Суррогатная мать

- Ты меня не любишь, - скорее утверждение, чем вопрос. Рыжеволосый бета лет 26-ти подошел к своему альфе сзади. Широкие плечи, в меру накачанные руки, Михаель выглядел достойно для настоящего самца. - Эв, не говори чепуху, - не отрывая взгляда от полученного письма, каким-то странным взволнованным голосом отозвался брюнет. - Ты же хочешь детей, Хаель! А я не могу... - отчаяние, боль сквозили в голосе рыжего. - Если бы я родился омегой... - Тсс, - альфа развернулся и обнял своего бету. - Сейчас все возможно. Помнишь, я рассказывал тебе про Генри Томпсона? Он нашел, слышишь, нашел нам омегу! Одна операция по взятию твоих генов - ты же хочешь, чтобы наш ребенок был похож на тебя, сцепка, девять месяцев, и мы счастливы! Суррогатная мать найдена! У нас будет ребенок! Порывисто прижав к себе Эвана, Михаель поцеловал его в висок. Теперь все будет хорошо, теперь все точно наладится... *** - Что?! - я сначала не поверил в происходящие. Он предлагает мне родить для какой-то там пары, не могущей иметь детей?! Но я... Как?.. Мысли путались, и я не мог вымолвить ничего достаточно вразумительно, ограничиваясь тем, что хлопал ресницами. - Прежде чем ты откажешься, послушай меня, - видимо, на моем лице отразилось то чувство непонимания, неверия. - Во-первых, это деньги, огромные, они же нужны тебе! Ты обеспечишь себя года на два полноценной жизни без выпендрежа, конечно, но все же. Во-вторых, забеременев в эту течку, ты еще три не будешь чувствовать - их просто не будет! - Но... - Подожди! Ты - единственный шанс, один на миллион, ты полностью здоров! Даже те таблетки... Они же притупляют лишь твои ощущения, ты просто отсиживаешься дома, чтобы альфы не почуяли тебя! Ты подходишь им, как никто другой! - Генри активно жестикулировал, глаза горели лихорадочным блеском, заметным даже через очки. - Альфа - мой старый знакомый, живет вместе со своим бетой, они так любят друг друга. Ты же знаешь, такие не могут иметь детей... Генри замолчал, обдумывая что-то, видимо, он принимал эту пару близко к сердцу - не часто беты были счастливы в личной жизни. Я же боролся с самим собой. С одной стороны, зачем мне это, ради денег, что ли? Они нужны, но таким способом... А с другой - для них это большое счастье, почему я не могу помочь им? - У тебя есть пара дней, чтобы подумать, таблетки лучше принимать за какой-то срок, сам это знаешь. Я буду ждать тебя и твое решение... Я в растеряности покинул кабинет, оставив нетронутой чашку чая. Не помню точно, как добрался до дома, поглощенный размышлениями о суррогатном материнстве. Я слышал об этом косвенно, как такое может быть, не понимал особо. Я пытался отогнать от себя мысль "А что если согласиться?", но она упорно возвращалась в мою разболевшуюся голову. Деньги были нужны, да и помочь этой паре, даже не так, помочь самому Генри... Он так желает, чтобы я выносил ребенка. Наверное, для него это какая-то надежда, что, возможно, и у него есть шанс на любовь и на детей. Я... Разве я имею право делать несчастным моего друга? В конце концов, я же буду жалеть о несделанном всю свою жизнь! Лучше сделать и пожалеть, чем бездействовать и жалеть об этом! Уняв внутреннюю дрожь, я набрал номер друга. - Ян? - он явно был удивлен столь неожиданным звонком. Я мельком глянул на часы и поперхнулся - в состоянии задумчивости я просидел весь вечер, только в десять соизволив принять решение. - Что-то случилось? Как ты себя чувствуешь? - Я... - в горле пересохло. - Я согласен. Повисло неловкое молчание, после чего я услышал резкий выдох. - Ты, ты просто не представляешь, какой ты молодец! - искренняя радость сквозила в голосе, казалось, передалась мне через телефонную трубку, и я широко улыбнулся. Стало так легко, правильно, как и должно быть, а Генри продолжал сыпать комплиментами. - Генри, подожди, Генри, - я чуть ли не смеялся, пытаясь остановить словесный поток, а потом делано официально произнес. - Мистер Томпсон, не могли бы вы успокоиться и назначить своему важному пациенту встречу для обсуждения всех деталей? - мой голос потонул в приступе хохота, и я тоже невольно засмеялся. Напряженность исчезла полностью. - Я сегодня же позвоню им! Завтра все встретимся у меня часа в три, и вы сможете заключить соглашение. Ян, я тебя просто обожаю! - Взаимно, Генри, - я улыбнулся, и мы попрощались. Стараясь не предаваться размышлениям, я лег в постель, закрывая глаза и тут же проваливаясь в сон, несмотря на крайне возбужденное состояние и некое волнение перед завтрашним днем. *** - Алло, Генри? - глубокий голос альфы поражал своей красотой. Все же Михаель Бёрнхем был идеальным и неподражаемым. - Не поверишь, Хаель, - возбужденно-радостный голос мог означать лишь одно. - Парень согласился?! - ему еле-еле удавалось сдерживать себя. - Да! Завтра в три у меня в кабинете познакомитесь. Он здоров и готов осчастливить тебя и Эвана через девять с половиной месяцев! - Мы придем, обязательно придем, - Бёрнхем положил трубку и широко улыбнулся, глядя на своего спящего любимого бету. - Он нам обязательно понравится, родит нам красавца-сына, настоящего альфу, который будет похож на тебя, дорогой Эв...