От ненависти до любви... один ли шаг?

Я не люблю Вас и люблю... На Вас молюсь и проклинаю. Не видеть Вас я не могу, Но встречи с Вами избегаю... В. Трушин.

***

      Минута... Еще одна... Черт! Почему это проклятое время не может идти быстрее?! Один урок. Всего один урок, но какой же длинный! Зельеварение - предмет, который никогда не давался Гарри, как следует. Вообще, он был смышленым малым; ему удалось добиться успехов в Астрономии, ЗОТИ, даже в Травологии, ко всему перечисленному мальчик еще преуспевал в Квиддиче, да и учителя в основном были довольны Поттером. Все, кроме одного единственного профессора. Стоит ли напоминать его имя? Да... Счастью мистера Снейпа не было предела, когда он понял, что Гарри абсолютный ноль в зельях. Ведь это еще один повод издеваться над мальчишкой и снимать баллы с Гриффиндора, объясняясь непутевостью пустоголового студента. Хотя, когда это в последний раз Снейп объяснял, за что унижает гриффиндорцев, а в особенности одного из них?..       Сидя на первой парте, Гарри имел неосторожность (или наглость, как посчитал профессор Снейп) заснуть прямо в разгар урока, да еще и посапывать на весь класс! Как только его сосед, Рон Уизли, поймал горящий злостью и раздражением взгляд учителя на их парте, поспешил растолкать друга, чтобы тот проснулся. Но Гарри даже глаз не открыл. Лишь недовольно что-то неразборчивое пробубнил и продолжил дремать. Только когда по деревянной поверхности с оглушительным шумом треснули тяжелым учебником, да так, что несколько щепок стола разлетелись в разные стороны, Поттер вскочил, словно осой ужаленный. Держу пари, во всем Хогвартсе вы не отыщите хотя бы одного бесстрашного, который пожелал бы первым делом после пробуждения наткнуться на жуткий взор Ужаса Подземелья. Но такая честь выпала нашему бедному Гарри, который сейчас напуганным кроликом глазел на профессора-удава. Сидящий рядом Рон съежился от подступившего негодования, его серые глаза скрылись за золотистой челкой, а сам мальчик стрелой уткнулся в открытую перед ним книгу, изо всех сил стараясь не смотреть в озлобленное лицо Снейпа. - Мистер Поттер! - ядовито прошипел учитель. Вдруг на его лбу появилась темная уродливая ямка, такая возникает на лице, когда человек сильно хмурится. И эта ямка (будь она неладна!) не предвещала ничего доброго! - Я, конечно, понимаю, что Ваш бездарный отец, на которого Вы так похожи, не научил Вас уважать старших, но неужели он Вам не объяснил даже, где людям положено спать, а где нет?       Да, снова Снейп упомянул Джеймса, чтобы задеть мальчика. Избитый прием, но каждый раз срабатывает блестяще. Всю жизнь родители были святы для Гарри, и он не терпел, когда о них так грязно отзывались. И сейчас, за мгновение забыв о том, что разговаривает с преподавателем, гриффиндорец дерзко и, не особо подбирая тон, сказал следующее: - Не смейте так говорить о моём отце. Он был героем, в отличие от Вас!       По классу прошла волна шока. Ведь никто из них никогда бы не отважился так ответить Северусу Снейпу. И не столько из-за уважения, сколько из-за страха. Рон пнул Гарри под столом, пытаясь заставить его сейчас же заткнуться и не злить профессора еще больше, но Поттера было уже не остановить. Он мог бы стерпеть все, что угодно от этого мерзкого слизеринца, но только не оскорбления по отношению к его семье. Ну уж нет! Ну, а Снейп тем временем застыл, словно гипсовая фигура, силясь понять, откуда столько дерзости в этом паршивце. Неужели, от милой Лили ему достались только глаза, а несносный заносчивый нрав он полностью позаимствовал у отца? Гарри смотрел на Северуса, как на равного, а тот, вместо того, чтобы уничтожить его на месте, произнес, еле сдерживаясь: - Жду Вас сегодня на отработку, Поттер. В семь. И не смейте опаздывать, если Вам еще дорога Ваша спокойная жизнь! «У меня-то? Спокойная? Едва ли...» - с иронией подумал Поттер. И отчего-то глаза его наполнились болью...

***

- И не мог же ты промолчать, Гарри! - тяжело вздыхала Гермиона, когда все трое направлялись к Астрономической башне. - И вот я о том же. Мало тебе проблем? - согласился с подругой Рон, взглянув на Гарри, как на идиота. - Вы оба прекрасно знаете, что значат для меня родители, - совершенно спокойно ответил этот "идиот", глаза которого до этого момента были опущены в пол и в которых сверкали непонятные огоньки жгучей тоски. - Да, но это же Снейп... - попыталась вразумить его Грейнджер, но была нагло перебита резким ударом Гарри об ближайшую стену. - А это мой отец! - громко крикнул он, да так, что прохожие начали странно озираться на их трио. Гермиона испуганно вздрогнула, Рон поспешил ее успокоить и приобнял за плечи, и со словами "Идем, дорогая. Гарри нужно побыть одному" повел ее прочь. Ну, а сам Гарри убрал кулак со стены и с угрюмым лицом пошел в другую сторону.

***

      Идя вечером по подземелью к кабинету зельеварения, у Гарри не было с собой часов, но он почему-то был уверен, что опаздывает. Причем, ни на одну-две минутки, а минут на сорок. Но отчего-то гриффиндорец не сильно волновался по этому поводу. И завидев «заветную» дверь, мальчик сначала неуверенно мнется, но потом все же решается постучать. - Поттер, Вы опоздали на тридцать пять минут! - сообщил уже начавший выходить из себя Снейп. - Что Вы скажете в свое оправдание? - эти слова не потеряли бы свой смысл, если бы зельевар вместо них сказал «назови мне хоть одну причину не убивать тебя». Поттер слегка поежился от столь холодного тона, но ответить все же смог. - Извините, сэр... ...правда, немногословно. Северус не смог сдержать ухмылку. - Это все? - спросил он. - Думаю, да, - чуть поразмыслив, произнес Гарри. - Вы неисправимы, Поттер!.. - с безнадежным вздохом сказал профессор. - Что ж, видит Мерлин, я не хотел заставлять Вас драить котлы. Думал дать Вам только пол, но... раз уж Вы ослушались меня и все же опоздали, то, так и быть, возьмёте еще и котлы. Можете приступать и учтите: времени у Вас только до девяти. Не закончите - продолжите завтра.       Дав указания нерадивому студенту, Снейп вернулся к работе с бумагами, которая была прервана визитом мальчишки. Но... стоп! Почему этот Поттер не спешит браться за дело? Даже не пытается! Встал, как дерево, и так пытливо смотрит на зельевара. Тот тоже не понял юмора и был вынужден снова отвлечься от своего занятия. - Поттер, тряпки и ведро в подсобке, котлы - в углу. Пожалуйста, не испытывайте мое терпение!       На его слова Гарри сделал вид, что не понимает, о чем идет речь. И вместо того, чтобы послушно взяться за отработку, он вдруг так смело заявил: - Я не собираюсь ничего мыть, профессор.       Снейп даже опешил от такой нахальности. Нет, этот мальчишка, однозначно, слишком много себе позволяет! Угрожающе поднявшись из-за своего рабочего стола, профессор обошел его и остановился у передней его части. А Гарри практически кожей чувствовал флюиды вселенского гнева, исходящие от мужчины. Другой студент на месте мальчика сейчас же схватился бы за тряпку и выдраил бы тут каждый уголок до ослепительного блеска, лишь бы никак не контактировать с ужасным профессором, но Поттер знал, что делает и зачем, да и морально готовился к запланированному разговору, так что так просто его было не сломать. - Очень интересно! - недобро протянул Северус, скрестив руки на груди. - Стесняюсь спросить, а с какой целью Вы шли сюда? Постоять и понервировать меня? - Вовсе нет. Я шел поговорить, - отозвался Гарри и сделал шаг вперед. Терпение Северуса почти иссякло, но каким-то невиданным чудом он сумел не сорваться и сказать гриффиндорцу: - Если это разговор не о зельях, то даже не начинайте, Поттер! Гарри чуть нахмурился, опустив голову, постоял так минуту, о чём-то усилинно подумал и вновь взглянул на учителя. - И все же! - с тенью надежды воскликнул он, - Мне катастрофически необходимо поговорить с Вами! - во взгляде парнишки Северус уловил отпечаток​ мольбы. И тут-то до Снейпа дошла причина столь странного поведения Поттера. Ну да, можно было сразу догадаться... - Поттер! Вы опять за свое! - мужчина уже был готов разразиться громом, но Гарри его поспешно перебил: - О, нет-нет, сэр, нет! Не в этот раз... Я лишь хочу попросить Вас больше не упоминать моего отца в столь оскорбительном свете. Хотя бы при мне, сэр. Северус подозрительно посмотрел на мальчика. «И что, это все? Он даже не станет опять ныть и клясться мне в любви? Не будет распускать пламенных речей и пускать свои глупые любовные флюиды?» - одолевали сомнения сознание зельевара. - С чего бы это, Поттер? - задал он вопрос. - Потому что мне больно от этого, - прозвучало слишком откровенное признание. Далее минуты четыре стояло напряженное молчание. Первым его не выдержал профессор. - Не стану скрывать, что сей факт приносит мне удовольствие, но с какой стати я должен думать о Вашей боли? - Вы достаточно уже ранили меня, сэр... Проявите хоть каплю гуманности, - Гарри смотрел на Снейпа совершенно серьезно, из чего было ясно, что он просит действительно по-человечески (как бы абсурдно это не звучало по отношению к Северусу), не пытаясь вызвать жалость у собеседника. Он и не хотел, чтобы его жалели, он хотел лишь, чтобы этот человек не делал его рану еще глубже. Хватит с него и того, что он оказался отвергнутым этой же персоной.       Снейп стоял все так же, оперевшись о стол, и в миг в его глазах появилась необычайно много мыслей. Конечно, парнишка был ему не интересен как любовник, это уже какой-то бред, но... то ли оттого, что Гарри так искренне попросил, то ли оттого, что в мужчине из глубины его холодной черной души кричал отголосок совести... Ему вдруг захотелось выполнить просьбу Поттера. Естественно, вот так открыто пообещать Северусу не позволяло его упрямое эго. Вместо этого он предпочел озвучить: - Черт с Вами, глупый гриффиндорец! - Спасибо, - благодарно ответил Гарри, правильно расслышав в словах профессора «я согласен». -Вы начинаете забываться, Поттер, - холодом вдруг произнес зельевар. - Ваша наглость растет не по дням, а по часам, Вам не кажется? - на самом деле, это был риторический вопрос, но Гарри все равно ответил: - Это почему?       Мальчик действительно не знал, чем так провинился перед профессором, что он его буквально загрызть готов. Но, давайте смотреть правде в глаза, разве Снейпу нужен особый повод, чтобы обвинить в чем-то? А уж если такой и находится, то мирной жизни тебе и во сне не видать! Таков уж Северус. И как только угораздило Гарри влюбиться в такого черствого типа?.. Ответа на этот вопрос не знал даже сам Гарри. - Он еще спрашивает! - возмутился Снейп. - Разве не наглость Ваше поведение на уроках, Ваше непослушание? Не наглость? Да, в конце концов, Ваши дерзкие слова о любви! - на последних словах учитель уже сорвался на крик, показывая несносному мальчишке все свое раздражение относительно него. Устоять на месте он уже был не в силах и поэтому нервно расхаживал от одного конца стола к другому, волоча за собой строгую мантию, такую же черную, как и ее хозяин. - Но неужели я виноват в том, что люблю? - тоже уже кричал Гарри. Не хотел он сегодня говорить об этом, но Снейп снова разжег в нем этот огонь. Профессор уставился на мальчика ледяными глазами. «Похабный мальчишка! Когда же он уже угомонится?!» - злостно думал он.       Перестав владеть собой, зельевар подбежал к Гарри, его черное одеяние полностью скрывало ноги, из-за чего создавалось впечатление, что он летит, словно призрак. Мужчина резко схватил мальчика за ворот его рубашки, приблизив его лицо к себе на опасное расстояние. В этот момент Гарри был готов поклясться, что учитель сейчас выбирает подходящий угол, чтобы швырнуть его туда, но профессор решил обойтись без этого. Возвысившись над гриффиндорцем и сжав его ворот мертвой хваткой, зельевар отдаленно напоминал восставшего змея Василиска из Тайной​ Комнаты. Казалось, стоит Поттеру пискнуть и его тело пронзят длинным толстым клыком. - Прекрати сейчас же, или хуже будет! - точь-в-точь как змея прошипел Северус, оскалившись. Гарри смотрел на своего преподавателя почти без страха. На его лице было лишь легкое удивление от того, что раньше он его таким разозленным не видел. Да, это явно было не то, что он хотел... Сделав беззвучный вздох, мальчик совершил одну из самых непростительных ошибок в своей жизни - он поцеловал Снейпа!..       Всего одно прикосновение и несколько секунд и мужчина был окончательно взбешен. Весьма не ласковым рывком оттолкнув от себя гриффиндорца, Северус даже сказать ничего не смог. Не хватило никаких слов, чтобы описать его возмущение. Вновь оказавшись рядом с Гарри, он замахнулся и оставил на его щеке горячую пощечину. От такого нехилого удара на мгновение у мальчика помутнело в глазах, а потом он и вовсе упал на пол, потеряв равновесие. В кабинете зельеваренья повисла гробовая тишина, которая свистом отдавалась в ушах мальчика. Кстати, боли он совсем не чувствовал, то есть чувствовал, но не на лице, а где-то гораздо глубже... - Вон! - тяжелым камнем упал на Гарри голос зельевара. Снейп стоял невозмутимо, как будто и не ударил студента секунду​ назад. А Поттер все продолжал валяться где-то около ног учителя. Не став дожидаться, когда парень сам соизволит покинуть его кабинет, профессор грубо поднял его за плечо и выволок за дверь, не сказав больше ни слова.

***

      Проходили дни, но для Гарри они перестали иметь значение. День сменялся ночью, минуты - часами, перемены - уроками, но мальчик выпал из этого вечного потока жизни. Минуло уже пять дней с тех пор, как гриффиндорец превратился в комнатного затворника. Он не общался с друзьями, не посещал уроки, даже не выходил из своей спальни, ну разве что в уборную комнату. Кровать, окно и одиночество - это весь список того, с чем активно взаимодействовал Поттер все эти дни. Ему ничто и никто не был нужен, ни что не интересовало, не волновало. Он перестал нуждаться в еде, не смотря на то, что Гермиона каждый день приносила ему свежий обед. Гарри даже не притрагивался​ к нему. Да, друзья делали неоднократные попытки помочь ему или хотя бы узнать, в чем причина такого его состояния, но мальчик​ просто игнорировал все их вопросы или отвечал бессмысленное «все нормально». Но не заметить изменения в поведении гриффиндорца мог только слепой. Гермионе и Рону быстро стало ясно, что это депрессия, но ее причина для них оставалась великой тайной. А когда Гарри в грубой форме попросил их оставить его в покое и стал запирать дверь, они опустили руки.       По Хогвартсу уже практически ходили легенды о том, что случилось с Золотым мальчиком, куда он пропал и когда вернется. Кто-то полагал, что Гарри просто приболел, а кто-то распускал слухи о том, что его вовсе выгнали из школы, а Драко Малфой вообще заявил, что Поттер «зазвездился» и не ходит на занятия, потому что решил, что особенным персонам не место на скучных уроках. Учителя стали расспрашивать Дамблдора о мальчике, но тот не давал им внятного ответа, хотя сам догадывался, что происходит... От его мудрых глаз и мышь не скроется.       Да, разные версии блуждали по школе относительно внезапного исчезновения Поттера, однако, самому виновнику шумихи было глубоко плевать на них. Серьезно! Пусть хоть в космос, скажут, улетел, ему без разницы! Также Гарри не было ни малейшего дела до своих пропусков на занятиях, важных контрольных и подготовках к предстоящим экзаменам. Не этим была занята молодая голова парнишки. Далеко не этим.       Северус Снейп - единственный, о ком был способен думать Гарри. Этот ужасный грубый профессор крепко укоренился в мыслях мальчика, а в сердце - еще крепче. И Поттер не мог ничего поделать, не мог избавиться от этих чувств, что одолели его дикой силой. И эта ноющая боль внутри не давала покоя. Она была настолько невыносима, что хотелось вырвать ее из своего тела, как нечто чужеродное. Звук безжалостной ​пощечины учителя все еще стоял в ушах у гриффиндорца. Он ударил его, как мокрую псину, и этого хватило больше всяких слов, чтобы показать на сколько отвратителен ему Гарри.       Отвратителен... Да, это именно это слово, именно это испытывает Снейп к мальчишке, и теперь тот понял это, как никогда раньше. Поттер почти физически ощущал, как стремительно падает его самооценка. Мысли довели парня до стадии ненависти к себе. Хотелось кричать во все горло от собственной никчемности, а на смену этому желанию пришло новое - просто исчезнуть, раз забыть уже не получится. Сам не понимая того, Гарри уничтожал себя изнутри, рушил те благомужественные качества, что воспитывались в нем на протяжении шести лет. Вряд ли Северус думал о том, что своим необдуманным действием доведет своего ученика до морального​ суицида.       Кстати, о Северусе! В первые дни «пропажи» Поттера он изо всех сил старался делать вид, что совершенно не чувствует разницы. Подумаешь, одним паршивцем меньше, мир без этого наглого щенка не опустеет уж точно! Мир, конечно, не опустел, а вот факультет - да. Через какое-то время зельевару стало не то, что тоскливо, скорее непривычно без гадкого мальчонки. Странно вести урок, не сделав ни единого замечания Поттеру... Тогда профессор попытался переключиться на другого гриффиндорца. Но вскоре понял, что это все не то. Другие студенты сразу же, поджав хвосты, смиренно замолкали, а Поттер... Он не такой. Он всегда давал какой никакой отпор; он спорил и не отступал так скоро. То есть было какое-то сопротивление с его стороны, несогласие. Именно этим Гарри отличался от все них, и именно это нужно было Снейпу. Это чистая психология... Кроме того, зельевар ужасно злился на своего ученика и был уверен, что попадись Поттер ему, он его без церемоний разорвет на мелкие кусочки. Он все еще помнил тот дерзкий поступок парнишки, но отчего-то ему не было противно думать о том поцелуе. Он снова был обескуражен бескультурностью мальчишки. А, быть может, ему так просто казалось?.. «И насколько же далеко может зайти этот гаденыш?!..» - думал преподаватель, в который раз ставя пропуск напротив фамилии Гарри в классном журнале.       Когда Гарри не показывался в Хогвартсе уже две недели, Снейпом начало овладевать беспокойство. Да, да, вы не ослышались​, зельевар заволновался об этом мальчике, который, казалось, всегда был основной причиной раздражения у профессора. У того самого профессора, который все время так бесстрастен и холоден ко всему, что его окружает. Невероятно, но факт оставался фактом - Северус всерьез тревожился за Поттера. Но как же долго он не мог себе в этом признаться, все отрицал, списывал на легкое помутнение рассудка, еще на что-то. Нет, ну он никак не может испытывать подробное чувство к этому Джеймсовскому отродью! Это же Поттер, обнаглевший мальчишка и дрянной студент, без него наоборот должно быть легче. Но почему же оно не так?.. может потому, что зельевару просто спокойней, когда Гарри постоянно путается под ногами, когда так безбоязненно смотрит на на него своими изумрудными глазами, когда он просто... где-то рядом, неподалеку?.. «Стареешь, Северус!..» - с горькой ухмылкой сделал вывод профессор и, наконец-то, сдался своим чувствам.       После довольно продолжительного отсутствия Поттера Снейп стал каким-то необычайно нервным. Уроки он вел, как на иголках и постоянно срывался и снимал баллы даже со слизеринцев. Зельевар и раньше был, так скажем, не подарок, ну а сейчас стал просто невыносим. Ежедневные упреки, наказания, унижения; студенты шли на урок зельеваренья, как на неоправданную казнь. Ну, а Гарри тем временем... А у Гарри ничего и не изменилось. Все то же угнетенное состояние просыпалось с ним и сопровождало на протяжении всего дня. Периодически он вставал и подходил к окну, словно с надеждой увидеть там что-то новое, но даже погода не менялась на улице. Все то же серое густое небо покрывало школу, все та же темная трава лежала на земле. Гарри начинало казаться, что остановилась не только его жизнь, остановился весь мир. Рядом с этим окном стоял высокий платяной шкаф, и в порыве очередного приступа ненависти мальчик пинал его ногой, а потом... из зеленых глаз лились соленые слезы. И едва ли можно было разобрать, плачет мальчик от того, что ему больно из-за удара по шкафу, то ли от ощущения собственной беспомощности...

***

      Само собой, лично пойти проверить, как там Поттер Северус не мог. Это ж надо переступить через собственные принципы, забыв о своей своеобразной натуре. Ну, ничего, Дамблдор все устроит...

***

- Альбус, я не стану! Нет! - упрямо восклицал Снейп в кабинете Дамблдора​. Его уже начинал нервировать этот разговор, на который вызвал его директор, но тот был неприклонен. - Мальчик мой, но ты должен. Так не может продолжаться дальше, - ответил старик, используя свое любимое обращение, от которого Северуса уже воротило. - А я-то тут причём? - задал зельевар вопрос, на который и сам знал ответ. Дамблдор озадаченно взглянул на него, как будто видел впервые, а потом чуть удивленно произнес: - Северус, ты не создаешь впечатление глупого человека. Неужели, ты не видишь, что Гарри нуждается в тебе? Мужчина посмотрел на директора несколько странно. - У меня нет времени на его глупые игры, директор, - холодным голосом отозвался он. На самом деле, он чувствовал, что проведать Поттера было бы не лишним, но он не мог показать Альбусу свою слабость. Да и к тому же Северуса раздражали эти разговоры о поттерских чувствах, ибо он в них не верил, был уверен, что мальчишка просто смеется над ним, или сам не понимает, что творит. В любом случае, за правду эти подростковые заморочки зельевар не принимал. А зря... - Не будь таким грубым, Северус, - по-доброму попросил Дамблдор и на его скрытых седой бородой губах появилась грустная улыбка, - Ты же сам хочешь увидеть его, - Снейп уж намеревался возразить, но директор вовремя его остановил, - Не отрицай, я знаю, что хочешь. Может быть, я уже стар, но еще ничуть не слеп. Я же вижу, как ты волнуешься, сам не свой ходишь. Вам обоим друг без друга тяжело.       От осознания того, что Альбус прав у Снейпа, как это называют маглы, на душе кошки скребли. Да, он хотел видеть Поттера, хотел убедиться, что с ним все в порядке, но... Черт, как же все это сложно! «Ты становишься слишком сентиментальным, Снейп» - с неким удивлением​ подумал профессор и обессиленно опустился в кожаное кресло. Дамблдор не спеша подошел к зельевару и поддерживающе опустил руку на его плечо. Это прикосновение не понравилось мужчине, но отталкивать старика не решился. Он все еще пытался бороться с мыслями, невиданными им ранее, но чем усерднее он старался, тем сильнее его тянуло к Гарри. Северус чувствовал​ внутри себя сложную трансформацию, будто что-то рушилось в нем, что выстраиволось на протяжении не одного десятка лет, а он тщетно силился собрать обломки этого чего-то, но все было впустую; он ощущал, как внутри него рождается новый Северус Снейп, и это пугало прежнего. - Не упрямься, мой мальчик... Хотя бы ради Лили, - имя этой женщины подействовало на профессора, как ледяная вода, резко пролитая на спящего, - Она была бы счастлива, если бы ты не бросил ее сына в трудный час, - произнес директор. «Чертов манипулятор!» - про себя фыркнул Снейп. - Ладно, - наконец, сдался он, - я сделаю, как Вы сказали, Альбус. - Конечно, сделаешь, - заметно повеселев ответил старик и медленно отошел от Северуса к высокому окну, - Ты же не можешь ослушаться прямого приказа директора. - Что?! - Ха-ха-ха!

***

      Вечером, когда Снейп подходил к комнате Гарри, он увидел Джинни Уизли, дежурившую под его дверью. Вид девочки был уставший, как у молодой мамы после бессонной ночи с малышом. Должно быть, она проторчала здесь не менее пяти часов, но уходить явно не собиралась. - Гарри!.. - чуть не плача, взывала Джинни, - Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь! Ответом ей последовала тишина. Девочка стучала по деревянной поверхности двери с мольбами открыть ей. - Ты все равно не сможешь сидеть там вечно! - кричала она. - Пора уже поговорить!       Северус с интересом наблюдал за происходящей сценой, притаившись за толстой колонной, но реакция мальчика была едина - полное игнорирование воплей девчонки. В какой-то момент профессор даже засомневался, точно ли присутствует наличие Поттера в этой комнате? А Джинни все не отступала: - Мы все так переживаем за тебя. Что с тобой происходит, Гарри? - ее голос постоянно срывался, и несколько раз она чуть не заплакала. - Прошу тебя, открой дверь, я же не хочу навредить тебе! - после очередного молчания нервы девочки не выдержали, и слезы влажной струйкой покатились по бледным щекам. - О, Гарри!.. - Джинни без сил откинула голову назад. В коридоре раздался ее тихий плач. В эту минуту около двери в комнату мальчика возникла еще одна фигура, намного выше девочки. Это был один из близнецов Уизли, Фред... или Джордж. Снейп никогда их не различал. Парень нагнулся к Джинни, что-то негромко сказал, (но этого профессор уже не услышал) а потом помог сестре подняться и увел все еще шмыгающую носом студентку прочь.       После того, как в коридоре никого не осталось, Северус бесшумно прильнул к той самой двери. Хотел уж было постучать, но... внезапно одна мысль будто перехватила его руку. Если Гарри даже подруге своей не открыл, то с какой стати он откроет ему? Вполне возможно, что Поттер и не захочет его видеть, как и всех, кто так долго и безуспешно пытается достучаться до него (причем, в прямом смысле). Хотя, черт с ним! В любом случае, попытка - не пытка. «Не откроет - ломиться не буду!» - подумал Снейп и постучался. - Поттер, это я. Откройте, пожалуйста, - попытка зельевара сделать свой голос мягче оказалась безнадежно провальной, и он даже поморщился от этого. Прошло несколько секунд, но профессор все еще оставался один в коридоре. Он уже решил, что мальчонка поступит с ним так же, как с Джинни Уизли минуту​ назад и успел нацепить расстроенную ухмылку, как вдруг замок скрипнул и повернулся. Через самое короткое время перед мужчиной восстал тот, в ком он с трудом узнал Гарри Поттера.       «Вух! Живой!..» - первая мысль Снейпа при виде него. Второй его мыслью было «О, Мерлин!..». Создавалось впечатление, что мальчик впервые за многие и многие годы вышел из старинной отдаленной пещеры. Ну что это такое?! Волосы растрепаны, стоят дыбом, будто их обладателя хорошенько так ударило током под 120 Вольт; одежда мешковатая и мятая, сбоку коротких серых шорт - кривая дыра примерно в три сантиметра в ширину; лицо опухшее, словно... заплаканное?; губы бледные, а кожа немного желтоватая. В покрасневших глазах отражается смесь тоски и безразличия к окружающему, а руки так беспомощно опущены и висят, словно не принадлежат телу. - Профессор... - говорит бесцветный голос. - Вы пришли!.. - и Гарри выдает какое-то подобие улыбки. - Да... - не сумев скрыть свое удивление, ответил зельевар, - Я войду? - все еще обомленный спросил он. - О, конечно! Проходите, сэр! - протараторил мальчик и гостеприимно впустил учителя. Зайдя внутрь, Северус с облегчением заметил, что загадить комнату Гарри еще не успел. Только кровать была небрежно растрепана, а остальное ничем не отличалось от сотни других хогвартских спален. - Паршиво выглядите, Поттер, - развернувшись к гриффиндорцу, отметил Снейп. Тот смущенно опустил взгляд и, проведя рукой по голове в напрасной попытке хоть как-то уложить непослушные волосы, произнес: - Да, простите, профессор. Просто я не ждал Вас...       Гарри облизал пересохшие губы и слегка насупился. Незнающий ситуации мог бы решить, что мальчику некомфортно в обществе Северуса, но это было совсем не так. Он слишком разволновался, когда увидел его на пороге своей комнаты, но Снейп был все-таки желанным гостем, хоть и неожиданным. - Я хотел сообщить Вам, что Вы не должны думать, что Ваши прогулы так просто сойдут Вам с рук. И, когда Вы все же соизволите явиться на мой урок, даже не надейтесь на мою снисходительность, - стараясь сохранить официальность, врал зельевар. Лицо Гарри пересекла гримаса расстройства, как у ребенка, у которого отняли только что подаренную конфету. Да и самому Северусу хотелось уже отбросить эту нелепую маску бесстрастного профессора, признать, что Поттер ему нужен, нужен, как никто в этом дрянном мире, но не научила его жизнь открываться людям, не привык он делать первый шаг. Естественно, Гарри не мог быть в этом​ виноват, и Снейп сам это прекрасно осознавал, но ничего не мог с собой поделать. Почти все свое существование он находился под ледяным прочным куполом, который если и пытались пробить, то мужчина начинал упорно сопротивляться и отталкивать от себя людей, словно мух, а сейчас Северус сам не мог разбить ту толщу этого купола, которую сам же и создал. А за его (купола) стеной стоит маленький Гарри и пытается своим теплым дыханием растопить весь этот мешающий им лед, но новая попытка - в пустую. - Это вся причина Вашего визита? - не без огорчения уточнил мальчик. «Нет, нет, что за бред! Я думаю о тебе каждый день, я хочу быть рядом с тобой, знать, что ты в порядке. Я не хочу оставлять тебя ни на минуту. Ты дорог мне! Ты нужен мне!» - именно так хотелось ответить зельевару​ в этот момент. Но он произносит сухое: - Да. Глаза Гарри тут же наполняются болью и становятся влажными. - Ну почему Вы такой, профессор? - дрожащим голосом спрашивает он, - Почему Вы не верите, что я действительно могу полюбить Вас? - на этой фразе мальчик не выдерживает и начинает открыто плакать, проклиная собственную слабость. К своему же удивлению Снейп не злится. С каких это пор его не раздражает болтовня Поттера о любви? Это уж совсем как-то странно! Впервые в жизни не хочется заткнуть его, наорать и снять кучу баллов с его факультета. Некоторое время зельевар стоял в глубокой задумчивости, а потом вспомнил, что Гарри все еще плачет и поспешил сказать: - Возьмите​ себя в руки, Поттер! Вы же гриффиндорец!       Было бы просто прекрасно, если бы эти слова подействовали на мальчика, а так он еще продолжал вытирать рукой новый поток слез. До этого момента он думал, что за две с половиной недели выплакал уже всю жидкость из своего организма, но, как выяснилось, нет, осталось еще что-то... Северус и не заметил, как приблизился к Гарри и теперь их отделяло всего пять-семь сантиметров. - Ну все, хватит. Успокаивайся...- шепотом проговорил мужчина. И тут на него нашло какое-то небывалое наваждение, которое заставило его так нежно и трепетно положить ладонь на лохматую макушку паренька и слегка поглаживать ее. Хм... Его волосы были мягкие и почему-то теплые, прикасаться к ним было приятно, словно к плюшевому медвежонку. Гарри поднял слегка удивленный, но ничуть не испуганный или недовольный взгляд на Снейпа, его простой жест был приятной неожиданностью для мальчика, и тот даже мило улыбнулся, в миг забыв, о чем ревел пару секунд назад. С великим трудом подавив в себе желание улыбнуться в ответ, Северус вдруг заметил, что все еще гладит Поттера. Зельевар резко убрал руку с его головы, чем вызвал у парня видимое разочарование. Профессор понял, что начинает срываться и позволять себе лишнее, поэтому торопливо заговорил: - Надеюсь, Вы меня хорошо поняли, мистер Поттер. Приведите себя в порядок и хотелось бы уже в ближайшее время видеть Вас на уроках. А сейчас я должен Вас покинуть.       Северус направился к выходу, стараясь не смотреть в опечаленное и мокрое от слез лицо гриффиндорца. Первый раз повернув железную ручку, мужчина с недоумением увидел, что дверь не поддалась. Еще раз - тот же результат. И последующие попыток десять​ оказались бесплодными. Что за черт! Что с этой проклятой дверью? Чуть меньше минуты преподавателю понадобилось, чтобы сделать логичный и единственный возможный вывод - она заперта. Но кто? Точно не Гарри, так как Снейп совершенно ясно видел, что после того, как мальчишка пустил его, он к двери больше не притрагивался. Тогда кто еще мог это сделать?.. - Старый ублюдок! - гневно прошептал зельевар, вдруг обо всем догадавшись. Перед глазами Северуса появилось хитро посмеющееся лицо Альбуса. «Я должен был знать! Это же так очевидно! - мысленно упрекал себя Снейп, - А я, как на зло, палочку в кабинете оставил! Ну что за идиот!». Зельевар прекрасно знал, чего добивается директор. Он этого и сам хотел, но не думал, что все выйдет именно так.       Помните, я говорила о ледяном куполе, под которым Северус отстранился от всех и вся? Так вот, пока Гарри так старательно, но безуспешно пытался растопить его, Дамблдор где-то неподалеку бил ледорубом по его стенам. И, знаете, а у него ведь получилось... Отвернувшись от двери, Снейп очень внимательно и обдуманно посмотрел на Гарри, который в это время устремил свой взгляд в окно. - Да пошло оно все! - негромко, но уверенно произнес профессор и подойдя вплотную к мальчишке, развернул его к себе лицом и впился в его губы изысканным поцелуем. Поттер сначала опешил, широко раскрыв глаза, но чуть погодя, расслабился и ответил на ласку, запустив тонкие пальцы в сальные волосы. Рука Снейпа обвила талию Гарри, прижимая к себе, вторая рука учителя скользила вдоль лопаток парня. Поняв, что дело на одном поцелуе не закончится, Северус, не разрывая их губ, начал подводить гриффиндорца к кровати...       Да, безумно! Да, неправильно! Но какое это имеет значение, когда ты снимаешь с него эту его дурацкую футболку, так чувственно целуя его ключицы?.. И сейчас, отбросив всю свою многолетнюю неприступность, Снейп поступал так, как шептало ему сердце. Да, к всеобщему убеждению в обратном, оно все же у него есть.       Когда чужой язык так ловко проник в рот Гарри и начал хозяйствовать в нем, как в собственном, парнишка чуть растерялся и замешкался от непривычных ощущений. Оперативно сообразив об этом, зельевар успокаивающе обнял мальчика, переходя с его губ на шею. Властная мужская рука гладила тонкое мальчишечье бедро, а сам гриффиндорец в это время откинул голову назад, представляя партнеру всю область шеи, на которой тот уже успел оставить пару багровых засосов. Поцеловав Гарри за ухом, Снейп уложил его на кровать, нависая над ним сбоку. - Ты уверен, что хочешь это? - спросил мужчина, аккуратно проводя пальцем по щеке мальчишки. - Да... - с улыбкой выдохнул тот и потянулся за новым поцелуем к губам Северуса. Исполнив желание Гарри, зельевар сказал: - Тогда другой вопрос: ты уверен, что хочешь это со мной? Не пожалеешь потом? Было видно, что мальчику сейчас совершенно не до этих глупейших вопросов. И его нетерпеливый протяжный стон это подтвердил. - Ну, конечно, Северус! - с полным убеждением воскликнул гриффиндорец, - я ведь люблю тебя... - Гарри нежно провел подушечками пальцев по лицу профессора. Взгляд парня был полон искренности, что теперь тоже многое значило для Снейпа. И последний сейчас, опустив ладонь на обнаженный живот любовника и смотря ему прямо в глаза, вкрадчиво сказал: - Тогда ты должен всецело мне довериться. Сладко улыбнувшись, Поттер приподнялся на локтях и легко коснулся губами уха зельевара​. - Я весь твой, - жарко прошептал мальчик и вновь опустился на подушку. Посчитав еще какие-то слова лишними, профессор с непривычной скоростью и грацией оказался над студентом, удобно устроившись между его ног. Схватившись за пояс его шорт, мужчина рывком стянул их вместе с трусами, после чего отбросил куда-то, куда уже были брошены футболка и очки парнишки.       Разведя руки Гарри в разные стороны, Северус оставил сначала невесомый поцелуй на яремной впадине(*1), а потом от нее провел языком до подбородка и, добравшись до приоткрытого рта любовника, накрыл его своим. В тугих штанах профессору давно уже стало тесно, поэтому, присев на бедра гриффиндорца, он сам начал раздеваться. Поттер завороженно смотрел за его действиями, и в какой-то момент ему захотелось помочь Снейпу. И вот чуть трясущиеся от возбуждения пальцы коснулись пуговиц на пиджаке учителя. Всего несколько несложных движений и в комнате находились уже два обнаженных тела. - Я и не знал, что ты такой красивый, Северус, - произнесло более младшее из них, любуясь открывшимся перед ним видом. Да, надо признать, что в своем далеко не самом юном возрасте зельевар выглядел очень достойно: прямые мужественные плечи, мускулистые (но не перекаченные) руки с изящными утонченными кистями; рельефный подтянутый живот с очерченным прессом, длинные стройные ноги и еще кое-что​ длинное, если вы понимаете, о чём​ я...       Гарри прильнул к груди мужчины, наваливаясь на него так, что теперь студент оказался сверху. Взяв в рот правый сосок Снейпа, парень принялся лизать его, чуть покусывая. Глухой стон слетел с губ профессора, когда Поттер рукой добрался до его паха. Оставив сосок Северуса, мальчик спустился ниже и через секунду мягкая ладонь уверенно и смело обхватила стоящий член учителя. Пару раз Гарри провел по нему рукой вверх-вниз, и Снейп резко смял в кулаках простыню, чувствуя как по всему его естеству разбегаются горячие мурашки. Послышалось тяжелое дыхание зельевара, когда он ощутил, как парень языком выводит тонкие линии на его стволе, после чего он полностью взял в рот чужой пенис и с тихим поскуливанием начал сосать, с каждым разом пытаясь протолкнуть его в себя все глубже, помогая себе зубами и лаская яички. - Гарри... Ах!.. - сладострастно стонал мужчина, закатывая глаза в удовольствии. Его руки опустились на голову Поттера, сжав его волосы. А тот, в свою очередь, продолжал оральное соитие, слушая пылкий и неразборчивый шепот Северуса. Гриффиндорец старался максимально ублажить его, сделать так, чтобы этот вечер остался у него в памяти навсегда и чтобы зельевар сумел забыться с ним, улететь до самых облаков, он хотел, чтобы они стали так близки, что невозможно было разобрать, где заканчивается тело одного из них и начинается другого... - Гарри! - выкрикнул Снейп и тут же мальчишка почувствовал, как по его ротовой полости стекает горько-солено-сладкая жидкость, проникает прямо в горло, а остатки вытекают из-под мокрых губ. Парень свалился на кровать рядом с Северусом и оба еще долго не могли восстановить громкое сбитое дыхание. И после того, как им это удалось, профессор вновь подмял гриффиндорца под себя, наблюдая за его широкой улыбкой. - Сейчас нужно будет немного потерпеть, - на ушко студента прошептал зельевар и, получив одобрительный кивок, проникнул пальцем в узкое анальное кольцо Гарри. - Аа! - взвизгнул тот, забив ногами по кровати. - Тшшш, - успокаивал его партнер, ласково поглаживая по правому бедру. - Северус, мне... - Больно, знаю, - закончил за Поттера бархатный голос, - Но, поверь, иначе хуже было бы.       Подобным сексом гриффиндорец занимался впервые, но официально девственником не являлся. Когда-то с Джинни они уже уединялись вместе, но по сравнению с профессором, тогда с Уизли это была так, прелюдия. Совершенно другие ощущения. Совершенно другие чувства... Такого у Поттера никогда не было!       Пока Северус растягивал его, тот начал замечать, что боль и дискомфорт постепенно начинают отступать, наоборот, с каждой минутой становилось приятней и, когда в нем оказалось уже два пальца, мальчик сам запросил большего. - С-сев-ерус... Пожалуйста... Ммм!.. - стонал он, извиваясь на простыне, как задыхающаяся рыба. - Еще чуть-чуть, малыш. Еще чуть-чуть... - ответил Снейп, продолжая массировать промежность парня. Ему самому уже нетерпелось взять Гарри, но так же ему хотелось доставить удовольствие партнеру, а не порвать его, поэтому приходилось сдерживаться до определённого момента. И дождавшись этого самого момента, Северус повернул Поттера спиной к себе и поставил на корточки, пристроившись сзади. - Только не напрягайся, - проговорил желанный голос над самым ухом студента. Далее он почувствовал, как горячие сильные руки сжали его ягодицы, после чего Снейп, наконец, вошел в парнишку. Осторожно, не полностью. Гарри болезненно зашипел. Все-таки член - это не пальцы, особенно, для первого раза. Зельевар хотел приостановиться, чтобы дать мальчику привыкнуть, но тот тут же возразил: - Нет, нет. Продолжай...       Лицо профессора разбавила беззлобная ухмылка, и он начал двигаться в разгоряченном теле. Толчок, еще раз и гриффиндорец уже сам начинает насаживаться на пенис учителя. Движения становятся резче и смелее; рука гладит тонкую изогнутую спину и подбирается к лицу Поттера, как бы случайно дотрагиваясь до пылких губ. Студент робко целует указательный палец, и он же через секунду оказывается во рту у гриффиндорца. Кровать под любовниками начинает ходить ходуном. Кажется, ее ножки сейчас не выдержат и сломаются, но на это, конечно, плевать. Пульсирующий член Гарри тоже требует внимания, но от страсти все тело мальчика подкашивается, и он просто роняет голову на подушку, не в силах ничем пошевилить. Не прекращая толчков, Снейп охватывает орган партнера и тут же приступает ласкать его. Ягодицы ученика трутся о пах профессора, что ещё пуще заводит последнего. Прикусив нижнюю губу, зельевар шлепает мальчишку по попе, что заставляет того прогнуться в спине. Мужчина сгибается и целует любовника в поясницу, наращивая темп толчков. - А-ах, Сев... Северус... Да, еще... О-ох... - сладко тянет студент, расставляя ноги шире. - О, Гарри!.. Ты чудо! - раздается стон в ответ. Оба вспотевшие, красные и возбужденные, обоим не хватает воздуха и оба пребывают в диком экстазе. Словно единый организм, единое тело...       Поттер чувствует, что вот-вот дойдет до пика и предупреждает об этом Снейпа, тот кивает и накрывает ладонью головку члена парня. Сделав еще толчков восемь, зельевар с громким выдохом кончает и почти полностью заполняет партнера семенной жидкостью. Вслед за ним обильно изливается и гриффиндорец. Последний без сил падает на кровать, шумно дыша, а Северус ложится сверху на беспокойно вздымающуюся грудь студента, который обнимает его за спину. Снейп укрывает их обоих одеялом и, чмокнув Поттера в плечо, закрывает глаза. Вскоре и Гарри засыпает в сладострастной истоме и со счастливой улыбкой на лице.

***

- Смотрите, кто вернулся! Гарри Поттер! - восклицает Рон, по-дружески пожимая руку парню. - Да неужели! - искренне удивляется Гермиона и смотрит на друга, как на диковинку. На самом деле, так смотрит на него весь Большой Зал и о чем-то активно переговаривается. - Ты не хочешь ничего объяснить? - строго спросила у него Грейнджер. - Сейчас это совершенно неважно, - беззаботно отвечает Гарри. Сегодня он выглядит уже намного лучше: бодрая улыбка, светящийся взгляд; от недавней депрессии ни следа. - Как это неважно?! - возмущается девочка, широко раскрыв глаза, - Ты более двух недель нам нервы трепал! Гарри все еще улыбается. Ничто и никто не способен испортить его настроение сегодня. Положив руку на плечо Грейнджер, он говорит: - Простите меня, друзья. Я не хотел этого, правда... Клянусь, отныне такого не повторится! Гермиона подозрительно глядит на него. Она, конечно, рада, что Гарри вернулся к жизни, но... странно все это. - Да уж, заставил ты нас поволноваться! - нервно смеется Уизли, - Даже не расскажешь, что с тобой творилось? - Это очень сложно и долго объяснять... Может, мы просто забудем об этом, потому что больше это не имеет никакого значения! - предлагает Поттер. Друзья смотрят на него немного странно, но радостный вид и положительный настрой мальчишки подкупает их, и они, как будто не по своей воле, соглашаются. - Ох, Гарри, Гарри! Не нравится мне это! - недовольно нахмурившись, произнесла Грейнджер. - Так ведь не бывает! - Мы живем в мире магии. Тут все бывает, - немного рассмеявшись, отвечает Поттер и садится за богато накрытый стол.       На протяжении всей трапезы, ученики оборачивались на Гарри, кидая недоуменные взгляды. Кто-то пытался спрашивать у него логичные вещи по поводу его отсутствия, но парень либо отшучивался, либо извинялся и менял тему. «Да уж, им понадобится время, чтобы успокоиться» - думал он, собираясь уходить из зала. Внезапно он почувствовал чье-то слишком близкое присутствие, а потом неизвестная рука сунула ему что-то в задний карман брюк и шлепнула по мягкому месту, да так, что Гарри аж неловко подпрыгнул на месте. Гриффиндорец уж было собрался разобраться, в чем дело, но все произошло слишком быстро, так что кто именно стоял за его спиной секунду назад, он понял только когда увидел впереди уходящего из Большого Зала профессора Снейпа. Непонимающе посмотрев ему вслед, Поттер потянулся к тому самому заднему карману и вытащил оттуда какой-то непонятный маленький листок пергамента. Внимательно рассмотрев его, он догадался, что это записка: «Ты ведь так и не окончил свою отработку, поэтому жду тебя сегодня в своем кабинете в восемь. С. Снейп»       Не сумев сдержать улыбки, Гарри спрятал промеморию(*2) подальше от лишних глаз и окрыленный пошагал на урок. Слова для справок: 1* Яремная впадина - ямка на шее между ключицами. 2* Промемория - то же самое, что и записка.