Но наш герой войны не спешил обзаводиться спутницей. От его неизменных круглых очков не осталось и следа, одет он был в тёмно-синий свитер по горло и чёрные обтягивающие джинсы.       Обтягивающие джинсы, именно этот пунктик Люси особенно сейчас нравился.       — Всем привет, — Гарри прикрыл дверь и улыбнулся девушкам. — Как у вас тут дела?       — Вечер добрый, Гарри, — Люси улыбнулась в ответ, продолжая бесстыдно разглядывать его. — Наша прекрасная все умеющая Грейнджер, кажется, скоро вылетит с работы.       На эти слова Поттер вопросительно изогнул бровь и перевёл взгляд уже на шатенку, ожидая, видимо, ответа от неё самой. Но Гермиона в который раз благополучно «отошла от реального мира» вглубь своих мыслей. Гарри медленно подошёл к девушке и заглянул ей в лицо, но реакций не последовало. Этот взгляд был знаком уже мужчине, в такие моменты его верная подруга вновь и вновь погружалась в подобие пустоты, никаких точных мыслей в её голове не было. Там был лишь хаос. Набор бессвязных мыслей, которые сбивали друг друга, не давая сосредоточиться.       Поттер аккуратно коснулся подбородка девушки и медленно поднял её голову, чтобы та взглянула на него.       — Гарри, — взгляд прояснился, а губы сложились в нежную улыбку. Гермиона тут же обняла его, крепко прижимаясь к нему и уткнувшись куда-то в район шеи, — с возвращением.       Она всегда так говорила, когда Поттер возвращался с очередного долгого задания. И от этих слов становилось, как-то теплее. Роднее у него просто не было никого.       — Спасибо, дорогая, — Гарри тепло улыбнулся в ответ и покосился на Люси, — так, что у вас тут случилось, почему Люси говорит о твоём скором увольнении?       — Увольнение? — Гермиона быстро выбралась из объятий Поттера и развернулась лицом к подруге уже собираясь обрушить на неё шквал малоприятных слов.       — Ваша папочка, Грейнджер, — Люси будто чувствовала назревающую бурю и быстро протянула чёрную папку перед собой, не давая шатенке даже начать говорить. — Кажется, ты её искала?       Гермиона переводила взгляд с папки на девушку и обратно, её грудь тяжело вздымалась, а губы были сжаты.       — И давно ты её заметила?!       — Да не за что, — Люси улыбнулась, выпуская чёрный плотный материал из рук. — Я пойду, пожалуй, домой. Люблю уходить вовремя, всего хорошего!       Девушка немедленно зашагала к своему столу громко постукивая каблуками, схватила сумку, и бросив быстрый взгляд на Гарри Поттера, она выскользнула из кабинета.       — Змея… — зашипела Грейнджер под стать сказанному слову.       — Но ты любишь эту змею, — Гарри улыбнулся, обнимая подругу за плечи и забирая папку из её рук. — Так, я её вот сюда уберу, она нашлась? Нашлась.       — Но…       — Никаких «но». Мы сейчас идём домой отдыхать, ты время видела?       — Но, Гарри, я её даже не открывала ещё…       — Вот завтра и откроешь, очередные аристократы никуда не денутся.       После этих слов, мужчина убрал папку на нижнюю полку и закрыл шкаф. Гермиона обречённо вздохнула, провожая взглядом все проделанные действия Поттера. Она даже не стала сопротивляться, когда он взял ее за руку и повёл из кабинета со словами: «Прогуляемся?».       — Да.       Она любила возвращаться домой вот так.       Гуляя под руку с ним.       Серый Лондон оставался неизменным себе, было только начало осени. Первые дни сентября. Шли проливные дожди, деревья медленно теряли свои листья, а мокрый асфальт окрашивался в золотой ковёр из листьев. Особенно в парках. Гермиона любила парки.       Время близилось к девяти часам, поэтому на улице почти безлюдно, особенно в парках, где она так любила прогуливаться по пути домой, идя под руку с ним. В такие моменты девушка будто отдыхала душой, они говорили ни о чём конкретном. Обо всём понемногу. Он рассказывал о своей последней миссии, рассказывал о боевых товарищах, о Роне. Ведь она так давно не видела рыжего друга. Уизли был занят своей жизнью, довольно бурной жизнью, что с девушками, что в работе. Но Гермиона знала истинную причину отсутствия его в своей жизни. Но старалась об этом не думать, ведь Гарри смог её принять, а Рон почему-то не смог.       Не мог и не хотел.       Пока Гарри говорил, девушка крепко держала его за руку, слушала, впитывая в себя каждое его слово. Он как спасательный круг.       Её и только её.       Эгоистично, но никак иначе не может быть.       — Гермиона?       — Мм?       — Пообещай мне, что когда ты закроешь это дело из чёрной папки, то отправишься в отпуск! И не на неделю, а на полноценный месяц, а может, и два.       На эти слова девушка лишь улыбнулась и кратко кивнула. Да, она выполнит его обещание, потому что сама уже устала. Устала убегать от реальности и воспоминаний.       — И мы поедем, куда ты захочешь, — Гарри остановился, взял холодные ладони подруги в свои, крепко их сжал. — Я хочу, чтобы ты стала прежней.       — Я стараюсь, Гарри, правда.       — Вижу.       Мужчина медленно потянул девушку к себе, увлекая в объятья с некой осторожностью, будто спрашивая, медленно коснулся уголка её губ. Она не сопротивлялась, только прерывисто вздохнула и закрыла глаза. Вдыхая запах его одеколона, его кожи, все это опьяняющее смешивалось с влажным воздухом улицы. Сейчас, стоя здесь рядом с ним, в душе греет маленький огонёк, столь хрупкий и нестабильный. Поцелуй был такой родной и необходимый. Девушка поддалась навстречу ему, разжимая губы и целуя в ответ, будто выплёскивая все тепло, что было в ней.       Осторожно.       Зарываясь трясущими пальцами в его волосы, сжимая их крепко и дрожа теперь всем телом. Мужчина первый прервал контакт и тихо шепнул на ухо: «Не сдерживайся». И она не сдерживалась.       Навзрыд.       Безумно.       Стыдно.       И так горячо. Так, горячо было на щеках. Только он мог увидеть её такой. Так, редко, но так сильно. Отчего она могла плакать? Причин было несколько. Но они никогда не произносились вслух.       Уже шесть лет о них не говорят.       Стыдно.       Вспоминать, что происходило с ней и с виновником её болезни, её состояния.       Больно.       И после всего с ней остался только Он. Её Гарри, лучший и верный. Ему было сложно смириться, принять её в свою жизнь настолько, бороться за неё, бороться с ней. Бороться каждый день, двадцать четыре на семь. Прошлые дни Гарри не любил вспоминать, вспоминать, то какой была его подруга, и через что им пришлось пройти. Ведь от неё отказались почти все.       И было за что, Гермиона Грейнджер оказалась не столь невинной и милой.