Доппельгангер

*налил всем рома*

✔ Глава 29

♬ Estopa - Ando buscando ♬ От внезапной пощёчины в голове неслабо зазвенело. Как будто кто-то ударил в гонг, и реальность в тот же миг противно завибрировала. И под ложечкой засосало. До лёгкого чувства тошноты. — Ненормальный! Ты же чуть не захлебнулся! Кай отвернулся, чтобы избежать повторного удара ладонью по щеке. Кажется, из сна его выдернули раньше, чем следовало. И вода больше не лилась сверху. А потом его резким рывком поставили на ноги. Из-за стремительной смены положения его замутило всерьёз. — Ох, чёрт... Кай сам кинулся к унитазу и больно ударился коленями о плитки. Цеплялся пальцами за прохладный белый кафель и сплёвывал желчь, что горчила на губах. — Эй... Может, позвать Чена? — Иди на хрен! — огрызнулся Кай и вытер губы тыльной стороной ладони, но тут же вновь весь сжался и ухватился за гладкую белую поверхность. Через минуту неохотно отстранился и поморщился — в горле саднило почти до слёз. Его тотчас поймали за плечи, заставили выпрямиться и отволокли к раковине. Большая ладонь плеснула в лицо ледяной водой. Кай выворачивался и всячески пытался сбежать, но держали его надёжно — и аккуратно при этом, чтобы не вырубился — и продолжали настойчиво умывать. — Хватит! — прохрипел он наконец, едва в лицо перестали лететь брызги, а чужая рука прекратила зажимать рот. — Ну-ка... Крис крепко сжал ладонями его плечи, развернул лицом к себе и внимательно осмотрел. Нахмурился ещё сильнее. — Знаешь, я всё-таки не уверен, что тебе можно оставаться на службе. За тобой глаз да глаз нужен. Ты чуть не захлебнулся к чёртовой матери. Как тебе вообще пришло в голову спать в воде? Хотя не говори. Кошмары, да? Дежурный по этажу сказал, что ты снова шумишь. Значит так... Сигнал ты пропустил, так что приходи в себя и собирайся на завтрак. Сегодня спать будешь у меня в кабинете. — Чёрта с два! — Кай вывернулся у Криса из рук и посмотрел волком. — Это тебе чёрта с два! — неожиданно заорал на него Крис и с размаха влепил скомканным полотенцем в лицо — что-то новенькое. Кай настолько растерялся от внезапной демонстрации эмоций Криса во всей красе, что выронил полотенце и уставился на Криса во все глаза. — Это я тут чёртов начальник базы. Раз. И мы с тобой в связке. Два. Ты мне нужен живой, здоровый и боеспособный. Иначе какая от тебя польза? Упрёшься — мне придётся доложить в Штаб, что ты к службе непригоден. Выбирай сам. И даже не раскатывай губу. Спать будешь в кроватке один, но под присмотром. Не хочу, чтобы ты с горя утопился. Всё-таки я за тебя отвечаю. — Отвечай за кого-нибудь другого, — зарычал Кай, немного придя в себя. — И не ори на меня! К тому же, я очень не хочу потревожить твой уют. Вряд ли Чен оценит наличие третьего в твоей постели. Крис с лёгкой досадой поморщился и окинул Кая внимательным взглядом с головы до ног и обратно. Этот взгляд живо напомнил Каю, что он малость не одет. Точнее, полностью раздет. Пришлось ухватить полотенце, вытереться и торопливо влезть в форму. Весь день Кай старательно ныкался от Криса по всем углам, но это не слишком ему помогло. Крис подкараулил его у двери комнаты после ужина, сгрёб за шиворот и уволок к себе в берлогу под озадаченными взглядами других пилотов и фюреров, что попадались им на пути. — Кровать в твоём полном распоряжении. Обо мне не беспокойся. Я буду заглядывать время от времени и проверять. Надеюсь, хоть раз нормально выспишься. — И Крис включил ночное освещение с тихой музыкой. — Вроде бы такие штуки обычно помогают. Укладывайся. Спокойной ночи. Кай с бессильной злостью смотрел на закрывшуюся за Крисом дверь и мечтал кого-нибудь удавить. Кого-нибудь длинного, патлатого, с убийственно аристократичной рожей и нашивками штабс-полковника. А чтоб неповадно было! Меньше всего Кай хотел думать, каким предстал в глазах Криса злосчастным утром, когда обнимал «белого друга». Ему просто сказочно «везло» с Крисом в отношении «произвести неизгладимое впечатление». Вечно он представал перед Крисом в неприглядном свете. Эдакий побитый и изломанный человечек, которого жизнь переехала бульдозером, а он жалко трепыхался и хранил при себе уцелевшие грандиозные планы, не соответствующие его статусу. Как ещё Крис от смеха не лопнул-то? Кай всё-таки разделся и забрался на кровать, скомочился на краю и принялся себя жалеть. Так увлёкся, что незаметно уснул, пригревшись под одеялом, которое отчётливо пахло Крисом. Проснулся Кай по сигналу спокойным и довольным, потому что в кои веки ему ни черта не снилось. Дрых без задних ног в тепле и уюте. Кай сладко потянулся и замер. Машинально пересчитал конечности на себе любимом. Конечностей выходило подозрительно много для него одного. Кай распахнул глаза и приподнял голову. Полюбовался на одеяло и горы под ним, осторожно ухватил за край и дёрнул. Крис тихо сопел, прижавшись лбом к его плечу. Ладонями грел Каю пояс, а на бёдра с непринуждённой наглостью закинул умопомрачительно длинную ногу с холодной ступнёй. Крис сонно повозился, бесцеремонно подгрёб Кая ближе и уложил голову ему на грудь, пощекотав кожу длинными волосами. — Вообще-то сигнал уже был. — Я в курсе, — протянул Крис, но голову поднять и не подумал. Даже глаза не открыл. — Но моё положение даёт мне некоторые преимущества. — Зато моё мне не даёт никаких. Мне на построение надо. Долго ты собираешься делать из меня подушку? Крис снова повозился, потёрся ногой, скотина такая, неохотно приподнял голову и смерил его хмурым взглядом. — Вот ещё. Подушка из тебя паршивая. Одни кости. Торчат. Везде. — Ну так пусти и возьми нормальную подушку. Крис тихо хмыкнул, чуть отодвинулся и провёл ладонью по груди, без колебаний погладил по животу и после накрыл член. С вызывающей медлительностью сжал пальцами и дразняще задел яички подушечками. Беззастенчиво ласкал и наблюдал с нескрываемым удовольствием, как его ладонь неотвратимо заполняется горячей твёрдостью. Открыто любовался даже, оценивая толщину кольцом из пальцев и поглаживая потемневшую головку. — Не надоело? — Кай следил за ним из-под полуопущенных ресниц и не двигался. Старался не смотреть на безупречные пальцы, неспешно скользившие по члену, но не смотреть было сложно точно так же, как размеренно дышать. Крис не имел права на такие пальцы. Вот вообще никакого. Ему бы руки-крюки для компенсации утончённого совершенства. Ради равновесия в природе. Хотя… паршивый нрав тоже можно расценить как компенсацию. Крис не ответил, просто повернул голову. Кай встретил его долгий взгляд и невольно облизнул губы. Крис продолжал смотреть — неправильно и жгуче, слишком… Он не мог так смотреть — не имел права, но смотрел и не отводил глаз. А глаза Криса всегда были слабостью Кая. Он тонул в них. Увязал, как в зыбучих песках, и не хотел спасаться. Вообще. Кай осторожно коснулся ладонью спутанных волос на затылке, потянул легонько и выдохнул, когда губы Криса оказались в сантиметре от его губ, чтобы сделать вдох. Вдох, который продолжился поцелуем. Потом Крис уже сам наклонил голову и прикоснулся губами к шее. Согрел влажный след на коже тёплым выдохом и снова прижался губами, вынуждая Кая запрокинуть голову и подставить шею под новые ласки. Крис ненавязчиво водил ладонью по члену, заставляя его наливаться твёрдостью и жаром ещё больше, а Кая — гореть. Крис тронул губами ключицы, втянул кожу в рот и отпустил, чтобы сжать позднее зубами до лёгкой боли. Запустил пальцы левой руки Каю в волосы, стиснул пряди на затылке и прижался к губам, настойчиво раздвигая их и целуя с нежностью и пылом одновременно. Ловил у Кая во рту язык и откровенно посасывал его, продолжая уже жёстко надрачивать, задевая пальцами головку и растирая по крепкому стволу капли смазки. Кай прерывисто дышал, пока Крис смотрел на него сверху вниз и согревал собственным дыханием подбородок. Потом Крис неспешно вёл левой ладонью по его шее, повторяя пальцами следы от губ на коже. Задел подбородок и твёрдо зажал ладонью рот за миг до того, как с губ Кая слетел тихий низкий стон. Пальцами правой руки Крис мягко подхватил упругие яички, перекатил в ладони и плавно оттянул, заставив Кая вцепиться зубами в ребро его левой ладони, зажимавшей рот. — Ничего не могу поделать... — зашептал Крис ему на ухо, провокационно касаясь губами мочки. — Когда ты возбуждён, глаз не отвести... Кай зажмурился и непроизвольно толкнулся в кулак, мысленно умоляя Криса сжать член ещё крепче. — Сильнее, да? — хрипло спросил Крис, тронув поцелуем уголок его приоткрытого рта и придержав левой рукой за подбородок, чтобы он не мог отвернуться. — Да... — почти простонал он Крису в губы. — Хочешь побыстрее отделаться? — хриплым шёпотом на ухо. — Ты мне всё равно не обломишься, так что… да. Хочу. Тут же давление желанно усилилось, и Кай резко вскинул бёдра, чтобы с силой вогнать член в тесное кольцо из пальцев. Боком всячески пытался плотнее прижаться к Крису, потереться ступнёй или коленом. — Не делай так… — срывающимся голосом зашептал ему вновь на ухо Крис. — Это невыносимо, когда ты… хочешь быть ближе. Перестань… Крис мелкими поцелуями перебрался от уха к подбородку. Кончиком языка обводил контур его губ, будто этого хватило бы. Кай приподнял голову, чтобы поймать язык Криса зубами. Обвил руками за шею, притягивая к себе и целуя откровенно и жгуче, и заполнил рот Криса собственным языком. Ладонь на бёдрах заметно дрогнула, едва Кай добрался рукой до члена Криса. — Чёртов... Крис поперхнулся словами, потому что Кай вновь заткнул ему рот поцелуем. Огладил длинный ствол и тронул нежную кожу в промежности, уверенно передвинул руку, чтобы дотянуться до плотно сжатых мышц между ягодицами и очертить пальцем круг. Мягко надавливал и снова поглаживал, вынуждая расслабиться и уступить. Крис водил ладонью по его члену уже резко, рывками, невольно ускорялся. Он же продолжал настойчиво трогать пальцами между ягодицами, пока не втолкнул в жаркую тесноту палец на одну фалангу. Медленно оглаживал стенки внутри, а Крис сбивался с размеренного ритма дыхания, подставлял губы, дрожал и крепко сжимал его член ладонью, позволяя ему толкаться в кулак всё быстрее и быстрее. По лицу Кая тонкими прядями скользили длинные волосы Криса, а ещё ему мерещился призрачный хвойно-кедровый запах Вайсгау, домашний запах, тёплый и уютный. И в глазах Криса он ловил проблесками тяжёлое низкое небо Вайсгау. Сущий бред, только от этого бреда становилось ещё лучше. Разгорячённое тело, жидкий огонь в крови, бешеный пульс громким стуком в висках, хриплое дыхание на влажных губах, вкус Криса на кончике языка... До выжигающей душу волны страсти, которая спустя миг завладела им безраздельно. После короткого забытья Кай приоткрыл глаза и прижался щекой к спутанным волосам Криса. Тот трудно дышал, прислонившись лбом к его плечу и сжав коленями правую ногу. Почти придавил своей тяжестью к влажной от пота простыне и матрасу. — Вот упрямая же скотина... — едва слышное — губами по коже. — Тебе непременно больше всех надо?.. Кай извинился бы, если б мог, но дыхание и голос не слушались. Запихивать в Криса палец полностью он не собирался. Случайно вышло, когда его снесло оргазмом. Только прямо сейчас он ощущал пульсирующую гладкость, плотно охватывающую палец со всех сторон. Поддался искушению, всё ещё пытаясь отдышаться, и мягко повернул палец, очерчивая тёплую тесноту по спирали. Упёрся свободной рукой Крису в плечо и толкнул, чтобы через миг вытянуться поверх сильного дрожащего тела и прижаться губами к ключицам. Шарил ладонью по ноге, небрежно отводя её в сторону. Облизывал потемневшие соски и настойчиво поглаживал чуть согнутым пальцем внутри, заставляя Криса слабо вздрагивать и непроизвольно раздвигать ноги шире, чтобы занять максимально удобное положение. Кай медленно сходил с ума от сладко-тягучего ощущения, что затапливало с головой. Оно возникало только от того, что он лежал на Крисе и чувствовал его всем телом. Крис ещё и обхватил его за пояс руками, будто намеренно подчёркнув контрастную тонкость стана, провёл по жёстким бокам, потом погладил по спине, слегка нажимая пальцами на позвонки так, чтобы Кай сам теснее прижимался к нему, притирался кожей к коже. Закусив губу, Кай мучительно медленно сдвинул палец, чтобы убрать его и попробовать... — Не смей, — резко выдохнул Крис и крепче прижал к себе, стиснув руками за пояс с ощутимой силой. — Или так, или никак. Кай осторожно перевёл дух и оставил палец внутри Криса. Ладно, можно и одним пальцем. Если Крис наивно полагал, что это его остановит, то напрасно. С напряжением Кай всматривался в глаза Криса, слегка затенённые ресницами. Обводил взглядом каждую черту в лице, что казалось знакомым настолько, будто Кай с рождения видел только его. Немного сведённые на переносице густые брови, прямой нос, приоткрытые губы, бледно-розовые пятна на высоких скулах, тёмная родинка у виска и глаза… опять глаза. Крючок, на который Кай вечно попадался как дурак. Персональная безотказная приманка. — Поцелуй меня, — севшим голосом тихо попросил Кай. Большая ладонь скользнула по спине, огладила шею и добралась до затылка. Кай зажмурился от приятного копошения пальцев в волосах и облизнул губы. Их тут же обожгло горячим дыханием, а после — собственническим, но ласковым поцелуем. Крис целовал его, а он гладил и массировал кончиком пальца податливую плоть внутри, неспешно растирал упругие стенки, согревал чуть припухшие края подушечкой большого пальца и ждал, упиваясь трепетом сильного тела под собой. Кай и раньше знал, что Крис красивый. Только не знал до этой самой минуты, насколько красивый. Только для него. Смертельно красивый. Крис выгнулся под ним. Длинные волосы разметались по подушке причудливым узором. В слабом свете очерк скулы, тонкий аристократичный нос и подбородок казались выточенными из алебастра. Излом густых бровей и дрожь тёмных ресниц, влажный блеск приоткрытых губ и испарина на виске — рядом с родинкой... Кай смотрел и насмотреться не мог. Он кончиками пальцев обводил вздувшиеся под кожей мышцы на шее, плечах и груди, упивался струящимся по ладони ощущением покорной ему силы, тёрся губами о жёсткий подбородок, помечал шею собственными знаками, проходился языком по солоноватой коже, чтобы сжать зубами припухший от настойчивых ласк и возбуждения сосок. Хотелось зацеловать Криса до смерти, довести до предела блаженства одними губами и заточить навеки, чтобы только себе, для себя одного. — Мой... — Кай до боли прикусил себе язык, но вовремя, чтобы сдержаться и не сболтнуть лишнее. Торопливо втянул сосок в рот опять, чтобы заткнуться и вовсе не болтать. Мягко и тягуче посасывал твёрдую вершинку и продолжал трогать пальцем Криса внутри, оглаживать эластичные стенки, чутко улавливая их дрожь, и плавно нажимать, нагнетая возбуждение. Дразнил и уверенно будил в Крисе чувственность, ощущал медленно нарастающую под подушечкой упругость. У Криса дыхание окончательно сбилось, а глаза затянуло туманной дымкой подступающего оргазма. Кай огладил пальцем внутри твёрдую округлость, помедлил и мягко надавил — до отчётливого стона, напряжения мышц на внутренних сторонах бёдер и подрагивания мышц на животе. Крис сам качнул бёдрами, безмолвно умоляя прикоснуться ещё раз — там же. Кай губами сжал сосок и одновременно ударил согнутым пальцем внутри, заставив Криса дёрнуться и помотать головой, потерять вдох на полпути. После он ударял пальцем резче и чаще, имитируя движения члена и вынуждая Криса теряться в острых чувственных вспышках. Жадно ловил каждый частый стон и смотрел, как стремительно на Криса надвигался оргазм, бурный и долгий, вскидывающий тело хаотичными рывками, сводящий сладкими судорогами даже кисти и ступни, лишающий дыхания вовсе. Кай осторожно убрал палец, руками сжал напряжённые бёдра, испачканные спермой, и согрел невесомым поцелуем живот, где мышцы всё ещё бесконтрольно сокращались и расслаблялись. Провёл ладонями по бокам, пометил губами грудь и перебрался на шею. Вытянувшись на дрожащем Крисе, медленно коснулся подбородка кончиком языка, смахнул со лба длинную прядь, очертил пальцем скулу и припал к губам. Языком пробрался в рот, огладил ровную кромку зубов и скользнул глубже. Целовал без спешки и жадности, восторженно и нежно, а потом задохнулся — Крис обнял его и сдавил в объятиях с силой. Даже треск рёбер примерещился. Перед глазами знакомо зарябило, и Кай глухо застонал от отчаяния. — Пусти... я... Крис, к счастью, быстро спохватился и тут же разжал руки. Вовремя. Ещё немного — и Кай распрощался бы с реальностью. — Мы опоздали на всё, на что могли, — пробормотал Кай, уткнувшись лицом Крису в грудь. По спине скользнули тёплые ладони, сползли на бёдра, и пальцы впились в мышцы до слабой боли. Резкий рывок — и Кай смотрел Крису в лицо снизу вверх. Крис строго сжал губы, шумно выдохнул, отпрянул и скатился с кровати. Приподнявшись на локте, Кай проводил его взглядом до двери ванной. Он знал, что Крису понравилось, но не знал, что будет после. Не знал, как Крис оценит всё вместе и какие сделает выводы. Тем более, для Криса это было впервые, а новизна порой пугает и вызывает смятение. Кай тоже сунулся в ванную, добрёл до душевой кабинки, переступил через порожек и, поддавшись неясному притяжению, прижался к спине Криса. Обнял без колебаний, не собираясь отпускать. Длинные волосы знакомо пахли хвоей и кедром. Как дом. Крис крепко ухватил его за запястье, чтобы через секунду со злостью и жёсткостью припечатать спиной к холодным плиткам и грубо надавить предплечьем на шею. Кай не сопротивлялся, медленно проваливаясь во тьму, за которой скрывалось небо. И он всё ещё чуял запах Вайсгау. К чёрту, если и это... Пришёл в себя от того, что по лицу струились тёплые капли. Его осторожно поддерживали и гладили ладонью по щеке. Жалкое, должно быть, зрелище он собой представлял. Не открывая глаз, он закусил губу с силой, но это не слишком помогло. Под ресницами жгло и щипало от бессильной злости на себя самого. Крис прямо сейчас мог без труда добить его парой язвительных замечаний. Кай упрямо вскинул голову, распахнул глаза, но сказать ничего не смог — губы дрожали и не слушались. Крис смотрел на него со странной грустью, но разобрать, что ещё скрывалось за грустью, Кай не смог. Брови предательски дрогнули. Он машинально выдвинул подбородок вперёд, но и этого не хватило. Крис медленно провёл большим пальцем по его лицу, стирая прозрачные капли с кожи. Кай глаз не отвёл. Смотрел всё так же упрямо. Это всё равно ничего не значило. Абсолютно ничего. Только эмоции — ничего больше. — Горе ходячее, — тихо подытожил Крис, прижал его к груди и погладил по мокрым волосам. — И свалился же ты на мою голову... Кай уткнулся носом в плечо Криса и крепко сжал челюсти. Не помогло. Горячие капли всё так же бежали по щекам и скатывались к подбородку. Потому что невыносимо больно делать вид, что он в порядке, а на самом деле... перед остальными — ладно. Но Крис — это не «остальные». На остальных плевать, кем бы они его ни считали. Но Крис... Кай попытался прикрыть ладонью тёмную ленту на плече, спрятать хотя бы её от Криса, чтобы Крис не смотрел и не видел, и чтобы Крис думал о нём хоть чуточку лучше. — Горе ходячее, — устало повторил Крис, смахнул его ладонь и прикоснулся к тёмному следу губами, потом решительно выпрямился и потянул Кая вверх, заставляя твёрдо встать на ноги. — Ну, стоишь? Кай коротко кивнул, не рискуя пока поднимать голову и прячась за длинной чёлкой. Крис осторожно обхватил его руками за пояс и притянул к себе, задел щекой ухо, выждал пару минут и напомнил: — Моё предложение ещё в силе. Что надумал? Будешь смотреть летучую развалину? Голос всё ещё не слушался, поэтому Кай молча кивнул и так же осторожно обнял Криса в ответ. — Ладно, значит, договорились. После завтрака в гараже. Мой вездеход ты знаешь. В день отгула, разумеется, а не прямо сейчас. Теперь изобрази непробиваемую стенку, как ты всегда делаешь. На людей вокруг действует отлично. Они тебя боятся до дрожи в коленках. Кай невольно поперхнулся воздухом, закашлялся, а после расхохотался в голос, уткнувшись носом Крису в шею. — Узнаю вредного засранца, — довольно проворчал Крис и небрежно взъерошил ему волосы ладонью. Пожалуй, его спокойствия и поддержки хватило бы на двоих. По крайней мере, Кай смеялся искренне и не мог остановиться. От души надеялся, что это не истерика, потому что смех был нормальный и естественный, а Крис оставался рядом. ♬ Estopa - Ando buscando ♬ Estopa - Я ищу Играть и дальше в эту игру я не хочу, Всё равно не знаю, когда начало или конец, И просто засыпаю. Когда я на краю, и меня затягивает в пропасть, Когда нет пути назад, и мне страшно, Ты всегда не со мной. Я просыпаюсь - мечты тают, С ними уходят ангелы, Черти в дом тащат грязь, Былые войны живут в памяти, А драконы мне душу без жалости сжигают. Бесконечные мечты - Слишком много снов, Но потом я всё забуду. Каждый раз приходит утро в рассветных одеждах - Оно спасает меня всегда. Я обнимаю подушку и ищу тот способ жить дальше, Который вернёт мне улыбку и подарит тебе радость, Я ищу мечту, постоянно ищу, но никак не найду. Когда ты со мной, я ничего не боюсь, Но если я не вижу тебя, не могу потрогать и обнять, Мне остаётся лишь мечтать. Я просыпаюсь - мечты тают, С ними уходят ангелы, Черти в дом тащат грязь, Былые войны живут в памяти, А драконы мне душу без жалости сжигают. Бесконечные мечты - Слишком много снов, Но потом я всё забуду. Каждый раз приходит утро в рассветных одеждах - Оно спасает меня всегда. Я обнимаю подушку и ищу тот способ жить дальше, Который вернёт мне улыбку и подарит тебе радость, Я ищу мечту, постоянно ищу, но никак не найду. Я пытаюсь почувствовать её в этой глупой мелодии, Которая просит меня жить дальше.