В рамках программы?

***

      Комната малыша располагалась в южном крыле больницы, как и другие комнаты сирот, которым нужен медицинский уход. Молодая медсестра с радостью впустила меня внутрь и я направилась по знакомому лабиринту освященных луной и уличными фонарями коридоров. Рисунок дракончика на двери и набор цифр сказали о том, что за дверью уже ожидает персональное чудо. Конор.       Я зашла в комнату сразу падая на колени, чтобы поймать несущегося на меня трикстера. Так и не скажешь, что у него с сердцем проблемы.       — Тео, ты пришла! — пропыхтел малыш, когда маленькие ручки обвили мою шею. Я буквально в панике слушала, как его сердце замедляет ход, надеясь, что и в этот раз обойдется. Шесть лет- самый возраст для выбора расы. В книгах описывается, что дети принимают расу до 12, но в его случае, чем раньше, тем безопаснее для здоровья. Позволив Кону обхватить мою талию ногами, я встала с малышом на руках придерживая его руками за спину и направилась в кабинет главврача. Там уже также должен уже находился представитель органов опеки. Мы почти дошли, когда Кон закончил рассказ о том, что происходило, пока меня не было и выдал нечто, что заставило болезненно поморщится.       — …так долго ждал! Мара говорила, что ты не прийдешь. Что я слишком вредноносный для других! Она сказала, что ты скорее заберешь ее к себе, чем меня, — я определенно должна как-нибудь сместить эту грызу с поста медсестры в прибольничном детдоме, это уже за рамки выходит.       Опустила малыша на кресло возле кабинета, а сама опустилась на колени перед ним, так что его лицо оказалось незначительно выше моего.       — Кон, я тут только ради тебя и никто и ничто не сможет этого изменить, как и заставить меня тебя оставить.       — Так говорили Соривэн, но скоро привели меня сюда, — от этих слов от очаровательного мальчишки снова кольнуло в сердце. Да, наверно, после пяти приемных семей, мало что нового могу ему сказать. Я осторожно погладила по щеке мальчика, ловя на кончик пальца крупную детскую слезинку.       — Конор, с этого момента я принадлежу тебе, так что здесь ты окажешься только, если сам решишь.       — Ты моя навсегда? — нерешительно спросил мальчик протягивая ко мне свои ручки.       — Да, — не задумываясь ответила, прижимая мальчика к себе.       — А я твой?       — Только если ты сам этого хочешь.       — Да, тогда я тоже буду о тебе заботится: кормить, лечить, гулять…       — Я тоже тебя люблю, мой хамелиончик, — мягко улыбнулась, снова поднимая пятилетнего на руки, — Ты уйдешь сегодня со мной?       Конор энергично закивал и поцеловал меня в щечку, еще сильнее расплакался.       Минут десять я проходила с Конором на руках, пока он не успокоился и не задремал, крепко обвив шею цепкими ручками. Никогда еще в моей жизни не было такой уверенности в том, что я поступаю правильно.       У главврача вопросов ко мне вообще не было, от трехсотлетнего дракона я получила лишь пожелания удачи и вечного процветания рода. Он не раз видел нас и сам советовал мне его забрать, не раз подкидывая мне информацию о трикстерах и карту болезни Кона, чтобы знала о малейших изменениях в его состоянии.       Женщина-эльф же, против своей внешней хрупкости и миролюбивости, была настроена враждебно, возможно сыграли издержки профессии, характера или заплаканное лицо, посапывающего у меня на коленях, мальчишки. Не знаю. Подписывать документы она отказалась до тех пор, пока мы не разбудим ребенка. Пришлось пробуждать так сладко спящего Кона, чтобы женщина провела осмотр и психологический опрос. Все это время Кон не выпускал из своей ладошки мой палец, а после и вовсе вернулся на колени и уснул.       В таком виде я и перенесла нас в самую большую хозяйскую спальню, которая теперь станет комнатой Конора. Белые потолки под скос с темными балками когда-то могучего товри, плотные грязно- зеленые шторы отгораживали ее от окружающего мира. Довольно просторная, явно ожидающая изменений: белые стены, диваны у камина, книжные полки, гардеробная и гигантская кровать-не совсем то, что я хотела для маленького ребенка, но исправимо, позже, а сейчас и так хорошо. Надо будет нарисовать на стенах что-нибудь, как вернусь с задания, да и оставить денег няне на перестановку.        Умесив малыша на огромной двуспальной кровати с балдахином я подкинула в воздух два пульсара и наведя указательный палец на первый движением слева на право отредактировала его свечение на тусклое и проведя пальцем с того места к уровню моего пояса, чтобы изменить полет, не мешать сну нового члена семьи, теперь светильники находились на уровне двух ладоней от земли. Тоже проделала и со второй сферой закрепив их за малышом, вдруг проснется, когда меня рядом нету, хоть с лестниц не упадет. Нормальные маги для таких ситуаций имеют фамильярной, но Нестор вряд ли бы согласился когда-либо на такое, может заново пройти обряд призыва, хотя вряд ли у духов могут быть животные-помощники. С надеждой на то, что малыш не сильно перенервничает, если проснется в незнакомой комнате, я направилась в кабинет.

***

      Одинокий одного из спутников умудрился проскользнуть на стопку распечатанных документов передо мной. Вот уже час я перечитываю доклады и сведения о предстоящем задании. В целом ничего нового: украсть одну ошибку природы у другой, с помощью третьей.       Суть в том, что надо забрать одного уникума из чертог другого. Он обосновался в столице троллей. Его там не то, чтобы удерживают, но платят ведьме, которая его девушка, а по совместительству опасная преступница, внучатая племянница короля и двоюродная сестра мертвой невесты Главного Злодея (Динара). Нас в город, разумеется не пустят, ведь это может поставить миссию под вопрос. Поэтому мы приземлимся в ближайшем городе граничащей с королевством страны — Тирае — государством Дроу, а оттуда будем добираться до орчьего королевства где-то дней пять-шесть. Нда, а магией драконов не пользуемся ибо это может быть замечено королевскими магами. Динар это Линч, бывший дракон Ротаридиниус, который стал таким, когда использовал слишком много сил, чтобы попытаться вернуть к жизни свою Пару- ведьму Рикилу из рода северных. Ее смерть и безуспешная попытка ее возвращения подорвали его сущность. Проблема в том, что он, мягко говоря чертовски сильный псих, способный убивать все живое в радиусе пяти километров от себя. Слабость исходя из бумаг заключается в его неумении контролировать себя в принципе и ограниченности использования этой способности до 12 часов, а также разбивает любую враждебную и драконью магию вокруг себя неосознанно. Спит он под защитой мощнейшего барьера, который устанавливает Равенна — ведьма запада. Ну и конечно сама цель — девчонка, которую они скамуниздили является стопроцентно верным предсказателем последствий, вполне вероятно, что они уже знают многое о нас. Так, а мы, значит, под прикрытием. Где-то должна быть информация о пути и…       Сильный толчок освободившейся силы заставил меня замереть.       — «Нестор?»       — «Не я, Тео. Ты дарила кому-либо ту магию?»       — «Наша сфера так фонит?»       — «Да, ее разбили»       Я поднялась с удобного, но излишне огромного кресла и направилась к потайной комнате библиотеки. Недоволк уволок почти все оружие, оставив мне комплект прекрасных метательных ножей из его страны и легкий эльфийский меч. Сложно иметь в друзьях короля, который так и рвется тебе что-то подарить, ведь стесняешься, да и не нужно все это. Хотя стоит признать, что оружие хорошее, возмущая с собой на задание. Не из университета же на прокат брать, а чтобы такое добыть надо за десять лет предзаказ делать, чтобы получить через сорок. В общем эту тайную комнату я решила переделать в портальную и теперь, кроме барной стойки и пары кресел, стены украшали семь дверей, одну из которых я переделала во вход на полигон. Привычным словами и жестом я открыла портал в место, где была разбита сфера.       Шаг.       Тоннель: холодно, грязно, полно пауков, которым не сильно-то и понравилась моя импровизация со светом в их подземелье. Вокруг темно и ни души, каменные стены, довольно просторно и осколки сферы. Мда, кажется девка ее в шахту скинула, а мне теперь наверх пилить, чтобы ее найти. Вот почему я не дракон и не могу использовать теликинезом, а приходится делать плотный щит и подниматься как по ступенькам? Хотя нет, не так. Скорее всего могу, но не знаю как заставить щит двигаться. Вот почему в этом мире нет школ для начинающих духов? Пофиг, что я была бы единственным существом в ней! Может там, откуда Нес родом, есть? В ответ лишь слабый отголосок уходящей силы. Занят мой фамильяр.       Ладно продолжаем подьем. Минут десять поднималась по импровизированной лестнице, когда вокруг начали появляться туннели уходящие вглубь огромной постройки.       — Так, Ронда, где же ты? — простонала я оглядывая очередной поросший паутиной и мхом тунель.       «Хмфп» — что-то приземлилось мне на плечо. Мироздание, как же я ненавижу этих насекомых!       Машинально попыталась смахнуть эту радость с плеча, но она оказалась проворнее и перепрыгнула на ладонь. и крепко обхватила ее лапками. Как бы я не махала рукой, ящерица так и не отстала. Стоп. Ящерица?       Так, открываем правый глаз. Теперь левый. Действительно на моей руке сидело что-то похожее на ящерицу-саламандру и угрожающе меняло цвет, злобно поглядывая то мне в глаза, то куда-то сквозь. Странное для подземелья существо.       — Ты фамильяр, — наконец дошло до меня. Ящерица кивнула, хоть это и не был вопрос.       — Чей? Ронды? Ей нужна помощь? — ящерица интенсивно закивала, а потом соскочила с рук и на непонятно откуда взявшихся крыльях полетела к одному из туннелей.       Опять грязь, пауки и темнота, кажется, я начинаю к этому привыкать и не представлять себя в чертогах границы мироздания каждый раз сталкиваясь с очередной сеточкой прозрачной паутины. В такой приятной компании мы с летающей ящерицей прибыли к дыре в стене. Проблема была в том, что размером она была с пару нимских монет и находилась на уровне глаз. Картина, что представилась мне за тонкой натянутой тканью стены (видимо на стене весело какое-то произведение искусства, а в нем и была эта дырочка) изображала комнату, обставленную в стиле оборачивающихся: добротная мебель, неотдекарированные стены из песчаника, три огромных окна на стене и камин с диваном напротив. На кровати свернувшись в клубок лежала темноволосая девушка, на полу была россыпь из когда-то целых ваз, цветов, подносов с едой, подсвечников, украшений и одежды. Да, не зря пришла, только как теперь сюда попасть?       Будто отвечая мне, ящерица окуталась в тьму и превратилась в черную с белыми опалами кошку и, отодвинув картину лапой, проскользнула в комнату. Девушка лишь напряглась услышав шаги, но не повернулась. Я плюхнулась рядом с ней на кровать.       — Извозчика до свободы вызывали?       — Ты пришла, — тихо, словно не веря своим словам прошептала девушка, но я услышала.       — Да, обещала же, что помогу. А теперь подними голову, а то словно с волосатиком разговариваю. Эти существа до ужаса нелюдимы и страдают жаждой моей крови.       Мгновение и на меня смотрят переливающиеся металическими оттенками недоверчивые глаза с парой искорок. Странно, а в прошлый раз я этого не видела.       — И правда ты. А почему…       — Да, правда я, потому что пообещала. Так что? Мы будем выбираться или тебе и здесь хорошо?       — Не хорошо, сила блокирована браслетами. Их может снять только наложивший, — обречено прокомментировала свое положение Ронда, я посмотрела на ее руки и ноги, на которых красовались тонкие золотые обручи с иероглифами древних.       — Плохо, с драконьими могу и не справится, но попытаться стоит. Куда бы ты хотела попасть или останешься здесь.       — Мне некуда идти, но здесь, даже со всеми своими силами, хуже чем голой в лесу с голодными зверьми. Они тут запрут и силу отнимут, я сломаюсь, — мда, я бы тоже не особо радовалась такому положению дел, а именно оно меня и поджидает с бонусом в виде ехидной древней ящерицы.       — Я тебя поняла, погоди немного, — сказала вставая с кровати и направляя ладонь на одну из дверей в комнате, — Ортэс Теона Первородная, призываю иллюзию и энергию открыть проход, — после этих слов ничего особо не изменилось, кроме того, что за дверью теперь полигон. Ронда просто непонимающе на меня посмотрела.       — Ой, да не беспокойся, все пучком. И отсюда свалим, и украшения твои с ручек и ножек поснимаем, и дом найдем. Я тоже за свободу во всех ее плюсах и минусах. Пошли, а то и меня сейчас тут рядом посадят, как особо прыткую, — девушка недоверчиво посмотрела на мою руку, потом на фамильяра, который слегка склонил голову, мол решай сам, я тоже не знаю. В итоге мы обступая все на полу перешли таки через портал, который моментально заставила исчезнуть, чтобы даже заказа нашего там не осталось. Что-то зачастила я сюда страждущих таскать, как бы из этого туристический аттракцион не вышел. С другой стороны, альтернатив пока нету.       — Так, Ронда, это место и все, что ты видишь вокруг, есть необитаемый остров. То есть остров, конечно обитаемый, мы же здесь, но кроме нас тут живут травоядные животные и пара троек мормонских пум, но они не больше домашних кошек или ритов, — объясняя, я плюхнулась на лошадь на карусели, из центра которой мы и вышли, моментально включила освящение парка. Красиво.       — Ара, мое имя Каара, а не Ронда, прости, что солгала.       «Тэо, я не вижу, что видишь ты, но у человека перед тобой огромная вина на душе, постарайся узнать об этом, чтобы не было поздно».       «Как ты узнал? Поздно для чего?»       «Мое посвящение в духи дало мне возможность видеть ауры людей. Энергия жизни этого существа почти потухла»       «То есть посвящение дарит новые способности?»       «Да, но они приходят со временем… Хватит об этом, у тебя там живое существо погибает, а ты…»       «Да, прости. Говори, если что заметишь»       — Оу, ясно, секреты. Я не буду насильно лезть к тебе с расспросами, если ты чего-то не расскажешь, так тому и быть. Однако даже со всем моим альтруизмом, есть то, что я должна выяснить, хотяб в общих чертах. Ты можешь ответить максимально честно на три вопроса? — она собиралась возразить, но я продолжила, жестом поднятой в ее сторону руки, указав на то, что еще не закончила, а затем предоставила ей закатанный рукав рубашки с кольцом истины на плече, — Даже если ответы мне не понравятся, клянусь, что как минимум попытаюсь снять браслеты и помогу скрыться из виду, а также никогда ни словом ни делом не выдам то, что ты скажешь.       — В таком случае ответы, это меньшее, что я должна тебе дать, — сказала девушка, усаживаясь на соседнюю коняшу.       — Хорошо, тогда ответь, желаешь ли ты кому-нибудь зла или собираешься ли когда-нибудь причинить вред семьям тех, кто тебе сделал больно?       — Есть люди, которых я ненавижу, которые убили моего отца, это мой род, а что насчет семей… Я боюсь, что могу причинить вред и невинному созданию, — да, помню, что она винила себя в отключке нападавших на балу, боялась, что убила. А если Каара так убила невинных? Она не виновна в скрытой в ней силе и ей нужна поддержка и контроль над этим, но если это было специально? Что я могу ей дать? Даже с просьбой Неса не смогу подарить ей надежду. Сельктор, как же сложно.       — Убивала ли ты когда-нибудь? — задала я вопрос, ответ на который уже знала, но все-таки нужно было с чего-то начинать.       — Да, — Рон… Нет, Ару, начало мелко трясти. Скорее всего первое, иначе бы она не выглядела бы так виновато. Так, надо как-то ее успокоить.       — Тише, все в порядке, мой фамильяр видит в тебе вину. Я никогда не буду осуждать или что-то в этом роде, но эту историю надо рассказать, ты сама это чувствуешь. — я замолчала, давая девушке осознать слова и решить, сможет ли она довериться.       — Мне было одиннадцать, — спустя пару минут начала Ара, — когда нашу семью, отделившуюся от основной ветви стали преследовать, родители и брат старались нас отгородить от НИХ, чтобы мы не ввязывались в интриги и грязь главной ветви семьи. Нас со старшей сестрой хотели забрать обратно, ибо такие, как мы рождаемся редко, а многие с радостью породнятся с многоликими. Старейшие мне уготовили участь стать женой вампирского графа, а сестре жить среди горного народа.       — И твои родители значит решили, что не будут отдавать дочерей за склонных к садизму горцев и вампира без любви? Ибо горцы-то психи те еще, а жизнь с вампиром не признавшим тебя истинной, равноценна жизни с неиссякаемой жаждой крови в рабском подчинении у своего «муженька» без шанса на конец этого ада… Понимаю твоих предков. А кто такие многоликие?       — Это те в ком течет кровь всех расс. Полукровки — считаются смешением крови, а многоликие-это престиж, в целом из-за того, что силы у нас у всех выборочные, а значит, потомство может быть до невозможного сильным, а в паре с чистокровным представителем своей рассы, и кровь будет более чем на половину ей принадлежать, но и иметь плюсы других.       — И ваша основная ветвь видела в вас товар, а не людей.       Да, поэтому-то родители и воспротивились, через месяц скитаний отец пропал, а утром мы нашли его тело. Убили наши, но сложно доказать. Брат попытался что-то выяснить, его избили и заперли в подземелье, а нас с матерью отвели в главный дом, где мы и встретились с Кристосом — тем самым вампиром, за которого меня хотели выдать. Каково же было облегчение, когда оказалось, что в сестре кровь вампиров преобладает и более того они оба разглядели истинных в друг друге.       — Но это же…        Невозможно? Вампиры ПОЧТИ никогда не встречаются с себе подобными, но такое случается, поэтому их ребенок — Лини — это невероятно сильное существо. Что же касается меня с матерью и братом. Мы стали первородными, а отец умер от рук старших, поэтому просто согласились на вхождение в семью Кристоса. С тех пор мать нянчит свою внучку в замке с моей сестрой, брат поступил на учебу в «великую академию мира» и через год станет миротворцем. Я же просто познавала свои силы и путешествовала. Так было до тех пор, пока брата не забрали. Мужчины никогда не имели права уходить из семьи без разрешения глав рода. Избиения продолжились, а мы ничего не могли предпринять, они шантажировали меня им. Выход из ситуации был- стать главой. К тому моменту я уже более менее разобралась в том, что у меня просто нету превалирующей рассы, я имею средние способности всех, а также тогда у меня начались приступы.       — То есть в тебе течет кровь каждой рассы существующей под небесным сводом в одинаковых пропорциях? Что за приступы?       — Да, каждой. Приступы- неконтролируемая сила всех видов. Самое ужасное то, что досталось мне от утерянной рассы — режим цербера убивает все живое, когда я голодна или негативные эмоции выходят из-под контроля.       — Что это за расса?       — Демоны, я знаю ты не…       — Я тебе верю. И ты перешла на цербера, когда пошла за братом?       — Да, когда я за ним пошла, то меня сразу привели к членам совета. Там-то и вызвала на бой главу. У нас есть такое правило, что глава старейшин-это сильнейшее существо, которое должно принимать вызовы за звание главного хотя бы раз в три года, если таковые имеются. Впрочем и остальные члены совета старейшин имеют схожие обязанности, чтобы проверить нового участника. Глава же был с превалирующей кровью демона в себе, поэтому никто не пытался даже слово против него сказать, а последние пять лет его не вызывали, поэтому у него просто выбора не было кроме как принять мой вызов. Победа бы означала свободу брата, а проигрыш-безграничное подчинение совету.       — Я так понимаю была битва, которая вышла из-под контроля?       — Глава многоликих Титус Ровен решил надавить на меня морально показав мне едва живое тело брата. Он чувствовал во мне опасность, поэтому сделал глупость, ведь ярость даже самая маленькая, но сконцентрированная вводит демонов в состояние цербера. Я не знаю, как продержалась до начала поединка, но когда он настал приняла истинную форму демона и вошла в режим цербера. Раньше, если и случались нечаянные или намеренные превращения, я могла их контролировать, но тогда было иначе. Хуже, чем от осознания смерти отца. Я поняла, что вечно светлый и целеустремленный братишка умрет меньше чем через час, что демон с моей победой отдаст мне лишь мертвое тело и тогда я потеряла контроль. Все мои силы от других существенностям сошлись в одной ипостаси демона. И тогда… — она всхлипнула, — тогда я убила главу и его советника, что пытался воздействием меня заставить признать поражение, а также одного из трех выбежавших на поле сыновей. Того, что метнул в меня оружие. Но он не хотел моей смерти, я читала его мысли. Он был в ярости из-за смерти отца, а я… Я просто желала смерти убийцам, меня окутала пелена, будто навождение. Когда очнулась, в голове все еще плескались ярость и слова «тогда пусть умрут убийцы брата». Потом взяла брата и покинула дворец многоликих. Никто не посмел нам мешать.       — У тебя проявился вампирский ренор?       — Что, прости?       — Года три назад я заинтересовалась тем, что у вампиров тоже есть вторая сущность. Мельком упомянутая в учебниках, как легенда о молчаливом звере, который в вечных живет и почти никогда не выходит наружу, да и не у всех он есть. Это как цербер, но внутренний. Если демонский второй лик, насколько я поняла, вводит в состояние огромной силы и подвластен твоему контролю, хоть и слабому, то зверь просто отключает тебя, откликаясь на крик твоего сердца. Отдаляет от управления, оставляя одну несложную команду. В твоем случае, я так понимаю, было отомстить за смерть. Разум, что хранит в себе вампирскую сущность, в разы превосходит все существующие вторые ипостаси, хоть и не меняет тела. Тебе повезло, что ты не дала ему более жесткой команды. Однажды одна вампирская девушка так желала конца войны, что ополовинила две огромные армии прежде чем вернула разум. Самое печальное в этом, что тот, за кого она это делала был убит ею же. Сущность умная, но не слышащая. Она может услышать лишь команду и откликнуться, порой хорошо, но чаще всего ужасно. Многие называют это аватарством, но я все-таки считаю, что это вторая ипостась чистокровных вампиров.       — Сейчас, когда ты это сказала, я вспомнила, как стояла перед входом в пещеру и просила уничтожить убийц брата, — на этих словах в ее глазах проскользнула уверенность и какая-то сила, за секунду они налились золотом и в моей голове раздался мощный толчок. Очень мощный, так что пришлось сосредоточится на барьере. С пару секунд мы мерились силой, не с Арой, а с сущностью. И она бы с удовольствием меня подавила и убила, да и сама явно не против была сама погибнуть от руки сильнейшего. Буквально кожей ощущала азарт этого существа, но решила не потакать, а мысленно предложила продолжить позже, ведь сейчас-то Каара с браслетами на конечностях едва ли в полную силу дать отпор. Слегка сверкнув ее глаза вернулись в норму… Хороший знак —…я просила снова и снова, пока не получила ответ, — закончила объяснение темноволосая.        — Ты не должна себя корить. Сущность видит больше, чем ты, — я поймала ее взгляд, стараясь говорить так, как учили на предмете политических и дипломатических дискуссий: медленно, передавая свою уверенность в сказанном, — Это значит, что именно те, кто пострадал и почувствовал на себе сущность, хотели и были готовы умертвить твоего родственника. Ты поступила в согласии со всеми заповедями омикроновцев, не кори себя.       — Спасибо, Тэй, я не знаю как тебя благодарить. Я думала… Я не…       — Тише. У меня тоже сила пока не полностью под контролем. Мы научимся использовать ее на пользу. Ты, кстати, сладкое любишь?