It's mine

      Хо­лод­ное мес­то, прав­да. Да­же не­понят­но от­ку­да ис­хо­дит по­доб­ная прох­ла­да, ес­ли здесь да­же окон нет. Раз­ве что нем­но­го тус­кло и на­вева­ет ме­лан­хо­лию, но жа­ловать­ся осо­бо не на что, он здесь не нас­толь­ко мно­го вре­мени про­водит, но всё же тело пробивает дрожью, отчего хочется сжаться и укутаться хоть во что-то, а обхватив себя руками сжимаешься ещё сильнее, ибо пальцы не более тёплые.       Выдыхая и стараясь сильно не реагировать на температуру, желая приспособиться, он выравнивается. Ос­то­рож­но прит­ра­гива­ясь ко всё та­кой же хо­лод­ной сте­не и чувс­твуя не­боль­шую вла­гу на паль­цах, па­рень слег­ка сжи­ма­ет ла­донь. Кон­денсат? По­жимая пле­чами и де­лая сво­бод­ные, да­же нем­но­го рас­слаб­ленные ша­ги на­зад, до тех пор, как паль­цы бо­сой но­ги не по­чувс­тво­вали мяг­кий ко­вер.       Глу­боко вды­хая грудью сы­рова­тый воз­дух и че­рез ко­лени сва­лива­ясь на пол, он опер­ся ру­ками нем­но­го по­зади се­бя, выравнивая ноги и сво­бод­ным взгля­дом ос­матри­вая уже при­выч­ные че­тыре сте­ны. Скуч­ные обои, но не да­ют за­быть, в ка­ком до­ме ты на­ходишь­ся. Они с ри­сун­ком, как в спаль­нях арис­токра­тов, с раз­ны­ми по­золо­чен­ны­ми за­витушка­ми и до­рогого си­него цве­та. Можно даже сказать, что это иллюзия. Но та­кой цвет ус­по­ка­ива­ет и имен­но он иг­ра­ет глав­ную роль в на­вева­нии ме­лан­хо­лии, по­ка рас­смат­рива­ешь.       Оп­ро­киды­вая го­лову на­зад так, что не­пос­лушные пря­ди боль­ше не прик­ры­вали ли­цо, па­рень ус­та­вил­ся на сла­бова­тую лам­почку, что толь­ко и ос­ве­щала по­меще­ние. В ком­на­те царс­тво­вал по­рядок и ми­нима­лизм. Сколь­зя уже в ка­кой раз по его «имениям» и цеп­ля­ясь взгля­дом за оди­нокий стол недалеко от него с жал­ким бе­лым цвет­ком, ко­торый явно не выдерживает уже, отчего его ле­пес­тки рас­ки­дались по сто­лу, па­рень недоуменно хму­рит бро­ви. Он и не ус­пел это­го за­метить, но точ­но пом­нит, как тот ког­да-то был кра­сивой ли­ли­ей.       Эх, вот так же отцветет и он, просто надеется, что не в скором времени.       Грус­тно взды­хая и сно­ва оп­ро­киды­вая го­лову на­зад, ут­кнув­шись взгля­дом в по­толок, пар­нишка за­рыл­ся ко­рот­ки­ми паль­чи­ками в бе­лос­нежный ко­вер, что ле­жал не­боль­шим кру­гом пос­ре­ди ком­на­ты.       Но… как же он ста­рал­ся иг­но­риро­вать ту цепь у две­ри, что ви­села пря­мо у ко­сяка на кра­сивом крюч­ке и нем­но­го от­блес­ки­вала. Пос­то­ян­но толь­ко и си­дит к ней спи­ной, же­лая не ви­деть её, но зная, за­чем она здесь. И «он» то­же зна­ет и спе­ци­аль­но по­весил, что­бы ник­то не за­был.       Со сто­роны слы­шит­ся лёг­кий стук каб­лу­ков, и па­рень под­жи­ма­ет гу­бы. Тон­кие сте­ны и хо­роший слух неп­ло­хо по­мога­ют. Ме­няя своё рас­слаб­ленное по­ложе­ние и при­под­ни­мая кор­пус, сле­дом уме­ща­ясь на ко­ленях, он раз­во­рачи­ва­ется ли­цом к чёр­ной ти­тано­вой и яв­но тол­стой две­ри.       Ждёт.       Не про­ходит и па­ры се­кунд, как звук от­кры­ва­ющих­ся зам­ков нем­но­го ре­жет слух, от­че­го тот слегка мор­щится. Па­рень мед­ленно наб­лю­да­ет, как дверь плав­но от­кры­ва­ет­ся и тут же под­ни­ма­ет взгляд, встре­ча­ясь с от­ветным.       — Ты та­кой сей­час кра­сивый, Чи­мин-а, — раз­да­ёт­ся про­курен­ный го­лос, и омега ки­ва­ет, но глаз не от­ры­ва­ет.       Звон це­пей сно­ва зас­тавля­ет Па­ка по­мор­щить­ся, но да­же не дер­нуть­ся, нет. Плав­но приб­ли­жа­ясь к брюнету, пус­кая же­лезо по по­лу, соз­да­вая всё те же неп­ри­ят­ные ощу­щения для чут­ко­го слу­ха оме­ги, муж­чи­на дот­ра­гива­ет­ся до ос­тро­го под­бо­род­ка Чи­мина, под­ни­мая его го­лову ещё вы­ше и улав­ли­вая нем­но­го пус­то­ватый взгляд в от­вет, буд­то че­рез не­го. Улыбка еле заметна на лице, отчего скло­ня­ясь бли­же и ос­тавляя лёг­кий по­целуй в гу­бы, муж­чи­на отод­ви­га­ет­ся от него, лов­ким дви­жени­ем другой ру­ки цеп­ляя цепь за колечко на ошей­ни­ке Па­ка и рез­ко дёр­гая на се­бя, от­че­го па­рень те­ря­ет рав­но­весие, но пос­лушно прид­ви­га­ет­ся.       — Те­бя же всё ус­тра­ива­ет? — мяг­ко спра­шива­ет всё тот же про­курен­ный го­лос, а Чи­мин чувс­тву­ет при­кос­но­вение к сво­ей ще­ке.       — Да, гос­по­дин, — хри­пит сев­шим го­лосом оме­га, поч­ти пе­рехо­дя на ше­пот.       — Вот и от­лично, — хмык­нул муж­чи­на. Хо­тя его и нель­зя та­ковым наз­вать, учи­тывая его воз­раст. Мо­жет, ему и трид­ца­ти нет, но, скорее, секрет. Единс­твен­ное, в чем Пак уве­рен — это в кра­соте его хо­зя­ина. Пра­виль­ные чер­ты ли­ца, кра­сивая улыб­ка и яр­кие гла­за. Очень об­манчи­вая внеш­ность, ко­торая гар­мо­нич­но до­пол­ня­ет­ся иде­аль­ным кос­тю­мом на строй­ном те­ле.       — Чи­мин-а…       — Да, гос­по­дин?       — По­кажи мне это.       — Хо­рошо, гос­по­дин, — шум­но вы­дыха­ет оме­га, не­лов­ки­ми паль­чи­ками ка­са­ясь боль­шой бе­лой ру­баш­ки, что бы­ла ему прак­ти­чес­ки до ко­лен и прик­ры­вала всё, что нуж­но бы­ло. Свою гордость он продал ещё неделю назад за тарелку риса. Методы получения того, чего хочешь, у всех людей разные, так? С каж­дой пу­гови­цей ого­ляя учас­тки те­ла, па­рень прик­ры­ва­ет гла­за, ски­дывая с плеч ткань и вы­пус­ка­ет свою на­туру, сво­дя бро­ви на пе­рено­сице от немного неприятного чувства боли. Такое бывает, когда тело не такое здоровое. И ког­да он ра­зом­кнул ве­ки, то уви­дел до­воль­ный взгляд хо­зя­ина, блуж­да­ющий по его те­лу, то и де­ло цеп­ля­ясь за кра­сивый хвост и опу­щен­ные уш­ки.       — Ну че­го же ты на ме­ня так смот­ришь? — прит­ворно вздох­нул муж­чи­на.       — Я Вас не бо­юсь, гос­по­дин, — ров­но про­гово­рил оме­га, нем­но­го скло­няя го­лову.       — Знаю-знаю, прос­то у те­бя иног­да прос­каль­зы­ва­ет та­кой взгляд по­бито­го щен­ка. А ты же у ме­ня пос­лушный пе­сик.       — Да.       Хмык­нув в от­вет, хозяин и начал наматывать цепь на ку­лак, не об­ра­щая вни­мания на нем­но­го по­цара­пан­ные ко­лен­ки Чи­мина. И, прождав пару секунд, рез­ко по­тянул его на се­бя, зас­тавляя от неожиданности вновь пройтись преж­ними ран­ками по полу и ти­хо шик­нуть оме­гу. Но в сле­ду­ющий мо­мент Пак уты­ка­ет­ся но­сом в ши­рин­ку хо­зя­ина и, по­нимая всё без слов, ос­то­рож­но тя­нет­ся паль­ца­ми к чу­жому рем­ню.

***

      Сваливаясь на холодную кровать, смешно поджимая носик от контраста температур, блондин расслабляется. Плавно поворачивая голову в сторону, начиная рассматривать белую подушку, парень следом выдыхает. Касаясь кистью места рядом, он невольно замирает и смотрит в одну точку перед собой, продолжая при этом водить пальцами по прохладной наволочке.       В голове сразу вспоминаются те истории, когда партнер неожиданно пропадает под утро, оставляя после себя холодную постель и слабый запах секса. И другой герой так же драматично проводит рукой по некогда теплому месту, теша себя воспоминаниями. Ну, а дальше разбитое сердце. Не часто, конечно, но по правилам.       Улыбаясь своим же мыслям, омега разворачивается на другой бок, поджимая ноги, а улыбка легко покидает его лицо. Ведь теперь его двухместная кровать не вызывает такой восторг. Хотя бы от того, что появилось ощущении пустоты. Будто всегда должен быть кто-то, кто лежал бы на той стороне, возможно, обнимая и согревая. Хотя большое количество маленьких подушечек всё же классно. Но чего же хочется?       Поднимая корпус и выравниваясь, следом спуская ноги обратно на пол, парень на момент задумывается.       Да, ему, определенно, не нравится быть одному, когда он знает, что в доме кое-кто есть. Можно даже сказать, что он скучает. Неужели течка так упорно старается, что тело так и просит нежных прикосновений и тёплых объятий… С партнером. А может всё же прекратить всё скидывать на инстинкты и подумать о собственных чувствах и желаниях?       Улыбаясь уголком губ и поднимаясь на ноги, отбрасывая в сторону все возможные мысли, которые могли ему помешать совершить задуманное, блондин быстро направляется к двери с явным намерением нарушить чье-то личное пространство.       Замедляясь и делая тихие шаги к чужой комнате, Тэхён поджимает губы, заглядывая в приоткрытую дверь. С удивлением замечая, что тут никого нет, блондин пожимает плечами, всё же проходя внутрь. Тут явно интересней.       Глаза устремляются на чужую кровать, а в голове всплывают некоторые правила приличия, что говорят ему не самовольничать в чужой комнате. Но… Он хочет.       Улыбаясь самому себе и с разгону прыгая в чужую постель, тут же чувствуя, что она явно теплее его собственной и мурлыкая, парень тихо хихикает и хватает руками ближайшую подушку, Тэ прижимает ту к себе, зарываясь в неё носом. На автомате втягивая аромат и прикрывая глаза, омега понимает, что пахнет Чонгуком и, как ни странно, ему вполне нравится этот запах. Он… такой уютный.       Делая ещё один выразительный вдох, он улавливает запах мыла, который смешался с чонгуковым и хмыкает.       Интересно, а Гук теперь будет его выгонять из своей комнаты? Если да, то ему придётся постараться, ибо омега уходить не хочет. Некий азарт просыпается в груди и парень уже с хитрой улыбкой поглядывает на дверь. У него появилось игривое настроение.       Проходит пару минут слежки, а парень уже придержал свой пыл и беглым взглядом рассматривал интерьер, как щелкает замок и ручка двери плавно пускается, впуская хозяина комнаты. Тэхён лишь приподнимается и склоняет голову в бок, но весёлая улыбка так же медленно пропадает с его лица, и он замирает. Тяжело сглатывая, блондин утыкается взглядом в голый торс напротив, наблюдая, как капли плавно стекают по разгоряченной коже. А одна так прикольно огибает каждый кубик пресса. И при замыкании мыслительных технологий, Тэ фокусирует взгляд на той самой капле, немного склоняя голову в бок, по-кошачьи потянувшись вперёд, стоило воде пропасть из виду под полотенцем.       Сам виновник этого непристойного зрелища спокойно вытирает волосы, даже не замечая постороннего в комнате. Но как только влажное полотенце отправляется в сторону, Чонгук поднимает голову, следом дергаясь и стараясь ухватиться за ткань на бедрах, что резко захотела упасть, стоило только заметить Тэхёна, который, кстати, сидел на его кровати, прижимая подушку и большими глазами смотрел в ответ. Очнулся, всё-таки.       — Я тебя не ждал, — попытался оправдаться шатен, всё же как-то закрепив полотенце на бедрах, но больше не спешил прикрывать наготу.       — Да я просто заскучал один и вот — пришёл к тебе, — как можно спокойней ответил парень, откидывая подушку в сторону и поднимаясь на ноги. — Но, думаю, ты хочешь привести себя в порядок, так что я подожду.       — Что ты там не видел? — хмыкнул парень, убирая влажные пряди назад и с интересом поглядывая на блондина.       — Хочешь, чтобы я остался? — нервно улыбнулся Тэхён, очень желая свалить.       — Почему нет?       — Вроде как, это неприлично… — неловко заметил парень, отводя взгляд в сторону, стараясь переместить своё внимание на нечто другое, но рядом с Чон Чонгуком это было не очень обдуманным решением.       Тому хватило всего пару шагов, чтобы бесшумно преодолеть расстояние между ними. Не успел Тэ опомниться, как почувствовал горячее тело достаточно близко и, на автомате утыкаясь ладошками в упругую грудь, сохранял достойный внешний вид. В горле очень неожиданно пересохло, и омега лишь немного приоткрыл рот, пытаясь собрать мысли в кучу, но сверху послышался тихий смех и в той же прострации парень не сразу ощущает тёплые губы на своих, но послушно прикрывает глаза.       — Может, тогда сравняем наши шансы? — мурлыкнул шатен, пробираясь тёплыми ладонями под тёмную футболку омеги, при этом улыбаясь самой очаровательной улыбкой. — Твоя реакция сейчас такая милая — тешит самолюбие.       — Эм… — напряженно посмеивается блондин, прочищая горло. — Не пользуйся моим чувствительным состоянием.       — Я всего лишь поцеловал своего парня.       — Во-о-от как. Мы в отноше-е-е-ниях, — протянул Тэхён, поджимая губы и стараясь выиграть время, пока пелена затмевает разум, чтобы привести мысли в порядок, ибо сейчас здраво мыслить получается крайне плохо. Течка ещё не закончилась, а перед ним красивый полуголый парень с этим чёртовым поразительно красивым взглядом. И даже это можно пережить, но через одежду ощущаются плавные поглаживания, настолько ласковые, что тело пробивает дрожью, а ресницы начинают трепетать. Чонгук это видит и всё прекрасно понимает.       Всё равно не получается сдержать судорожный вдох, тело становится всё тяжелее, а дышать хочется всё глубже. Похоже, иногда стоит поддаться. Губ касается улыбка, и Тэ резко приподнимает голову, позволяя разглядеть его получше. Полюбившийся румянец снова тут, а по-кошачьи дерзкая улыбка, которая получается только у него, не даёт отвести взгляд. Но резко блондин хмурит брови и судорожно тянется к своей ширинке, расстегивая брюки и заводя руку за спину, отчего отчетливо можно прочитать удивление напротив. Но омега, лишь слегка приспуская ткань трусов, облегчённо выдыхает, цепляясь руками за Чона и позволяя увидеть свой пушистый хвост, что доставлял много неудобства в тесных штанах.       — Ах, зачем? — чуть ли не стонет блондин. — Он материализовался от возбуждения. Совсем себя не контролирую. Я же не для этого сюда пришёл, хотел мило побеседовать.       — Я тоже как-то не ожидал, — тяжело вздохнул Чон, беглым взглядом осматривая Тэхёна. Он явно извращенец или фетишист.       — Мне было одиноко в комнате и подумал, что тут будет веселее. Не знал, что настолько. Господин Чон, возьмите ответственность за одну течную омегу прямо у Вас в руках.       — Блять, — сцепил зубы Чон, лишь улавливая доверчивый взгляд и улыбку.       — Ну что, Чонгук? Не хочешь мне рассказать хотя бы впечатление о своей омеге? А, нет, я уже видел твою симпатию у него на шее, может что поинтересней? Я подумываю наведать ту организацию.       — Это пиздец. Просто пиздец.       — Что? Всё стало так плохо?       — У него течка, ты, правда, думаешь, что кому-то тут плохо?

***

      Удерживая в руках небольшой белый конверт, Тэхён слабо улыбается. Хосок всё так же не меняет традиций переписываться письмами, пускай у них были телефоны, и они уже далеко друг от друга. Альфа ещё с детства любил писать именно письма от руки, говорил, что так проще передать чувства. И даже когда подрос, его позиция не изменилась, ведь всё лучше, чем эти «сухие» сообщения в сети, да и все пользуются SMS, так почему бы только для них не создать личный, другой разговор? Да и кто после этого смеет поспорить, ведь омега часто мог распознать настроение собеседника по тому же почерку, ведь Хо всегда был слаб в этом.        Осторожно разрывая бумагу, вытаскивая из конверта сложенный листик бумаги, блондин, только лишь начиная вчитываться, хмурит брови, сразу же придвигая письмо ближе к своему лицу, узнавая почерк друга и сразу замечая явную спешку.       «Тэхён-а, это всё, что я смог достать. Точнее всё, что успел, я под комнатным арестом за побег, так что больше уже никак. Там не указывается место жительства, только имя или, как я понял, прозвище, каким они пользуются. Очень непонятная система. Но там прилагается фото покупателя, а раз покупатели богатые, их можно вычислить. Но его было сложнее, чем твоего Чонгука. В общем, представился он странным именем, но весьма симпатичный, выглядит адекватно. (Но знаешь, Чонгук на фото тоже выглядел адекватно). И я сумел отследить его частое местоположение. Это ресторан «***», думаю проследить дальше возможно. И ещё успел отксерить его анкету, она внутри, надеюсь, ты не порвал конверт, как обычно? Удачи)       — Я не сглупил! — облегчённо выдыхает омега, тут же принимаясь вытряхивать остальное содержимое.       Внимательно рассматривая лицо на фотографии, Тэхён переводит взгляд на имя и удивленно приподнимает брови, после снова возвращаясь к фотографии.       — Как? Он назвал себя Демианом? Что за странный выбор? Любитель грехов, или как?       Хмурясь, но поспешно складывая оба листика и запихивая в карманы, блондин задумывается, вспоминая все те мелкие факты, которые он замечал и уверенность в правильности его действий не покидает его. Кивнув самому себе, парень поджимает губы, направляясь за Чонгуком, попутно придумывая хоть какой-то план на случай, если тот мужчина, правда, больной ублюдок. Это самоуверенно, бесстрашно и, скорее всего, глупо. Но и у него должны быть свои запасные ходы и оправдание за навязчивый и неожиданный визит в гости. И желательно, чтобы его поддержка была внушительной.