Лунная Ночь

Саске расслабленно откинулся на подушку и улыбнулся. Пока что все шло так, как и было нужно. Давно пора было раскрыть глаза Наруто на эту идиотку. Что она ему там наплела? Что они спали? Ох, Сакура, ну и зараза же. Давно нужно было с ней разобраться. Вот только сделать это было непросто. Стоило только причинить этой сучке какой-бы то ни было вред, и Наруто навсегда бы был для него потерян. Потому и пришлось ждать. Долго ждать. Нет, ну Сакура-то какова оказалась! Коварная стерва, которая своим умением плести интриги могла бы посоперничать с самим Мадарой. А он-то ее все беспомощной, по уши влюбленной в него дурочкой считал. Как она за ним бегала, когда он вернулся в Коноху! Предлагала любую помощь. Выложила кучу информации. Надо признать, было там и кое-что интересное. Например, ее рассказ про то, как Узумаки просил самого Райкаге за него, Саске. Или что именно его имя Наруто чаще всего повторял все те три года. В общем, польза от Харуно могла бы быть. Саске даже подумывал, чтобы приблизить Сакуру к себе, вместо мстительной, озлобленной Карин. Ведь медик в ближайшем окружении всегда нужен. Но произошел тот случай. «Саске уже собирался ложиться спать, как вдруг раздался стук в дверь. Брюнет предположил, что это Хозуки, взявший в моду таскаться к нему на ночь глядя с разговорами о Карин, с которой у них закрутился роман. Дверь открыл без лишних вопросов, но с определенной целью. Послать куда подальше. Но вместо Суйгецу обнаружил Харуно Сакуру. — Добрый вечер, Саске-кун! – улыбнулась девушка, — А я вот тебе поесть принесла. — Ты на часы смотрела? – холодно осведомился Саске, даже не взглянув на протянутую коробочку, — Ночь на дворе. — Но ты же еще не спишь! — Как раз собирался! – Учиха хмуро оглядел девушку. — Может, впустишь меня все же? — она кокетливо наклонила голову, как бы случайно провела рукой от талии по линии бедра. Учиха собирался вытурить ее и лечь, наконец, спать, но почему-то вместо этого сказал: — Отлично. Заходи. Сакура протиснулась мимо него, прижавшись при этом ягодицами к его паху, прошла на кухню и, поставив еду на стол, повернулась к вошедшему вслед за ней брюнету. — Может, скажешь прямо, зачем пришла? – осведомился Саске, глядя на девушку. — Может, и скажу… — Харуно лукаво улыбнулась. Она вообще всем своим видом напоминала большую кошку. Красивую, игривую, но опасную хищницу. Такая обожает игру в кошки-мышки, правила которой знает досконально. Просто играй, не ограничивая себя никакими правилами. — Сакура, — вздохнул Учиха, решив прояснить отношения. — Нам давно пора поговорить… Те времена, когда… — Я хочу тебя! — Что? – черные глаза, чуть расширившись, уставились в другие, ведьминско-зеленые. — Я… — Сакура мягко оттолкнулась от стола и направилась к нему, сопровождая каждый шаг тщательно выговариваемым словом, — …тебя… хочу! Брюнет в ответ лишь хмыкнул и скрестил руки на груди, как бы закрывая личное пространство. — Ну же, Саске. Мы уже ни те глупые дети, какими были в ту ночь, когда ты уходил из деревни. Я вовсе не собираюсь больше донимать тебя глупыми признаниями или добиваться твоей любви. Плавали, знаем. Я просто имею определенные желания. И прямо о них тебе говорю. — Пошла ты к черту! – почти ласково ответил Учиха. — Я не имею не малейшего желания потакать твоим животным инстинктам. — Животным инстинктам? – переспросила Харуно. В ее глазах загорелся опасный огонь. — А как насчет инстинкта мстителя? Не хочешь отомстить Узумаки? Возьми то, что он всегда хотел больше всего. Меня! — Ты – то, что больше всего хотел Наруто? Не льсти себе! — Это ты себе льстишь! Ты думал, он искал тебя все эти годы из-за великих дружеских уз? Ничего подобного! Он тебя искал, потому что дал обещание МНЕ! Дал обещание, потому что хотел получить МЕНЯ! Ты же для него не так важен! — Да неужели? – голос Саске почти превратился в шипение. — О, я с тобой согласен. Вовсе не дружеские узы – причина того, почему Наруто так заботится обо мне. Я это явно понял тогда, в ту нашу небольшую встречу всей командой. Но ты… Ты это поняла гораздо раньше! Я прав? — Да что там понимать! Все очевидно! – взорвалась Сакура, — Я всегда была третьей лишней в нашей команде. Вы существовали только относительно друг друга. У меня были предположения…Я старалась их отбросить. Но в ту вашу битву на крыше больницы я все поняла! Сами того не желая, вы вросли друг в друга настолько, что… что… — из глаз девушки брызнули слезы. — Ненавижу вас! Наруто, этого подлого обманщика, лицемера! «Сакура-ча-ан! Сакура-ча-ан! Я ненавижу людей, которые врут сами себе!» Чья бы корова мычала! Тебя ненавижу. Я ведь любила тебя. По-настоящему! Я была готова ради тебя на все! Почему не я? За что ты полюбил его? — Да ни за что… — тяжело вздохнул Саске, устало оперевшись о стену. — А знаешь что? Ты не получишь его! Никогда. Уж я-то постараюсь. Буду с ним тебе назло. Выйду за него замуж, нарожаю кучу детей. Пусть и ты поймешь, каково это, когда твою любовь топчут ногами. С этими словами девушка бросилась прочь из дома Учихи. А на следующее утро она и Яманака Ино покинули деревню». Ох, как же он хотел тогда уничтожить эту девку. Стереть с лица земли. Ибо, не смотря на свои слова, он не был уверен в том, что Наруто его действительно любит. Впрочем, свои чувства к Узумаки он также не мог назвать любовью. Скорее, страстью. Неправильным, губящим желанием. Надо признать, Наруто всегда восхищал его. Его личностный рост впечатлял, заставляя тянуться к нему в поисках секретов получения силы. Однако Саске как-то сразу определил, что чем ближе он подойдет к Узумаки, тем больше потеряет себя. Свой путь мстителя, свою тщательно оберегаемую внутреннюю тьму. Рядом с ним Учиха был слаб, как никогда. Ему предстояло пройти долгий путь, на котором слабостям нет места. Саске хмыкнул и перевернулся на бок. Где так долго шляется Наруто, спрашивается? Впрочем, все равно. Никуда он теперь не денется. Показанные ему несколько подкорректированные воспоминания и чувства сделают свое дело. Отныне Узумаки в полной власти Учихи, хоть сам того и не осознает. Саске заново прокрутил в уме использованные воспоминания. « Темнеет в глазах. Слабость во всем теле. Но нужно двигаться. Он сказал – умрем вместе! Да, Наруто! Мы умрем вместе. Ты и я. Навсегда. Ты будешь принадлежать мне. Только мне. Пусть Мадара и не надеется, что получит тебя. — Мы нигде не можем его найти, — Зецу развел руками. Кабуто поджал губы, а Мадара улыбнулся. — Не надо его искать. Он сам нас найдет. — Найдет! – кивнул Саске, зловеще улыбаясь. – Вам надо только прижать ему его больное место. А самое больное место у него – команда номер семь. Убить Какаши? Уже все равно. Во мне нет жизни, нет чувств, Была ненависть, но ее стало так много, что она перестала ощущаться. Просто стало очень темно. Лезвие Кусанаги в каких-то сантиметрах от лица бывшего учителя. Нет, не его. У Какаши никогда не было таких невероятных сапфировых глаз. Рука сама собой останавливается. Где-то в груди что-то начинает трепыхаться. «Все-таки я еще жив!» — Я знал, что ты придешь, Узумаки Наруто! – говорит Мадара. Чувствую, как он улыбается. Сейчас он – мой главный противник за право обладания Узумаки. Но мы посмотрим, кто кого. Наруто, почти безжизненный, стоит позади Мадары. Похоже, он уже почти не соображает, что тут происходит. Сейчас!Я отстою свои права на него сейчас! Мадара смотрит на меня, чуть прищурившись. Затем поворачивается к стоящему чуть в стороне Кабуто. — Ну, ты просил у меня Саске? Возьми его, если сможешь. Победишь его – он твой. Сука! Старый интриган! Ты мне за это ответишь! Мадара вместе с Наруто куда-то исчезают. Кабуто скалится, глядя на меня. Значит, будем драться? Полное непонимание того, что творится. Сила, пришедшая в тело вместе с глазами Итачи, словно взбесилась. Кровь словно вскипела. Словно из другого мира – картинка перед глазами. Откуда она взялась? Только же была полуразрушенная деревня. А тут – какой-то подвал. Распростертая фигура симпатичного светленького паренька, из которого высасывают чакру Девятихвостого. «Ну нет!!!» На расстоянии чувствуется, что в нем закипает кровь так же, как и в тебе. Та же сила течет по венам. Сердце бьется в такт. «Ками-сама, что я наделал! Как мне жить без него? Я люблю, люблю! Как еще назвать то чувство, что рвет меня на части? Пусть будет любовь». Статуя, в которую тонкой струйкой втягивается чакра, просто взрывается. Никогда он еще не видел глаза Мадары, полные ужаса. Он что кричит, ругает Итачи. Да при чем здесь Итачи? Это все любовь. Эта ненормальная любовь-мания, отравившая мою душу похлеще, чем ненависть. О, как же они похожи, две стороны медали. Любовь-ненависть. Ненависть-любовь. А путь-то один. Уничтожение тех, кто посмел перейти дорогу. Навязчивые образы, не отпускающие ни на минуту. И вечная, нескончаемая боль. — Наруто теперь служит мне, — улыбка Мадары полна триумфа, — Что ж, я велел ему разобраться с Облаком. С Хачиби. Как закончит, будем строить новый мир! Молчу. Ты мне еще за все ответишь, Мадара. В конце концов, мой путь мстителя привел к тебе. Я не забыл, кто помог Итачи истребить мой клан. Я не забыл, как ты пообещал меня Кабуто, как трофей. И я никогда не забуду, как ты отнял у меня Наруто. Темно в комнате. Привычная полупустая бутылка вина на столе. И ЕГО образ в голове. Как от него избавиться? Наруто. Узумаки Наруто. Как же я тебя ненавижу. И как же ты мне нужен. Только мысли о тебе не дают мне окончательно сойти с ума. Или наоборот – они меня и сводят? Открывается дверь. Входит Карин. Она все еще меня не простила. Спит и видит, как бы меня уничтожить. Не буквально. Морально. Но мы в одной команде. Смешно. — Ох, и тяжелая же была ночка, — в ее глазах стоит непередаваемая тьма. — Зачем тебя вызывал Мадара? Зачем? Зачем спрашиваю. Все равно же. — Умерла Хьюга Хината. Велел разобраться. Хината? Она же ушла вместе с Наруто. — У них что-то случилось? Карин подошла ближе и заговорила, понизив голос. — Мадаре я правду не сказала. Для него там — несчастный случай. На деле же – Суновский телесериал какой-то. — В чем дело? — Хинаточка умерла при родах. Угадай, кто отец? Наш миленький Наруто. Вот же ушустрил, мальчик, не то, что ты. А еще говорил, что клан возродить мечтаешь! Хьюга Хината? Эта бледная моль? Удивил ты меня, Наруто. Хотя тебя же вечно тянуло защищать обиженных и угнетенных. Героем себя чувствуешь. — Они, оказывается, поженились в тайне, — продолжила тем временем девушка, — А Мадара подобное им запретил. Они не послушались. Любовь у них. Потом туда приперлась Харуно. У той тоже любовь. Правда, я так и не поняла, к кому. Самый вероятный вариант – к себе. Удивительно, но люди, переболевшие любовь к тебе, Саске, начинают до охренения любить себя. Я, например. Или Сакура. Так вот, эта самая любовь Харуно Сакуры новоявленную Узумаки-химе и сгубила. Короче, я в шоке от всего, что там происходит. — Сакура прибила женушку Узумаки? Ну надо же! И от этой розоволосой дуры есть польза. — Почти, — ответила мне Карин, — Она ей не оказала должную помощь во время родов. НАМЕРЕННО не оказала. Хьюга скончалась от потери крови. — Наруто в курсе? — Про Сакуру? Нет. Харуно меня чуть ли не на коленях умоляла о молчании. Отлично. Девушка легко поднялась на ноги и пошла к двери. — Что-то меня это все на лирический лад подтолкнуло. Пойду, понаезжаю на Суйгецу. Нам тоже давно пора поженится. Сколько можно! Спать, спим, а о свадьбе, пиранья, и не заикается. Уже выходя, Карин бросила: — А Наруто теперь папаша. Даже дважды. Близнецы у него. Мальчик и девочка. Безумно захотелось напиться. То, что он уже пьян, как-то не останавливало. «Забыть его! Забыть!» Снова боль. Снова бутылка. И снова – Карин. — Эй, Учиха, достаточно! – тревожно шепчет она, — Как же хотела я, чтоб ты мучился, желательно, от любви. Но не до такой же степени! «Отвали. Мне жить не охота. Моя жизнь меня покинула. Предала». — А я только что вернулась от Наруто. Мадара велел бумаги передать. А Узумаки мне верит. Наивный. Думает, раз я не сдала его Мадаре… Да я б не сдала его тебе, если б знала, что ты зла ему желаешь. Выходит, правильно верит. — Заткнись. — Молчу! Уже ухожу. Тебе отчет о деревне, скрытой в Траве. Вон он – на столе. А детей-то Наруто Гааре сплавил. Ха-ха! Казекаге-нянька! Смешно. Имена у них такие странные! Ичикису и Хекагами. Мальчик – первый поцелуй и девочка – ледяные зеркала. В честь чего он их так назвал?Смешно. — Достало это твое слово. Смешно, смешно! Сказал: проваливай! «Первый поцелуй. Ледяные зеркала. А мне снова хочется жить! Уж я-то знаю, в честь чего. Точнее, кого». — Проваливай?! Хорошо. Если тебе не интересно узнать о странностях детей Наруто, то… — Что с ними не так? Карин вмиг стала серьезной. — У них чакра приливает к глазам. Как при додзюцу. — Неудивительно. У них мать – Хьюга. Наверняка унаследовали бьякуган. — В том-то и дело, что не бьякуган это. Глаза у малышей синие, отцовские. А сетка чакры такая, как при шарингане. Частая, тугосплетенная. У бьякугана она одиночная и тонкая.Черте что, в общем. Эти детки нас еще удивят, попомни мои слова. Сетка чакры, как при шарингане? Это еще что за новости? Невозможно. Хотя...Что там говорят наши старинные клановые легенды? Шаринган – мутация бьякугана? Надо будет взглянуть на отпрысков Узумаки. Чертов Наруто, даже детей нормальных сделать не мог. Мадара ходил из стороны в сторону, читая отчет. Это странное нападение шиноби из Облака. Ясно же, что у них была информация. — Зецу, — легко бросил он, — Последи-ка за нашими ангелочками. Не нравится мне все это. Саске крепко сжал руки под столом. «Он будет следить за Наруто? А вдруг он узнает то, что ему не следует. Узумаки может пострадать! Или его дети! Я еще сам с ними не разобрался. Мадаре лучше ничего о них не знать!» «Сегодня, когда Казекаге и его двое Защитников покинут Суну, чтобы посетить Наруто в честь Дня его Рождения, я,наконец, это сделаю! Я, смогу их увидеть! Давно пора в этом разобраться». Многоуровневое хенге готово. Войти в Суну оказалось проще простого. Удивительно. Вот и дворец. — Что вам тут надо? – спросила девушка, дежурившая у входа. — Продаю фрукты из страны Риса, — сказал Саске, показывая корзинку. Однако, для девушки это было сказано старенькой бабушкой, крайне безобидной на вид. — Проходите, — кивнула девушка, — Вот Кису и Хе обрадуются. Они обожают заморские сладости. Вас Канкуро-сама прислал? — Он самый. — Толговка! Толговка! Саске чуть не сбили с ног два маленьких урагана. — Эй, осторожней, — прокричала выбежавшая за ними девушка, — Вы так убьете бабушку. Учиха во все глаза разглядывал двух маленьких чертят, роющихся у него в корзинке. В них не было ничего от матери. Они были точными копиями своего отца. Это было именно то, что хотел видеть Учиха. Не бьякуган. Синеву полуденного неба. Что там нашла Карин? Активировав шаринган, Саске вновь взглянул на детей. Ками-сама! У них и правда поток чакры, как у типичных представителей клана Учиха. А учитывая то, что Саске с помощью шарингана видел очень ограниченное число таких представителей и не может сравнить, то возможно, что и как у сильнейших членов клана. Если бы он владел бьякуганом или сенсорными способностями, он бы мог точнее разобраться в строении системы чакры малышей… Дети! Им же только три года! У них и чакры-то еще быть не должно, а тут такой поток! Брюнет деактивировал шаринган и вновь взглянул в смеющиеся синие глаза. Ками-сама, что они такое?» Размышления Саске прервал звук открывшейся двери. — Ну наконец-то ты вернулся, добе. Что так долго? — Как раз по этому поводу я и заглянул, — раздался голос Какаши, — Наруто исчез. В убежище уже было довольно много народу, когда туда прибыли Киба и Ханаби. — Ну наконец-то, Инузука! – облегченно воскликнула Ино, крепко обняв молодого шиноби, — Где ты был? – Да так, возникла одна неприятность в пути. — Да? Связанная с ней? – Ино перевела взгляд на замершую чуть позади Ханаби. — Нет, что ты. Она меня спасла. Меня на полпути сюда прижали двое Анбу, из числа личных помощников Мадары. Если б не Ханаби… — Киба! – к друзьям спешил Шикамару Нара, — Ты сделал все, что нужно? — Не волнуйся! Все в лучшем виде! – Инузука широко улыбнулся. — Совет Каге состоится рано утром. Хатаке Какаши на нем будет. Ох и разозлится же Наруто! Ино и Шикамару переглянулись. — В чем дело? – не понял Киба. — Наруто сейчас не до тебя и твоих секретов, — поморщился Нара. — Он заявился буквально пять минут назад, схватил Сакуру и куда-то ее утащил, — сообщила встревоженная Ино. — Сакуру? – переспросил Инузука, — Да в чем дело? — Не знаю. Но при этом, у Наруто был такой вид… Я его никогда таким не видела. Потерянный… И, в то же время, злой. — Ох, не к добру это, — Шикамару задумчиво пожевал губу, — не к добру. — Блин, только разборок нам сейчас и не хватало, — враз разъярился Киба, — А все Учиха, спорю на что угодно. — Ладно, разберемся, — Нара перевел взгляд на Хьюгу. — Что здесь делает она? Инузука хотел было ответить, но тут снаружи раздался истошный крик.