Спасенный Хорек

      Рон растерянно смотрел на Джинни и пытался переварить сказанную сестрой информацию — в доме Гарри на втором этаже сидит Малфой собственной персоной. Уизли точно не знал, что он хочет сделать, но быстро оттолкнул сестру и побежал по лестнице. В его голове взрывалась тысяча мыслей о том, что может происходить, но, открыв дверь в комнату, Рон явно не ожидал увидеть происходящую там картину.       Сидя на полу, Драко рисовал непонятную схему на огромном куске пергамента, а Гарри стоял возле него и держал в руках стакан с темной жидкостью. Когда дверь распахнулась, оба повернули головы в сторону Уизли, и по их вялым движениям и затуманенному взгляду можно было сразу сказать, что они пьяны. — И этот тут, — промямлил Малфой и кое-как встал, чуть не упал на Поттера при этом. — Что ты тут делаешь? — Рон громко захлопнул дверь и покосился на друга, — Гарри, может ты объяснишь мне, что этот белобрысый хорек тут делает? — Точно! Хорек! — щелкнув пальцами, повалился на кровать Малфой и через секунду уснул. — Хорек! — Гарри засмеялся и его взгляд стал гораздо более трезвым. — Что тут происходит? — Уизли злился и не сводил взгляд со спящего слизеринца, — С каких пор вы друзья? — Успокойся. Я всё расскажу, если ты пообещаешь молчать и слушать. — Не гарантирую этого. — Тогда мне придется связать тебя, — рассмеялся Поттер.

***

      Как тяжело бороться с своими эмоциями. Гермиона было наплевать на то, что сделал Драко, пусть даже он самый худший человек в мире, она всё готова была простить, но мозг упорно не хотел мириться с такой преданной любовью к подлецу, хотя Грейнджер постоянно искала оправдания Малфою. Будь она простой глупой девчонкой, то непременно бросилась бы в объятия парню и, наплевав на всё, была бы с ним, но не зря же ее называют самой выдающейся волшебницей своего времени. Отчаянное желание излить кому-нибудь душу заставило Гермиону трангрессировать в дом родителей. — Мама, — выдохнула девушка, посмотрев на испуганную мать, которая никак не ожидала увидеть свою дочь, возникшую из ниоткуда, посередине своей кухни. — Дорогая, что-то случилось? Мы с отцом не ожидали тебя так рано увидеть. — Ох, мама, — Гермиона обняла мать и позволила своим слезам выплеснуться.       Миссис Грейнджер ничего не спрашивала у дочери до тех пор, пока она беззвучно рыдала на ее плече, но стоило ей только успокоиться, мать повела девушку в гостиную и, присев рядом с дочерью, нежно погладила по волосам и сказала только одну фразу «Расскажи мне всё». — Это сложно, — Гермиона вдруг на миг представила сколько всего придется рассказать матери, чтобы она наконец поняла суть всего происходящего в ее жизни. — Тогда расскажи только о том, что касается твоих слез. — Нуу… Я не могу простить одного человека. — Что он сделал? — Много чего, но каждый его поступок был оправдан, — нахмурилась девушка, — И из-за этого я постоянно ищу подвох, а найдя что-то компрометирующее его, я просто не могу принять тот факт, что он вечно выходит сухим из воды. Я не могу доверять ему и поэтому мне сложно… общаться с ним. — И поэтому ты появилась здесь вся в слезах? — Разве можно научиться доверять человеку, когда он постоянно делает всё, чтобы ему не доверяли? — Гермиона решила проигнорировать вопрос матери и задать свой вопрос, который уже долго терзал ее. — Можно, всё можно, — улыбнулась миссис Грейнджер, — Ты ведь хочешь его простить? — Хочу, но… — Дорогая, ты забиваешь голову кучей вопросов и от этого становится только хуже. У каждого свое прошлое и, если ты смогла принять всё это, то что мешает тебе принять и черты характера этого парня? — Это не черты характера! Это… это… это неуважение! — почти взвизгнула Гермиона.       Девушка закрыла лицо руками и мысленно прокляла себя за то, что из-за какого-то непонятного порыва отправилась домой, ведь, поговорив с матерью, легче вовсе не стало, а скорее всё только больше запуталось. Да и с каких пор разговор с матерью мог прояснить ситуацию? — Ладно, — громко сказала миссис Грейнджер, — Мне нужно достать пирог из духовки. Надеюсь, что, когда я вернусь назад, то ты еще будешь здесь, а не исчезнешь.       Гермиона тяжело вздохнула и закивала головой, а что еще оставалось сделать в такой ситуации, кроме как смириться с тем, что мама не готова отступить от такого непростого разговора с дочкой. Но к удивлению, мама долго не возвращалась с кухни, и Гермиона, довольно растянувшись на диване уснула.

***

      Первый снег падал на куртку Джинни, и та удивленно, словно первый раз видела снежинки, рассматривала их, а затем стряхивала с рукавов. В нескольких метрах от нее стоял Рон, который вовсе не разделял оптимизм сестры, а скорее готов был разогнать все тучи, только чтобы не наблюдать веселье младшей Уизли, которое выводило его из себя, учитывая то, из-за чего они находятся на этой поляне. Раздался хлопок, и на самом краю поляны появился Гарри с таким видом, будто выиграл лотерею. — Чего хмурый такой? — весело похлопал он по плечу Уизли. — О… ну, наверное, потому что наша подруга полюбила Пожирателя, с которым, слава Мерлину, разошлась, но теперь мы собрались здесь, чтобы помочь им помириться. Или этого недостаточно, чтобы я был хмурым, как ты сказал? — Ты же видел его, — Гарри поправил очки, — Он любит Гермиону. А то, что он сделал, это скорее небольшое недоразумение. Малфой хотел помочь отцу. — Да! Отцу, который едва не убил нас в Министерстве, но мы такие благородные, что можем простить всех и каждого. — Драко не должен отвечать за поступки своего отца, тем более, что он оборвал с ним общение. — Но примчался спасть его, рискуя всем. И даже своей псевдолюбовью с Гермионой. — Хватит! — подлетела к парням Джинни, — Так мы никогда не придем к решению проблемы. Рон, если ты хочешь в сотый раз мусолить прошлое, то тебе лучше отправиться домой.       Гарри довольно приобнял девушка, давая понять другу, что полностью согласен с ее мнением, на что Рон лишь хмыкнул и отвернулся, ожидая появления Малфоя, который не заставил себя долго ждать, и уже через несколько секунд трангрессировал прямо перед рыжеволосым парнем. — Вот… хорек! — выпалил Уизли и отскочил назад. — Я тоже безмерно рад тебя видеть, — прошипел Драко и уставился на Гарри, — Без него ведь мы никак не обойдемся? — Он тоже друг Гермионы и имеет право… — начала Джинни, но тут же замолкла под тяжелым взглядом брата. — Давайте начистоту, — спокойно сказал Гарри, — Мы не в восторге от выбора Гермионы, но мы верим в то, что ты любишь ее и что ты не хотел сделать ничего дурного. — Вообще-то, — брякнул Рон, но был вовремя остановлен сестрой, которая больно толкнула его локтем в бок. — Так вот. Я решил, что самый лучший способ вам помириться это поговорить наедине, в конце концов, только вы двое сможете выяснить всё. И, если это не поможет, то тогда мы перейдем к нашему главному плану. — Я рассчитывал уже сегодня приступить к плану, Поттер. — Вообще-то, — Рон отошел подальше от Джинни, — В этом я готов тебе помочь прямо сейчас. — Не сомневаюсь, — скривил губы Драко, — Ты только ищешь повод. — А он есть? — настороженно спросил Рон. — И даже не один, — улыбнулся Малфой и довольно растянулся в улыбке, — Что, если я скажу тебе, что первоначально хотел лишь поправить свою репутацию и таким образом получить теплое местечко, так ведь говорил Поттер? Так вот, он был прав.       Этого было достаточно, чтобы Уизли достал палочку и наставил ее на своего бывшего однокурсника. — А что, если я скажу, что, догадавшись о чувствах Грейнджер, я продумал свой план по завоеванию ее расположения и удачно его осуществлял до определенного момента?       В этот момент Джинни выхватила свою палочку и неуверенно подняла ее на Драко, который сиял какой-то безумной странной улыбкой, от которой становилось не по себе. Поттер последовал примеру друзей, но уже через пару секунд опустил палочку и толкнул Малфоя в плечо, от чего тот перестал улыбаться. — Хватит выводить Рона из себя, — Гарри попытался сохранить спокойствие в голосе. — А разве только он один сейчас зол? — То, что ты только что сказал… Это правда? — спросила Джинни, схватив за рукав Рона, чтобы в случае положительного ответа, вовремя его оттолкнуть от Малфоя.       Казалось, что секунды тянутся невыносимо долго, а бывший слизеринец застыл как статуя, и невозможно по его выражению лица понять правду ли он сказал. Терпение Гарри лопнуло, он одним движением схватил Малфоя за воротник пальто и прорычал что-то нечленораздельное. Драко ответил, и поначалу никто не расслышал его ответ, но, когда Рон безвольно опустил палочку и открыл рот, Джинни поняла что ответил блондин. Она отпустила руку брата, давая добро на любые его действия, но он так и продолжил стоять и смотреть на Малфоя. — Хотя бы ты наконец сказал правду, — тихо сказал Уизли, — Когда? — Что когда? — Драко оторвал от своего пальто руки Поттера и виновато посмотрел на Джинни, которая, как ему казалось, всегда пыталась верить в его чистые помыслы. — Когда ты понял, что любишь ее? — Это слишком личное, Уизли. Но смею тебя заверить, что я искренне желаю быть с Гермионой и никогда не причиню ей вред. — Надеюсь, — Рон перевел взгляд на Гарри. — Хорошо, — прошептала Джинни, приходя в себя после откровения Малфоя, — Я хочу попросить вас всех никогда не рассказывать об этом Гермионе, иначе она никогда не простит не только Драко, но и нас. А теперь давайте отправимся домой. Я отправлю каждому сову с письмом, где будет сказано о месте и времени нашей встречи. Никто из нас сейчас не готов к обсуждению.       Трангрессировав домой, Гарри и Джинни до конца вечера не разговариваи, переваривая всё случившееся, а Рон отправился в Нору, пытаясь найти утешение в пирогах миссис Уизли.

***

      Нарцисса со всей силы ударила мужа по щеке и отпрыгнула от него, не до конца веря в то, что она смогла дать пощечину Люциусу, который теперь стоял в полной растерянности, прижав руку к красной щеке. — И как это понимать? — разъяренный Малфой убрал руку от лица и гневно посмотрел на жену. — Ты заслужил этого, — дернув головой, Нарцисса стала поправлять волосы. — Интересно, чем же? — Драко пожертвовал многим ради твоих амбиций, он рисковал всем, когда проводил обряд, чтобы ты, мой дорогой, был в здравом уме, а теперь, когда ты полностью здоров, ты не хочешь идти на примирение с ним. — Я ему отдал всё имущество. Этого мало? — Люциус изогнул бровь и присел в кресло. — Не ври самому себе, ты и так бы отдал ему всё. Я не просто прошу, я требую немедленно отправиться к Драко и помириться. Семья должна быть превыше всего. Так всегда было и будет. — Я поговорю с ним. — Твоих слов недостаточно, — хмыкнула Нарцисса и схватила мужа за руку, — Ты поговоришь с ним немедленно. — Что? — Люциус хотел сбросить руку жены, но его закружило в трангрессии.       На дрожащих ногах миссис Малфой шла к дому, где теперь жил ее сын, при этом держа мужа за руку. Проведя рукой по кованному забору, Люциус даже не дернулся, когда из замысловатых прутьев сложилась морда тигра и рявкнула на него «Кто?». «Родители» тихо сказала Нарцисса и изумленно посмотрела на мужа, который улыбнулся, поняв, что сын наложил то же заклятие, что было и на поместье Малфоев.       Драко удивился, когда увидел отца на пороге своего дома, но глубоко в душе обрадовался, ведь его приход означал только одно — сегодня семья наконец-то придет к примирению.

***

      Уткнувшись в книгу, Грейнджер даже не слышала, что рядом с ней развернулась настоящая битва за последнее пирожное, которое Рон не хотел отдавать Джинни. Она пришла в себя только когда Гарри выхватил книгу из ее рук и положил на верхнюю полку шкафа, что вызвало возглас восхищения перед мужеством Поттера у двоих Уизли, которые прекрасно знали, что во время чтения лучше не злить Гермиону. — И как это понимать? — Твой чай давно остыл, — развел руками Гарри, — И пора бы обратить внимание на друзей, которые вытащили тебя на один вечер из завалов твоей работы. — Простите, — сконфуженно опустила глаза Гермиона. Она и правда в последнее время не вылазила с работы, полностью отдав себя ей в надежде избавиться от тяжелых раздумий о Драко. — Я вот что подумала, — хитро улыбнулась Джинни, — Может нам стоит поиграть в какую-нибудь игру? Я тут недавно купила несколько и пока еще не знаю, хорошие ли они. Ты ведь поддержись мою идею, Гермиона?       Грейнджер себя чувствовала настолько виноватой, что готова была согласиться на что угодно, лишь бы заслужить прощения, поэтому она бодро поддержала подругу и первой взялась открывать коробку с игрой. Она даже не заметила, что при этом друзья переглянулись, а Джинни подмигнула Кикимеру, после чего он исчез.       Проведя вечер в кругу друзей, Гермиона почувствовала себя не просто отдохнувшей, а проснувшейся от монотонной работы в Министерстве, поэтому путь до дома она решила пройти. Уже завернув на свою улицу, ей показалось странным, что фонари возле ее дома не горят. Насторожившись, она сжала палочку в кармане, но уже через десять метров удивленно выдохнула — на пороге ее дома стояла целая куча коробок, и все они были алого цвета с темно-зеленой лентой. Проведя рукой по глянцевой поверхности упаковки, Грейнджер медленно открыла верхнюю и ахнула. Сотни маленьких светящихся бабочек выскочили разом из всех коробок и закружили над девушкой, группируясь в причудливые фигуры. Ясно было одно — и бабочки и коробки были заколдованы, неясно многое — кто сделал такой подарок, для чего, и почему защитное заклинание не отбросила коробки на другой конец города.       Но не смотря ни на что, девушка улыбнулась и засмеялась, от чего бабочки сильнее закружились. Повернувшись к двери, она заметила небольшую записку, прикрепленную на уровне глаз, с одним-единственным словом «прости».

***

      Оставшись наедине с Гарри, Джинни сильнее укуталась в плед и пододвинулась ближе к возлюбленному. На лице Поттера появилась улыбка и он по-хозяйски притянул к себе девушку и поцеловал ее в лоб. — О чем задумалась? — Мне интересно, что же там такое сделал Малфой. Надеюсь, что Гермионе сюрприз понравится. — Драко помирился с отцом и поэтому получил полный доступ к семейной библиотеке, а там много чего интересного. Я только знаю, что он провел два дня в поисках чего-нибудь оригинального и неповторимого. — Сгораю от любопытства, но надеюсь, что Гермиона решит поделиться со мной новостями завтра. И мне вот интересно… Понятно, что ты из чувства своей вины помогаешь Малфою, но Рон… Я боюсь, что он натворит глупостей. Прошлый раз после тишины с его стороны было ужасное представление, — Джинни закатила глаза. — Думаю, что он поступил тогда так, как ему казалось правильным, и мы не в праве его судить. Тем более, что в конечном итоге все его подозрения, как и мои, оказались, к несчастью, правдой. — Но мы всё равно помогаем Драко. — Это всё только ради Гермионы. А Малфой… Он не настолько ужасен, как может показаться. — Когда он сказал, что… Я думала, что он просто хочет разозлить Рона. Это странно, что всё так сложилось, тебе не кажется? — Он искал способ выкрутиться, но сам не заметил, как влип, — рассмеялся Гарри, — Поначалу мне хотелось хорошенько его побить, но потом я понял, что он захотел сам нам рассказать правду. Может быть это его мучало с самого начала, и он решил, что рассказав нам, ему станет легче. — По крайней мере, теперь нас уже не терзают сомнения, ведь мы знаем всю правду. — Ты права, но со стороны Малфоя рассказать нам всё было глупостью, и теперь причин подозревать его в скрытых мотивах еще больше. — А что, если твоя рука с флаконом сыворотки правды нечаянно дрогнет над его стаканом?

***

      Гарри протянул большую коробку Гермионе и улыбнулся, видя ее смущенное лицо. — Рождество только завтра, — удивленно взяла в руки коробку девушка, рассматривая яркую упаковку. — Мы с Джинни сегодня едем в Нору, так что нас не будет неделю. — Но я не успела купить тебе подарок, и Джинни. Мерлин! Что же делать? — Потом подаришь, так даже интереснее, — Поттер подмигнул подруге и поцеловал ее в щеку. — Я думала, что мы вместе отпразднуем. — Думаю, что у тебя будет чем заняться. И знаешь… Хотел сказать тебе, что я был не прав во многих вещах. Иногда я не могу забыть прошлое и отношусь ко всему слишком предвзято, но я пытаюсь исправиться. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Поймешь. Просто знай, что я люблю тебя и всегда буду защищать, даже, если эта защита тебе вовсе не нужна. — О, Гарри! — Гермиона крепко обняла друга. — Мне пора. И… — Гарри почесал нос, — Ты ведь всегда всех спасешь? — Пытаюсь. Кому-то нужна помощь? — Да, спаси еще раз. — Кого? — Встретимся через неделю! — Гарри хитро улыбнулся и трангрессировал.       Грейнджер села на диван, любопытство было выше ее терпения, и она открыла коробку — среди разноцветной ткани лежал белоснежный хорек, который наглым образом не реагировал ни на что, а тихо посапывал. «Я убью Гарри» подумала Гермиона и поставила коробку на пол, а сама отправилась на кухню сделать чай и подумать.

***

— Безмозглый идиот! — гаркнула девушка, когда хорек уселся на ее светло-бежевую юбку и тем самым испачкал ее своими лапами, которыми еще пару минут назад он пытался стащить кусок пирога со стола.       Хорек невинно заморгал глазками и отскочил в сторону, опасаясь мести новоиспеченной хозяйки. Гермиона недовольно схватила юбку и сбросила ее на пол, при этом не теряя зрительного контакта со зверьком. — Я не понимаю, чего ты хочешь добиться! А Гарри? Вы теперь дружки? — Грейнджер бросила злобный взгляд.       Собрав всю свою волю в кулак, хорек подбежал к юбке и схватил ее зубами за самый краешек, а затем побежал в ванную с такой скоростью, что можно показаться, что зверек практически летит. Короткие лапы явно не помощники в деле запихивания вещей в стиральную машину, но размеры дела помогают. Юркнув в машинку, хорек затащил юбку внутрь и довольный своей находчивостью хотел уже выскочить на пол, но стеклянная дверца закрылась перед самым его носом. — Сначала ты создаешь проблемы, а потом бежишь на помощь, как сказочный принц? — недовольно зашипела Грейнджер и милостиво открыла дверцу, но не дала хорьку выскочить наружу, а взяла его в руки, — И как долго ты собираешься наслаждаться тем, что я не могу бить крохотного зверька? «Но и расколдовать меня ты не пытаешься» довольно подумал Драко. — Что мне с тобой делать? И уж, если ты решил стать комком шерсти, то и я буду относиться к тебе как к домашнему питомцу, к нелюбимому домашнему питомцу. Гулять будешь только в специальном вольере, носить ошейник, есть только корм, а на развлечения у меня нет времени, поэтому сам себе придумай хобби. Чем там обычно занимаются хорьки? «А не такая уж и хорошая это была идея».

***

      Каждый день до Рождества тянулся невероятно медленно, по крайней мере для Драко, который теперь вновь примерил шкуру хорька. Гермиона сдержала слово и почти не обращала внимания на него, хотя иногда, когда зверек спал, она подходила к нему и гладила по спине, но это было скорее проявление жалости, чем заботы о возлюбленном, что злило Малфоя. Он постоянно пытался удрать из вольера, даже ухитрился снять ошейник и уже мысленно взывал к Поттеру, когда за день до праздника девушка села перед ним на пол и стала наблюдать за реакцией. Поначалу такое поведение Грейнджер казалось странным, но потом Драко решил меньше думать, и поэтому уселся на противоположной стороне от сетки, отделяющей их друг от друга, и стал внимательно смотреть на девушку. — Ты не приходил сам, но постоянно присылал что-то, что напоминало о твоем существовании. Ты подговорил Гарри, чтобы он доставил тебя ко мне, но, опять-таки, в виде зверька, то есть без возможности поговорить. Ты надеешься, что таким образом нам не удастся поругаться, и я как по волшебству прощу тебя? Но я могу в любой момент вернуть тебе твой облик, так зачем тогда являться ко мне в виде хорька? — Гермиона встала и открыла вольер, — Ладно. Я была не права, я не должна была запирать тебя здесь одного, но меня тоже можно понять, ведь ты вечно что-то портишь. Ты заслужил такого обращения с собой.       В дверь позвонили, Грейнджер нехотя пошлепала открывать, а Драко так и остался сидеть в своем псевдо жилище, рассуждая о том, что все его попытки помириться для нее кажутся странными и неуместными. И в ее словах есть смысл. Может всё было бы гораздо проще, если бы он просто пришел к ней, и они поговорили? Ну конечно! Только вот беда в том, что он уже пробовал это, и так разозлился на себя и весь мир, что, если бы не встретил Поттера, то непременно совершил бы очередную глупость. А то, что Драко сейчас делает, не является безумной глупостью?       Пока Малфой предавался мыслям о том, как правильно поступить, Гермиона увидела своего гостя и, бросив взгляд в сторону гостиной, схватила пальто и выскочила на улицу. Она несмело шла рядом с другом, боясь сказать и слово. — Ты встревоженная, — прошептал Рон, — это из-за хорька? — Что? — девушка резко остановилась и схватила Уизли за локоть, — Что ты сказал? — Хорек тебя достал? — Скорее меня достали те, кто лезет в мою жизнь! — Знаешь, у нас у всех была непростая жизнь, да еще и война дала свой отпечаток, поэтому нам сложно подстраиваться под нормальные человеческие отношения. И я, и Гарри, и Джинни желаем тебе только счастья и старались помочь. — Странно слышать о тебя такие слова, — удивленно улыбнулась Гермиона. — Ну да, странно, — Рон обиженно отвернулся и медленно пошел вперед, — Идешь? — Для чего ты пришел? Это ведь не просто дружеская встреча? — Это я дал идею превратить Малфоя в хорька в надежде, что твое сердце растает, — широко улыбнулся Уизли. — С твоего разрешения я должна теперь простить Драко? — Я тут начал встречаться с девушкой, — замямлил Рон, — и понял, что иногда приходится врать, чтобы уберечь, так что я… не виню Малфоя за, что он сделал, и ты тоже должна его простить. — Дело не только в этом. — А в чем? Хочешь знать правду? Джинни подлила Драко сыворотку, когда он пришел к Гарри в тот день, когда он должен был его доставить тебе. — И что вы интересного узнали? — безразлично бросила Гермиона. — Он… Я не буду этого говорить, — покраснел Рон, — Но я уверен, что, если его перевоспитать, то он вполне может стать хорошим человеком. — Перевоспитать? Он же не домашний зверек, — осеклась девушка и рассмеялась.       Они еще несколько раз обошли соседние улицы, но уже обсуждали совсем другие вещи. Придя домой, Гермиона первым делом подошла к хорьку и… улыбнулась ему.

***

— С Рождеством! — Гермиона отпила из бокала и вопросительно посмотрела на хорька, который терся о ее ноги. Тот тут же подпрыгнул и попытался залезть на диван, но девушка столкнула его обратно на пол. «Я так все кости переломаю» подумал Драко и вернулся к более безопасному поведению — тереться о ноги. Сузив глаза, Грейнджер произнесла заклинание, и заколдованный хорек подлетел в воздух. — Не надоел этот цирк? — Кх-кх. А тебе? — Драко потер ушибленное колено. — Как я поняла, ты по доброй воле превратился в зверька, так что этот спектакль интересен только тебе. — Прости меня. — Я давно простила, но как когда-то ты сам сказал… Погоди… Как там? Мы никогда не сможем доверять друг другу? Так ты говорил? — Может стоит попробовать? Мир не делится на черное и белое. Может стоит принять такую правду? Да, я вот такой грязный мерзкий хорек, которому ты не веришь и презираешь за всё, но мир гораздо сложнее. Я не был в твоей шкуре, а ты не была в моей. Каждый из нас поступает так, как считает нужным. — Да, только я считаю нужным всегда открыто говорить правду, а ты лгать или прятаться от ответа. — Именно поэтому я проторчал рядом с тобой неделю с образе хорька, которого ты, между прочим, кормила только противным сухим кормом. — Не увиливай от ответа, Драко. — Что ты хочешь знать? — Я сегодня жутко устала. Давай мы поговорим об этом завтра или послезавтра, а теперь тебе пора домой. — А сейчас ты бежишь от ответа. — Может быть и так, но по крайней мере я признаю это. Я не хочу выяснять отношения и вспоминать прошлое, я хочу спокойствия. — И давно ты жаждешь спокойной жизни? — усмехнулся Малфой, — У тебя вся жизнь сплошное приключение. — Это тебя уже не касается. — Я никуда не уйду, буду сидеть возле твоей двери и жалобно выть так, что соседи вызовут полицию. И дальше буду караулить тебя, пока ты не соизволишь поговорить со мной и расставить все точки. Если бы мне было наплевать на всё, то меня бы здесь не было, и уж тем более я бы никогда не подружился с Поттером и Уизли. — Подружился? Да ты ради своей цели готов на всё! Ты отвратителен мне! — И давно? Зачем тогда ты неделю терпела меня? Чтобы отомстить? Это ты так никогда не врешь? — Чего ты ждешь? Я должна броситься в твои объятия и разрыдаться от счастья? — Я жду того, что мы сможем принять все то, что нас так отличает. Мы были вместе, нам было хорошо. Что изменилось? Ты внезапна прозрела и поняла, что я плохой? Ты просто бежишь от проблем, это смешно. — Значит у нас уже есть нечто общее. — Я предлагаю тебе вновь быть со мной.       Гермиона закусила губу и отвернулась. Она так хотела сказать «да» и обнять Драко, но именно сейчас ей вдруг стало невыносимо грустно и на глазах появились слезы, то ли от того, что она вспомнила разговор с Роном, то ли от того, что прямо перед ней стоял Драко и просил быть с ней, и она обязательно согласится, потому что любит его, но всегда будет вспоминать то потерянное время, что они были в ссоре. — Ты что плачешь? — нахмурился Малфой, — Опять я виноват? — Ты, — буркнула Грейнджер и села в кресло, — Всё будет и дальше так? — О чем ты? О… Ну… Думаю, что станет немного попроще. — Хорошо. — Это да? — Я хочу, чтобы рассказал мне всё, что касается нас. С самого начала. — Я похож на сумасшедшего? Только более-менее помириться, а теперь вновь что-то вспоминать из прошлого. Некоторые моменты я смогу рассказать тебе только когда буду при смерти. — Этот момент может очень быстро настать, Малфой. — Сидишь передо мной и заливаешься слезами, сама не понимая почему, но всё равно угрожаешь мне. Восхитительно! — Терпеть тебя не могу! Любой серьезный разговор переводишь в другое русло, а еще хочешь показать, что искренен передо мной! Ты просто мерзкий хорек, который делает все только для себя! — А ты заучка, которая решила, что разбирается в человеческих душах! Сначала говоришь, что любишь, а теперь кричишь, какой я отвратительный! Так заучка не такая уж и умная? — Заучка? Называешь меня так, потому что постоянно завидовал? Или до сих пор не можешь пережить, что какая-то магглорожденная девчонка достигла гораздо большего, чем ты? Я тебя презираю и ненавижу! — Взаимно!       Покрасневший Драко сжимал кулаки и смотрел в упор на Гермиону, которая представляла собой полное его отражение. Его сжатые губы дрогнули, и он растянулся в глупой улыбке, поспешно отвернувшись от девушки. «Полный провал» подумал Малфой, когда услышал за своей спиной смех, как вдруг он почувствовал прикосновение к руке. Уже через минуту они стояли обнявшись. На улице шел снег и завывал ветер, несчастные прохожие посильнее прятали лицо в воротник и шарф, фигурка совы перевернулась перед дверью, за которой было двое влюбленных. Им было наплевать, что происходит кругом, есть только они и этот прекрасный вечер. — Когда ты понял, что любишь меня? — Гермиона гладила Малфоя по плечу. — Сложный вопрос. Наверное, когда подумал о том, что я могу в тебя влюбиться. Да, с той же секунды.