Обещание Лелуша

      Закатное солнце уже скрылось за высокими домами Токийского поселения. Милли Эшфорд стояла перед закрытыми воротами особняка её семьи, ныне академии. В этой школе Милли училась и была главой студсовета. Однажды, они вместо поездки на экскурсию остались вечером в академии и запускали оставшиеся с фестиваля фейерверки. Тогда они собрались лишь вчетвером: она, Ривал, Ширли и Лелуш. И хотели собраться вновь, но уже всей компанией студсовета. Вместе с Сузаку, Ниной и Каллен. А так же с Роллоном и Нанналли, с которыми Милли никак не могла понять: от чего она не помнила некоторое время про сестру Лелуша и почему считала Роллона его братом? Воспоминания о них были туманны, потому девушка не стала пытаться понять, что правда, а что нет.       Каково же было её удивление, когда ей подбросили записку, с просьбой прийти в этот день в академию, чтобы исполнить обещание, которое однажды дал Лелуш! Собраться вместе и полюбоваться фейерверками. Конечно, подозревая неладное, она позвонила Нине и Ривалу и, к удивлению, узнала, что им также пришли такие же записки. Как впрочем, и Каллен.       Пока она предавалась воспоминаниям, к воротам подошли Ривал с Ниной, а в след за ними приехали Нанналли и Каллен. И хоть Нанналли и была королевой Британской Империи, охранники выходить из машины не стали. Возможно, по её же приказу.        Все радостно здоровались. Как же давно они не видели друг друга! Пока Каллен и Ривал доучивались в академии, Милли успешно делала карьеру на телевидении, Нина пропадала в лабораториях, а сотая императрица… к ней было не просто попасть даже на аудиенцию. Она всё время была занята политическими делами, в которых ещё только начинала разбираться. Но для этого особого вечера она сумела выкроить время в своём плотном графике. Ведь в глубине души она, да и не одна, верила, что Лелуш невероятным чудом выжил.       Но ворота открыл не Лелуш. Это был сторож. Из всей компании только Каллен напряглась, когда увидела его — этого человека. Ранее она никогда его не встречала. Невысокий, мускулистый, коренастого телосложения, но не это было необычно. Черты его лица словно из камня обтёсаны на скорую руку. Девушка видела людей многих национальностей, но не могла опознать национальность сторожа, кроме того, что он — европеец.       — Уже собрались? Прекрасно, проходите. — сказал он низким, мягким голосом, слегка улыбаясь, и открыл ворота.       — Подождите! — воскликнула Каллен, выйдя вперёд. — Кто Вы такой и почему мы должны Вам доверять?       — Резонный вопрос, — ответил сторож. — я расскажу по пути на крышу, где вас ждут фейерверки и накрытый стол.       Он повернулся и пошёл к школе. Остальным не оставалось ничего другого, как следовать за ним.       — Знакомые называют меня Шаман. — представился сторож, продолжая идти и не оборачиваясь. — Как вас зовут — я прекрасно знаю, не важно откуда. Так же не важно откуда я знаю об обещании Лелуша Ламперужа о том, чтобы вновь собраться всей компанией на том же месте. Важно, что мне охота помочь ему выполнить то обещание. Пусть даже и не все соберутся, ну что ж… даже я не на всё способен.       — А Вы не собираетесь закрывать ворота? — спросила Каллен.       — Зачем? Они уже закрыты. — он даже не обернулся.       Зато обернувшаяся девушка с удивлением обнаружила, что так оно и есть. И так как они отошли от ворот лишь на десяток шагов, а она не слышала, чтобы кто-то ходил у них за спинами — всё это очень напрягало Каллен. Но свои подозрения решила попридержать. Лишь крепче сжала пистолет в кармане.       — Это особенная ночь. Для вас, разумеется. — продолжал Шаман, пока они поднимались по лестнице. — Этой ночью, чтобы собралось отметить как можно больше людей, я призову особые силы и верну к жизни некоторых ваших друзей из студсовета, но всего лишь на эту ночь!       Друзья удивлённо переглянулись. «Неужели у него есть Гиас, способный на такое?!» — подумала Каллен. О том же подумала и Нанналли. «Неужели он действительно вернёт к жизни Лелуша?» — была следующая мысль юной императрицы. Остальные подумали о том же. Кроме Милли. Она сразу спросила:       — А кого Вы собираетесь вернуть с того света?       — А это пока побудет сюрпризом. — хитро улыбнулся «сторож», открывая дверь на крышу.       Милли хотела бы сказать, что тут всё было как и раньше. Однако, помимо целой батареи из различных фейерверков, тут стоял накрытый стол с парой салатов, разными бутербродами и парой бутылок шампанского! У всех просто не было слов от удивления.       — Располагайтесь. А я подготовлюсь к призыву. — сказал Шаман.       Он отошёл в сторону. Приложил пальцы к вискам и принялся что-то бормотать. Обрадованная такими событиями, Милли с радостью проверила фейерверки, наложила в тарелки салаты и не открыла бутылку шампанского только потому, что её уже открыл Ривал. Милли помнила, что людям нужны празднования, чтобы забыть о плохом.       — Готово! Прошу встречать и не обижать. — громко объявил Шаман, указывая на вход на крышу.       Дверь распахнулась и все увидели как раз подходившего Сузаку! Для Нанналли и Каллен, знавших, что он и есть новый Зеро, не было ничего удивительного в этом. Но как же были удивлены и обрадованы остальные! Они сразу кинулись встречать и обнимать его, засыпали кучей вопросов, на большую часть которых он старался не отвечать. Потом Милли, заметившая, что Каллен всё еще стоит в стороне заявила:       — Каллен, какими бы у вас двоих не были разногласия, здесь и сейчас я заявляю, что вы — это просто вы. И потому требую забыть про прошлые распри и насладиться этой ночью и этим праздником сполна!       — Да ладно тебе, Милли. — чуть смутилась Каллен. — Я не держу зла на Сузаку. Я даже рада его видеть.       — Я тоже рад тебя видеть. — поприветствовал её бывший заклятый враг.       — А вот и второй дух призван с того света! — вновь перебил все разговоры Шаман, указывая на дверь.       Словно повинуясь его жесту, дверь открылась, и перед ней уже стоял…       — Лелуж?! — удивлённо и одновременно воскликнули Каллен, Сузаку и Ривал.       — Братик?! — так же удивилась, но ещё больше обрадовалась Нанналли.       Лишь Милли и Нина промолчали. Нина — потому что скромничала, а Милли — потому что уже не удивлялась происходящему, воспринимая всё как прекрасный сон. Или как невероятную сказку. Для неё, простой девушки, не знавшей ни о Гиасе, ни о секретах и планах Лелуша — всё это было просто удивительной сказкой. Такой реальной и такой невероятной. Зато для самого Лелуша в этом не было ничего необычного. Как и Сузаку, он был приглашён на эту встречу, и заранее прибыл в академию, как и просил этот странный сторож. Что Шаман знает про Гиас — Лелуша не удивило. А вот владеет ли он Гиасом, и зачем ему это всё на самом деле надо — этого бывший император не знал. И потому, соблюдая осторожность, подготовил для них с С. С. шесть путей для побега. Каллен и Сузаку были, кстати говоря, меньше всех удивлены, что он жив. Ещё бы, они столько о нём знали, что не удивились бы, если он не придумал способ выжить даже тогда, когда погиб у всего мира на глазах.       Все чуть ли не накинулись на Лелуша! Хотя бы чтобы убедиться, что он — это действительно он и во плоти. И сразу же вместе тем засыпали его расспросами. Он даже растерялся от такого напора. Видя это, Милли скомандовала:       — Разбирайте бокалы! Выпьем за всё это! — хоть ей больше всех хотелось побольше по расспрашивать Лелуша. Но она понимала, что это лучше сделать попозже, когда все успокоятся.       — Нанналли не наливать! — закрыл один из бокалов рукой Шаман. — Мала ещё. Вот, — он вынул сок из-под стола, — это можно.       — Спасибо, — поблагодарила «сторожа» сестрёнка Лелуша, принимая бокал с томатным соком.       — Не за что, — ответил Шаман, наливая себе сок, — все любят томатный сок. — По крайней мере, он уверял себя в этом.       Пока все пили, закусывали и общались, «сторож» вновь поднёс пальцы к вискам и забормотал. Потом поглядел на дверь и улыбнулся.       — И последний на сегодня дух, которого я возвращаю с того света! — он вновь махнул рукой в сторону двери.       Дверь открылась и… Удивились, конечно же, все. Но только спокойно воспринимавшая эти «чудеса» Милли не была так шокирована, как остальные! Особенно Лелуш. Невозмутимое ранее лицо, казалось, не знало какое выражение ему принять! Удивление, шок, неверие, надежда, радость и непонимание — эти эмоции быстро сменялись на его лице в хаотичном порядке. Ведь на крышу вошла та, кто не могла быть живой — Ширли Фенетт!       Она спокойно подошла к друзьям, слегка даже смутившись стольких взглядов, направленных только на неё. Но для неё важнее был только его взгляд. Лелуша, которого она так сильно до сих пор любила. После секундного замешательства все кинулись здороваться! Милли и Нина с радостью обняли Ширли, и даже Наннали, подъехав в своём кресле, сжала руку девушки. Только Каллен сдержалась, она не считала себя такой уж близкой подругой.       Далее много чего было… Разговоры о прошлом и настоящем, ещё не один тост и уйма запущенных в небо фейерверков. Время летело незаметно. Была уже поздняя ночь. Несколько не ярких ламп освещали мягким светом крышу. Каллен подошла к Шаману:       — Объясни мне, как это всё понимать? Откуда тебе столько известно? И почему Ширли жива?! — негромко потребовала она.       Тот спокойно взглянул на девушку и, словно взвешивая что-то уме, ответил:       — Ладно, просто тихо подслушай мой разговор с Лелушем, но прошу, не вмешивайся. Хорошо?       — Договорились.       Не прошло и пяти минут, как Лелуш попросил Шамана обсудить кое-что приватно. Они спустились на этаж ниже.       — Предвидя твои вопросы, сразу расскажу почти всё. — начал «сторож», не дав парню и рта раскрыть. — Да, я владею силой Гиаса. Нет, эту силу я получил не от V. V. или от неё, — кивнул Шаман на стоящую в тени угла C. C. — Эту силу я получил от того, кто жил за много поколений носителей кода до неё. В те далёкие первобытные времена я был сыном шамана племени и должен был пойти по стопам отца. Но я не знал, что большая часть его сверхъестественных сил — выдумка. Я так сильно желал стать таким же как и он, что однажды получил эту способность от какого-то путника. Гораздо позже я разобрался, что это за сила, и на что она способна. Но, на тот момент, одним из серьёзных моих достижений стало продление собственной жизни. С помощью регенерации. Так я и живу до сих пор. Моя сила Гиаса не влияет на других людей. Она влияет на мой мозг, развивая его способности на сто процентов, что положительно сказывается на памяти, соображении и интеллекте в целом. Но к тому же, открывает мне доступ к управлению невидимой энергией создаваемой как мозгом, так и многими организмами. Магией, так сказать. Это не настолько могущественная «магия», как сила Гиаса, но тут уж как применять. Я даже могу порой читать поверхностные мысли людей.       — Понятно. — сказал Лелуш. — А как же…       — Ширли? — перебил его Шаман. — А тут долгая и интересная история. Я давно уже научился находить носителей кода Гиаса и силы. И избегать их. В тот вечер я проходил мимо похоронной процессии и почувствовал неладное. Я заметил немало людей, на которых использовали силу Гиаса, но один из них был в гробу! Это было странно, ведь на труп сила не работает! Дождавшись конца погребения, я проверил труп своими силами и с удивлением обнаружил, что похороненная девушка — жива! Не долго думая, желая спасти чью-то жизнь, ночью я откопал её и, скрыв следы преступления, унёс к себе домой. Где я и пара хорошо знакомых мне хирургов провели операцию, в итоге вернув её к жизни. Пришлось даже слегка применить мои сверхъестественные силы. Потом был долгий процесс реабилитации. В это время я изучил не только, что за сила Гиаса была на ней использована, но и то, что заинтересовало меня больше — какой приказ она получила. Приказ был…       — Не умирай. — тихим голосом закончил Лелуш.       Теперь он понял, что тот приказ сработал. Она не умерла.       — Да. Мозг погрузил всё тело и себя в летаргический сон. — продолжил Шаман. — Это был единственный для него выход с такой потерей крови.       Лелуш был подавлен. Он считал, что она умерла, и винил в её смерти себя. Но на самом деле стоит винить себя в том, что не убедился, что Ширли можно было спасти! Он бросил её тогда.       — Да, это было жестоко. — прочитав мысли Лелуша, продолжил Шаман. — Но она не считает, что ты виноват. Прими её мнение на веру, и станет проще. Однако, для всего остального мира, кроме её мамы, Ширли Фенетт мертва. Как и Куруги Сузаку, и Император Лелуш ви Британия. Однако, нет. Я не смогу вернуть кого-то ещё к жизни, не думай даже. Нам и с ней-то просто повезло, что она смогла выжить и не стать «овощем».       — И Вы чего-то хотите от меня? — спросил Лелуш, уже догадываясь к чему весь этот разговор.       — Да.       С лестницы послышались шаги и, не заметив спрятавшуюся Каллен, к ним спустилась Ширли:       — Я услышала, как ты позвал, и пришла. — с улыбкой сказала она Шаману.       Лелуш удивлённо посмотрел на мужчину. Тот, ухмыльнувшись, постучал пальцем по голове:       — Мысленно, конечно. Да, я хочу передать заботу о ней тебе. — обратился к Лелушу.       Лелуш посмотрел на Ширли, на Шамана, на С.С., не проронившую до сих пор ни слова, быстро сделал выводы для себя и кивнул:       — Хорошо, я согласен.       Ширли радостно подбежала к парню, едва сдержавшись, чтобы не бросится на шею:       — Можешь не беспокоится. Я знаю о твоей ситуации и постараюсь помочь во всём!       Она так мило и жизнерадостно смотрела на него, что Лелуш, ещё с трудом веривший в происходящее, невольно улыбнулся. Шаман с необычной, для мужчины таких габаритов и комплекции, бесшумностью ускользнул на лестницу. Где нашёл и поманил за собой спрятавшуюся Каллен.       Остаток ночи прошёл так же бурно и общительно, как и начало. Много разговоров, немного фейерверков и шампанского! Ближе к утру Шаман «вернул» на тот свет «духов». Причём Лелуш и Ширли ушли вместе, что позволило Милли с лёгкой печалью в голосе сказать:       — Пусть лишь на том свете, но теперь они будут вместе.       После чего все разошлись. Перед тем как лечь спать, Милли написала себе на память записку об этой ночи. Она не хотела верить последним словам Шамана. «Утром эта ночь покажется вам всем приятным сном. Пусть даже и так, просто храните в душе добрую память о ваших друзьях.»       Однако, проснувшись, Милли не только с удивлением осознала, что выспалась, как будто не она ночь напролёт веселилась, общалась и пила шампанское! Так ещё от принятого алкоголя не было и следа, а записка была чиста. Записка с посланием, убранная вчера в карман — пропала.       — А это точно был не сон? — спросила Милли себя. В голове остались лишь нечеткие отрывки той ночи, словно это действительно был сон. — Но буду верить, что это было взаправду, и ними всеми сейчас всё хорошо.       Она с улыбкой посмотрела в окно на поднимающееся над горизонтом солнце.