Детектив-медиум Якумо (Новелла)

      На следующий день Харука привела Татсую в секретное убежище Якумо, клубную комнату Исследователей Кино. Вчерашнее происшествие, похоже, было связано с духами. Если дело было в этом, то лучше было бы проконсультироваться с ним. Однако во время объяснения Харуки Якумо просто играл сам с собой в сёги, всем своим видом говоря о том, что ему скучно.       — И вот к чему всё пришло…       Якумо, казалось, был восхищён собственной игрой и увлечённо передвигал фигуры. «Разве интересно играть в сёги одному?» — Харука совершенно не понимала его.       — Ты слушаешь? — спросила Харука, раздражаясь.       — Да, в какой-то степени.       — И что ты имеешь в виду? Ты не мог бы отнестись к этому посерьёзнее?       — Будь немного скромнее. Вы просто ворвались сюда, не задумываясь о том, как я себя при этом чувствую, и стали рассказывать историю о призраке.       Харука не могла вернуться в прошлое. Всё было, как он и сказал. Взволнованная, она совсем не подумала о нём.       — Прости.       — Что ж, суть я уловил. Дело есть дело, и, пожалуй, я возьмусь за него, — Якумо потянулся.       — Правда?       — Мне просто нужно спасти твоего парня, так ведь?       — Я повторюсь: он не мой парень.       — Ты говоришь о нём так холодно, хотя он сидит рядом.       Харука раздражённо вздохнула и опустила взгляд. Тогда Татсуя стал ухмыляться, хотя Харука не знала, что показалось ему смешным. Поймав на себе её взгляд, он приблизился к ней и зашептал на ухо:       — Мы похожи на пару.       — Нет, не похожи, — именно Якумо теперь отрицал это.       — Нет, говоришь… Не ты ли утверждал обратное всего пару секунд назад?       — Не припоминаю такого, — то одно, то другое — он вёл себя, как ребёнок.       Харука потеряла желание говорить что-либо. Какое-то время Татсуя смотрел на Якумо, но затем неожиданно засмеялся, словно что-то вспомнив.       — О, ясно. Тебе тоже нравится Харука-тян. Поэтому ты недоволен тем, что я так с ней дружелюбен. Да? — сказал Татсуя хвастливо.       — Эй, о чём ты вообще? — возразила Харука. Татсуя продолжил, не обращая на неё внимания:       — К сожалению, чурбан вроде тебя совсем ей не подходит.       — Всё так. Мне в любом случае не нравятся упрямые и эмоциональные женщины. И мне всё равно, чем ты будешь с ней заниматься, — выражение лица Якумо ни капли не изменилось при этих словах.       — Ты уверен в этом? Я действительно поглощу Харуку.       — Делай, что хочешь. Только после этого не удивляйся, что у тебя пищевое отравление.       — Эй, и что ты хочешь этим сказать? — это было уже слишком. Харука стукнула ладонью по столу.       — Я имел в виду то, что и сказал, — ответил Якумо ровным тоном, не отводя глаз. В приступе злости Харука покраснела и прикусила губу. Вот правда — его слова всегда взвинчивали её. Он, должно быть, был гением в области раздражения людей.       — Тогда я буду делать все, что пожелаю, — всё ещё победоносно улыбаясь, Татсуя взял одну фигуру с доски для сёги и переставил её на другую клетку. — Шах и мат.       Несмотря на невыразительность Якумо, на этот раз между его бровями образовалась морщинка. Губы выпрямились в линию, а миндалевидные глаза сузились.       — Я предупрежу только один раз, — Якумо передвинул шашку на своё прежнее место и ткнул в Татсую пальцем.       — Предупредишь?       — Да. Предупрежу.       — Оу? И о чём же?       — Тебе следует использовать контрацептивы и проводить поминальные службы после абортов должным образом.       — О ч-чём ты так внезапно? — Татсуя взмахом руки убрал от себя палец Якумо и встал. Он был потрясён. Он открыл свою трусливую натуру, скрытую за раздутым самомнением. И разволновался он потому, что Якумо попал в точку.       Харука холодно посмотрела на Татсую.       — Харука-тян, не пойми неправильно. Он просто прикалывается. Просто говорит, что в голову взбредёт. Если ты не перестанешь дурачиться, я не вытерплю.       — Я не дурачусь. Или тебе будет проще понять, если я назову имя?       — Кто тебе сказал? — Татсуя напрягся. Он угодил прямо в ловушку. Его слова всё доказывали. Татсуя покрывался потом всё больше с каждым последующим словом Якумо.       — Не один раз. Два. Я смотрю, ты не учишься на своих ошибках.       — Всё не так. Они просто эгоистично забеременели. В этом нет моей вины, — напуганный Татсуя сам рыл себе могилу. И она была уже довольно глубокой.       Теперь не оставалось никаких сомнений. Беззаботные слова Татсуи только разозлили Якумо ещё больше.       — Просто эгоистично забеременели? О чём ты говоришь? Это, возможно, было бы приемлемым оправданием, если бы беременность была ложной, но ведь нельзя забеременеть без партнёра?       — Это…       — Пусть и маленькая, но это была новая жизнь, появившаяся в этом мире. А ты просто заявляешь, что они эгоистично забеременели, и, словно шутя, отбираешь у них эту жизнь? Сожалею, что по закону такие люди, как ты, не считаются убийцами.       Татсуя открывал и закрывал рот, не в силах найти опровержение его словам, и в конечном итоге промолчал. Было глупо пытаться прыгнуть выше головы и спорить с Якумо. Чувство собственного достоинства Татсуи, должно быть, было порвано в клочья. В порыве гнева он встал и, хлопнув дверью, ушёл. Лишь так он мог выразить свой протест.       — Ты точно не хочешь пойти за ним? — сказал Якумо, снова взглянув на игральную доску.       — Он — худший, но ты ему в этом не уступаешь.       — Спасибо за комплимент, — это прозвучало резко.       — Ты злишься? — спросила Харука. Якумо вздохнул.       — Подумай немного. Тебе он, может, и нравится, но я ненавижу таких людей. Думает, будто он Пуп Земли и не заботится о том, что его не касается.       — Поэтому ты соврал?       — Соврал?       — Про то, был аборт или нет.       — Решай сама. Меня это не интересует.       — Ты прав. Это было неуместно. Извиняюсь за то, что доставила тебе неприятности, — сказала Харука, встав и попытавшись покинуть комнату.       — Ты ведь ещё не всё рассказала, верно? — Якумо, наконец, поднял голову.       —       В конце концов она решила, что ей привиделось, и ушла домой. Однако на следующий день ситуация изменилась. На бампере машины Татсуи появился ярко-красный отпечаток руки, судя по размеру, детской, будто его коснулась окровавленная ладонь. Испугавшись, Татсуя попытался стереть его, но это ему не удалось даже с помощью чистящей жидкости и щётки. Из-за страха он больше не садился за руль.       Харука вкратце рассказала об этом. Якумо молча скрестил руки и поднял взгляд к потолку. Харука не могла говорить, когда он не слушал.       — Эй, ты слушаешь?       — Да. Просто история кажется немного замысловатой.       — Замысловатой?       — Да, замысловатой. Например… — Якумо начал говорить, и то, как раздражённо он пригладил волосы, выдало его беспокойство.       — Что-то не так?       — Нет, ничего. Слишком рано что-то предполагать. В таких случаях стоит посетить место преступления…       — Пойдём, — Харука прервала Якумо.       — Точно.       — Но на этот раз не оставляй меня позади.       — Оставлять позади? Если ты говоришь про то дело, то именно ты предложила действовать раздельно. Старайся не думать превратно.       Слишком много для одного предложения. Харука впилась в Якумо взглядом, но его это совсем не взволновало.       — Это ведь недалеко? — хотя Харука продолжала сверлить его взглядом, Якумо заговорил, как ни в чём не бывало, словно ему было всё равно.       — Э?       — Тоннель, где это произошло.       — А. Я знаю, где это, но пешком туда будет трудно добраться.       — У тебя есть машина?       — У меня даже нет прав.       — Этим не стоит гордиться.       — Я и не…       — У тебя есть знакомый с машиной?       — Может, спросить Татсую-куна?       — Я лучше пешком пройдусь.       Якумо приложил палец к виску, будто задумавшись. Он, наконец, медленно встал и, подойдя к висевшему в углу чёрному пальто, стал одеваться.       — У тебя есть кто-то на примете?       — У меня есть идея.       Якумо открыл холодильник и вытащил оттуда ключ. «Почему он хранит ключ в холодильнике?»       — Пообещай мне кое-что, прежде чем мы пойдём, — сказав это, он указал пальцем на нос Харуки.       — Что?       — Какое-то время не задавай вопросов.       — В смысле?       — Проще говоря, закрой свой болтливый рот.       — Болтливый…       Он выбрал ужасное объяснение. Харука хотела было возразить, но Якумо уже ушёл.       — Эй, погоди секунду, — Харука побежала за Якумо. Внезапно он обернулся и бросил ей что-то. Это было так неожиданно, что Харука чуть не потеряла равновесие и не выронила этот предмет, пытаясь поймать его двумя руками. — Холодный… — это был ключ из холодильника.       — Закрой дверь как следует.       — Подож…       — И не забывай держать рот на замке.       «Что за человек. Говорить так с девушкой…»       Он был действительно нечувствительным, эгоистичным и неприятным.       — Дурак! — Харука не смогла удержаться и выкрикнула. Однако Якумо, кажется, неправильно её услышал и, подняв руку, продолжил быстро уходить.       Закрыв дверь, Харука в конечном итоге снова побежала за Якумо.