9
10 июля 2017 г., 20:37
Иши ликующе сел в водительское сидение белой полицейской машины.
Наконец-то. Наконец-то он сможет засвидетельствовать умения детектива Гото. Ко всему прочему, стоило ему представить, как он спасёт одержимую призраком женщину, он весь начинал гореть в предвкушении.
Гото лениво устроился в пассажирском кресле и, положив одну ногу на другую, зажёг сигарету. Этот бесцеремонный жест очаровал Иши.
Какой человек. Было дикостью то, как выглядывала его оголённая грудь из-под ослабленного галстука. Если говорить об этом, то Иши был довольно слабоволен и не мог начать действовать. Он всегда сомневался в реакции других и в конечном итоге действовал из соображений того, что они о нём подумают. Гото же был противоположностью Иши — у него была сильная воля. За это Иши восхищался им, как и в прошлый раз, когда тот разговаривал с шефом Идеучи. Не важно, с кем Гото имел дело, он придерживался своих убеждений, подобно Шинсенгуми, работающим вопреки воле сёгуната Токугавы. [1]
— Вначале мы поедем на место преступления, верно? — спросил Иши, повернув ключ зажигания и включив машину.
— Не совсем, — заговорил Гото, искоса посматривая на него сквозь дым.
— Э?
— Сперва нам нужно кое-куда заехать.
— Куда?
— Хватит обо всём спрашивать. Раздражаешь.
— Даже если вы так говорите, мы никуда не сможем уехать до тех пор, пока вы не покажете мне направление, ведь за рулём сижу я.
Щёки гото дёрнулись, как у разозлившейся кошки, и он цокнул языком. Почему детектив Гото злился? Неужели Иши сделал что-то не то?
— Направляйся к университету.
— К какому именно университету вы бы хотели, чтобы я вас подвёз?
— Университету Мейсей.
— Тот, что на вершине холма?
— Если знаешь, то поспеши и едь уже.
— А, так точно, сер, — Иши незамедлительно нажал на газ и поехал вперёд. Что только было в этом университете? Обычно в подобной ситуации направляются сразу на место преступления. Но так как это был детектив Гото, он, должно быть, решил, что в университете находится некая подсказка для решения дела, как и говорил ранее шеф Идеучи.
— Детектив Гото, могу я задать вопрос? — спросил Иши. Ответа не последовало. Гото просто смотрел перед собой, будто не слышал его, и дым от его сигареты разлетался по салону. Приняв это за знак согласия, Иши продолжил говорить.
— Детектив Гото, вы уже решили множество дел.
— Э?
— Я знаю, что вы раскрыли их с помощью духовной силы. Однако каким именно типом силы вы обладаете, детектив Гото?
— О чём ты вообще? — Гото нахмурил брови, словно увидел нечто неприятное, и кинул сигарету в пепельницу.
— Нет смысла скрывать это.
— Ничего я не скрываю.
— Вы можете видеть призраков? Говорить с ними? Вас тренировали? Или это наследственное?
— Ты смеёшься?
— Нет. Я серьёзен, — прямо ответил Иши. Чтобы вести расследование вместе, ему придётся понять, какую силу имел детектив Гото.
— Отлично, новичок. Я не знаю, что ты там себе напридумывал, но у меня нет никаких духовных сил.
Возможно, детектив Гото просто не хотел выставлять на показ свои силы. Однако…
— Нет нужды скрывать это. Все знают, что вы — детектив-медиум, детектив Гото.
Он раскрыл множество дел. Это не то, что можно просто так скрыть.
— Чёрт, раздражаешь! Заткни варежку и веди тачку, лысый!
— Лысый? Простите, но я ещё совсем не полысел, хотя у моего отца меньше волос, чем у большинства. Однако отец моего отца — то есть, мой дедушка, — не лысел до самой своей смерти. Это называется «атавизм». На начальной стадии ещё слишком рано выяснять, полысею я или…
Только он подошёл к концу своей речи, как что-то прилетело в его макушку. Перед глазами у него начали бегать звёздочки.
— В следующий раз, когда ты начнёшь болтать без умолку о глупых вещах, я запущу в тебя камень, — сказал Гото, выставив свой сжатый кулак.
Он сам должен был выяснить то, что хотел, вместо того, чтобы спрашивать. Возможно, именно это хотел сказать Гото.
Иши интерпретировал это именно так и тут же замолчал.
Примечания:
[1] — Шинсенгуми — японский военно-полицейский отряд времён позднего сёгуната Токугава (бакумацу), сформированный сёгунским правительством в 1863 году и продолжавший действовать до 1869 года. Во время бакумацу и дальнейшего восстановления императорской династии на престоле Шинсэнгуми сражались на стороне сёгуна против сторонников императора (Исин Сиси).
