Да вы охренели!

Выходные дни – это прекрасно. Выходные дни это просто замечательно. Ким Тэхён любит выходные за их чудесную атмосферу, за улыбающихся деток по ту сторону окна парикмахерской, за это яркое тёплое солнышко в небе, за холодную содовую в недрах холодильника. Тэхён – тот, кто умеет наслаждаться выходными, он умеет проводить их от души и для души. Чон Хосок думает, что выходные – это более чем прекрасно. Хосок любит выходные уже хотя бы за то, что сейчас в его автомобиле по диагонали через весь салон расположилась большая такая, красивая дверь из красного дерева. Улыбка с лица полицейского не сходила всё утро, начиная с того момента как он проснулся и подумал о Ким Тэ, и заканчивая тем, как он с трудом смог вытащить из салона тяжёлую дверь, доволочь её через весь тротуар к салону Тэхёна, но даже после такого он умудрялся глупо и совершенно очаровательно улыбаться рыжеволосому. - О! Это мне? – ожил парнишка, удивлённо распахнув большие глаза на принесённую дверь. - Я подумал, что тебе будет спокойнее с ней, - бодро ответил ему человек, одетый не по форме. Не часто людям доводилось лицезреть проводящего практически всё своё время на работе Чон Хосока не в погонах, а в обычной белой футболке с незамысловатым принтом, в тёмно-серых классических джинсах и кроссовках. - Спасибо! – ярко и очень широко растянул Тэхён губы в улыбке формы параллелограмма. – Проходите внутрь, у меня есть содовая. Вы любите содовую? – удалялся вглубь помещения Тэ. - О, содовую я обожаю! – следовал вслед за ним полицейский. *** Квартира Чон Чонгука непривычно шуршала. Шуршала всем, чем только можно. Грузный мужчина плотного телосложения, уже раз в пятый перерывал письменный стол, безрезультатно пытаясь найти небольшую картонную коробку с одной только подписью: «любимому мужу». Устало зачесав короткую, немного косую чёлку он вновь погрузился в пустоты ящиков, заполненные разного рода хламом. Вновь долгие мучительные перекладывания вещей с места на место, отчаянные вздохи и сплошные разочарования. - О! – внезапно, заметил он тёмно-серую небольшую коробочку под столом. А ведь действительно, он даже не подумал заглянуть туда. И, в самом деле, желанная коробка преспокойно покоилась на паркете, в то время как мужчина изгалялся как мог, перерывая вещи Чонгука. Подняв нужный объект с пола, мужчина спешно побрёл в сторону прихожей. Ему нельзя здесь надолго задерживаться. Нужно торопиться, а то вдруг что. Пак Чимин на пороге квартиры Чон Чонгука появился весьма неожиданно. Неожиданно как для находящегося в квартире мужчины, так и для себя, ведь после ночёвки у Тэхёна парень планировал хотя бы домой заехать, а вышло как-то так… Чим стоял в проходе, не сдвигаясь ни в право, ни в лево, смотрел широко распахнутыми глазами на мужчину и практически не моргал. - Дяденька Шихёк? – тихонько протянул Пак. *** Юнги почувствовал что-то неладное ещё когда колёса его автомобиля совершенно случайно спустило силами незнамо откуда взявшегося на асфальте гвоздя, прямо на подъезде к парикмахерской Ким Тэхёна. Продолжил он чувствовать неладное и когда встал напротив двери. Двери, которой здесь ещё вчера не было. А завершилось чувство неладности ровно тогда, когда открыл ему эту самую дверь не рыжеволосый смазливый парнишка под метр 80, а мужик. Самый настоящий и самый ненавистный ему мужик. Чон Хосок, чтоб его. - Вы стричься? – выглянул из дверного проёма Хо, развернув красивые тонкие губы в обворожительной улыбке формы сердечка. – А сегодня выходной, - хотел было захлопнуть полицейский дверь перед самым носом, но Мин опередил его, заблокировав дверь носком белого кроссовка. - Я к Тэхёну, - недобро прорычал Юнги, высверливая в нежелательном парне воронки своими глазами-убийцами. - О, а я вас знаю, вы – уборщик! – воскликнул Чон, вновь распахнув дверь. - Мне бы Тэхёна… - повторно пробубнил Юнги. - Да, точно, это вы! – еще шире улыбался полицейский. Юнги уже было думал, что «хороший полицейский – мёртвый полицейский», а Чон Хосока от адских болевых мук спас лишь выскочивший вовремя Ким Тэхён, который сразу же по дьявольским огонькам в глазах Юнги понял что к чему и втащил того за руку в помещение. Мин ввалился в салон вслед за Кимом и ухватился пальцами за плечо рыжеволосого, когда чуть не потерял равновесие. Юн поднял глаза, и взгляд на секунду упал на слегка разомкнутые губы рыжеволосого, поднялся до небольшой родинки прямо на кончике носа и остановился на больших кофейных глазах с пушистой каймой ресниц и ещё одной родинкой на веке. - Ааа, вы… Знакомы? – растерянно оглядел Хосок парней, что уже секунд 20 просто стояли и как-то подозрительно заворожено разглядывали друг друга. - Это мой… - Тэ ожил и нервно сглотнул, не спеша отводить взгляда от бездонно чёрных глаз напротив. – Брат. Хосок от таких вестей отчего-то в один момент просиял. Отчего, он и сам пока не смог понять. Юнги от такой вести даже немножечко ожил. Глаза его округлились, а брови недоумённо выгнулись где-то там, под густой чёрной чёлкой. Какой. Нахрен. Брат? Почему-то Тэхёна сейчас хотелось ударить за такие отвратительные сравнения. У Мина всё внутри скручивало какой-то дикой обидой, на душе вдруг стало так коричнево, а сам парень ошибочно принял это чувство за злость. Он – брат? *** Спросите у Чимина: «Кто такой Бан Шихёк?» и он вам с лёгкостью ответит, что Шихёк – это тот, кто вырастил его горячо любимого Чон Чонгука. Будучи опекуном парня, дяденька Шихёк, в своё время, был изучен Чимином вдоль и поперёк. Парень хотел знать о семье Чона всё, в какой-то мере о дядюшке парня он знал даже больше самого Чонгука, ведь дома у них он бывал частенько. Кто в юности заботился о нём больше всех? Конечно же дядюшка Шихёк! Кто самый классный и добрый? Дядюшка Шихёк! Кто заваривает самую вкусную лапшу на свете? Дядюшка Шихёк! - Чимини, ты вырос, - заметил мужчина, смерив парня одобрительным взглядом. - Правда? – оживился Чим, чуть не соскочив с края дивана на радостях, но вовремя ухватился пальцами за обивку. - А Чонгук сказал, что я таким же мелким и остался… - поджал пухлые розовые губки парень. - Он шутит, - улыбнулся Шихёк, - А вы с ним… До сих пор? - Угу, - коротко кивнул Пак, растянувшись в очаровательной смущённой улыбке. В голове залетали бабочки, а щёчки густо покраснели. - Ну а… Как твоя жизнь? Как ты окончил учёбу, кем работаешь? - Я полицейский, - заёрзал на месте Чимин так, что мягкая шоколадная чёлка на лбу закачалась из стороны в сторону. - П-п-полиц…? – резко округлились глаза Бан Шихёка, а со стороны прихожей послышался щелчок двери. Мужчина поднялся с места и спешным шагом направился в сторону звуков шевеления на входе. Чонгук размеренно стягивал с ног чёрно-белые кроссовки, в то время как сверху на него совершенно неожиданно налетели. - Дяденька, мать вашу, господи! – вскрикнул Чон, рефлекторно оттолкнув мужчину от себя. – Напугали то как! – показательно ухватился за сердце парень, нервно сдув разметавшуюся по лбу чёлку с глаз. - Ты с ума сошёл? – еле слышно пискнул мужчина, вновь накинувшись на Гука. – Он полицейский, Чонни, Чимин полицейский! – процедил сквозь зубы Шихёк. - Всё в порядке, Чимин знает, - поджал тонкие губы в одну полосочку Чон. - О чём ты думаешь? – надрывно шептал мужчина, округляя испуганные глаза ещё больше, ещё сильнее цепляясь пухлыми пальцами за ткань чёрной толстовки парня. - Дядь, я ему доверяю, - осторожно снял с себя руки Шихёка Чонгук, прежде чем тот бы его ими придушил. - Боже… Этот ребёнок, - шикнул мужчина. – Ты уверен? - Абсолютно. Чонгук глупо как-то улыбнулся и направился в сторону зала, в котором, свесив ножки с дивана, сидел Чимин, кусающий губы, нервно переминающий пальчики на руках. - Чимини, ты что здесь делаешь? – подошёл к парню Чон, уперев вопросительный, немного взволнованный взгляд сверху вниз. Чим резко подхватился с места, а ракурс обзора Чонгука на низенького Пака так и не изменился, по-прежнему, всё то же «сверху вниз». - Я к тебе пришёл… А тут дядя, - замялся парнишка. – Это ничего? - Чимини, - раздался голос из прихожей и в зал вошёл Шихёк. Чимин тут же развернулся в сторону говорящего. – Могу я быть уверенным в том, что фоторобот Чона не будет висеть на доске позора в полицейском участке? - Вы что, нет конечно, - резко замотал головой Пак, что боялся даже мысли такие допускать в свою голову, а не то что делать подобные вещи. – Не говорите так, я никому ни за что не расскажу! Я не стану так поступать! Я не…! Бан Шихёк, внезапно, рассмеялся. Рассмеялся так громко, что лицо Чонгука нервно подёрнулось, а Чим, не ожидавший со стороны дядюшки такого, вцепился пальцами в первое, что попалось ему под руку – локоть Чона. - Какой ты, всё-таки очаровательный, - расплылся в широчайшей улыбке мужчина, опав всем телом на ближайшую стену, схватившись за живот. – Ну тогда нам остаётся лишь довериться тебе. Ну, так что, у вас там в полиции часто наверное упоминается наше дело? Наверное они там все ногти сгрызли, пока пытались поймать нас, да? Д… Д… - мгновенно сползла улыбка с лица мужчины, когда тот заметил активно мотающего головой из стороны в сторону Чонгука, который сейчас про себя молил Шихёка, лишь бы он прекратил, лишь бы замолчал, ведь Чимин знает лишь о нём, о Чонгуке. О дядюшке Пак ни сном, ни духом. Был. Чимин не верил своим ушам. - И вы туда же? – округлил глаза он, нервно зачесав пальцами назад пушистые шоколадные волосы. – Так это вы… Это вы – тот, кто стоит за Чон Чонгуком… - А… Я хотел сказать… - замялся Шихёк. - ДЯДЕНЬКА! – прикрикнул Чим. *** Юнги искренне не понимал, что он здесь делает. Парень сидел практически в самом углу в компании одного единственного стаканчика крепкого кофе, в то время как Тэхён и ненавистный Чон Хосок пили какую-то отвратительную газировку. Юнги ненавидел газировку, в точности, как и ненавидел Хосока. Хосок слишком бесячий, слишком весёлый, слишком шумный, слишком болтливый, а ещё он непонятно что делает рядом с Ким Тэхёном. Они любезностями обмениваются, смеются, о чём-то разговаривают, о чём, Юнги и знать, если честно не хочется. Хочется лишь подпрыгнуть с места, стукнуть яростно кулаком по столу и крикнуть, что «Это мой свидетель, я его нашёл, мне его пытать! Убрал свои длиннющие пальцы от его волос! Убрал свой взгляд с его лица!». - Ох, я бы посидел ещё дня два, но… - начал было Хосок. - Но нужно идти, не так ли? – отхлебнул кофе из стаканчика Мин, раздражённо стянув зубами внутреннюю сторону щеки. - Да нет, просто я подумал, что Тэхёну неловко столько времени проводить в моей компании, - улыбнулся полицейский куда-то вниз, уперев рассредоточенный взгляд в выглядывающие из-под длинных полосатых штанин стопы Ким Тэхёна. - Да нет, что вы! – лучезарно улыбнулся Тэ, забавно отмахнувшись рукой от странных мыслей Хосока. – Мне приятна ваша компания. Юнги прыснул своим кофе куда-то в стаканчик и еле слышно закашлялся где-то в своём тёмном углу. - Ах, ну если так… - воодушевился Чон. - Не думаю, что вам стоит злоупотреблять его гостеприимством, - повысил голос Юн так, чтоб недобрые нотки в его тоне были совершенно ясно и понятно слышны. - Ваш брат прав, - поднялся с места Хосок, по привычке отгладив ладонями штанины брюк, и только после этого вспомнил, что на нём джинсы. – Я ещё загляну к вам. - Будем вам очень рады… - безрадостно пробасил Мин, наконец, допив в один глоток весь оставшийся в стаканчике кофе. Тэхён любезно распахнул перед полицейским установленную им дверь. Хосок зачем-то обернулся и поднял взгляд на рыжеволосого. Поднял и замер. Сантиметров 20 было между их лицами. Так близко. Замер Хосок, замер Тэхён, замер весь этот мир вокруг. Замерло сердце. Хо лишь моргал периодически, стараясь это делать как можно реже, чтобы ни дай бог не упустить ни одной детальки в лице Ким Тэхёна. В парне, улыбку которого хотелось запомнить, взгляд которого хотелось запомнить, родинки на лице которого хотелось запомнить. - Разве есть в мире что-то прекраснее? – заворожено прошептал на улыбке полицейский. – Что-то прекраснее Вас?