Эликсир счастья

      Они стояли вплотную друг к другу. Маринетт приходилось слегка задирать голову вверх, чтобы видеть его лицо, покрытое такой загадочной тёмной маской, и изумрудного цвета глаза, на которые она до сих пор не обращала пристального внимания. Они манили её также, как те самые — Адриана… Почему Маринетт раньше не всматривалась в его лицо? Ведь в образе Ледибаг девушка неоднократно оказывалась столь близко к своему… напарнику? Верно, вот и ответ. Но это вовсе не мешает ей сейчас гипнотизироваться им. Ведь вне костюма она лишь хрупкая девушка. Он же, в свою очередь, чуть склонил голову для того, чтобы тут же утонуть в океане её лазурных глаз. Нуар видел в них нечто настолько завораживающее, что ну никак не мог оторваться, даже если бы сильно захотел. Но оно ему и не было нужно. Сейчас парень хотел лишь одного — быть рядом с нею, жить ею, слиться с нею. На улице уже вовсю царила ночь. И если бы они захотели приглядеться в небо, то увидели бы десяток, сотню или куда больше звёзд! И парочка из них, возможно, сейчас зажглась для двух юных сердец, что в данный момент только-только начали открывать свои души друг другу. В дополнение ко всему, луна вышла из-за небольшой тучи — ещё юным полумесяцем, но довольно крупным, чтобы осветить мглу, а также поиграться с волосами Маринетт, придав им настолько привлекательный оттенок, что Нуар всё же оторвался от зрительного контакта и посмотрел на них. У него перехватило дыхание. — Вау, — только и смог прошептать он, поражённый. Парень оторвал левую руку от спины девушки, чтобы коснуться её необыкновенных волос. Он медленно провёл перчаткой от лба к макушке и пожалел, что на нём в данный момент костюм, и что он не способен ощутить это наверняка приятное чувство «вживую». Он слегка улыбнулся, глядя прямо на неё. Ответом ему была такая же, но слегка неуверенная улыбка. Эти губы… Ему так хочется сейчас прикоснуться к ним, попробовать их вкус. Может, даже слегка прикусив их, но совсем легонько, чтобы подарить ей новые ощущения, которые, он уверен, никто не давал ей прочувствовать. «Эта девушка. Маринетт! Она манит! Сводит с ума! Лишь один поцелуй, большего и не прошу», — в своих мыслях парень разговаривал то ли с Плаггом, то ли сам с собой. Вот он наклоняется к ней и тянется к её мягким, столь дразнящим губам. Но когда он почти коснулся их, она отводит лицо в сторону, и парень оставляет легкий поцелуй на её левой щёчке. Она пытается чуть отстраниться от него, но его правая рука на её пояснице не позволяет ей, и девушка примиряется. Вновь повернула голову и посмотрела в его разочарованные глаза. — Прости, — она прошептала ему в губы, — но я, я, не могу. Он присматривается к её лицу, словно пытаясь прочитать что-то, ведомое, похоже, лишь ему одному. Он, кажется, заметил лёгкую грусть в её глазах. Парень вновь сокращает и без того микроскопически малое расстояние между ними. Она прикрыла глаза, видимо, готовясь к неизбежному поцелую с его стороны. У неё не было ни сил, ни желания сильно сопротивляться ему. Почему-то сейчас она хотела быть с ним рядом… но не больше. Ощущать его… но не слишком. Не совсем понятно, даже для самой девушки. Но вместо того, чтобы в действительности украсть у неё поцелуй, дерзко коснувшись её девичьих уст, он добирается до её ушка — прелестного ушка девушки, и замирает. Его горячее дыхание обжигает, и она поначалу слегка «съёживается», но уже спустя секунду приходит в порядок. Она явно испытывает необычные для неё ощущения, и вряд ли неприятные, так как на её лице сейчас можно было прочитать выражение удивления, со смесью крошек приятного. — Мурцесса, — он говорил, делая паузы, — я схожу с ума рядом с тобой. — Нуар, — её голос дрожал, — пожалуйста, перестань, — она завершила фразу шёпотом. — Неужели твой рыцарь не заслужил сегодня награды, — сделал паузу, — Маринетт, — прошептал. И он сделал то, чего девушка по-настоящему не ожидала. Закончив фразу, парень сместился чуть ниже и, взяв мочку уха девушки в рот, вместе с серёжкой, стал медленно посасывать мочку. С губ девушки сорвался едва слышный стон. Едва для человека. Но он Кот. И прекрасно понял сигнал к дальнейшему действию. Свободную левую руку парень положил на правый бок девушки и тут же принялся бережно поглаживать её через тоненькую кофту, что была так к лицу девушке. — Нуар, пр-е-к… ай! — Маринетт оборвала речь на полуслове, так как Нуар слегка прикусил её мочку. Вскоре послышался и лёгкий стон. Поскольку девушка не пыталась вырваться, он счёл это за разрешение продолжить и стал чаще покусывать игриво, но столь же аккуратно эту определенно важную точку на теле его Принцессы. Но, не ограничиваясь этим, он запустил левую руку под кофту девушки и принялся теперь поглаживать и её хорошенький животик. Вторая же рука легла лёгким движением на её правую ягодицу и стала тихонько, едва заметно её сжимать. Её неровное дыхание стало отчётливо слышно, как и участившиеся постанывания, пока всё же ещё не столь частые. Видимо, решив ещё немного её подразнить, он оторвался от мочки уха и сам уже со сбивчивым дыханием прошептал: — Принцесса, раз ты не хочешь отдать мне свой поцелуй, тогда я сам заберу его у тебя, — он улыбнулся, — и не один. В мыслях Маринетт сейчас творилась каша, и она с трудом отдавала себе отчёт, что в данный момент времени происходило. Она лишь чувствовала тепло, медленно, но верно разливающееся по всему телу, концентрировавшееся в районе нижней части живота. И ей не хотелось, чтобы это чувство прекращалось. Он дарил ей его, и она уже была готова практически на всё… Благо, ноги всё ещё держали. Нуар чуть отстранился от Маринетт, чтобы вновь взглянуть на девушку. Её щёки пылали розово-алыми оттенками, её прелестные девичьи губки слегка приоткрывались при каждом вздохе, будто шептали, молили прильнуть к ним. Проведя взглядом вверх, он обратил внимание на аккуратный носик, сейчас часто сопящий. И снова посмотрел на волосы, которые присутствие луны делало мистическими, загадочными, непостижимо привлекательными. Он посмотрел ей прямо в глаза и прошептал: — Принцесса, ты так красива! — он приблизился к её губам и прошептал, — Будь только моей, Мурцесса! — и коснулся её губ. Она ответила ему взаимностью и вскоре это переросло в настоящий поцелуй. Их языки сплетались вместе, танцуя танго, вальс и ещё что-то, известное лишь им. Глаза прикрыты у обоих… Но вот поцелуй заканчивается, и они неохотно разъединяют губы. Слышно лишь частое дыхание обоих, прерывистое, обжигающее и без того горячие губы. Глаза раскрытые, выражающие радость и вожделение. Он вновь делает первый шаг и… слегка целует её в носик, затем в губы, после чего опускается чуть ниже, одаривая её подбородок поцелуйчиком и наконец-то добирается до белоснежной шеи. Девушка слегка вздрагивает от ощущений губ Нуара на её шее. Дыхание становится ещё более частым, девичьи стоны… услада для его ушей. Между тем руки Маринетт, до сих пор аккуратно поглаживавшие хорошо сложенный торс парня, стали спускаться ниже. Но, сохраняя крупицы сознания, или же это был страх перед неизведанным, но она не отваживалась «перейти грань». Она доверила это ему. Правая рука Нуара уже вовсю сжимала попку девушки, причём он использовал коготочки, чтобы ещё чаще слышать её постанывания. Левая рука уже подбиралась всё выше и выше к двум взывающим к себе холмикам, ибо возбуждение Маринетт было видно даже сквозь кофту, двумя объёмными точками. Её шея точно не знала столько заботы и страсти, сколькими девушку одарил Нуар. Как та до сих пор не превратилась в растаявшую мороженку и не повисла на парне — оставалось загадкой. — Маринетт, я хочу подарить тебе ласки. Показать, как сильно я тебя люблю и… хочу, — прошептал Нуар, оторвавшись от сладкой и приятно пахнущей шеи девушки. — Я, я, — пыталась собраться с мыслями Маринетт. — Маринетт, ты нашла ту книгу, что я просила? Я поднимаюсь! — послышался приглушённый голос из комнаты девушки. Как по команде, подростки «отлипли» друг от друга и к Маринетт, всё ещё неровно дышащей, вернулось самообладание. Она быстро оглядела себя и, заправившись, уже собиралась сказать Коту Нуару спрятаться, как его уже «и след простыл», будто и не было его здесь. Волнующаяся, с раскрасневшимися щеками и слегка испуганная, она входит в комнату, стараясь казаться более-менее естественной. И пропадает из поля зрения парня. Подождав её возвращения около пятнадцати минут, он с разочарованным вздохом отправляется домой.