̶А̶л̶ь̶ф̶а̶ Безбилетник

      Молодой альфа-дозорный вздрогнул от внезапного удара грома. И прикованная Нами хмыкнула, даже не пытаясь скрыть улыбку. Он покраснел и вытянулся по струнке, стараясь скрыть смятение. Капитан поручил ему охрану пиратов, и он справится с задачей, какими бы невероятно опасными эти мугивары в Дозоре ни значились.       Ливень хлестал по стеклу тяжелыми каплями, как вдруг раздался еще один — более тяжелый, последовательный стук в окно. И опять ударила молния. Усопп вздрогнул: — Это ливневые слизни, я про них читал. Падают с неба вместе с сильным дождем, присасываются к тебе и высасывают твои воспоминания, как пиявки кровь.       Дозорный ощутил, как по его спине пробежали мурашки ужаса, но стерпел и устоял на месте. Ророноа Зоро презрительно фыркнул, даже не открывая здорового глаза. Он так и сидел в почти что позе лотоса, насколько позволяла ему пристегнутая к крюку в стене цепь. — Не бывает таких, — коротко бросил он, будто у него и не крали память раньше. — То, что ты их не помнишь, как раз свидетельствует, что они прекрасно делают свою работу! — задрал длинный нос Усопп. И все в комнате снова вздрогнули, но на этот раз не от грома, а от настойчивого стука. Дозорный нервно переступил с ноги на ногу. — Уже выпили досуха всех, кто снаружи, вот и просятся внутрь, — пожал плечами Усопп. Нами закатила глаза. В лифе у нее была отмычка, но вот с руками за спиной ее не достать, а до Усоппа, чтобы вытащил ее зубами из лифчика, никак не дотянуться из-за цепей… — Если мы их не помним, то они точно есть, — провел свой анализ Фрэнки. Усопп победно улыбнулся, высокомерно посматривая на Зоро, хотя тот даже не открывал глаз. — Ага, как же, — хмыкнул он. — Не умеет проигрывать, — доверительно и слишком громко прошептал в сторону Фрэнки Усопп. И взвизгнул, когда в окно раздался еще один очень настойчивый стук. Нами продолжала с ленцой рассматривать дозорного, от чего ему было не по себе. — Так, пираты, отставить разговоры! Тут вам не базар! Вы под арестом! — парнишка в своей строгой речи едва не перешел на фальцет, когда в окно более длительно и настойчиво постучали. Быть может, это просто чайка со срочной почтой. — Да я сейчас проверю и все! — рыкнул дозорный, храбрясь изо всех сил. Он не хотел, чтобы пираты признали в нем слабака или труса, тогда они захотят устроить побег. — Ой, ой, будет жалко, если ты забудешь своих родителей, — забеспокоился Усопп.       Очень любивший маму молодой дозорный вздрогнул, но сжал клыки и с усилием зашагал дальше. С уверенным видом прошел через ряд прикованных вдоль стен пиратов, мимо сдвинутых к окну кроватей, скрывавших ранее крюки для цепей в стене. И дернул за створку мозаичного окна, чтобы раз и навсегда покончить с этой глупостью. За окном лил непроглядный ливень.       В тот же момент ему в лицо прилетело сразу два начищенных ботинка. Он охнул едва слышно и взмахнул руками. Промокший Санджи влетел в комнату, единый с порывом мокрого ветра, и оседлал уже бессознательного охранника на полу. — Я тосковал по вам, Нами-сван. Потому позволил себе дерзость навестить вас без приглашения, — как ни в чем не бывало заявил он в ответ на открытые рты Нами и Усоппа. И, насколько мог сидя, низко поклонился в сторону Нами, прижимая руку к сердцу, как истинный принц. — Санджи! СУПЕР! Санджи-кун! — наперебой возликовали мугивары. Усопп захлюпал носом от прилива чувств. Даже проснувшийся наконец Зоро слегка удивленно хмыкнул: — Бровастый дает.       Нами быстро перехватила инициативу: — Нас сцапали. Этот тот самый капитан, что едва не прижал нас без Зоро в море. Он ушел вниз пять минут назад, у нас мало времени. — Знаю, Нами-сан, я видел, что тут Дозор. Я уже второй раз на стену лезу… — когда Санджи карабкался по окнам в первый раз, он с трудом перебарывал стыд и смущение. А что если про него просто забыли? Посчитали обузой, которая мешает радоваться застолью и фонтанам? В конце концов, всю стаю пустили внутрь, а он — не часть стаи.       Санджи стыдился того, что лезет проверять, почему его решили не брать с собой. Словно он цеплялся за жалкий шанс остаться с командой еще чуть-чуть. Ведь было очевидно, что скоро ему придется сойти с корабля.       Он поклялся себе, что не станет жалко скебстись в раму. Он точно уйдет и начнет самостоятельную жизнь, наймется на работу к тому же продавцу груш, лишь бы не быть обузой, про которую попросту забыли в пылу веселья.       Но когда украдкой заглянул в окно, боясь, что мугивары заметят, как он с завистью смотрит на них, словно выгнанный из дома кот, то обрадовался своей осторожности. Комната была забита Дозорными, а мугивары прикованы вдоль стен. Робин лежала без сознания, и это кольнуло сердце Санджи сильнее всего. Он догадался, что, скорее всего, на ней применили кайросеки. Как и на Луффи, иначе началась бы громкая заварушка, и Санджи бы услышал все даже на улице.       Он мог уйти. Он не был частью их команды, его все равно ссадили бы на одном из островов. Но как он мог оставить тех, кто проявил сочувствие к нему и позволил остаться, когда его раскрыли, как безбилетника? А потом защитили от целой банды в момент первой в жизни течки? Как он может искупить к себе сразу столько ничем не заслуженной доброты? Этот долг казался невозместимым.       Он должен был их спасти.       Санджи технично облапал безвольное тело дозорного, потом перевернул и ощупал его с ног до головы уже со спины. — При нем нет ключа! — Он в кармане у капитана Конора, точно, — разочарованно проныла Нами. — Он тот еще хитрец, даже нас с Робин обвел вокруг пальца. — Чертов альфа, — рыкнул Санджи себе под нос. Он помнил, о ком шла речь — о том уверенном в себе альфе с чернильным запахом, что так раздражал Санджи своей безупречной альфовостью, которой он никогда не мог достичь. И к тому же он был настоящим владельцем Санджиных костюмов.       Он приподнял голову и прислушался, пусть звуков в покрытом мягким ковром коридоре практически не было. Только дозорный снаружи дверей, не заметивший ничего из-за грома. — Что же, в таком случае мне придется остаться с вами. — О чем ты?! — ужаснулся Усопп. — Омеге лучше не попадать в тюрячку! — Не дури, бровастый, они не считают тебя пиратом, ты можешь спастись, — даже Зоро удивился. — Да не собираюсь я с вами в тюрьму, — цыкнул на их вопли Санджи, чтобы не сильно бузили. — Я только…       И он с коварной улыбкой потянулся к штанам дозорного. Поскольку Санджи приходилось пересиливать себя, раздевая альфу, когда он расстегивал ремень, взгляд у него был немного безумный, горящий. — Только не на моих глазах! — прошептал Усопп, когда Санджи раздел безвольного парня. — О чем ты там вообще думаешь?! — рявкнул на него и без того стрессовавший Санджи. Фрэнки укоризненно покачал головой Усоппу. — Это миссия под прикрытием.       Вторым Санджи начал стягивать мокрый костюм с себя. — Тут полно лилий, даже при нем букет. И холодный дождь смыл с меня запах, некоторое время я смогу не выдать себя. Смог бы и дольше, если бы кто-то дал мне подавители, — Санджи бросил укоризненный взгляд на Зоро, но тот пожал плечами: — Меньше слов, что не так, больше дела по факту, — парировал тот. Ему не терпелось освободиться и показать подлому альфе-капитанишке, кто тут главный. Катаны солдаты просто прислонили к стене около окна.       В этот момент Санджи и застыл, наполовину стянув в себя вымокший пиджак. Он вспомнил укус позади на шее, стыдную, унизительную наготу под альфой. — Чего пялишься?! Отвернись! — рявкнул он на Зоро.       Зоро вытаращил от удивления один глаз. Бровастый думает, ему что — смотреть что ли на его тощую задницу интересно?! Ничего себе самомнение. — Если бы я не был прикован, я бы себе последний глаз выдавил, чтобы это не видеть! — фыркнул он. — Ну так и завали и… — краснел Санджи, который не чувствовал в себе больше первоначального драйва, с каким он влетел в комнату. Необходимость раздеваться перед альфами, пусть даже тут и была милая Нами-сан, иссушала его душу, делая его снова маленьким и слабым. Не способным на дерзкое спасение крутой команды пиратов. — Заткнись, Зоро! У нас мало времени! Препираться будешь потом. Смотри в пол! Любое движение головой — штраф на десять тысяч белли! — цыкнула Нами. И это сработало, услышав про штрафы, Зоро моментально уставился вниз, бормоча что-то под нос про чертову Ведьму.       Уже не такой бравый и дерзкий, Санджи торопливо стянул мокрые вещи, холодная рубашка липла к телу, крала лишние секунды. Он ощущал на голой коже холод из приоткрытого окна, и позор чужого укуса позади на шее. Благодаря Чопперу тот уже давно не болел, не ныл воспалением, но забыть о нем у Санджи все равно не получалось.       Он суетно и стыдливо натянул на себя одежду альфы. Морщась, ведь от формы дозорного, пусть и с лилиями, все же немного пахло его личным лесным орехом. «Так даже лучше, чужой запах скроет меня», — уговаривал Саджи себя, точно зная, что если будет так нервничать из-за альфьих взглядов, то скоро начнет пахнуть запуганным омегой, и всех раскроют по его вине.       Он быстро затянул голубой галстук на форме, мельком бросив взгляд на Зоро: тот смотрел прямо в пол и ничем не выдавал, что хотя бы украдкой видел, как Санджи переодевался. Санджи сглотнул неприятный комок страха и моткнул влажной челкой: все хорошо, он прикован, он все равно бы ничего мне не сделал.       Он довольно шумно запихал под дальнюю кровать тело дозорного-альфы в одних трусах и закидал сверху своим мокрым костюмом, чтобы дольше скрывать запах. — Что? Уже все? — Усопп опасливо приоткрыл один глаз. К своему удивлению Санджи обнаружил, что все остальные в комнате, кто был в сознании, зажмурились из уважения к нему. В то время как он помнил только про взгляд Зоро, он даже не думал просить Усоппа… — Ох, да. Спасибо, — Санджи смущенно провел рукой по слегка влажным волосам и поспешил надеть кепку дозорного, чтобы скрыть цвет волос и незнакомые черты лица. Слиться с толпой, Санджи видел, что на арест команды Мугивары дозорных натащили видимо-невидимо, при таком наплыве легче всего. — Бровастый, — окликнул его вдруг Зоро, и Санджи вздрогнул. Зоро последним поднял глаза от пола на него, поймав взгляд перепуганных голубых глаз. Совсем не Дозора страшащихся. Зоро хрипло выдохнул: — Идут.       Рука Санджи сама собой схватилась за ружье.       Раздраженный капитан Конор широко распахнул обе створки двери, справившись сначала об обстановке у охранника снаружи. Никаких инцидентов не было, да и внутри ничего не изменилось. Все пленники на своих местах, уставшие и огорченные. Зеленоволосый мечник не пах, и это где-то на подкорке нервировало альфу. В позе, в каждом неспешном движении Ророноа Зоро читалась огромная альфья мощь, свидетелем которой Конор уже был. И читать намерения кровожадного мечника, прозванного Демоном Ист-Блю, было бы куда проще по запаху, особенно такому опытному альфе, как Конор.       Но тот был «беззвучен» как альфа, а потому спокойствие Ророноа Зоро казалось пугающе зловещим, а не смиренным. Было очевидно, что в команде мугивар капитан Луффи — зачинщик многих беспорядков. А вот Ророноа Зоро — главный хищник стаи. — Без происшествий? — бросил он молодому солдату с этой стороны двери. Тот явно тревожился и побаивался опасной шайки, когда его оставляли на дежурстве. И сейчас тоже ответил нервно, гаркнув: — Сэр, нет, сэр! — Вольно, — махнул рукой Конор, проходя мимо рядов пленников. Он оставил большую часть солдат внизу, часть — за дверью, часть — отправил в город. Если это была диверсия, нужно было проверить все варианты. Даже если все идет не по плану, кто сказал, что чужой план будет искуснее его? Мугивары все здесь — прикованы и лишены всякого шанса на побег.       Ророноа Зоро, мимо которого проходил Конор, встретил его смелым ровным взглядом: «Я знаю, что убью тебя тут же, как только в моей руке окажется хотя бы один меч». Но капитан Конор не собирался давать мечнику меча, и в этом была его абсолютная победа. — Наслаждайтесь люксовым номером. Вам недолго тут оставаться, — пробормотал Конор пленникам.       Режущий небо гром слышался куда громче здесь, в специальном пентхаусе для поимки особо опасных преступников. Правительству пришлось отвалить немало денег для постройки целого этажа под нужды Дозора, но награды за мугивар вместе взятые все равно превышали даже дорогой пол из кайросеки. Нужно было продержать пленников здесь, пока не прибудет линкор с тюрьмой из кайросеки, тому приходилось прятаться за необитаемыми скалами вдали от острова, чтобы не вызывать подозрений у пиратов. Это помогло заманивать преступников в ловушку, но это же и замедляло процесс заключения и передачи под стражу.       Капитан Конор сложил руки за спиной и вгляделся через высокое окно в темноту дождливой ночи. Кто был этот человек внизу? Его рассказ ложь или правда? Надо выстроить две схемы поведения в зависимости от ответа на этот вопрос. Но сосредоточиться не получалось, какое-то назойливое ощущение клевало затылок, заставляло волосы на затылке альфы слегка приподняться, а ноздри чаще вдыхать влажный воздух.       Влажный! Почему влажность в комнате изменилась, если окна герметичны?! Его взгляд упал на маленькие, едва заметные капельки дождя на подоконнике. Словно окно недавно открывали.       А еще в комнате пахло не просто влагой. В комнате пахло нервным грозовым озоном рыжей альфы, сильнее, чем раньше. Словно она наконец по-настоящему испугалась. А еще в комнате пахло легкой свежестью, скрытой цветами, влажностью, теперь капитан Конор понял, что озон пытается укутать и скрыть от него запах… — Омеги, — проговорил он потрясенно, резко поднимая склоненную к подоконнику голову.       И тут же ему в спину плотно уперлось ружье солдата. О, капитан узнал дуло ружья по диаметру, сам отслужил три года с таким, пока не стал офицером. — Не шуми и без глупостей, — пророкотал совсем близко голос, от которого у капитана Морского Дозора по коже пробежались легкие мурашки. Он втянул воздух, пытаясь точнее выхватить аромат. — Я не припомню, чтобы в моем отряде были омеги, — спокойно проговорил он, медленно поднимая руки вверх. Он пытался увидеть человека, приставившего к нему ружье, в отражение окна, но сам же заслонял его своим отражением, виднелась только солдатская шапка.       Дуло на секунду дрогнуло и толкнулось в спину еще злее. Нападавший не ожидал, что его раскусят, все же вода и цветы неплохо делали свое дело. Если бы не эти будоражащие едва уловимые ноты, Конор не мог поручиться, распознал бы он подмену так скоро. — Быть может, это и была твоя главная ошибка, — бархатисто промурлыкал мужской голос. — А теперь очень медленно повернись ко мне, не опуская рук.       Капитан повиновался, его сердце почему-то стучало слишком быстро для того, кого уже не раз брали на пиратскую мушку. Ему хотелось увидеть, кто взял его в заложники. — Сюрприз, сюрприз, — пропел его пленитель, обнажая клык в победной ухмылке, точно как это делают альфы. А из-под привычной кепки дозорного и светло-пшеничной челки мелькнул пронзительно-голубой взгляд. И снова склонился к винтовке, которую тот весьма уверенно держал, целясь капитан Конору прямо в сердце. — Ты… — выдохнул капитан, вспоминая пирата, чей поступок позволил его ребятам выжить и добраться до следующего острова. — Ты же был альфа!       Искреннее удивление, кажется, смутило светловолосого пирата, ограбившего его на три костюма. Ружье дрогнуло, а его лицо стало злее и собраннее. — Руки! — рявкнул он совсем по-альфьи, если бы омеги могли использовать альфий приказ. Конор поспешно поднял руки выше. — И ты говорил мугиварам, что просто попутчик! И я не стал объявлять тебя в розыск за сообщничество в благодарность за милосердие, что ты не заставил моих парней голодать, — спокойно проговорил Конор, стараясь контролировать голос и запах, чтобы не скомпрометировать себя. Было что-то чарующее в том, как этот омега по-альфьи скалил клыки в улыбке и бросал команды. — Все потому, что я хотел ответить милостью на милость. И не заставлять весь мир охотиться за тобой. — Или потому что с той встречи ты думал, что я альфа. Потому и пропустил в ловушку для Мугивар только альф и бет, не так ли? — фыркнул смышленый омега. Капитан Конор обезоруженно развел руками: — Тут ты меня поймал, — и снова вскинул их при тычке ружьем. — Так ты все же пират, — констатировал Конор. — Тогда я отнесусь к тебе не как к гражданскому. Закрыть глаза на твое причастие в прошлый раз — вот все, чем я мог тебе отплатить. — Вовсе не напрашивался на особое отношение, — продолжал мурлыкать омега, ни на секунду не сводя с Конора глаз, не давая ему и дернуться под дулом ружья.       За почти что яростным, охранным запахом озона, за лилиями и влагой с волос этот парень пах свежими, нагретыми солнцем лимонами. Такими, что растут на ферме родителей Конора. Все деревья он высаживал в самом детстве вместе с отцом, а потом каждый год ждал, когда же те вырастут и подарят самый первый плод его труда. И бегал каждое утро к саду — не появились ли еще плоды? Свежесть моря и запах лимонов. — Ключи! — потребовал омега и вырвал Конора из пучины воспоминаний. Кажется, он заметил, что Конор принюхивался к его запаху, и это разозлило его. — Ключи от кандалов, брось их мне под ноги! — командовал тот нетерпеливо по-альфьи.       Солдаты проверяли того подсадного пирата, но теперь было ясно, что за чушь тот несвязно лопотал про «мужчину-омегу, что пригласил его в номер и посулил обслужить по-полной». Мужчины-омеги — слишком штучный товар в этом опасном мире, они не разгуливали по острову по ночам в одиночку, так что Конор почти что решил, что это бессвязный бред, чтобы отвлечь Дозор. Но все же нужно было отправить солдат обыскать сад вокруг отеля, проверить порт. Дозорных на этаже практически не было, один охранник снаружи — не сила. А линкор задерживается из-за ливня. Нужно было как-то тянуть время.       Конор медленно кивнул и одной рукой полез в нагрудный карман. — Будешь дурить — у меня палец на курке дернется, — предупредил омега. Конор медленно кивнул и очень неспешно вытянул из кармана ключ. — Ты ведь недавно с ними? Не дай пиратам втянуть тебя. — Не помню, чтобы заказывал проповедь! — шикнул на него омега с яростным взглядом. — Ключи мне под ноги!       Конор кинул, не отводя взгляда от омеги, то ли потому что тот держал его под прицелом и явно пах напряжением и стрессом, то ли потому что просто не мог отвести глаз от него.       Омега не дернулся, ни на секунду не отвел взгляда от человека на прицеле, когда ключи звякнули о пол. Он не дал Конору шанса броситься и перебить ружье. Все еще держа Конора под прицелом, он нащупал ключи ботинком и подпинул их в сторону рыжей альфы, Кошки-воровки Нами. То есть он знал сильные стороны этих пиратов, значит, все же был с ними в сговоре. — Нами-сан, простите, что не могу освободить вас лично. Но я не имею права на ошибку, пока Робин и ребята зависят от нас. — Поймала! Ничего, Санджи-кун, но мне потребуется немного времени, чтобы справиться с замком. Держи его под прицелом, я освобожу ребят.       Полный вызова взгляд голубого глаза еще сильнее вперился в Конора. — Эти пираты могут тебя продать, — Конор посчитал своей обязанностью предупредить парня. Судя по запаху, он был не помеченный, а значит — не имел защиты сильного альфы, который бы не позволил к нему прикоснуться. — Эй! — раздался обиженный возглас носатого снайпера Мугивар. — Мы не торгуем людьми! Мы не какие-нибудь Тенрьюбито! — с отвращением в голосе добавил бета. В этом капитан Конор был с ним согласен, многие из Дозора испытывали искреннее презрение к порядкам, что водила Мировая знать. — Да кто ж его купит-то, — неожиданно подал голос Ророноа Зоро. Его голос быстро занял все пространство в просторном номере-ловушке. — Даже с талантами Ведьмы торговаться, нам все равно приплачивать пришлось бы.       Омега с ружьем сильно нахмурился и рявкнул: — Заткнись, Маримо! Не оскорбляй финансовые таланты Нами-сван! Уверен, она смогла бы меня продать за двойную и даже за тройную цену!       Воцарилось неловкое молчание. В котором Ророноа Зоро наконец очень искренне спросил: — Ты дебил? — Траве слова не давали! Кто сейчас вытаскивает из передряги чью жалкую задницу: я твою или ты мою?! — рычал омега. И хотя омега не опускал ружья, не отводил взгляда от дозорного, он почувствовал в воздухе, каким почти что кислым, полным стресса стал его запах. Каким не был даже когда омега в одиночку взял в заложники главу операции по захвату Мугивар. — С чего тебе знать, что Нами уже не пыталась? Просто зачем тебе это знать. Сбежал бы, сорвал сделку, — проигнорировал его едкие слова Ророноа Зоро. — Воу, Зоро-бро, ты маху дал, — оторопел Фрэнки. — Зоро, ты чего! — зашипела рыжая. — Не сбивай Санджи-куна, пока я не расцепила всех вас! — Тц, Ведьма. Ты ничего не понимаешь. — Я не имею привычки прислушиваться к кочанам капусты, моя прекрасная Нами-сан, — ответил омега, пахнущий теперь ужасом и горем.       И даже если в какой-то момент его рука с ружьем ослабла или дрогнула после слов мечника, капитан Конор упустил свой шанс броситься вперед. Он был слишком поглощен тем, как испортились свежие, нагретые солнцем лимоны из-за того, что сказал этот мечник. С омегами в стае так не поступают, их стараются беречь и радовать. Этот пират не был допущен в стаю, они и правда могут его продать. — Получилось! — радостно воскликнула навигатор, тут же ее кандалы щелкнули и упали с рук на пол. — Нами-сан, вы гениальны! — просиял омега. Планы Конора рушились на глазах, пираты освобождались. Но внезапно в них появилась новая, не продуманная переменная: омега, который был не в их стае, но играл на их стороне. Молодой, с очень ярким запахом. Слишком дорогой, чтобы пираты не соблазнились сорвать с его продажи миллиона два.       Конор должен был попытаться предотвратить катастрофу. — Ты не должен… — решился дернуться он… И получил металлическим шестом, от которого исходил легкий электрический заряд, по ребрам. — Только тронь его, заживо изжарю, — прорычала Кошка-воровка. — Ох, Нами-сан, не стоило, но вы были так милы… — заворковал омега, и его аромат вновь очистился и заблагоухал солнечными лимонами. — Давай уже меня освободи, Ведьма. Руки чешутся покрошить всех уродов, что нагрели нас! — рявкнул Ророноа Зоро. И секундный просвет в запахе снова скрылся за тучами стресса и страха. Светловолосый омега рыкнул, снова как альфа: — Никакой резни, пока Робин и ребята так уязвимы, Маримо. Мы просто заберем всех и скроемся так же, как я пришел. И никому не придется пускать кишки. Усек? — Не помню, чтобы тебя назначали нашим капитаном. А пока Луффи без сил, я… Уй, Ведьма, чего так больно дерешься?! — Ророноа Зоро прилетела такая мощная оплеуха, что смотрящие друг на друга Конор и Санджи синхронно поморщились, фантомно ощущая отголоски шлепка. — Слушай Санджи-куна! Пока вот с тобой мы загремели в ловушку. А с его планами почти спаслись. Так что решающее слово за ним. — Но тогда он продолжит гоняться за нами! Этот альфа как чертов бульдог, он не разожмет пасти! — Они просто делают свою работу! — цыкнул на него омега по имени Санджи, как запомнил капитан Конор. Его запах сейчас был на пике настоящего ужаса и отчаяния, словно Ророноа Зоро пугал его сильнее, чем целый отряд Дозора. — И они должны были знать, на какой риск идут! Он наставил ружье на Чоппера без сознания! И на капитана! Такое нельзя просто… — Зоро, — резко одернул серьезный омега, глядя прямо в глаза Конору, но видя кого-то другого перед собой. — Помнишь, ты обещал мне выполнить любую одну просьбу? Так вот: это она.