Однострочники

Музакка вошёл в гостиную, из которой Райзел чаще всего любил обозревать окрестности. Хозяин комнаты обернулся, едва заметно кивнул: – Тебя давно не было. – Да... дела были, – поморщился Музакка и завалился на диван. Райзел подошёл ближе, пристально посмотрел: – Ты плохо выглядишь. – Не обращай внимания. Тот продолжил выжидательно и сочувствующе смотреть, и Музакка не выдержал: – Ладно, думаю, тебе я могу рассказать. У меня такая проблема, что подчинённым не скажешь, да и благородным – засмеют... Музакка помялся, вздохнул и продолжил: – У меня стыдная болезнь. Я где-то блох подцепил. Даже на вечно-каменном лице Райзела проступило изумление. – Да, представь себе! Так-то нормально, но когда перекидываюсь в волчью форму – кусаются, суки... Блин, узнают остальные – позор будет. Лорд – и блохастый... Музакка сцепил и расцепил пальцы. Райзел сочувствующе молчал, и оборотень продолжил: – Я их ничем вытравить не могу. Вообще. Чем только не обмазывался. Один раз аж шерсть вылезла – а блохи остались. Живучие, твари. Ты только не говори никому, ладно? Я если и могу рассказать кому-то – то только тебе. Райзел осторожно похлопал Музакку по плечу. – Главное, – продолжил оборотень, – это что ж за звери должны быть, чтобы прокусить шкуру Лорда, понимаешь? – Перекинься, – попросил Райзел. Музакка вопросительно посмотрел на него, но объяснений не последовало. Он вздохнул и быстро перекинулся в волчий вид. Райзел поднял руку, сделал неуловимое движение кистью и сжал кулак. По всей серой шкуре пробежался ряд кровавых взрывов. Музакка прислушался к себе: – О, да! Получилось! – он едва не подпрыгивал от радости. – Райзел, я твой вечный должник! Райзел задумался: – Я уже встречал подобную силу. Это ощущение от насекомых... – Райзел приложил пальцы к виску и мысленно позвал, вслух продублировав для Музакки: – Франкенштейн. Подойди, пожалуйста, ко мне.