3
14 мая 2017 г., 09:06
Одзава Харука сидела на скамье в парке. Он был маленький и располагался около национального шоссе. В нём не было ничего, кроме этой скамейки. Когда она подняла взгляд, она увидела высокую горную цепь Тогакуши.
То самое место. Детская площадка рядом с её домом в префектуре Нагано.
Свет солнца дарил тепло. Бледно-розовые лепестки вишни, что росла на краю парка, мягко опускались на землю. Две девочки играли с футбольным мячом. Они были близнецами.
«Одна из них — я. Другая — моя сестра, Аяка. Так это сон… Воспоминания из моего прошлого…»
Она знала, что сейчас произойдёт. Она не сможет поймать мяч, который бросит ей её сестра, Аяка, и она быстро побежит за ним. Её сестра улыбнётся.
— Ты должна хорошенько следить за мячом, — вот, что скажет её сестра. Она — девочка, что помладше, — молча посмотрит на неё и поднимет мяч.
Она злилась. Её сестра хорошо ловила мяч, но у неё самой никак это не выходило.
— Харука, скорее.
Она подняла мяч, будто собираясь бросить его.
— Ты не можешь! Остановись! Ты не смеешь бросить этот мяч! — Харука встала и закричала на маленькую себя. Однако её голос не достиг её. — Нет! — закричала Харука, побежав.
Время тянулось, будто на замедленной записи. Мяч летел выше, чем обычно. Её старшая сестра подпрыгнула, чтобы поймать его, но не дотянулась. Мяч вылетел за пределы парка и выкатился на дорогу. Её сестра пошла туда, чтобы подобрать его.
— Ты не можешь подобрать этот мяч! — крик Харуки никак не мог достигнуть её.
— Даже моя старшая сестрёнка не может поймать мяч, — сказала она-младшая.
«У меня не было никаких злых намерений. Я просто хотела, чтобы и у неё было немного затруднений. Вот и всё…»
Её сестра подобрала мяч, выкатившийся на дорогу. Белый минивэн приближался к ней. Харука неосознанно закрыла глаза.
Послышался визг шин, звук столкновения и удара о землю.
В её виске начало болеть. Силы покинули её ноги, и она упала на землю.
«Я знала, что это сейчас произойдёт. Поэтому я сказала остановиться…» Не важно, как громко она кричала, прошлое нельзя было изменить.
Её ладони вспотели. Она открыла глаза.
— Нет! — Харука, сама того не понимая, закричала. Её ладони были покрыты кровью. Она просачивалась сквозь её пальцы.
— Харука. Ты намеренно бросила его так далеко, — перед ней стояла её сестра. Из раны на её виске нескончаемым потоком текла кровь, окрашивая воротник её белой рубашки в красный.
— Прости. Я не думала, что всё так закончится… Прости…
— Уже слишком поздно просить прощения.
— Всё не так. Это не извинение.
— Я мертва… По твоей вине… — в тот же момент, когда Аяка произнесла это, её тело раскололось на бесчисленные кусочки, словно стекло.
— Нет! — Харука подпрыгнула и в ту же секунду проснулась. Её сжатые в кулаки ладони были покрыты потом, а дыхание сбилось.
«Мои воспоминания возвращаются. Возмездие за мою ревность к сестре.
Мой грех никогда не будет прощён…»
