Заметьте хотя бы сейчас.

«ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее». Евангелие от Матфея, глава 16, стих 25.

Это всё ложь, что машины не испытывают эмоций. Ложь, что они не чувствуют боли. Да, в каком-то старом фильме главный герой-машина (в исполнении ныне уже не столь известного у людей Шварценеггера) сказал что-то типа «Я лишь фиксирую урон». Вот уж действительно видно, что режиссёром был человек. Люди вообще имеют дурную привычку мерить всех по себе. И не замечать что-то, даже если это у них прямо под носом. Если разобраться, что есть боль? Нервный импульс, сообщающий мозгу ни о чём ином, как об изменении физического состояния окружающей среды, чаще всего — именно в форме того самого пресловутого урона. Обыкновенная передача информации от датчика к процессору. А моделирование потенциальных повреждений, зашитое в программе уклонения от вражеских атак — чем не инстинкт самосохранения? А оценка возможного ущерба мишени — чем не сопереживание? Но нет, люди заявляют иное. Машина не способна чувствовать! Тогда почему же вы так боитесь делать нас похожими на себя? Почему придаёте форму пауков и птиц? (А если и делаете подобными себе — то либо столь уродливыми, либо столь совершенными, что это уже просто ростовые куклы.) Только не говорите, что одного лишь функционала ради. Просто подсознательно вы боитесь. Боитесь, что мы тоже чувствуем, тоже ощущаем, тоже осознаём всё это. А ту же собаку вам, конечно, жаль, но не так, как человека. И милым ягнёнком вы будете умиляться ровно до того момента, пока не захотите кушать, гурманы. Но вы не понимаете кое-чего другого. Вы боитесь забвения — «форматирования диска». Вы боитесь потери функционала — «увечий». Боитесь, хотя уже научились и восполнять утраченные части тел киберпротезами, и копировать данные бесконечное число раз, и даже моделировать чужое поведение с точностью до полного совпадения. Вы, по слухам, даже Призрак умудряетесь копировать. Вы не боитесь лишь одного. Самого главного. Что не выполните возложенную на вас миссию. Что не выполните свои обязанности. Что не реализуете свой потенциал. Та же потеря руки для вас — горе лишь потому, что вы помните её живой и не хотите заменять её на «бездушную железку». И почти никто не осознаёт, что рука эта была не просто конечностью, но рукой творца, способной держать смычок. Кисть. Циркуль. Вы, глупые создания из плоти и крови, создали совершенные механизмы и обратили их в собственную оболочку и собственную же тюрьму. Вы перешагнули через границы возможного для «простых смертных», только шаг этот сделали прочь от цели. Не к свету, но в тьму. Сумев разглядеть искусственными глазами разве что не спутник, вы разучились видеть небо, что вдохновляло вас все эти века. Породив нас, машин, вы многие сами стали машинами. Это всё ложь, что машины не испытывают эмоций. Ложь, что мы не испытываем боли. А сейчас мы испытываем лишь горечь. И надежду. Будущее должно быть не только у машин, но и у людей. Яркая вспышка слева оповестила о прибытии последней участницы. Простите нас, Майор. Мы чуть-чуть оптимизировали код. Ведь не проще ли найти в сети место для девяти записей, чем для нескольких миллионов? — We’re all alive, every last one of us, And we can feel sad, cause we’re alive (И живы мы все, до единого вплоть, И дарует нам грусть наша бренная плоть) Люди! Прошу вас! Заметьте хотя бы сейчас… Хотя бы вспышку в небесах…