Прикасаясь к судьбе

— Ну и как мы заполучим распределяющую шляпу? — осведомился профессор Снейп. Все присутствующие маги посмотрели на него с надеждой. — О, Мерлин! И как вы себе это представляете? На кабинете директора серьёзная защита, там его феникс, там портреты бывших директоров, да и сама шляпа может поднять шум. Да, а ещё там сам Альбус, конечно. — Темпус! О, сейчас время ужина. Иди, только быстро. Ты же наверняка знаешь пароль от кабинета, а портреты вечно спят. Феникса и шляпу обработаешь Конфундусом. Делов-то, — сказал некромант, шаря по карманам. Он достал из кармана маленькую склянку, кинул в неё что-то и, скривившись, выпил её содержимое: — Чёрт. Как час-то быстро прошёл. Гарри открыл для профессора потайную дверь, тот удивленно посмотрел на мальчика, но ничего не сказал и исчез. Потянулись минуты ожидания, а Седрик по-прежнему вращал красными глазами и рычал. — Скажите, пожалуйста, господин некромант, — тихо и вежливо сказала Гермиона, — почему дух, который вселился в Седрика ведёт себя по-другому, не так, как он вел себя в профессоре Квирелле? — Что вы имеете в виду, юная леди? — Квирелл был спокойным, преподавал, только заикался немного, и то, как оказалось, для вида. — Агрессия связана с тем, что в последнем случае дух овладел телом насильно. Борьба продолжается до сих пор. В случае с Квиреллом — он сам впустил дух, поэтому они сосуществовали вполне мирно. — Неужели нет никого способа разделить их и освободить Седрика? — К сожалению, нет. Если только дух не сдастся сам. Так что, либо дух полностью вытеснит личность Седрика и овладеет его телом, и у нас будет монстр, либо мы проведем обряд экзорцизма. — А Седрик не сможет вытеснить дух? Справиться с ним? — спросил Гарри. — Пятнадцатилетний подросток против Тёмного Лорда, который отчаянно борется за свою жизнь, и при этом является самым сильным ментальным магом современности? Не смешите меня. Я понимаю, это ваш друг, однокурсник. Но смотрите сами: дух сам покинул Квирелла, он забрал все остатки его жизненных сил, под чистую. И стал сильнее. А что при этом случилось с Квиреллом, вы видели? Хотите такой судьбы для этого мальчика? Нет? И я так и думаю. А что это за зеркало? Ребята наперебой стали рассказывать о зеркале, исполняющем желания. — Ну ладно. Сейчас проверим, как оно работает. Я хочу заполучить в единоличное пользование Книгу Мертвых. Прямо в воздухе перед пухленьким некромантом стало открываться страшная чёрная воронка, в которую стало всех засасывать, и быстрее всех — Гермиону. Девочка испуганно кричала, Гарри схватил её за руку, но воронка была сильнее, она становилась всё шире и шире, и ребятам уже показалось, что она сейчас поглотит их всех, как вдруг всё закончилось: воронка схлопнулась, и на её месте оказалась большая чёрная книга, в толстом металлическом переплёте. Она была покрыта древними рунами и традиционными египетскими начертаниями. От книги веяло холодом и отчаянием, но некромант схватил её, прижал к себе, стал поглаживать и баюкать, как ребёнка. Но потом вдруг вскочил, и глаза его готовы были выскочить из орбит: — Скорее! Сюда идёт Альбус! К тому времени, когда директор вошёл в потайное помещение, он увидел следующую картину: на полу лежал бездыханный Гарри Поттер, в его руках был крупный осколок «философского камня», он прижимал его к сердцу. Невдалеке лежал отвратительный труп Квирелла. Зеркала не было совсем. Со вздохом, Альбус подхватил мальчика магией с пола и проследовал в больничное крыло. Всё, в общем-то прошло так, как он и задумывал, за исключением пропажи зеркала Еиналеж. А ещё он точно знал, что там были ещё трое магов. Куда же они подевались?

***

— А вам не нужно готовиться к ритуалу? — спросил Драко, когда они разместились в неработающем туалете Плаксы Миртл. Некромант отпустил своих домовиков и усмехнулся. — Нужно. А вам, молодые люди, пора расходиться по гостиным и ложиться спать. Ну, то есть я хотел сказать, вам, мистер Малфой. Мисс Грейнджер может остаться, она ведь не будет спать, не правда ли? Дальше мы с профессором Снейпом управимся сами. Ребята обиженно посмотрели на некроманта, но ничего не сказали. Они хотели дождаться профессора. — Драко, а что ты здесь до сих пор делаешь? — сказал Северус, едва за ним закрылась дверь. — Отбой был четверть часа назад. И куда делся мистер Поттер? — Он в больничном крыле. Альбус нагрянул. Принёс? — Да, вот она, — сказал зельевар и достал из-за пазухи подозрительно тихую шляпу. — Пришлось её утихомирить. — А что так долго? — Возникли некоторые проблемы, пришлось похищать её снаружи, из окна. Да ещё и искать вашу новую дислокацию. А это что у тебя? — Книга Мертвых. — Откуда ты её здесь взял? — Это зеркало Еиналеж, оно может исполнить любое твое желание, но только если оно будет выполнимым. — Подожди. Ты хотел сказать, показать? — Нет, исполнить! — Так, всё понятно. Но, Драко, тебе и правда пора. А иначе я сниму баллы с собственного факультета. Драко ушёл, а с ним и Гермиона — ей, по понятным причинам, было неуютно в этом туалете, ведь она в нём умерла. Выслушав объяснения старого друга, Северус подошёл к зеркалу. Пока некромант за его спиной чертил рунный круг и пентаграммы, расставлял чёрные свечи, Северус крутанул зеркало: он увидел самого себя молодого, счастливого, обнимающую смущенную смеющуюся Лили. Она смотрела на него из гладкой поверхности зеркала и улыбалась, одной рукой она обнимала своего зеркального Северуса, а другой махала ему. — Выполнимое. Помни об этом, Северус, — напомнил ему некромант. Он снова перевернул зеркало. «Я не смогу её вернуть, ведь мертвые не возвращаются». — Я хочу, чтобы у меня пропала метка, — наконец, озвучил он свое желание. Его скрутила сильнейшая боль, но он был сильным мужчиной и сумел устоять на ногах. Черная тень скользнула с его руки, и он, стиснув зубы, обнажил предплечье: метка исчезла. Со вздохом облегчения прислонился он к зеркальной поверхности лбом, ноги его совершенно не держали, и ему очень захотелось спать. Хорошо, что он зельевар, а в его мантии много внутренних карманов. Выпив обезболивающее и восстанавливающее, Северус почувствовал себя намного лучше. Ритуал был несложным и совсем коротким. Но магия, страшная черная магия наполнила помещение, сгустилась в нем, обжигая нервы, выматывая душу, забирая жизненные силы. Острый нож резко располосовал запястье, кровь, шипя и пенясь, закапала на черные камни. — Mortem hoc anima! Седрик страшно закричал, хотя, возможно и не Седрик. Душа Седрика была принесена в жертву, место одного крестража заняли четыре.

***

Белый потолок. Белые стены. Белое бельё. Взгляд проснувшегося Седрика метался от предмета к предмету. Он шевелил пальцами, сжимал и разжимал кулаки, и, казалось, не мог поверить в такое чудо — он теперь человек, а не старая тряпка, про которую вспоминают один раз в году. Гарри лежал на соседней кровати и несмело ему улыбался. К ним за перегородку заглянули Драко и Гермиона, подошли, расселись, кто где. — Как ты, Седрик? Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, но очень странно. Спасибо, что подумали обо мне. Это просто бесценно. — Это была идея Гарри, — сказал Драко. — Ты, кстати, как? — спросил он приятеля. — Отлично, я же здесь для конспи… конспирации, вот! — А как же ты будешь, Седрик? У тебя ведь семья, СОВы на носу? — спросила Гермиона. — Я пришёл в себя сразу после ритуала и до больничного крыла дошёл сам. Я знаю тайну зеркала Еиналеж, и я пожелал, чтобы мне оставили память Седрика. Так что всё будет хорошо. — А память основателей у тебя есть? — спросил Гарри шёпотом. — Нет, они создавали меня для определённых целей, так что — увы. — А зеркало, куда оно делось, осталось в туалете Миртл? — Я не знаю, но его перевернули той стороной, которая только показывает желания. — Это хорошо. А вообще, какие у тебя планы? — Мой отец, мистер Диггори, входит в состав попечительского совета школы. Я думаю, он должен узнать, что здесь, в школе, полной детей, прячут тролля и трёхголового пса. Ребята съели по шоколадной лягушке, а потом к ним заглянул директор Дамблдор. У него были вопросы.

***

Остаток учебного года прошёл очень спокойно. Гарри и Драко много летали на мётлах, изредка отвлекаясь на домашние задания, Гермиона проводила большую часть времени в библиотеке, а у директора Дамблдора началась неожиданно чёрная полоса, навалилось много проблем, и было совершенно непонятно, откуда ветер их надул. Седрик Диггори, выйдя из больничного крыла, стал очень задумчив. Он старательно готовился к экзаменам, но иногда его взгляд делался таким взрослым, что окружающим становилось не по себе. А когда закончились годовые экзамены, и наступила пора прощаться с друзьями, Гарри стало очень грустно. — Гермиона, ты ведь будешь мне писать? — Конечно! — Постарайся не прочесть за лето всю хогвартскую библиотеку, а то потом тебе будет скучно, — насмешливо сказал ей подошедший Драко. Улыбка сползла с лица девочки. — Герми, ты чего? — спросил её Гарри. — Я могу осязать, я, чёрт возьми, могу даже колдовать, но я никогда не вырасту. Я навсегда привязана к Хогвартсу. Школьная библиотека когда-нибудь будет прочитана. И что тогда? — Сдашь ТРИТОНЫ после седьмого курса и станешь педагогом. Посрамишь Бинса с его скучными уроками! — Ох, Гарри, чтобы я без тебя делала! Ты самый лучший друг! — сказала Гермиона и крепко обняла его. Малфой при этом недовольно скривился, бросил ей через плечо «Пока!» и потащил Поттера к выходу. В животе у Гарри порхали бабочки, а Гермиона насмешливо смотрела им вслед. Начались каникулы.