Плохая идея

— Это точно то место? По пути через лабиринт узких, шумных улочек пригорода столицы, ставшего новым домом для разномастных беженцев, Ноктис успел несколько раз пожалеть о своей просьбе. Гладио упрямился не зря. Характерный аромат специй, смешанный с ни с чем не сравнимым амбре человеческой бедности, забил им ноздри едва они вышли из машины. Поначалу буйство красок, звуков и запахов показалось Ноктису невиданной диковинкой. Инсомния всегда была константой. Городом, который почти не менялся с течением времени, надежно скрытый от остального мира куполом Стены. Они не могли прятаться вечно. Они не имели права прятаться вечно. Трущобы чем-то напоминали хлесткую пощечину, заставляющую Ноктиса наконец-то увидеть правду. Пока он валял дурака, а отец отдавал свои последние силы во имя защиты немногих уцелевших земель Люциса, вокруг их шей потихоньку сжималась удавка бесконечной войны. Войны, в которой они уже давно боролись не за победу, а за выживание. — Ты вроде бы хотел попробовать лучший в Инсомнии саке. Благодаря впечатляющему росту Гладио, толпа расступалась перед ним, позволяя Ноктису двигаться относительно вольно. — Честно говоря, мне кажется, что отсюда я вряд ли уйду на своих двоих. — Вашество боится потерять остатки своего сомнительного достоинства? — Вашество боится расстаться с содержимым собственного желудка до того, как Вашеству станет решительно все равно что с ним происходит. Несмотря на легкий тон беседы, Гладио был явно напряжен. Если бы Кор узнал, куда они направляются, то не отпустил бы их даже под конвоем десятка гвардейцев. Свобода Принца всегда являлась крайне субъективным понятием. Особенно когда дело касалось обычно запретных трущоб. — Ты же в курсе, что в мире существуют куда более незамысловатые методы отравить тебя? Тем более все это, — Гладио обвел широким жестом отведенный под питейную дядюшки Мао закоулок, — было не моей идеей. — Признайся, ты просто не смог сопротивляться моему врожденному красноречию! — Скорее твоему врожденному упрямству. Шевели ногами. Я не хочу застрять здесь после полуночи. По крайней мере в чем-то они все еще были согласны друг с другом.

***

После трех глиняных плошек прохладного напитка со щекочущим ноздри пряным запахом, окружающий мир заиграл новыми красками. Ноктис не мог понять, почему изначально отнесся к местным трущобам с таким предубеждением. Все — от тощей, ободранной кошки, выливающейся в углу, и до пары мужчин, то и дело косящихся на Гладио — теперь выглядели более чем дружелюбными. — Это лучший, мать…мать его, подарок на мое восм…восемнадцатилетие! От чрезмерно активной жестикуляции часть саке выплеснулась на бамбуковую подстилку, заставляя Ноктиса с досадой провести по мокрому пятну большим пальцем свободной руки. — Допивай и пойдем. Мы и так уже засиделись. Гладио определенно не умел веселиться. Что-то в его тоне, впрочем, все же надоумило Ноктиса хотя бы попытаться изобразить серьезность. Увы, в нынешнем состоянии это получалось у него крайне скверно. — Ты сей…сейчас очень напоминаешь Игги! — Допивай. Ладонь Гладио сжалась на плече Ноктиса с такой силой, что он рефлекторно дернулся, высвобождаясь из чужой, болезненной хватки. — Пью, пью, не мельтеши… Последнюю плошку Ноктис был намерен растянуть надолго. — …говорят, что Империя начала атаку на Галад. — Еще бы они не начали! — Даже заплетающийся язык не мог скрыть сильный акцент говорившего. — Их Сонное Величество все равно что отдает наши земли на блюдечке с золотой каемочкой нифльхеймским псам! Мы для Инсомнии — дешевая рабочая сила. — Или того хуже. — Куда уж хуже, Герон? Да здравствует наш сиятельный благодетель, пускай его ленивую задницу поджарят на медленном огне демоны! Рывком Ноктис поднялся на ноги, едва не потеряв равновесие. — Эй, ты, с длинным языком! Что ты там говорил о Короле? Ярость на пару с алкоголем без труда одержали верх над здравым смыслом, и сейчас остановить Ноктиса не сумел даже Гладио. — Парень, ты бы следил за базаром. Здесь ты чужой. — Чужой?! — от предупредительного жеста друга Ноктис отмахнулся как от надоедливой мошки, делая нетвердый шаг вперед. — Повтори. Что. Ты. Сказал. О. Короле. — Что он ленивый старик, заслуживающий гореть в огне раз в сто больше моего дома? — Если тебе так не по душе Король и Инсомния, вали отсюда на все четыре стороны! — Ах ты молокосос! После этой сакральной фразы события начали развиваться с удивительной прытью. Ноктис и не заметил, как встретился лицом к лицу с видавшим куда более чистые дни полом, секундой позже оказываясь вновь вздернутым на ноги. — Двигайся! От новой атаки Ноктис увернулся скорее рефлекторно, боковым зрением замечая блеск металла, а затем Гладио потянул его в сторону срываясь на бег. До машины они добрались раза в три быстрее, чем до самой питейной. — У тебя мозги вообще есть?! Теперь в голосе сидящего за рулем Гладио слышалось что-то очень сильно напоминающее ярость, однако совсем не это заставило Ноктиса разом протрезветь. Левый глаз друга был закрыт, а по щеке тянулась широкая кровавая полоса. — Аптечка. — Что? — В гребаном бардачке аптечка. Я съеду на обочину как только мы точно оторвемся. Звони Игнису. Непроизвольно Ноктис сглотнул, чувствуя неумолимо подступающую панику. Они вляпались. На этот раз они точно вляпались. — И ради всего святого, когда ты в следующий раз захочешь ввязаться в драку выбирай оппонентов из своей весовой категории. Пожалуй, этот урок Ноктис рисковал запомнить очень надолго.