Классная лихорадка

Мужчина услышал лёгкие шаги и поднял голову – она была как раз на этаже над ним. Он стоял на первом этаже трёхэтажного дома, носившего следы пожара, случившегося здесь года два назад. Уже даже и копоть в какой-то степени тоже счистилась со стенок, и мусор на полу тоже не выглядел чёрным: он был припорошён многомесячной пылью. Что там валялось, испорченное огнём, уже даже нельзя было разобрать. Мужчина быстро двинулся к лестнице наверх; перил не было вообще, на лестничной площадке тоже, и он даже мельком увидел пару стройных голых ног, поднимающихся к недлинной джинсовой юбочке. Она была там, он не ошибся там, на улице: девочка шла в заброшку. Зачем? Да какая разница? Главное, что теперь можно не беспокоясь о лишних людях, сделать то, что хочется. Он начал подниматься по лестнице, стараясь не делать шума. Второй этаж образовывал одну огромную комнату, стены и перемычки сгорели либо полностью, либо от них остались только невысокие бортики. По сравнению с первым этажом там было относительно чисто: видимо, бомжи побеспокоились расчистить себе территорию. Когда мужчина поднялся на несколько ступенек, он опять увидел ноги. Они танцевали, из телефона звучала какая-то ритмичная композиция. Мелькали белые трусики, когда юбка приподнималась. Затем показались по очереди топик, руки, быстро машущие, словно девочка пыталась взлететь, два хвостика. Уверенно, зная, что другого выхода нет, мужчина медленно поднялся по последним ступенькам. Когда он показался наполовину, девочка заметила его. Её руки опустились, как сломанные ветки, глаза расширились, и она закричала. Мужчина тут сорвался с места и бросился к тонкой фигурке, застывшей в ужасе. Она метнулась от него к окну, вывесилась из него – вокруг были видны только деревья, район был зелёный. Прыгать она, конечно, не стала. И он её настиг. Его крепкая рука схватили школьницу за один хвостик, развернула лицом к себе, вторая отвесила пощёчину – и крика не последовало, открывшийся рот медленно закрылся. Тогда рука рванула юбочку вверх и полезла в трусики. - Нет, - испуганная девочка не кричала, умоляюще проговаривала, глядя мужчине в стеклянные, ничего не выражающие глаза. – Отпустите меня, пожалуйста, прошу Вас, я сделаю всё, что Вы хотите! - Гы, - только и произнёс насильник. Это даже не было ответом. Он налёг на её тело своим, прижимая к подоконнику. В следующий миг чистые белые трусики оказались натянуты между колен. Ширинка мужчины была заранее расстёгнута, его член торчал из брюк, когда он ещё поднимался по лестнице. Заломив девочке руку, он направил рукой свой член в её киску. Она дёрнулась, но было уже поздно: член начал входить. Мощный толчок – и она закричала тонко и остро, крик почти сразу перешёл в плач. А мужчина начал быстро двигать бёдрами, двигая своим орудием в её податливо вздрагивающем теле. Он не задумывался, была ли она девственницей, не нужно было бы сперва проявить осторожность – просто быстро трахал её, шумно дыша сквозь стиснутые зубы. Когда он замедлился и вышел, школьница уже не плакала, у неё остались силы только на тихие всхлипывания. Две фигуры застыли у окна, отдыхая от изматывающе быстрой случки. Но не долго. Рядом случился какой-то старый небольшой матрасик, более-менее чистый. Мужчина обхватил поруганную девочку за талию и уже без сопротивления кинул её на матрас. Стянул трусы с одной ноги, развёл ноги и навалился на неё, сминая через топик грудь. Таким же уверенным движением он снова вошёл в неё, заставил закинуть ноги за свою спину и опять пошёл молотить её тело. Слабые крики говорили о том, что его член входит глубоко в её влагалище. Слёзы молча катились по её щёкам. Потом мужчина задрал топик, резко стянул лифчик вверх и впился жёстким поцелуем в небольшую грудь. Под потолком раздались стоны, нарастающие по мере того, как его таз двигался быстрее. Мужчина явно не собирался оставлять дело недоделанным. Скоро наступила очередь ануса. С некоторым трудом он приподнял школьницу, она встала попой вверх, руками упираясь в пол и образуя безумно соблазнительный треугольник. С задним проходом насильнику пришлось немного повозиться, его действия сопровождались хрипами жертвы. Но скоро его пенис полностью вошёл в попку девочки. На этот раз подуставший мужчина не двигался так неистово, он пронизывал её тело нечастыми, но сильными толчками, сжимая бёдра до синяков. Наконец, его лицо исказилось: было понятно, что он кончает в кишку девочки. И действительно, когда он извлёк уже сморщившийся орган, нитка спермы потянулась за его головкой и, оборвавшись, сползла на ногу девочки… Он помог ей выпрямиться, и некоторое время они тяжело дышали. Затем девочка потянулась и поцеловала мужчину. - Пельмень, ты, как всегда, просто чудесен, - произнесла запыхавшимся голосом Ира. Игнат Пантелеевич усмехнулся не без самодовольства. - А про тебя и говорить нечего, ты – богиня, - проговорил он, возвращая поцелуй. - Ну что, теперь к тебе? Я уже кушать хочу, - сказала Ира. - Ага, вот только сверну матрасик, - и учитель принялся за дело. - Мой детский матрас, - мечтательным голосом произнесла школьница. – Надо же, если бы я тогда знала, на что он мне пригодится… Хи!