Исчезни и вернись

       Чонгук взрослел. С возрастом до него доходили простые истины, которые должны были дойти намного раньше. Но лучше поздно, чем никогда, уверяет себя он.        Как только закончился университет – начался сущий ад. Чонгук, конечно, закончил его далеко не с отличием, но устроился на солидную работу. Опять же, так он уверяет себя сам. Отец помог ему устроиться в свою компанию, и теперь Чон был под его полным контролем. Начиная с распорядка дня и заканчивая заработной платой. Её тоже регулировал отец. И Чонгуку приходилось вкалывать, как никогда, чтобы добиться хоть капельки свободы.        Это время он тратит на своих друзей. Теперь уже настоящих друзей, проверенных временем и трудностями. Нет больше старых и обидных подколов от Юнги, нелепых ситуаций Намджуна. Они стали другими, как и сам Чонгук.        Они открыли что–то вроде клуба, где творится весь разврат, пока ночной Сеул наслаждается звёздным небом. Большую часть дохода с этого клуба они тратили на сам клуб, потому что это было их всем. Они наслаждались своей работой, шли на неё с удовольствием. Это Чонгук называл счастьем.        И правда: Юнги, как оказалось, всегда был очень учтивым парнем. Всё время, что он учился и до сих пор, у него был парень. Тот самый, которого старший ждал в школе, с кем теперь он живёт и оберегает его, как зеницу ока.        Намджун тоже не остался в стороне. Он так же с кем–то живёт. Уровень доверия у этих двух пар на такой высоте, что никто никогда не сомневался в сомнительности работы в ночном клубе. Да, это пьяные вечеринки, да, задымлённые куревом помещения, да, разврат и секс, но только для посетителей. Они любят свою вторую половинку, они любят свою работу и продолжают наслаждаться жизнью.        В то время Чонгук под руководством своего чуткого отца, иногда ночуя со своей девушкой, с которой он едва месяц знаком, живёт в огромной квартире. Один.        Девушка, как очередной способ самоутвердиться, не приносила никакого счастья. Удовольствия разве что, не больше. Но и обязательств закрепилось за ней не мало, поэтому Чонгук морально страдал, и только друзья могли поднять его настроение.        Музыка, гул, стены трясутся, но в этом помещении – только для элитных друзей и своих людей – достаточно тихо и просторно. Тут же можно открыть окно, включить кондиционер, поспать, отдохнуть, последнего как раз Чонгуку не хватает. — Чонгук, ну ты тут заканчивай с самобичеванием. Ты зарабатываешь больше, чем мы с Намджуном вместе взятые, живёшь в шикарной квартире, трах... — Юнги поймал взгляд младшего и ухмыльнулся. Он ещё такой ребёнок. Нельзя при нём говорить таких слов, они его смущают. — Занимаешься любовью со своей девушкой... — Я занимаюсь с ней сексом, Хён, это разные вещи, — сердито говорит Чонгук и запрокидывает голову на мягкую спинку дивана. — Ребята, дайте поесть, потом баб обсуждайте, — ворчит Намджун в стороне, листая новостную ленту в телефоне. — Мне нужно взбодриться, Хён, — скулит Чонгук и яро надеется на хороший совет. — У нас за стеной двухэтажный рай бодрости и адреналина. Выпей пару стаканчиков, дело само пойдёт.        В результате всё заканчивается тем, что Чонгук едет на машине домой, пишет сообщение девушке, что он здоров и всё у него хорошо, получает в ответ кучу смайликов с мартышками – что они значат одному Богу известно – и уже вскоре прибывает домой.        Ему скучно и делать нечего. Не такой "свободной" жизни он ожидал. Работа – дом. Дом – работа. Выходные – друзья. И вот уже на следующий день надо идти туда. Нет, она не особо сложная или напряжённая. Она никакая. В этом вся проблема. Как только он начал работать, он понял, что счастье не всегда в деньгах.        Утро. Завтрак. Машина. Вход. Лифт. Последний этаж. Кабинет начальника, чтобы получить очередное занятие на день.        Чонгук заходит, зевая, будучи уверенным в том, что отец никого по утрам не принимает. Но рот сразу закрывается, когда он видит, что отец не один. — Что ж, думаю, тебе у нас понравится. Можешь пройти к своему новому рабочему месту, я подойду позже, — любезничает мужчина, явно радуясь новенькому, а Чонгука с этой картины воротит. Он знал, что после своих похождений в юности, потерял всякое доверие родителей. — Здравствуй, Чонгук, проходи. Чон кивает и идёт ближе к небольшому диванчику у рабочего стола.        Он подавляет в себе попытку позевать снова в присутствии левого человека, поэтому, неловко прикрываясь обратной стороной запястья, всё же позволяет себе маленькую шалость. Пока не видит человека напротив.        Этот новенький кажется знакомым. Чонгук готов провалится прямо на этом чёртовом месте, потому что перед ним стоит человек, смутно напоминающий кого–то из прошлого, кого–то, кому Чон так и не смог договорить свою гневную тираду.        Этот ботан, не дающий покоя, живущий в своём собственном мире, пришёл к отцу Чонгука и только что устроился к нему на работу.        Он же гордо проходит мимо Чонгука, не посмотрев на него, но это и не цепляет больше маленького принца. Как только дверь за новеньким закрывается, Чон быстро сокращает расстояние с отцом. — Кто это? — настойчиво спрашивает он и чувствует себя полнейшим дураком в глазах мужчины. — Ким Тэхён, а что? — Допустим, это я знаю, что он тут делает? Мужчина берёт со стола какой–то лист и протягивает его Чонгуку. Там всё написано чёрным по–белому. Устроился на работу. Такой–то парень, столько–то лет, всё понятно, должность... — Серьёзно? Ты поставил незнакомого человека на должность, которую не доверяешь никому, включая меня? — Чон поднимает бровь и с презрением смотрит на мужчину. — У него, мой дорогой, стаж работы – это раз, а во–вторых, он закончил университет с отличием. Его хвалили буквально везде, — он аккуратно достаёт пачку документов Чонгуку, как план работы на грядущий день. — Знал бы ты, Чонгук, сколько сил я потратил на то, чтобы он работал у нас...        Вдруг в памяти всплывают обрывки их последней встречи. Чонгуку тогда очень льстила симпатия Тэхёна к себе, и он отчётливо помнит, как жаждал узнать: правда это или нет. Тот поцелуй где–то на дороге и неуверенные касания руками. Он мотнул головой, отбрасывая ненужные мысли на второй план.        Парень берёт документы и медленно бредёт к своему рабочему месту.        Он помнит, что вообще–то перед Тэхёном ему было стыдно, но не сейчас. Раньше всё было по молодости, по мальчишеской глупости. Время прошло, такие моменты забылись. Но поговорить с ним отчего–то очень хочется.        Проходит злосчастная неделя, и Чонгук снова готов расслабиться. С Тэхёном они почти не пересекались. Разве что при входе на работу и после, хотя Ким всегда убегал намного раньше. Возможно, его дома кто–то ждёт. Как и Чонгука, но ему на самом-то деле плевать с высокой колокольни.        Последнее время его всё больше гложут мысли о том, как бы расстаться со своей девушкой. Она всё–таки не из тех шлюх, она нормальная, вполне себе адекватная девушка... Ей просто не повезло встретить Чонгука.        В клубе снова душно, и парень спешит к своим друзьям, у него для них есть пара новостей. Да и банально он соскучился. Каждую неделю одно и то же. — Вау, Чонгук, ты сегодня при параде, — восхитился Юнги, медленно опустошая стакан с алкоголем. — Хочешь? — Нет, спасибо, — быстро отвечает он, поправляя волосы и заваливаясь на диван. — Что, малец, решил молодость вспомнить? Наконец–то будешь с нами тусить до утра? — Намджун, поддерживая своего друга в принятии алкоголя, допивает свой стакан и о смачным звонким стуком ставит его на стол. — Тогда погнали? О, да. Чонгук намерен полностью расслабиться этой ночью и забыть про абсолютно все проблемы. Но проблема появляется практически сразу, и, чёрт бы её побрал, какого?! — Чонгук, ты чего застыл? — спрашивает Юнги и следит за взглядом младшего. Он натыкается на двух танцующих парней где–то около середины танцпола, один из которых–таки нашёл доступ к непробиваемому сердцу Юнги. — Если ты на Чимина залип, я могу тебе только посочувствовать, потому что я... — Хён, я по–твоему совсем идиот?! Кто рядом с ним, ты видишь? Юнги ухмыляется, завидя ступор младшего. Это Тэхён.        Безумно красивый Тэхён, которого Чонгук знал как заядлого ботаника из класса после приборки, которого он всей душой ненавидел, которого поцеловал, чтобы доказать свою правоту. Это звучит смешно, но Чонгуку сейчас вот совсем не до этого.        Узкая бандана, поднимающая чёлку и открывающая лоб, идеально подведённые глаза и просто невероятный стиль одежды. Они на пару с Чимином смотрятся очень гармонично, но Чон до сих пор не верит своим глазам. Это совершенно два разных человека, может, это двойник Тэхёна? — Что, нравится он тебе в таком виде? — ухмыляется Юнги. До Чонгука медленно, но верно дошло, что его друзья, кажется, были не до конца честны с ним. Он поворачивается к ним. — Вы знали, что он здесь?! — Он тусуется здесь раза два в неделю, может, больше, — спокойно отвечает Намджун. — Мы сами охерели, когда увидели. Удивились, не поверили, пока с ним не познакомился Чимин. — Хён, надо споить его, — Чонгук очень серьёзен в своих намерениях, но это не точно. Ему крайне не нравится то, что друзья скрыли от него эту информацию. — Ты мне предлагаешь самому его спаивать? — Попроси Чимина. — Чонгук... — Намджун не прекращает с интересом смотреть на них и кивает в сторону толпы. — Зачем тебе это?        Чонгук, рассматривая Тэхёна, удивляется ещё больше. До этого он еле узнавал его, а теперь наблюдает за движениями, за плавными изгибами тела в такт музыке. Он ловит реальный кайф, наслаждается мелодией и по–настоящему отдыхает. Сюда ли он так спешил после работы? — У меня с ним один незаконченный разговор.        Чимин, конечно, крайне недоумевает, зачем ему спаивать ангелочка, коим он называет Тэхёна, но в настойчивой просьбе Юнги отказать не может. За счёт, конечно же, заведения, ну или Чонгука, Чимин смог выполнить задачу, но немного перестарался.        Чонгуку всего лишь нужно было немного вывести Кима из равновесия, чтобы разговор пошёл быстрее и информативнее, проще и веселее. А вместо этого перед ним Тэхён, который еле на ногах стоит, но всё ещё делающий попытки остаться в живых в толпе. Чимин неловко смеётся, потому что пили–то вместе, а где–то в своем кабинете грустит один Мин Юнги. Пьяного Чимина тащить к себе домой явно не было в его планах. — Прости, Тэхён–а... мне пора, — еле выговаривает Пак и почти сразу скрывается за дверьми, ведущими в кабинеты и другие небольшие вип–залы.        Тэхён остаётся один с надутыми губами. Вряд ли он в курсе о связи Чимина и управляющего этого клуба. Парень пытается унять дрожь в ногах и привести себя более менее в норму, но выходит не очень. После официант долго теребит его с неоплатой счёта, и Чонгук понимает, что бухать в планы Кима не входило, и деньги вряд ли вообще есть. — Спиши на Юнги, скажи, что я попросил, — говорит Чонгук парню у стойки, и тот кивает, откладывая чек. Чонгука в этом клубе знает весь персонал, и это не мудрено. "Чёрт, мне теперь его домой тащить?!" — ругается Чонгук, но осторожно берёт под руку Тэхёна и ведёт к выходу. Тот на удивление не задаёт ни единого вопроса. Потом ещё спасибо скажет.        Чонгук сажает его в такси и садится рядом сам, быстро называя адрес. Тэхён, будь он неладен со своей милой мордашкой, начинает скулить и бурчать себе под нос, а потом наглым образом купирует колени Чонгука, как подушку. Чон не сопротивляется, ему даже становится немного смешно. Впервые с их встречи.        Ким выглядит таким милым и безмятежным, будто это не он, кто ударил Чонгука и послал его раньше. Действительно, ангел. Машинально Чонгук прикасается к его волосам и поглаживает их, рассматривая расслабленное лицо. Может, даже хорошо, что Чимин споил его до такого состояния.        Впервые дома у Чонгука появился кто-то, кроме него. Телефон разрывается от сообщений девушки, но ему глубоко сейчас наплевать, в первую очередь он укладывает полусонное тело на свою кровать. Без толики брезгливости, стягивает кроссовки, бандану и пиджак. От Тэхёна несёт алкоголем и всем букетом ароматов душного клуба, но Чонгука почему–то это не смущает. Он решает оставить разговор до утра, только... — Не уходи, поспи со мной, Тэхён–и скучно–о... — снова скулит он и хватается за руку уходящего. Чонгук подавляет в себе смешок, понимая, что Тэхён сейчас всё это говорит и делает неосознанно. Ему просто хочется увидеть лицо Кима с утра, когда придёт то самое страшное осознание содеянного. — Пусть Тэхён–и обнимает игрушку, — Чонгук подкладывает подушку под вторую руку Тэхёна, и тот в ответ отпускает руку Чона. Милее этой картины парень не видел ничего. Утро вечера мудренее. Но только не для Тэхёна.        Он потирает глаза и пытается раскрыть глаза. Голова жутко болит, в горле дикий сушняк, а ещё блевануть, кажется, хочется. По–настоящему стрёмно становится тогда, когда Тэхён осматривает помещение. Обстановка обстановкой, только вот Тэхён в своей комнате таких изменений не припоминал.        Раздевать его видимо не особо пытались, а в общем события прошлого вечера стёрлись примерно на том моменте, когда Чимин предложил в который раз выпить и пригласил на танцпол. Неожиданный стук в дверь пугает парня, но а вошедший вообще бросает в дрожь.        Тэхён – экстерн. Он закончил школу раньше, а во время обучения в университете пробовал совершенно разные варианты развития его будущей жизни. Именно так грёбаная судьба свела его с Чонгуком.        Тэ, как парень с головой на плечах, конечно не стал никому кричать о том, что Чонгук прекрасен. Он хулиган и прогульщик с жутким характером, но красив, зараза.        Когда лектор тогда поставил их вместе прибирать класс, Тэхён понял, что он в полнейшем дерьме. Этот Чонгук ему нравится, за этого Чонгука надо будет работать. И пока Чонгуку докладывали, что Тэхён "ботан", Тэхёну намекнули на то, чтобы Чона он не ждал – толку нет. Дальше цепочка событий была слишком странной. Он не хотел общаться с Чонгуком чисто из соображений, что если Чонгук просечёт фишку с симпатией, то быстро воспользуется ей. Последствия могли быть не столь утешительны.        Неизвестно, как вышло бы лучше. Чонгук не узнал, но зато стал высматривать Тэ в толпе, валять дурака и бегать от него, а после отказа Тэ работать с ним, так и вообще озверел.        Но с каждым разом становилось всё хуже для Тэхёна. Симпатия перерастала в зависимость, и последнему меньше всего хотелось называть это влюблённостью. Но Чонгук соблазнял, нагло соблазнял, до него медленно, но верно доходили причины странного поведения Тэ. А после, когда поцеловал, решил, что добился своего.        Но Тэхён далеко не ботан. Мать–природа наградила его мозгами, да, и Тэ прекрасно пользуется этим даром, но свободное время – это его время. Те же клубы, развлечения, мелкие побеги из дома и шалости в виде курения и алкоголя. Расставание с предметом его обожания далось Тэхёну относительно легко. Он погряз в учебе и достиг ожидаемого результата. Его хотел каждый начальник. В прямом и переносном смысле.        И вот один, самый адекватный из всех, предложил неплохую работу с приличной зарплатой. Проблемой этого мужчины было лишь то, что его сыном являлся Чонгук, и Ким узнал об этом почти сразу, ничуть не смутившись. Но то, что было – давно прошло, и Тэ не намерен вспоминать эти моменты. И когда видит на пороге комнаты Чонгука, больше злится, чем удивляется. — Что ты здесь делаешь? — шипит он, стараясь не тревожить больную голову. — В собственном доме я могу делать то, что пожелаю, — усмехается Чонгук и протягивает чашку с какой–то мутной хренью. — Держи, должно помочь. "Это тот самый Чонгук. Сын моего непосредственного начальника и первая любовь, всё нормально. Он не желает мне зла. Наверное..." — Ким послушно выпивает всё и больше всего хочет, чтобы его либо убили, либо дали то, что уберёт эту слабость во всём теле. — Спасибо... — тихо говорит он и смотрит, действительно с благодарностью. Чонгук улыбается. Совсем, как тогда. Этот ребёнок не меняется. — Завтрак на кухне, не споткнись об обувь в коридоре, — говорит он и скрывается в темноте прохода. "К чему всё это?" — задаётся вопросом Тэхён, но находит свои снятые вещи и как можно быстрее – в его–то состоянии – надевает их.        На кухне действительно пахнет чем–то ароматным, а на столе красуется что–то вроде омлета. Тэхён покорно садится на пустое место, напротив которого стоит тарелка с горячим блюдом, и медленно начинает есть. — Ты не помнишь меня? — Чон нарушает тишину первым, взглядом буравя Тэхёна. — Ты работаешь со мной в одной фирме, — спокойно отвечает парень. Он как раньше не хотел продолжать общение с Чонгуком, так и не хочет сейчас, но... Кажется, старые раны болят сильнее новых. — И всё? — обиженно возмущается Чон. — А раньше? Тэхён молчит. Молчит и бесит этим Чонгука очень сильно. — Тэхён. — Нет, не помню. — Ты врёшь. Такое не забыть. Ким сердито смотрит на Чонгука. Зачем? Он снова хочет поиздеваться? Тогда Чонгук уходит в спальню и возвращается с очками Тэхёна. — Я не хочу это вспоминать. — Да почему?! — у Чона накипело за столько лет. Как раньше Тэхён не давал ему покоя своим равнодушием, так и сейчас. Но ведь это было давно! Почему это до сих пор является проблемой в их отношениях?! Тэхён лишь устало вздыхает и старается есть быстрее. — Ответь мне, Тэхён. Я не понимаю, почему ты отталкиваешь меня. — Что тебе нужно от меня? — Мы не можем нормально общаться?        Ким хмыкает, откладывая столовые приборы. Сначала влюбил в себя, поцеловал, довёл до истерики и доводит до сих пор, а теперь давайте нормально пообщаемся. — Что от этого изменится, Чонгук?        Впервые он назвал Чона по имени с того времени. Или он даже тогда не называл, Чонгук не запомнил. И это настолько кажется приятным, что парня сбивает с толку банальный вопрос. — Я не хочу, чтобы ты меня избегал. Кроме моих двух друзей, ты – единственное воспоминание о прошлой жизни. — А ты – одно из моих неприятных воспоминаний. Почему всё должно быть по–твоему? — он замялся на секунду. Ему вдруг стало неловко. Его практически спасли, а он... — Мне, пожалуй, пора. Спасибо за всё. Чонгук опускает глаза и кивает. Ну он же большой мальчик, не мог же Тэхён обидеть его такими словами? Ким быстро собирается и покидает квартиру, пока Чонгук медленно утопает в своих домыслах. Вернувшись к себе домой, Тэхён матерился налево и направо, потому что Чонгук снова вторгся в его жизнь. Да ещё и так нагло.