Лунная Ночь

— Честно говоря, я несколько удивлен тем, что вижу тебя здесь, — молвил Мадара, глядя на Шино. — Да еще с таким подарком. Он легонько перевернул кончиком ноги находящегося без сознания Инузуку Кибу. — Свои есть причины у меня о том, что хочу я с тобой сотрудничать больше, нежели с Учихой Саске, — пробубнил Абураме, невозмутимо глядя на Цукикаге. Кабуто, сидящий за столом, покачал головой. Надо сказать, этот странный парень ему никогда не нравился, хоть он и слыл весьма сильным и талантливым шиноби. Но у него было полно тараканов в голове. Причем, во всех смыслах. А Кабуто вообще не слишком-то жаловал людей, от которых можно было ждать чего угодно. Сказывалось общение с Саске. Однако, Тсучикаге был искренне обрадован в тот момент, когда Шино появился на пороге кабинета Мадары, с перекинутым через плечо ближайшим сторонником Главы Шуготенши, и сообщил, что хочет содействовать Тсукикаге в этой войне. — Свои причины, значит? – задумчиво протянул Учиха, потерев подбородок. – И ты не скажешь, какие? И думаешь,что я тебе поверю? — Личного плана, — лаконично ответил Абураме. И, немного подумав, добавил, — Совсем личного. — Когда дело касается партнерства в войне, в которой балом правят предательство и ложь, понятия «личного» не существует. — Я хочу видеть Узумаки Наруто растоптанным, уничтоженным. Не хочется мне, чтобы ему вольготно и радостно жилось на этом свете. Пойдет за объяснение это? Мадара некоторое время пристально разглядывал молодого шиноби, а затем, покачав головой, сказал: — Хорошо. Допустим, я тебе поверю. К тому же, ты мне отдаешь своего бывшего друга, — кивок в сторону распластавшегося Кибы. – Он действительно может быть мне полезен. За своей душой каждый следит сам. Раз ты сделал такой выбор… — Я его сделал давно, — отрезал Шино, — А человек, легко предающий связи, не может называться моим другом. — Ну что ж, — Мадара нагнулся и легко подхватил Инузуку на руки, — проверим, насколько полезен твой подарок. А что касается твоего желания, то оно очень даже выполнимо. Хотя бы потому, что я тоже этого хочу. — Какого черта там творится? — спросила все еще слабая Карин, проверяя наличие АНБУ вокруг дома. Они все еще были на месте. Оцепили дом Карин и Суйгецу в кольцо и не давали возможности выйти. — Ох, чувствую, знатная грядет заварушка, — сказал Хозуки, приобняв жену за плечи, — И если мы в ближайшее время не придумаем, как отсюда выбраться и найти Саске, ничем хорошим для нас она не закончиться. — Думаешь, нам стоит вступать в битву? – нахмурился Джуго. — Слишком уж силы не равны. Опрометчиво. — А что ты предлагаешь? Сидеть здесь и ждать помощи незнамо откуда? — Саске нас не бросит. Суйгецу аж фыркнул от негодования. — Не бросить-то, не бросит, да только вспомнить о нас он может слишком поздно. Помнишь, как было пять лет назад? Нас тогда чуть не казнили, пока он вспоминал. Джуго хотел было что-то ответить, но вместо этого лишь печально покачал головой. Крыть было не чем. Однако, это не отменяло того, что АНБУ, находящиеся снаружи, превосходили их по силам. Тут нужен был хотя бы хитроумный план. — Они могли бы официально объясниться с нами, — раздраженно бросила Карин. — Ага, держи карман шире! Когда это заложникам объясняли, в честь чего они заложники? — Не умничай, Суйгецу! — девушка шутливо стукнула мужа по плечу, — Лучше придумай что-нибудь дельное. А то у меня голова болит. — Придумать? Легко! Значит так, ты, Карин, обследуешь обстановку снаружи. Как Мадаре будут бить морду, дай нам с Джуго знак. Мы придем и поможем. Набить морду, в смысле. — Откуда я узнаю, что ему бьют морду? — Элементарно. Его злобная аура растянется в горизонтальном положении, а рядом будет маячить либо чакра Саске, либо чакра Наруто. Хотя тут возможны и другие варианты. — Как мне повезло! Я — жена идиота! — Перестаньте! – спокойно произнес Джуго. Усмирение боевых действий внутри этой парочки стало его пожизненной миссией. — Ну так ты предложи что-нибудь? — Ждать. Это все, что мы можем. — Ненавижу это слово! – Хозуки вскочил на ноги и забегал по комнате, — Сколько ждать? Чего конкретно ждать? Когда добрый дядя Мадара отдаст приказ о нашем устранении? Или, когда АНБУ, засевшие кругом, сами решат позабавиться? Нет уж, надо действовать, и чем скорее, тем лучше. — Хорошо, — девушка решительно поднялась на ноги, — Я буду сканировать обстановку. Как представится случай – дам знать. Солнце слепило глаза. Соленый морской воздух нежно обволакивал со всех сторон, соблазняя мыслью об отдыхе. Но валяться под слепящими лучами было некогда – впереди было много работы. Отправиться на остров за Хачиби было решено немедленно. Эту миссию возложили на Сая, специалиста по печатям, Саске, участвовавшего в запечатывании острова около четырех лет назад и Наруто, которому, в случае чего, было по силам сдержать гнев Хачиби, и к которому сам Би неплохо относился. Перед самым отправлением произошла небольшая заминка. Сай, чтобы отправиться, создал нарисованную птицу. Саске призвал огромного Сокола. Оба брюнета выжидающе уставились на Узумаки, взглядом приглашая лететь вместе с ними. То есть, с кем-нибудь одним из них. Сай, видя смятение Наруто, расплылся в раздражающей улыбочке. Саске пронзил художника яростным взглядом. Воздух рядом с брюнетами стал ощутимо холоднее. За этим зрелищем наблюдали Какаши с Гаарой. Хатаке тихонько хихикал над чем-то себе под нос, Казекаге же недовольно хмурился. В конце концов, Наруто обозлился такому ходу дела и призвал Гамабунту, на котором и решил отправиться верхом на остров. Гамабунту данная идея не вдохновила, и он минут пять высказывал все, что думает о всяких там тупых блондинах, собирающихся использовать Великого Жабьего Босса вместо лошади. В итоге, Наруто пришлось призвать Гамарики-сана и оправиться на остров на нем. Благо, он всегда был безотказным. До острова добрались довольно быстро. Каких-то полтора часа бешенных скоростей, и шиноби уже стоят на берегу . — Ну, начали! – воскликнул Узумаки, рванувшись вперед. — Стой! – крикнул Сай, но было поздно. В метрах двадцати от воды Наруто со всей дури впечатался в невидимую стену и растянулся по золотистому песку. — Вот же идиот, — покачал головой Саске, изящно спрыгнувший со своей птицы на берег. Художник одарил его недружелюбным взглядом и подскочил к поднимающемуся на ноги блондину. — Ты в порядке? – осведомился он. — Вроде бы, — закивал Узумаки, сплевывая песок. — Что ему будет! – фыркнул подошедший Учиха. — К чему это ты сказал?! – заорал блондин. — Ты понял, к чему. — Скажи мне! Скажи прямо, кем ты меня считаешь! — Я уже много лет твержу, что ты – неуклюжий придурок. — Ублюдок! — Смотрите! – прервал их перебранку удивленный голос Сая. В месте, куда врезался Наруто, воздух словно загустел, как будто там установили гигантское стекло. Затем, прямо на глазах, стал покрываться мелкими трещинками, из которых полезли языки пламени. Минута, и весь берег острова словно окружила стена огня. — Вот это техника! – с восхищением воскликнул блондин. – Откуда ты ее знаешь, Саске? — Одна из запечатывающих тюремных техник Орочимару, — нехотя ответил Учиха. — Доступна только тем, кто владеет стихией пламени. — То есть, ты можешь сам ее снять? – поднял брови Наруто, — И Сай тут не нужен? Мордочка Главы полиции стала бледно-салатовой. — Не может, — захихикал художник. — Эту технику Змеинный Саннин позаимствовал в свое время у Данзо-сана. Как технику вечного пленения. Но он так и не узнал печати, позволяющие снять ее. Клан Узумаки надежно хранил свои секреты. — Клан Узумаки?! – вскричал носитель Девятихвостого, глаза которого стали размером с блюдца. — Ага. Эта техника была изобретена в деревне Скрытого Водоворота. — Но откуда снимающие печати известны тебе? А они тебе известны, я ведь правильно понял? Сай улыбнулся. На сей раз улыбка вышла зловещей. — А вот об этом я тебе расскажу как-нибудь потом. Когда время удобное будет. Саске высокомерно поджал губы и направился вперед, к огненной стене. Сай и Наруто побрели за ним. Узумаки думал о шиноби Корня и о секретах, которые они скрывают. Выстраивающаяся картинка совершенно не радовала. Остановились от огня метрах в двух. Сай достал свиток, кисти с чернилами, и начал чертить какие-то таинственные символы, что-то бормоча при этом. Закончив, он подошел еще ближе и кинул свиток прямо в огонь. Примерно секунд тридцать ничего не происходило. Затем пламя позеленело, загудело и резко рвануло ввысь. — Сожги его! – скомандовал Сай, повернувшись к Саске. — Чего?! — Аматерасу! Сожги этот огонь своим Аматерасу! Учиха недовольно скривился, разозлившись от того, что этот бледный поганец смеет ему указывать. Однако, приказ все же выполнил. Пары секунд хватило черному пламени, чтобы справится с зеленым огнем. Когда все погасло, Наруто решительно направился вперед. — Подожди! – крикнул Саске. – Ты не можешь идти вот так! — Почему? – недоуменно спросил Узумаки. — Ты что, забыл, что во многом благодаря тебе Хачиби оказался заперт на этом острове? Он вряд ли благодарен тебе за это. — Именно поэтому я должен пойти туда. Я должен быть тем, кто освободит его. — Как благородно! Грехи замаливаешь? — А если и так! Я и впрямь предал его. Но я раскаивался все эти годы. И, в отличии от тебя, Учиха, я умею просить прощения. — Так, давай разберемся! – Саске крепко схватил Узумаки за руку и развернул его к себе. – Эта твоя последняя фраза… Ты хочешь, чтобы я у тебя попросил прощения? — Ничего я не хочу, — выдохнул Наруто. — А тем более не хочу требовать от тебя невозможного. Такая гордая, самолюбивая скотина, как ты, просто не может осознать… — Прошу прощения! – почти закричал Учиха, которого уже буквально трясло от злости, — Прошу прощения, что я такой, как ты выражаешься, гордый, самолюбивый козел. Прошу прощения за то, что жил так, как посчитал нужным сам. А не так как мне навязывала система ценностей твоей деревни. Прошу прощения, что мне пришлось жестко разбираться с людьми, решившими стать у меня на пути. Они так искренне желали моей смерти, что я не мог не обратить на них внимания. Прошу прощения, что свою семью любил больше, чем всех вас, людей, с которыми меня кроме пресловутой воли огня ничего не связывало. Теперь ты доволен? — Нет, не доволен! — Я что-то забыл? Мне извиниться за то, что пронзил тебя Чидори в Долине Завершения? Или за то, что чуть не убил эту идиотку Сакуру? Или начать просить прощение за все мои проступки перед тобой, начиная с первого года Академии? Наруто надулся от злости и вырвал свою руку из цепкой хватки брюнета. — Ну надо же, какая сцена! – раздался сбоку знакомый голос. Крик Инузуки Кибы наконец затих. Парень, уже практически в невменяемом состоянии, развалился на полу, у ног Мадары. Сам Цукикаге был практически счастлив. Кто бы мог подумать, что допрос этого мальчишки подарит такие сведения. Теперь Узумаки точно у него в руках! Нет, ну каков шельма, а! Жениться на этой Хьюге, заделать ей деток-близнецов. И это все под самым носом у него, главы Лунного Альянса. Столько лет это сумел скрывать! Даже Зецу ничего не пронюхал! Шино, стоящий рядом с Кабуто у стены, выглядел совершенно ошеломленным. Похоже он явно не ожидал, что всплывут такие сведения. — Что будем делать теперь? – осведомился Тсучикаге. Он тоже выглядел весьма пораженным. — Что? – задумчиво переспросил Мадара, разглядывая отрубившегося Кибу. — Думаю, я наведаюсь в Суну. Познакомлюсь с детками нашего Рокудайме поближе. — Вы хотите их убить? – спросил Шино. В голосе его прозвучала безысходность. — Убить? Нет, что ты. Во всяком случае, не сейчас. Я не могу упустить такой прекрасный шанс прижать Наруто к стенке. Пусть выберет, кто ему дороже, Саске или его маленькие крысята. Вот пусть Узумаки и убьет того, кто для него наименее ценен. И если это его дети… — Конечно, это будут его дети, — с неприкрытой злостью отчеканил Абураме. Кабуто отстраненно подивился тому, что сейчас этот парень разговаривал совершенно нормально. – Он в жизни не причинит вреда своему драгоценному Саске. Да у него весь мир на этом Учихе клином сошелся!Что ему за дело до детей влюбленной в него девушки! — Так ведь это и его дети, — пожал плечами Тсучикаге. — Посмотрим, что из этого всего выйдет, — ухмыльнулся Мадара. – Я решил, что мы не будем ждать. Имея такой козырь на руках, мы смело можем делать первый ход. Значит так, я отправляюсь за детьми Узумаки. Кабуто, ты следишь за ситуацией в целом. Шино пусть тебе поможет. Разберитесь со сторонниками Саске, этими членами Така. И вот с ним покончите, — Учиха пнул измученное пытками тело Инузуки. Абураме деловито кивнул. Кабуто со скучающим видом подошел к Кибе. Тут в коридоре раздался топот, и через мгновение внутрь вбежал один из АНБУ. — Мадара-сама, у нас серьезная проблема! Охранники в воротах Суны приветливо кивнули Сакуре. Эти шиноби-сенсоры хорошо знали ее чакру, и ничуть не удивились, увидев девушку у входа в их деревню. Пройдя пропускной пункт, Харуно отправилась прямиком во дворец Казекаге. Идя по опаленным жарким солнцем улицам Суны, девушка предалась ностальгии. Сколько раз за последние три года она вот так вот шла вдоль этих домов, чтобы увидеть Кису и Хе. Иногда к ней присоединялся Наруто, и в такие минуты Сакура была абсолютно счастлива. Словно они были одной семьей и шли навестить своих детей. Жаль, что этому больше не бывать. С прохождением внутрь дворца возникли небольшие трудности – на входе девушку обыскали. Нашли при ней странные вещества и отказались пропускать дальше. Однако, на помощь пришел командир АНБУ Суны, прекрасно знавший Харуно и без всяких лишних споров пропустивший ее внутрь. Дети нашлись во внутреннем дворике, у фонтана. Ичикису подставлял ладошки под прохладную воду и весело смеялся, когда брызги разбивающихся струй долетали до Хекагами, которая начинала визжать. Дети во всю веселились, не обращая внимания на мрачных Канкуро и Темари, которые, присматривая за ними, в то же время о чем-то тревожно шептались. Завидев Сакуру, брат с сестрой многозначительно переглянулись и направились ей на встречу. — С какими ты новостями, Харуно? – спросила Темари. Сакура рассказала им все, что произошло за последние сутки, умолчав лишь о своей ссоре с Наруто. Канкуро весьма не обрадовался вести о спевшихся Учихе и Узумаки. Новость о предателе Шино расстроила его еще больше. — Он весьма серьезный противник, — протянул марионеточник, — Плохо, что он не на нашей стороне. Тут заигравшиеся дети наконец заметили Сакуру и с визгом бросились к ней. Однако, обнаружив, что девушка не принесла им ничего вкусненького, быстро потеряли к ней интерес и вернулись к своим играм у фонтана. — Мадара не знает о детях, — молвила Темари. – Сейчас опасность грозит Гааре. Он там практически один. Нам надо быть возле него, в гуще событий, а не сходить с ума здесь от неизвестности. — Но ведь вы здесь не потому, что взялись нянчиться с детьми Наруто, — возразила Харуно. – Вы здесь, потому что Гаара оставил на вас деревню. И никто лучше вас не сможет ее защитить в его отсутствие. — Да, нам надо думать о Суне, — согласился Канкуро. – Но я схожу с ума тут от бездействия и отсутствия новостей. Все трое враз замолчали и уставились на северо-запад. Тревога сковывала сердца. Наконец Темари о чем-то вспомнила и повернулась к розоволосой девушке. — Знаешь, я хочу тебе показать нечто странное. Ты – ниндзя-медик, ты сможешь дать этому какое-нибудь объяснение. — А что случилось? — Это касается Кису и Хе. Но не будем здесь об этом. Пойдем в кабинет Гаары, там объясню! Блондинка окликнула детей, и все пятеро направились во дворец. Сакура гадала, какую еще загадку подкинет им коварная судьба. Ино, Шикамару и Чоджи стояли в воротах Конохи. Прямо напротив них пристроился отряд АНБУ, подчиняющийся лично Мадаре. — Как-то они нам не особо рады, — брякнула Яманака. — Правильно, чего им нам радоваться? – улыбнулся Чоджи. — Мы к ним на все готовое, считай! И с собой ничего не принесли. Кому охота, чтоб за его счет гуляли. — Значит, либо гуляем мы за их счет, либо они за наш, — подвел итог Шикамару. Один из молодых бойцов АНБУ, стоящих спереди и слушавших каждое слово команды номер десять, толкнул в бок своего товарища. — Я что-то не понял! Они что, сюда пожрать и выпить пришли? А как же нападение на деревню? Саботаж против Цукикаге? И мы что, правда должны оплачивать их вечеринку? — Заткнись, идиот! Как тебя только в АНБУ с такими мозгами взяли? — Что будем делать Шикамару? – с тревогой в голосе спросила Ино. — План А, — лаконично ответил Нара. Чоджи кивнул и достал из кармана какие-то пилюли. Яманака стала пристально осматривать своих противников, которые, в свою очередь, просто смотрели на них, ничего не предпринимая. Словно чего-то ждали. — За что вы сейчас собрались воевать? – громко спросил у них Шикамару. — За мир Конохи и процветание Лунного Альянса! – дружно ответили бойцы АНБУ. — Это что, ваша речевка? – подняла брови Ино, — Вы ее каждое утро перед зеркалом репетируете? Шиноби проигнорировали эту реплику. — Мы тоже хотим мира, — заверил их Нара. — Тогда почему пытаетесь развязать войну? – осведомился у них боец в маске кота. — Потому что то, что есть сейчас – не мир. Это война, идущая каждый день, только фронт у нее другой. И потери – не человеческий ресурс, а нечто иное. Свобода. Самоуважение. Уверенность в завтрашнем дне. И тут мы все проигрываем Мадаре по полной. Несколько человек рассмеялись. — О какой свободе и уверенности в завтрашнем дне ты, ребенок, говоришь? – сказал один из бойцов АНБУ, отсмеявшись. – Мы – шиноби. Завтра для нас не существует. У нас нет свободы, мы полностью зависим от приказов, поступающих сверху. А наше самоуважение зависит от исполненного долга. А то, что предлагаешь ты – это путь изгнанников. — Почему вы так говорите? – закричала Ино, — Почему вы не верите в завтрашний день? Ведь у всех вас есть какие-то мечты! Есть друзья, семья, любимые! И ради всего этого стоит жить! Стоит думать о завтра! О счастливом завтра! А таковым его можем сделать только мы! Мы все! — Поймите же, с Мадарой у нас нет будущего! – присоединился Чоджи. – Он не думает о нас. Не думает о благе деревни. О мире шиноби. Единственное, что он хочет, это расширить и укрепить собственную власть! Прославить свое имя! Превзойти Первого Хокаге. — Да? – язвительно спросил боец в маске собаки, — А знаешь ли ты, что за последние четыре года во всем Альянсе погибло столько бойцов, сколько в прошлое время погибало за месяц. Вы хотели мира? Так вот он! Войны нет! Все живы! — А тех, что погибли в Четвертую мировую войну шиноби, вам мало? – Яманака сделала шаг вперед. Ее руки сжались в кулаки. – Все они погибли, потому что так захотел Мадара. Все из-за него! Вам нравиться находиться в услужении у человека, из-за которого умерли ваши товарищи? — Мы говорим о завтра? Или о вчера? — Да даже если и о сегодня. Я – член Шуготенши! Член организации по борьбе с контрреволюцией в Альянсе. Вы даже не представляете, к каким методам нас принуждал Учиха, чтобы удержать власть! — И вы им следовали! Помогали Мадаре все эти годы, а теперь смеете нам что-то говорить? — Да мы только ждали повода, чтобы… — Прекрати, Ино, — оборвал девушку Шикамару, — это бесполезно. — Будем драться, — сказал Акимичи, проглотив две таблетки. — Но их – десять человек. А может быть еще больше! — Ничего, — Нара приготовился слаживать печати. – Ты, Ино, правильно сказала: мы – члены Шуготенши. Помните о плане А. — Я заметила это вчера вечером, когда примерила их на близнецах, — сказала Темари. Она, Сакура и дети пришли в кабинет Казекаге. Сестра Гаары открыла сейф, вмонтированный в стену, и достала оттуда две плоские черные коробочки. Из первой она извлекла ожерелье Хокаге, которое Наруто когда-то подарила Цунаде, а затем вернул отреставрированным Шикамару, а из второй достала то, что совсем недавно подарил Суйгецу. К слову, Наруто попросил Гаару передать его Хе. — Они же из одинаковых камней! – воскликнула Харуно. — Это сразу видно. — Да, я тоже заметила. Но главная странность не в этом. — А в чем? Блондинка повернулась к сидящим на небольшом диванчике у стены детям. — Кису, Хе, подойдите-ка сюда. Дети послушно поднялись на ноги и подошли к девушке. Та опустилась на корточки и ловко одела на них украшения: ожерелье Хокаге на Ичикису и подарок Суйгецу на Хекагами. Затем, повернувшись к Сакуре, сказала: — Надо подождать несколько минут. Затем это начнется. — Что начнется? Девушка не ответила. Вместо этого она подошла к окну и задумчиво уставилась куда-то в небо. — Хоть бы Гаара весточку прислал, — прошептала она. – Что же там происходит? Что они решили? Харуно ничего не ответила, просто стала молча разглядывать детей. Наконец, спустя минут пять, ей стало казаться, что с ними что-то не так. — Они как-то изменились, — протянула она. — Но я не могу понять, как. — Ты же медик, Сакура. Проверь их потоки чакры. — Им три года! Какие потоки чакры? — А ты проверь! Харуно скептически покачала головой, но все же поднесла ладони к груди Кису. — Не может быть! Чакра движется! И… — она провела ладонью вдоль направления потока, — Она приливает к глазам! — Да! У Хе то же самое. — И что это значит? — Подожди минут пять. Ты увидишь, что это значит! Но Сакура уже и так видела. Глаза! Глаза детей чернели. — Ками-сама! – Выдохнула Харуно, — Так не бывает! Не бывает! — Удивительно, но я сказал то же самое, когда некоторое время назад Инузука Киба поделился со мной радостной новостью насчет существования этих деток, — раздался голос, который девушки боялись услышать больше всего. В дверях кабинета стоял Учиха Мадара.