Поймай меня, Паучок!/P.S. если сможешь.

      Всё начиналось довольно прекрасно. Звон будильника, легкий завтрак с бутербродом и сухого молока. Проверка чертежей богатеньких домов и звонок группе. Однако после моего последнего дела — ограбления, с повышенной сложностью. Меня подставили. И подставили конкретно. Зал суда.       Темнокожий мужчина на вид лет 45, смотрел на меня со всей своей строгостью. Его темные, слегка вьющиеся волосы лежали неряшливо, темная одежда и куча охранников по обе стороны от меня.       Да, друзья, вы верно поняли, это я — Изабель Хорт, та самая преступница, которую ищет весь Париж.       Под глухим стуком молотка от судьи, зал присяжных смолкает и свирепо пялиться то на меня, то на судью, который сейчас должен вершить мою судьбу. Он опускает взгляд на кипу бумаг и вновь возвращается ко мне. Руки мелко дрожали, казалось, что сейчас я умру, судья огласит тот самый запрет и мир сомкнётся для меня в четырех стенах.       «Боже, впервые обращаюсь к тебе, но… больше не к кому. Прошу, помоги». — Изабель Хорт — сглатываю слюну — Вы признаёте себя виновной в краже и нарушении свода законов?       Звенящая тишина, сотен глаз направлены на меня, и клянусь Богом, прожигают во мне дыру. — Да. — Вы признаётесь во взламывании и крушении частной собственности богатых домов? — Да. — Признаете себя виновной во всех бедах совершенных вами?       Поднимаю, горящие злобой глаза, и со скрежетом произношу: — Да. Но если вы вдруг решили, что упечёте меня за решётку и я буду сидеть тихо, то не надейтесь! — поднимаюсь со своего стула и свирепо стукаю кулаками о деревянный стол — Изабель Хорт ещё покажет всему миру! И никто меня не остановит! Никто!       Группа охранников скрутила мне за спиной руки, и брыкающеюся и, выкрикивавшеюся проклятия под оглашении судьи, утащили меня в бронированный автомобиль, где уже сидели несколько уголовников и подростков, совершивших преступления с кражей денег, ограбления и убийстве. Наше время.       А сейчас я уже какую неделю торчу в тюрьме для несовершеннолетних. Охранники, полицейские и конечно же винтовки с пистолетами, и всё в таком духе окружает меня вот уже какую грёбаную неделю.       Моя камера была просторной, здесь имелся туалет, ванная комната, полка с книгами и группой озлобленных на весь мир подростков. Здесь так же был диван, который я оккупировала сразу, несколько постель и белый как ни странно палас. На котором уже кто-то веселился, разыгрывая какую уже партию карт, неизвестно попавших им в руки.       В моих же беленьких ручках, с тату-номером на левой кисти лежала продолговатая книга, некого Жан Си’Поля, в книге которого описывалась психология.       «Для таких как мы, неуравновешенных детей».       Мне всего шестнадцать лет, родителей нет, а родственников и подавно. Может и осталась парочка, но все разбежались кто-куда, ведь Париж славился своей преступностью, не такой как в Америке, но всё же, ограбления через каждые несколько часов могут надоесть даже людям с тяжелым характером.       У меня белые волосы, из-за чего все считают меня больной, не удивляйтесь, если встретите по улице девушку с мешками под глазами, бледной кожей и белыми, как лист бумаги, волосами.       Да, друзья, повезло уродиться такой.       Пока я прокручивала книгу по всем углам, ко мне подошёл какой-то парень. Он легонько потряс меня за плечо и присел на корточки напротив моего лица. — Чего тебе, Майлз? Я не собираюсь снова играть с вами в карты на раздевание или в реслинг на желание.       Я была дурой, когда мне предложили тогда сыграть в реслинг, конечно же меня победили и сказали унизительное желание. Сыграть сцену судорог перед лицом зашедшего охранника, а потом попытаться его укусить. Без фингала на лице не обошлось. — Ты чего Иззи? — мне дали сокращенное имя, как там на американском, это означает «легко»? — Я же говорила не называть меня так. — Не куксись детка, — при этом слове у меня задергался глаз. — Мы тут с ребятами решили устроить план побега. Ты с нами?       Я отложила книгу Жан Си’Поля на столик рядом и заинтересованно перевела взгляд на французского парня Майлза, имевшего в своем арсенале загорелую кожу, светлые волосы и голубые глаза. Встреть я его на улице, ни за что бы не подумала, что он француз. — Я знал, что ты заинтересуешься, — довольно улыбнулся он и поднялся с колен.       Я решила тоже поучаствовать, чем не беда? Мне дали 5 лет, и я уже в тюрьме, так что мне нечего терять.       Встаю с дивана и иду следом за Майлзом, меня провожают насмешливые и чуть злобные взгляды, но я не останавливаюсь и, с гордо поднятой головой, иду к кучке парней, постоянно озирающихся и о чем-то оживленно болтающих. Как только мы подошли по ближе, всё их внимание было приковано к нам, а точнее ко мне, белой вороне. — И ты решил привести к нам эту дохлячку с кучей болезней? — проговорил один из парней свиты главного подростка, ему было уже 18. Пока что его не перевели в тюрьму для взрослых, но это — пока что. Послышались смешки и упреки Майлза в их сторону. Я усмехнулась и чуть приблизилась к этому парню. Схватила за грудки и прижала чуть к себе. Его взгляд изменился и теперь он настороженно поглядывал на своих дружков, в частности смотрел он на Майлза, который пожимал в тот момент плечами, «мол, сам напросился».       Я придвинулась к его лицу и зло прошипела: — Эта дохлячка с кучей болезней намного круче твоих яиц, которые не могут и продержаться двух минут, кончая в шлюху уже на двадцатой секунде. Ты и представить себе не можешь, что я могу. Такому как ты, прятавшемуся за спины других, не быть человеком с сильным духом. И если ты решил покрасоваться перед всеми, издеваясь над такой дохлячкой, как я, то ты не представляешь, что я с тобой сделаю, не будь ты в камере и не я в этой затхлой дыре, за это оскорбление ты бы получил в лицо и в живот, крючась потом от боли на асфальте.       Отпустив его и отойдя на несколько шагов, смотрю с внутренним восхищением на проделанную работу. Парень скорчил лицо в гримасе злости и отошел куда-то назад, главное, что он проиграл. Это главное. «Слабак». — И так, как вы все знаете Изабель спец в замках и укрытии, она поможет нам в нашем плане.       Он посмотрел на меня и я кивнула, соглашаясь в его выборе со мной — парни сконфуженно кивнули и самый главный Фред, посмотрел на меня из-под опущенных ресниц.       «Ой, как мне не нравится его взгляд, ой, как не нравится». Майлз стал говорить план побега и я стала впитывать его как губка и попутно наносить поправки в их план. Он был до ужаса прост и практически не реален. Но как говорится в Голливуде «кто не рискует, тот не пьёт шампанское».       План готов к действию. — Завтра вечером, когда охранник будет выдавать спальные принадлежности, ты Джио вырубишь его и спрячешь в ванне, Дэнис на несколько секунд отвлечёт других охранников, а остальные должны отключить камеры слежения. Здесь в игру вступает Изабель, — Майлз сосредоточенно посмотрел на меня и вновь опустил голову на план. — Она откроет эту дверь, — он ткнул пальцем в план карты. — И выведет нас по этому сточному каналу. Вы же ребята должны успеть закрыть за нами дверь и пойти по такому же маршруту, однако если за вами будет хвост, а он точно должен быть, свернёте в правый канал и затаитесь, а после бегите со всех ног по туннелю слева, он выведет вас к морю, там будет стоять лодка. На всё про всё у вас будет максимум 10 минут. Мы будем на побережье, а после скроемся, если вы не успеете. Всё понятно?       Я кивнула и перевела взгляд на остальных парней, те сосредоточенно думали и тоже кивнули.       План был на самом деле очень прост. Мне всего то нужно открыть злосчастную дверь и вывести парней из тюрьмы. Вся соль в том, что нас могут поймать на начальном и последующем этапе. Риск большой, но он такого стоит. — А пока расходитесь по своим делал, мы должны вести себя НОРМАЛЬНО. Надеюсь вы поняли о чем я говорю? — Майлз встал и ушёл играть с другими ничего не подозревавшими ребятами в карты.       Я тоже встала с колен и подошла к дивану, устало плюхнувшись на мягкую обивку. Ночь обещает быть горячей.       «А пока можно вздремнуть…».       Слышу ругань и какую-то возню. Мельтешение ног о тупые предметы и чьи-то крики.       Резко встаю и оглядываюсь. Сирена воет, красная лампочка горит в углу, а на полу лежит охранник, которого скорее всего вырубил тот самый Джио. Подростки бегают по комнате. Но вопрос, а где все? — Б**ть.       Бегу к проходу и помня план, выискиваю глазами лестничный перевал. Спускаюсь по нему, скользя на перилах вниз. Вот мелькнула светлая макушка Майлза. А возможно и не его.       Бытро спрыгиваю с оставшихся ступенек, и стремглав мчусь в ту сторону, в которую только пошёл человек. Заворачиваю за угол и вижу Майлза. Облегченно вздыхаю. Сердце бешено колотиться и норовит выпрыгнуть из груди. Слышу французскую брань и оглядываюсь назад, два охранника проверяют шумиху сверху.       «Черт этот план с самого начала был провальным». Не остается ничего, как бежать к той самой спасательной двери. Уже практически подбегаю и вижу, как Майлз облегченно вздыхает при виде меня. — Где ты была?!       Я тупо хлопаю глазами, пытаясь отдышаться. — Да я вообще спала, открываю глаза и слышу сирену! Подростки как цепные псы рыскают по комнате, кто-то вообще по тюрьме бегает. И тут я видела двух охранников, совсем близко. — Чёрт! Помоги Фреду, а я попытаюсь отвлечь тех придурков, — Майлз что-то крикнул напоследок и побежал в обратную сторону от выхода.       Мотаю головой и подхожу к двери. Достаю спрятанные отмычки и начинаю свою игру. Вот складной ножичек, в другой незаменимая шпилька, между пальцами лежит иголка. Немного манипуляций, ловкость рук и долгожданный щелчок. — Открыто, — выдыхаю я и меня тут же теснят в сторону. Фред со своей свитой бежит к выходу. — Чёртовы придурки.       Бегу за ними и останавливаюсь, дыхание трудное и здесь почти скользко, чуть что и я упаду в какой-нибудь из этих туннелей вниз. А когда дыхание выровнялось, побежала вперёд и вдруг спереди послышались голоса охранников. «Вот чёрт!».       Бегу обратно к другому выходу, выходу к морю. Приседаю, ибо туннель был слишком низкий и на четвереньках ползу вперёд. Сзади послышалось копошение и я со страхом, оглядываюсь назад, сердце бешено стучит и адреналин в моей крови затмил мой разум. Теперь только рефлексы и чистая удача.       Сзади так же на четвереньках, только немного опустившись полз Майлз. Он остановился и бешеным взглядом посмотрел в моё лицо. — Хей, Изи! А я успел, — он улыбнулся, но улыбка была какой-то странной, казалось что он притворялся, но я лишь кивнула и чуть быстрее поползла вперёд.       Вот и конец туннеля. Вода, которая стекала по эти мега-трубам ползла вниз, к морю. Я сглотнула и прищурено осматриваю неспокойное море и скалы, невдалеке, скрытой под завалами камней качалась наша лодочка. Сзади остановился Майлз. — Видишь лодку? — Ага, вон она, там, — указываю рукой и соскальзываю вниз. Испугавшись высоты и самого падения, группируюсь и плавно вхожу в воду. Воздух тут же покинул моё тело и я стала задыхаться. Раздался повторный всплеск. Это прыгнул Майлз. Гребу руками вверх и выныриваю из пучин смерти. Делаю долгожданный глоток воздуха и захожусь кашлем, белые волосы как сосульки прилипли к лицу. — Греби к лодке Изабель.       Киваю и тут же меня накрывает волна, выныриваю снова и пытаюсь не утопиться под волнами-убийцами. Неужели в такой момент сейчас будет шторм?       Лодка была привязана.       Чудом взобравшись, на качающую посудину, я распласталась и глубоко дышала на дне лодки. Сзади послышался всплеск и грузное тело так же ввалилось в тот час ставшую тесную лодочку.       Времени оставалось катастрофически мало. Скорее всего охрана уже бьёт тревогу, и схваченные беглецы проболтались на счёт второго выхода. — Иззи, нам надо поспешить, — я взглянула на тяжело дышащего Майлза и сглотнув, отвязала лодку. Она мерно покачивалась и, подхваченная волнами, понеслась вперёд — к берегу.