Не родись красивым

- Сегодня снова в школу, а идти совсем не хочется. Этот придурок там будет, - озвучил я свои мысли вслух. Я, Наруто Узумаки. Мне шестнадцать лет, блондин с голубыми глазами. Сирота. Мои родители погибли в авиакатастрофе, когда возвращались домой из Франции. Прошло два года с того дня, как я остался один. Родных у меня нет, заступиться некому, поэтому в школе мне не сладко. Издеваются, бьют все, кому не лень. Нашли, так сказать, игрушку для битья. Надоело все, до чертиков - эти издевки, подколы. Но, как я уже убедился, это было еще куда ни шло, но терпимо. А из-за того, что я два дня назад случайно врезался в знаменитость нашей школы, Учиху Саске, то все стало намного хуже. После этого меня гнобят, бьют, издеваются, но в два раза больше. Пособие, что я получаю от Государства, хватает на очень малое время и, чтобы хоть как-то выжить, я иногда подрабатываю в пиццерии, доставляя пиццу. Учиха Саске... Одно имя вызывает во мне неприятное чувство, какой - то осадок. Брюнет с черными, как ночь, глазами. Волосы сзади стоят ежиком. Белая, как у вампира, кожа. Холодный взгляд, спортивное телосложение. Красавчик, конечно, но не для меня. Да, внешность красивая, но характер... Один сплошной минус. И из - за этого самого характера, мне сейчас приходится сидеть в ванной и рассматривать, уже заживающие, синяки. А произошло это так: Открыв глаза, сразу понял, что что - то не так. Сегодня что - то должно случиться. Не люблю это чувство, интуиция, чтоб ее. Но благополучно проигнорировав, так сказать, знаки из вне, я пошел умываться. Закончил я это дело только через минут двадцать, я люблю воду, а особенно теплую с утра пораньше. Улыбнувшись самому себе, и натянув школьную форму, я надел очки. Зрение у меня было хорошее, но я всегда надеялся, что в них меня не узнают и пройдут мимо. В них я чувствовал себя защищенным. По пути я забежал в магазин за тем, чтобы купить пирожок. Я не люблю, есть по утрам, но хоть что - то в себя впихнуть надо. Теперь я мог идти медленно, и есть свой завтрак. Хорошая погода прибавляла настроение, и на душе стало как - то тепло. Не то, чтобы у меня там все было холодно, просто, чем ближе я приближался к школе, тем сильнее увеличивалось чувство неопределенности. Проходя в ворота этого здания, меня кто-то сильно толкнул. Не разовое дело, меня постоянно толкают, но сегодня случай особенный. Я налетел на Учиху. Крындец мне. Тем более, испачкав его рубашку в малиновом джеме. Он медленно, будто в замедленной съемке, повернулся и, увидев меня, ухмыльнулся. Гаденько так, только этот теме так умеет. - Добе, тебя не учили смотреть под ноги, или хотя бы вперед? – ухмыляясь, и хватая меня за воротник, спросил брюнет. Пирожок выпал из моих рук, и я посмотрел в глаза брюнета. Они завораживали, манили к себе. От этого взгляда не хотелось отрываться, но все хорошее когда-нибудь кончается. Нет, скорее плохое. Не нравятся мне мои же ощущения. - Нет, как - то не отпечаталось в памяти, - ответил я. Я его не боюсь, но боюсь последствий. Так, что пришлось прикусить себе язык, что бы не сболтнуть лишнего. Брюнет, как - то натянуто улыбнулся: - Очень жаль,- и, ударив меня сначала в живот, а потом по лицу, спокойно пошел в здание. Я согнулся пополам и упал на землю. Было больно, очень. Удар - то у него, что надо. Сволочь, черт. Напыщенный индюк, эгоистичная мразь. Боже, я и не представлял, что знаю такие слова. В то время как я покрывал всем своим словарным запасом этого теме, мимо меня проходил Неджи. Очки упали с моего лица, и теперь валялись рядом. Неджи Хьюго, шатен с длинными волосами до поясницы, которые были завязаны в хвост, его глаза были белого цвета. В буквальном смысле этого слова. Еще один подонок. Откуда во мне столько ненависти? Хотя, скорее не ненависти, тупо обиды. Одет он был с иголочки, конечно, у него же есть прислуги, как и у Саске, наверное. Неджи был еще шестеркой Учихи, что добавляло неприязни с моей стороны. Ненавижу безвольных людей. Саске постоянно заставляет делать грязные дела Хьюго, а он беспрекословно его слушал. Как собачка, честное слово. Обычно, Неджи меня бил по приказам Саске, который любовался мной, когда я приходил весь в синяках, ссадинах и порванной одежде. Это издевательство продолжается уже два года. Я уже настолько с этим смирился, что думаю, вот так, как - то обреченно и спокойно. Нет, я не сдался, но давать сдачи, принципиально не буду. Неджи хотел подойти ко мне и, наверное, снова избить, ублюдку показалось мало, как из кабинета вышел наш классный руководитель, Хатаке Какаши. Хатаке Какаши - учитель математики. Седовласый мужчина с черными глазами, постоянно носящий маску на лице. Странный он, но мужик хороший. Не знаю почему, но у меня он вызывает доверие, и какую - то родственную любовь. Он мне, как дядя. Извращенец еще тот, постоянно, как только его вижу, у него неизменная оранжевая книжечка в руках, ну или торчит из какого - то кармана. Книжечка эротическая, то бишь 18+. Ну, ему можно, сорок все - таки. Но все, равно не смотря на его странность, недостатки, чрезмерную пошлость, он мне почти родной человек. Заботится обо мне, как о сыне. Странный, но близкий. Когда Какаши - сенсей рядом, меня никто не трогает. Учитель подошел ко мне и, убрав свою книгу в сумку, подал мне руку. Подтянув штаны, которые на мне болтались, так как они на два размера больше, надел очки, и взялся за протянутую руку. Встав с земли, я улыбнулся, и мы вместе с учителем пошли в класс. - Хэй, ты как? - с едва видимым беспокойством спросил сенсей. - Переживу, и не такое проходили, - я искренне улыбнулся. Приятно, когда о тебе заботятся. - Наруто, Наруто, какой ты непоседа, - вздохнул Какаши, и по отцовски растрепал мои и так, вконец растрепанные, волосы, - А теперь иди, готовься к уроку, и учти, если не подготовился подобающим образом, рамена сегодня не будет! Я даже не пытался скрыть смех. А этот извращенец погрозив мне пальцем, скрылся в недрах пошленьких фантазий. После уроков я направлялся домой, но меня грубо схватили за руку, и повели в какой-то безлюдный переулок. Сердце стучало так быстро, что казалось, будто оно сейчас выпрыгнет из груди. Ноги и руки немели от страха. Опять... Черт, мне до сих пор болит живот. Зайдя в один из таких переулков, меня грубо прижали к стене. Передо мной стоял Неджи, а позади него Гаара. Его парень. Да, они геи. Еще одна шавка Учихи. Вот только этот не бьет, а смотрит, будто упиваясь моей болью. Сукин сын. Собаку но Гаара – красноволосый парень с тату на лбу в виде кандзи "любовь". Глаза всегда обводит черным карандашом. Одевается обычно в черные классические брюки, красную рубашку, черную жилетку. Учится в другой школе, которая, кажется, даже лучше нашей. Тогда, меня сильно избили и местами даже сделали порезы. Не глубокие, но от некоторых останутся шрамы. Неджи решил разукрасить меня хорошенько, и поэтому, он сделал мне парочку порезов на лице, руках и животе. Было чертовски больно, но деваться было некуда. Если бы я попытался сбежать, то было бы еще хуже. Через час все было кончено. Бросив меня в переулке, они ушли, обнимая друг друга за талию и весело что-то обсуждая. Больно, да. Обидно, да. Но я не опущусь до мести. «Геи проклятые», - пронеслось у меня в голове. Кое-как встав с земли, я направился домой обрабатывать порезы Вот такой у меня был день. Весело, да? За два дня ушибы, порезы и синяки, начали заживать, а поэтому я смог кое - как идти в школу. При всем своем желании, пропустить на больший срок я не мог. Даже если бы я позвонил директору и сказал, что заболел, то она бы на меня накричала, а потом и вовсе выгнала из школы. Даже учителя в школе ненавидят меня, кроме Какаши - сенсея, конечно. Что - то я совсем расклеился...