Атака мертвецов

Из дневника немецкого офицера

Это случилось утром 6-го августа 1915 года. Кто же тогда мог знать, что всё повернется вот так..? Кто мог знать, что очередной штурм крепости провалится, и наше наступление будет остановлено? Ничего такого и в мыслях ни у кого не было. Мы считали, что после газовой атаки выживших не осталось. Так ведь и было! Поэтому, мы шли вперёд, через ряды колючей проволоки, обходя траншеи и воронки. Кто мог знать, что через четверть часа многие наши солдаты останутся в этих самых траншеях, будут искать спасения в воронках или безжизненно повиснут на колючей проволоке.. Сейчас же ничего не предвещало угрозы: молчаливые бастионы крепости Осовец вырисовывались в предрассветной дымке. Оттуда не доносилось ни звука, лишь ветер свистел в разрушенных стенах, разрывая в клочья облака газа. Эта гнетущая тишина настораживала меня, страх сковывал движения. Самый древний страх - страх неизвестности. Если бы прозвучал хоть один выстрел, звякнул бы затвор, разорвался снаряд - я бы чувствовал себя спокойнее. Крепость всегда отвечала жестоким огнём, заставляла нас усиливать бомбардировки, н о сейчас.. Сейчас было тихо. Почти отогнав эти чувства, я приказал своим бойцам продолжать движение. Внезапно из первой шеренги донеслось: -Pass auf! Что случилось? Почему прозвучал призыв быть внимательнее? Наши силы превосходили гарнизон крепости в сотни раз, а после паров хлора никто за стенами не мог выжить. Да-да, этот едкий газ задушил там одного за другим, а значит и не надо беспокоиться.. Защитники терпели наши артобстрелы, но против этого современного оружия шансов у них не было. Мы тогда ещё не могли видеть, на что наткнулась первая рота, но уже совсем скоро, забравшись на железнодорожную насыпь, все застыли от ужаса. Сквозь запотевшие стёкла противогазов мы увидели их. Из густого туманного марева показались призрачные силуэты, сжимавшие винтовки в закостенелых руках. Они медленно, но неумолимо приближались к нам, словно газ не был им помехой и сталь штыков бледно заблестела в лучах солнца. Приказов не доносилось, их изувеченные, обгоревшие до костей тела двигала вскипающая ненависть - именно она витала в воздухе, смешанная с ядовитыми испарениями, её почувствовал каждый из нас. Форма их выцвела и покрылась буроватыми пятнами, чего и следовало ожидать после газовой атаки, на лицах русских застыли злоба и отчаяние, но разве это были лица! Запятнанные лёгочной кровью обрывки марлевых повязок прикрывали оскалы мертвенных улыбок, а в глазах русских солдат пылал зеленоватый, безумный огонь. Со стороны окопов донеслось хриплое "Ура!", давая понять: сегодня смерть - не приговор. Десятки поднимались с их стороны,и, задыхаясь и кашляя, шли в атаку. Наши отряды застыли в оцепенении, наблюдая, как мертвецы встают из своих окопов. Кто-то открыл огонь, но выстрелы ложились рядом с ними, не могли их остановить. Оружие задрожало в наших руках. "Они же мёртвые! Мёртвые! Мертвецы не могут восстать!.." - подобные мысли были в голове у каждого, кто шёл в тот день на штурм. Но они восстали, показав, что не сдадутся. Показав, что град снарядов не выбил из них волю. Показав, что газ не задушил в них доблесть.