-----
Встревоженный Роджерс, закусив губу, жёстко посадил джет на неровную обочину шоссе на окраине холмистого района со вздыбившейся почвой, засыпанной корявыми россыпями грунта, камней, песка, осколков и прочего. Казалось, здесь изрядно потрудилась целая стая гигантских невидимых кротов. Даже не обернувшись, Стив рванул в город. Полчаса назад он получил от Старка следующее сообщение: "Точное местонахождение не определили, но твоего Барнса, скорее всего, вместе с остальными доставили в городскую больницу Сан-Паулу. Похоже, пострадали при взрывах. Об этом орут во всех международных новостях". Минут через двадцать огромный мускулистый парень с лицом Капитана Америка и безумием во взгляде носился по этажам клиники, как одержимый. Охранники больницы следовали за ним по пятам, не смея мешать – в таком состоянии он запросто размазал бы их по стенке прямо на ходу, не сбавляя скорости. Да и задерживать его, собственно, было не за что – он выглядел, конечно, как псих, но никому не угрожал, ни на кого не набрасывался, ничего не крушил, хотя казалось, вот-вот начнёт. Он отчаянно искал кого-то, но помочь ему никто из дежурных медсестёр не мог. Почти все, кого доставили сюда после серии взрывов, оказались без документов, так что фамилия Барнс ни о чём не говорила медперсоналу клиники, у которого все эти пациенты значились как “Desconhecido” ("неизвестный") и различались только по номерам и назначениям врача. Стив мотался от койки к койке, из палаты в палату, затем на следующий этаж. Каждый раз, когда он заглядывал в лицо пострадавшего, до шеи накрытого покрывалом, в его глазах мелькала тень надежды и тут же исчезала. Отпрянув, Роджерс мчался дальше. Охранники, едва не задыхаясь с непривычки – за ним. Наконец, свернув в один из боковых коридоров, Стив на секунду застыл на месте, потом рванул так, что едва успел притормозить около кровати, чуть не зацепил оборудование. Присев на корточки, он сжал в ладонях живую руку парня с металлическим протезом. Горло сдавило, и он просто прошептал: – Господи, Баки... Лежавший на койке ответить не мог – лицо, испрещённое мелкими заживающими ожогами, наполовину закрывала кислородная маска. Но мимики оказалось достаточно. Во взгляде из-под удивлённо приподнятых подпаленных бровей Стив прочитал: "Как ты меня нашёл?" Роджерс невесело усмехнулся и тихо ответил: – Ты сильно наследил за городом. Такие рытвины... Заметив рядом тень, Стив обернулся и встал, чтобы переговорить с врачом. – Ele foi afetado pela explosão, – стал рассказывать доктор. – Provavelmente, lá era tudo minado ao redor de algum objeto. Ele atordoado pura diversão. A garganta queimado. Ele não será capaz de falar por algum tempo. (Он пострадал при взрыве. Наверное, там было минное поле вокруг какого-то объекта. Он оглушен взрывной волной. Горло обожжено. Не сможет говорить какое-то время). – Obrigado por tudo, – ответил Стив. – Eu retiro-lo. Estou levando em tratamento nos Estados Unidos. (Спасибо за всё. Я забираю его. Увезу на лечение в США). Попытки врача отговорить Роджерса и отложить транспортировку пострадавшего оказались тщетны. Стив согласился подождать только полчаса ради каких-то формальностей по документации, которые требовалось выполнить по правилам клиники, чтобы у доктора не было потом проблем. Стив снова присел рядом с Баки, взял его ладонь в свою и, не отводя взгляда от его лица, уткнулся в неё поцелуем. Баки едва заметно качнул головой, в его глазах мелькнул укор: "Стив, увидят же". Роджерс ничего не сказал, только мимолётная улыбка и лёгкий прищур глаз были ответом: "Ну и плевать, Бак. Пусть смотрят". "Романтичный придурок", – поморщил нос Баки, но руку не отнял. "Я тебя люблю, – ответили ему глаза Стива. – И больше не смей меня так пугать".-----
Четыре дня спустя Наташа снова появилась в Башне Старка. Тони накрепко застрял в лаборатории, но застать Роджерса было нетрудно. – Как там Барнс? – едва поздоровавшись, спросила Наташа. – Приходит в норму, – тут же заулыбался Стив и, оглянувшись на боковую дверь, понизил голос: – Злится, что врач до сих пор ходит к нему. Мол, я не стеклянный и хватит со мной панькаться. Ну, и всё в таком роде. – Так он уже заговорил? – обрадовалась Ната. – Вообще-то, нет, – ответил Стив. – Ну... по его лицу всё это видно. – О-о, – понимающе протянула Наташа, повела глазами и заулыбалась, а Стив почувствовал, что неудержимо краснеет под её взглядом. – Ваше ментальное общение достигло нового уровня? Поздравляю. А целоваться вам уже можно? Бесшумно вошедший Баки у неё за спиной скрипнул зубами так яростно, что не услышать было невозможно. Он метнул гневный взгляд на Стива, шумно выдохнул и тут же вышел. – Пока нет, – тихо ответил Роджерс. – Он поэтому злится? – подколола Романова. – Скорее, потому, что я тут секретничаю с тобой о его проблемах, – развёл руками Стив. – А ты проверь, – подмигнула Наташа и направилась к выходу. – Не буду вам мешать. Роджерс махнул рукой ей вслед, прикусил губу, чтобы улыбка не выглядела наглой, и пошёл в комнату Баки. Тот даже не взглянул, не поднял голову. Следы ожогов почти сошли с левой половины его лица, остальные заживающие шрамы были прикрыты мягкой домашней одеждой. "Успел повернуться к взрыву левым боком", – снова промелькнуло в голове Стива. Сидя в кресле, недовольный Баки продолжал жёстко колотить пальцами по экрану несчастного планшета, явно обречённого на скорую погибель. Стив решил прийти на помощь измученному электронному устройству и просто забрал его у Барнса из рук, отбросил в угол дивана. Не давая Баки возмутиться, обхватил ладонями его лицо и впился в губы поцелуем. Медленным, уверенным, настойчивым. Хмурый Баки попытался отпрянуть, вцепился пальцами в плечи Стива и... забыл, зачем. Целовал сначала жёстко, резко, но всё-таки Стив победил. Поцелуй замедлился, стал мягче, глубже. Стив осторожничал, не зная, что можно себе позволить. Баки вёл в поцелуе, будто подсказывал – уже можем, Стив. Они оторвались друг от друга всего на пару секунд. Стив зажмурился, прижавшись лбом ко лбу Баки, и прошептал: – Я так соскучился. Баки кивнул в ответ, безмолвно отозвавшись: "Я тоже".