Братик-каннибал

Карамацу и Осомацу несли в руках по два пакета с продуктами. Два брата шли по своему кварталу. Карамацу, прячась за причиняющей остальным боль улыбкой, внутри очень беспокоился за оставленного дома пятого брата. Чоро и Ичи, вообще, прекрасный дуэт для помощи Джуши: Чоромацу меняет ему повязки и кормит его, а Ичимацу всегда готов поддержать и, если надо, удержать желтого -мацу. Но Карамацу, по какой-то причине, чувствовал себя неловко наедине с ним. Только подумайте, счастливый лучик солнца может стать слишком голодным, и тогда… Карамацу потряс головой, чтобы отогнать эти мысли. Джушимацу даже муху не обидит. Он самый чувствительный из всех шестерых. Однажды, когда они гуляли в парке, Осо случайно раздавил муравья, из-за чего Джуши очень сильно переживал. — Карамацу? Эй! Карамацу, вызывает Земля! — Осомацу пощелкал пальцами перед лицом Кара. — Ох! Что такое, браза? — Я задал тебе вопрос, и ты отключился. — Осомацу захихикал. — Ты в порядке? Карамацу моргнул и хмыкнул: — Я прекрасно себя чувствую! Сегодня прекрасный день, не так ли? Осомацу вздохнул, меняя тему разговора: — В любом случае, у тебя находится «Неоспорин»? Он ведь у тебя в пакете? — О, да! К тому же я прикупил еще кое-что~, — Кара нырнул в сумку и вытащил оттуда «Неоспорин», цветные карандаши, две тетрадки в желтый и оранжевый горошек, большой пакет чипсов, книга для Чоромацу, сушеные сардины, рулон марли и пачку лейкопластырей. Пока Карамацу ворошил все это рукой в пакете, он почувствовал жалящий укол в палец. Он вздохнул сквозь зубы, но проигнорировал это и потряс рукой. — Что случилось? — спросил Осо с приподнятой бровью. — Ничего, браза! Это всего лишь бумажный порез! — Карамацу подарил очередную болезненную усмешку. — Вот, еще я купил мазь. Осомацу посмотрел на двухдюймовый красный порез на пальце Карамацу. — Выглядит довольно глубоким, может, наклеишь пластырь? — Ах, — Карамацу поднес пальцы к подбородку, — настоящий мужчина не прячет свои шрамы~ Осомацу посмотрел на него так, как будто наступил в собачье дерьмо. Незаметно, эти двое уже дошли до дома. — Мы дома! — сказали они, заходя внутрь и снимая обувь. Те трое по прежнему сидели в гостиной; братья услышали быстрые шаги Джуши по коридору. — Привет, братики! Вы что-нибудь купили? Купили? Купили? — Я взял для тебя тетрадки и карандаши, — мягко улыбаясь, сказал Кара. Было приятно видеть, что Джушимацу оставался собой, несмотря на голод. Было также замечательно видеть, что Ичимацу может справиться с голодом младшего брата и успокоить его. Намного больнее видеть своего маленького братика, страдающего от голода, чем от… ну, Карамацу. Джушимацу сунул руки в пакет и достал гостинцы, пока другие братья, болтая, зашли в гостиную. Он хихикнул, открыл тетрадь и коробочку с карандашами. Внезапно острая боль пронзила его живот, из-за чего он захныкал и выронил все свои вещи. Упав на колени, он начал давиться. Остальные ахнули в ужасе. Карамацу и Ичимацу, будучи ближе всего к Джуши, помогли ему встать на ноги и, поддерживая, привели на всякий случай в ванную комнату. — Где таблетки? Ты же взял их, Осомацу? — закричал Чоро и начал рыться в сумках. -…о, черт… — Осомацу с широко раскрытыми глазами хлопнул себя по лбу, в то время как из ванной доносились звуки рвоты. Чоромацу застонал от гнева и мигом запрыгнул в ботинки. — Я сейчас же сбегаю в магазин за ними, ладно? Я сейчас же вернусь! — Я забыл! Забыл! Прости! Я иду с тобой! — заорал Осомацу, вцепившись в толстовку Чоро, и выбежал за ним на улицу, хлопнув дверью. Джушимацу тяжело дышал, пока Карамацу вытирал ему испачканные и дрожащие губы. Ичимацу спокойным тихим голосом говорил с Джуши. — Тц… Чоромацу слишком долго… Я думал, вы взяли лекарство, — зарычал Ичи на Карамацу. Кара вздохнул: — Осомацу, видимо, забыл, а Чоромацу спешит в магазин прямо сейчас. — Больно… Нии-сан… — Джуши кашлял над унитазом. Ичимацу успокаивал его и легонько гладил его по спине. — Чоромацу вернется так быстро, как только сможет. Потерпи еще чуть-чуть. Прости, — тихо сказал Ичи. Карамацу немного потер об свои штаны палец с порезом, который начало жечь после контакта со слюной. Кровь? Джушимацу глубоко вдохнул и почувствовал урчание в животе, он учуял запах металлических монет, но… старых? — Хорошо пахнет, — прошептал он сам себе, пока Кара и Ичи переговаривались между собой. Он медленно повернул голову; по его подбородку потекла слюна. Он ничего не мог поделать, но живот урчал так сильно, что заглушал мысли. Джушимацу прикусил щеку, когда Карамацу спросил его, почему он пускает слюни. Это близко. Но где?.. запах свежий. — Нии-сан… у тебя… течет кровь? — спросил Джушимацу с наклоненной головой. Карамацу ахнул и закрыл порезанный палец ладонью. — Я в порядке, а ты в порядке? — Только не говори мне, что ты сейчас кровоточишь… В это время? — зарычал Ичимацу и обнажил свои зубы. Джушимацу смотрел на Карамацу голодным взглядом. — Братик, я… Извини… — Джушимацу заикал и начал медленно ползти в сторону синего -мацу. Кара поднялся на ноги и спокойно сказал: — Джушимацу, подожди! Побори это! Чоромацу будет здесь с минуты на минуту! — Но мне… больно… — Джуши чувствовал, как его рот закрывается и открывается, и он вывалил язык наружу. — Я хочу есть… Ичимацу цыкнул и попытался удержать Джуши: — Послушай Дерьм-, то есть, Карамацу! Я знаю, что ты голоден, но попытайся сдержаться! Ты бы не стал есть своего брата, не стал ведь?! Джушимацу ахнул и застыл, увидев влажные и дрожащие глаза Карамацу. Это было… Это было точно как в тот раз, когда он ел свою собственную руку. Дыхание Джушимацу перехватило, и он упал на пол, прижав ладони к лицу, и взахлеб зарыдал. Ичимацу крепко его обнял; это было ужасное зрелище. Самый счастливый и милый -мацу собирался съесть Карамацу, и теперь он рыдает, как будто бы он только что убил кролика. Карамацу понял, что все это время он задерживал дыхание, и сейчас глубоко вздохнул, соскользнув по стене ванной на пол. Ичимацу сердито посмотрел на Кару и вдруг вздрогнул от боли; в этот же момент послышался звук открывающейся двери, и внутрь зашли Чоромацу и Осомацу с красными и потными лицами. Их глаза расширились, когда они посмотрели на Ичи и Джушимацу. Все были в шоке. Кроме Джушимацу, вонзившего зубы в истекающее кровью плечо Ичимацу, который смял в руках свою толстовку от боли.