Горячий шоколад

— Юра, а эти тебе нравятся? Уже третий час мы гуляли по «Рамстору» и искали украшения для ёлки. Прошёл год с того «Гран При», где я занял первое место, поросёнок из Японии — второе, а Отабек — четвёртое. Шло двадцать шестое декабря, я гулял вместе со своим другом по алматинскому торговому центру и жаждал вернуться домой. На время зимних холодов я решил погостить у Отабека (на самом деле меня просто задолбали фанатки из России, и я соскучился по Беке. Ну, и я поругался с Яковом, ничего нового). Сейчас мы походили на парочку молодожёнов. Я был мужем, вяло плетущимся за инициативной жёнушкой, которого всё уже достало, и вернуть желание жить могло лишь пивко. А Отабек был женой, которая никогда не будет довольна результатом, пока мы не обойдём весь магазин несколько раз. Казахстан меня приятно удивил, ведь, до встречи с Отабеком, я думал, что здесь сплошная степь, юрты, и все ходят в колпаках и тюбетейках. Но на самом деле, Алматы — очень современный и интересный город. Бека всё время подсовывал мне под нос безвкусные игрушки и гирлянды, которые совершенно не подходят нашей ёлке. Я же предложил ему купить набор красных шариков и на этом остановиться. Но нет же, лёгких путей он не ищет, мы должны основательно и серьёзно подготовиться к нашему первому совместному Новому году. Ну что же, сопротивляться было бесполезно, да и проводить время с такой «женой» мне нравилось. От таких мыслей я сразу покрылся румянцем и улыбнулся. Этого не мог не заметить «жена» и сразу подошёл ко мне вплотную, от чего моё лицо превратилось в помидор, а ноги перестали ощущать пол под собой. Я начал медленно и неуклюже отходить от Отабека, от чего тот скосил лицо, мол, ты тупой или да. Всего пару мгновений и я оказываюсь на полу среди мягких игрушек. Людей поблизости было мало — огляделся и выдохнул с облегчением. Повернув голову, я заметил Беку, стоящего с телефоном, задыхающегося от приступа смеха. Я знал, что хоть Отабек и не производит впечатление заядлого инстаграмщика, всё было с точностью наоборот. Когда мы стали вместе жить (Господи, звучит так, словно мы вступили в гражданский брак), я узнал много чего интересного об этом, казалось бы, скрытном человеке. Например: готовит он как боженька. Не удивлюсь, что, приехав обратно в Россию, Яков меня разорвёт в щепки за прибавленные килограммы. Но я — растущий организм! В семнадцать лет ещё же растут, да? И так же у него несколько аккаунтов в инстаграме. Один с фотографиями его собаки (вот ещё один факт об этом человеке), на другом — фотографии из жизни. Только вот лицо он своё скрывает. Конечно, его верные фанатки успели догадаться, что это его аккаунт, но остальные просто смотрят на качественные работы. Заметив камеру в руках у Отабека, я кинул плюшевого медведя ему в лицо, пытаясь выбить телефон, который способен унизить меня публично. Я знал, что это не самый лучший вариант (медведь пролетел в миллиметре от него), поэтому решил встать и отобрать эту вещь самостоятельно. Как только я встал, Бека убрал камеру, и начал тыкать в меня пальцем. Сначала я не понял что со мной не так. Затем я услышал какой-то странный звук и быстро повернулся. Там находились две девочки, лет одиннадцати-двенадцати, и стояли в моей окончательной позе короткой программы. Это было и жутко, и смешно, и мило, и страшно. Обычно все фанатки подбегали ко мне, чтобы сфотографироваться, или просто таращили на меня свои глаза. А это — мне понравилось. Обе девочки были русскими и со спортивным телосложением. Они позировали, мы таращились. Люди проходили, перешептывались, мол, ненормальные что ли. Через минут пять такого неловкого молчания, Отабек решил заговорить с девочками. — Привет, как вас зовут? После этих произнесённых слов, девочки приняли последнюю позу Отабека. — Слушай, в Казахстане все девочки такие? — спросил я, в надежде что та парочка либо уйдёт, либо заговорит с нами. — Да вроде нет, может пойдём? — предложил Бека, чтобы зашевелить девочек. После этих слов девочки сошли с поз и одновременно подошли к нам. Такое чувство, что они тренировали это вечно. — Здравствуйте Юрий Плисецкий и Отабек Алтын! Мы очень рады что встретили вас в этом месте, вдвоём, — слово «вдвоём» они выделили очень сильно, — надеюсь, вы всегда будете вместе. — после этих, сказанных в унисон, слов, девочки скрылись в магазине. Я вытаращил глаза на Отабека, тот на меня. Всё произошло так быстро и неожиданно, что я продолжал не чувствовать пол под ногами. Было ясно одно — девочки не просто так нашли нас, и я знал в чём дело. — Бека, дай-ка мне пожалуйста свой телефончик, позвонить нужно. — неприятным голосом сказал я, сверкнув озлобленным взглядом на казаха. Тот видимо ничего не понимая, даёт свой телефон. Как только он оказывается в моих руках, уведомления начинают сыпаться как и будущие проблемы. «РЕБЯТА ВСЕ В МЕГУУУ! 1! 11»  «ГОСПОДИ, Я ЕГО ВИЖУ!» «Они встречаются?»  «А кто это?» «Плисецкий, я тебя вышвырну со льда!!!» — написал… — Яков сидит в инсте! — не выдержал я. — Ты же позвонить хоте… — не успел договорить Бека, как на нас бежала большая стада баран… кхм, людей. Даже в России такого не было. Ну, вы понимаете, на нас бежали мужики. МУ—ЖИ—КИ. Казалось бы, зачем какой-то русский со смазливой внешностью, нужен взрослым мужчинам. А может, они подумали, что я девушка? Люди странные. Отабек, взяв меня за руку, помчался так быстро, что у меня начали подкашиваться ноги (там пол скользкий, не подумайте, что я слабак). Но это и понятно, я вообще не знаю, что есть в этом месте. Самым лучшим местом, Бека решил отдел с алкоголем. Ну, он был вдалеке от всего остального, да ещё и стадо будет вести себя аккуратней, лишь бы не разбить бутылки с дорогостоящей жидкостью. У меня покраснело лицо от быстрого бега. Дыхание было сбито, и я дышал как собака. Парень, держащий меня за руку, мило улыбался. Так и хотелось его обнять. — Кто-нибудь видел, куда они подевались? — послышался низкий голос. — Не-а. — ответили все разом. Разочарованные люди расходились в разные стороны супермаркета. Моё дыхание уже приходило в норму, нервы больше не шалили. Убедившись что слежки больше нет, мы направились туда, откуда сбежали. При этом мы были очень осторожны, на голову натянули капюшоны. Он снова предлагал купить те гирлянды, я согласился. Спорить с таким человеком как Отабек очень утомительно. Поэтому я закрыл на это глаза. Всё-таки я не ёлку наряжать приехал. Правда, набор красных шариков, что я предлагал, мы тоже решили взять. Было очень приятно вот так ходить. Мы решили купить пару пирогов. Мой выбор пал на чизкейк с апельсином, но Бека заявил, что это дорого. Возможно, так оно и было, я ведь не разбирался в казахской валюте. Он же предложил взять штрудель с вишней. Выглядел он маленьким, и я был уверен, что вишни там и вовсе нет. Но казах убедил меня, что джема там вагон и маленькая тележка. Походив ещё час по «Рамстору», мы купили все нужные вещи и продукты. Кое-кто даже успел шампанского захватить, вот только пить его мне нельзя. Алма-Ата была покрыта снегом. Снежинки падали с неба и танцевали вальс под музыку завывающего ветра. Было уже достаточно темно. Колесо обозрения, стоящее рядом с торговым центром, ярко святилось цветами радуги. Отабек никак не мог пропустить такое зрелище, и не сфотографировать эту красоту. На деревья были повешены святящиеся гирлянды, что повышало новогоднее настроение. Казалось, будто мы находимся в сказке. Возможно, так оно и было, ведь я был с человеком, с которым хотел быть. К сожалению, я редко могу позволять моим желанием исполняться, поэтому для меня это — сказка. Звёзды начинали присоединяться к своему другу — небу, украшали его своим светом. Вокруг нас было много людей. Кто-то стоял в обнимку со своей второй половинкой, кто-то просто смеялся со своей компанией. А мы просто шли вместе. В глубине души я бы хотел чего-то большего, но и это для меня дорого. Он начал ловить такси, говоря какие-то слова на казахском. Очень хотелось выучить тот язык, на котором мы бы смогли общаться только вдвоём. Из всех слов что я запомнил, были «сәлем», что означало «привет», и «жүз», что означало сто. Конечно с таким словарным запасом далеко не уедешь, но всё ведь происходит постепенно. Поэтому список моих мечт пополнился ещё одной — выучить казахский язык. Сев в машину, Бека начал разговор. — Как тебе мой город? — спросил он, глядя в окно. — Конечно, это не Питер, но он превзошёл мои ожидания. Я приятно удивлён, — ответил я, смущаясь. — Не хочешь покататься на катке завтра? — спросил Отабек, переведя взгляд на меня. — Честно говоря, не очень хочется, — ответил я зевая. Поход в магазин вымотал меня, и я почувствовал, какой же я ленивый и не дружелюбный. Я хотел показать все свои хорошие стороны Отабеку, а вместо этого вёл себя как маленький ребёнок. Приехав по заданному адресу, мы направились к подъезду небольшого дома. Отабек не жил в каком-то навороченном жилом комплексе, в отличии от меня. И мне это нравилось. Я жил жизнью звезды. А он продолжал жить как обычный человек. Как-то раз он затронул тему, куда деваются его заработанные деньги, но к сожалению, я ничего не запомнил. Квартира была небольшая, светлые обои делали комнату уютней. Я разлёгся на его мягком диване. Сил больше ни на что не оставалось и я закрыл глаза. Не знаю, сколько я проспал, но было мне очень плохо. Голова сильно болела, в горле застрял комок, причиняющий мне боль. А через пару мгновений я понял, что у меня жар. История о том, как закалённый мальчик, живущий в России, заболел при минус восьми градусах в Алмате. Приподняв своё тело, с головы упало холодное полотенце. Всё тело ломило и хотелось снова уронить его и продолжить лежать без движения. Повернув голову налево, я увидела сидящего Отабека, который, видимо, дремал. Он выглядел таким милым и таким родным. Хотелось прижать его к себе, никогда не отпускать. Я пытался сопротивляться своим соблазнам, но не выдержал. Мои горячие губы прикоснулись к его нежным. Это было так быстро, но я успел насладиться, запомнить этот вкус. К моему счастью, а может быть и к сожалению, он открывать глаза не собирался. Проснулся я под утро, мне стало заметно лучше. Тело всё ещё ломило, но не так сильно, как ночью. Отабека на месте не было, видимо, решил отправиться спать в свою комнату, как узнал, что мне становится лучше. На моих губах застыл вкус его губ, хотелось снова и снова пробовать их. Комок в горле становился меньше, но покидать меня всё же не собирался. Я направился в спальню где должен был находиться Бека. Я решил не заходить сразу, посмотреть, что же он делает. Тот сидел на краю кровати, о чём-то задумался. Его взгляд был направлен в пол. Правая его рука была на губах. Я вспомнил о том, что произошло вчера, и мне стало стыдно. Конечно, мне очень понравилось, я был бы готов повторять это снова и снова. Но я боялся услышать отказ из уст любимого. Я решил всё-таки не стоять за дверью и подойти к казаху. — Доброе утро, — начал я неловко. — Доброе… — ответил он тихо. — Что-то случилось? — решил узнать я, вдруг предыдущая ночь не причём. — Знаешь, на губах остался какой-то вкус… — пояснял Отабек, а мне становилось дурно. — Такой приятный, что хотелось вновь его попробовать. Мне было очень страшно, неловко, стыдно за себя в этот момент, но я не мог ничего поделать. Это был знак. Моё лицо покраснело, и я присел к другу. Но каково же было моё удивление, когда начинать поцелуй мне не пришлось. Он коснулся своими губами моих, и время для нас обоих застыло. Я не хотел его разрывать, делать перерыв для того, чтобы вдохнуть. Я хотел навечно остаться с ним. Обнять его, забрать себе, никому не отдавать и никому не показывать. Он был моим, а я был его. Мы решили позавтракать. Он что-то делал на кухне, а я просто смотрел на него. — Вот, держи. — сказал он, слегка зардевшись. — А что это? — в моих руках оказался голубой термос с оленями. — Мой любимый напиток. Я его сам тебе сделал. Просто хотел поделиться тем, что я люблю. Может, и тебе он понравится. — Но что может быть особенного в напитке? — спросил я, не понимая смысла. — Воспоминания, вкус, чувства, да всё, что угодно! Просто пей его, когда у тебя плохое настроение, когда хочется всё бросить, и вспоминай меня. С этими словами он ушёл, а за ним и я.