Вампиреныш

Сынхен удивленно прислушался к себе. Его не мутило, не тошнило, голова не раскалывалась, руки и ноги не сводили болезненные судороги, и даже никакая чертовщина не мерещилась. Барабанные перепонки не разрывал шум с улицы и даже светобоязнь прошла, хотя это и было не наверняка - сумерки за окном мешали определить точно. В целом, он чувствовал себя вполне нормально, как обычный парень, каким он и был всего несколько дней назад, до встречи с вампиром. Джиен, к слову, самозабвенно дрых рядом, нарушая блаженную тишину комнаты и мыслей Сынхена тихим сопением. Чхве решил его не будить, осторожно выпутался из пледа и скрылся в ванной. После душа он почувствовал себя совсем хорошо, только все нарастающее чувство голода не давало покоя. Но это нормально, последний раз он ел не один день назад. Зарывшись в холодильник, он не сразу понял, что в комнате уже не один. Чхве дернулся, наткнувшись на сонный хмурый взгляд растрепанного Джиена. - Как ты себя чувствуешь? - Хорошо, только есть хочу. Там что-то оставалось, я помню. Взгляд стал еще более хмурый, сонливость сменилась настороженностью, казалось, что Квон хочет что-то сказать, но не решается. - Хорошо, я в душ, - в конце концов пробормотал он, так и не ответив ничего по поводу еды. Чувство голода не пропало, но кусок в горло не лез. Сынхен рассеяно ковырялся в тарелке и прислушивался к шуму воды в ванной. В сознании метались отрывочные картинки и желания, не задерживаясь дольше, чем на доли секунды, невозможно уловить или распознать. Шум воды стих и почти тут же хлопнула дверь ванной. Чхве настороженно втянул воздух. Запах … привлекательный. Сынхен неслышно скользнул в сторону спальни, откуда и доносился такой привлекательный аромат. Это Джиен, ясно, но почему сейчас при одном воспоминании об этом парне рот наполнялся слюной, а десны начинали неприятно зудеть? Джиен, одетый в белый махровый халат длиной почти до пола, изучал содержимое шкафа, собираясь переодеться, когда почувствовал чужое присутствие совсем рядом с собой. От физического и морального истощения его рефлексы притупились, поэтому попытался дернуться он слишком поздно. Сынхен, стоящий в нескольких сантиметрах позади него, сжал пальцы на его предплечьях, не позволяя отшатнуться в сторону. - Джиен, - Сынхен облизал пересохшие губы, следя за тем, как прозрачная капля воды, сорвавшись с прядки волос, прокатилась по шее и исчезла под воротом халата. – Я странно себя чувствую. - Что-то болит? – Джиен оставил попытки отступить. - Нет, - Чхве никак не мог отвести взгляд от влажной шеи. – Просто … мне хочется … Сынхен так и не договорил, все-таки прижавшись губами к коже, всем телом чувствуя, как содрогнулся Джиен, как будто через него пропустили короткий, но сильный разряд тока. - Отпусти, я никуда не денусь, - тихий убедительный голос. Чхве неохотно разжал пальцы и Джиен повернулся к нему лицом, заглянул в глаза, пытаясь уловить малейшие изменения в их выражении. – Ты чувствуешь голод. Но еда тебе не поможет. Сынхен растеряно вскинул брови, одновременно и понимая, что Квон хочет до него донести, и надеясь, что он имеет в виду что-то другое. - Сынхен, - Джиен мягко коснулся ладонью его щеки, успокаивая, как ребенка. – Ты больше не человек. И, чтобы завершить обращение, ты должен меня укусить. Этого тебе и хочется на инстинктивном уровне. - Укусить? То есть … я должен выпить твоей крови? – Чхве попытался сделать шаг назад, но теперь уже Джиен удержал его рядом. - Да. Расслабься, прислушайся к себе. Уверен, ты поймешь, чего тебе действительно хочется … Сынхен медленно переводил взгляд с бровей, по линии носа на губы, подбородок и снова уставился на шею. Медленно наклонился, улавливая дурманящий запах. Коснулся все еще влажной кожи губами, не удержался, и медленно провел языком от самого основания шеи до линии челюсти. Джиен, приготовившийся уже терпеть боль, удивленно вздохнул, и прикрыл глаза, откидывая голову назад. Чхве замешкался всего на мгновение, но все же накрыл приоткрытые губы поцелуем. Джиен выгнулся ему навстречу, прижимаясь ближе, жадно отвечая на поцелуй. - Джиен, - Чхве отрывается от него всего на пару секунд, пытается поймать бегающий взгляд. – Я, кажется, хочу тебя съесть. Буквально. Слова перемежались короткими поцелуями, и Квон даже улыбнулся, чуть нервно. - Так уж и съесть? - Ты вкусный, - Сынхен снова провел языком по шее, оттянул в сторону ворот халата и легонько прикусил кожу под ключицей. Джиен не сопротивлялся, пока Чхве укладывал его на кровать, и только мягко придержал чужие ладони, когда те дотянулись до пояса халата. - Сынхен, что ты делаешь? - Я? … Следую инстинктам, как ты и сказал, - парень замер, нависая сверху, шевельнул руками. – Можно? … - Мне кажется, мы разговариваем про разные инстинкты, - прошептал Джиен, но руки убрал, позволяя Сынхену делать все, что ему хочется. От такого выражения покорности у Чхве потемнело в глазах. Он медленно потянул за край пояса, распутывая узел, но не спешил снимать халат совсем. Джиен - это драгоценный подарок, завернутый в неприметную ткань халата, что только подчеркивает его прелесть. Сынхен собирается насладиться им целиком. Чхве хочет рассмотреть Квона внимательно и со всех сторон, все родинки и шрамики, каждую выступающую на теле косточку. Поцеловать, провести языком, прикусить. Почувствовать на вкус. Он понимает, что должен сделать, но не сейчас, еще не готов. Сынхен так увлекся своей игрой в «задери рукав тут, оттяни воротник там», что не сразу заметил, насколько изменилось поведение Джиена. Настороженный и напряженный в начале, теперь он уже тяжело дышал, жмурился и сам подставлялся под поцелуи. Сынхен оторвался от выцеловывания тонкой руки, которую изласкал уже до самого локтя, и перевел взгляд на лицо Джиена. И впервые подумал, что не знает о вампирской физиологии совсем ничего. С точки зрения человека, то, как вел себя Джиен, однозначно предполагало, что он дает свое согласие на секс. Но ведь Квон не человек, может, Сынхен не так его понял? Выражение лица у Чхве стало таким растерянным, что Джиену пришлось взять все в свои руки. Приподнявшись на локте, он освободил свое запястье из пальцев Сынхена, обнял его за шею и притянул к своим губам. Чхве растерялся на мгновение, за которое Квон успел повалить его на себя и вцепиться в плечи с такой силой, как будто на полном серьезе предполагал, что Сынхен сейчас сбежит. - Джиен? – Сынхен оторвался от него только на мгновение, и тут же принялся покрывать короткими поцелуями лицо. – Я не знаю, что мне делать. - Я же сказал, - снова повторил Квон. – Делай то, что хочется. Всё, что хочется… Сынхен судорожно сжал пальцы на пушистой ткани халата. Он всё еще сомневался, как будто что-то настойчиво сигнализировало, что он может причинить Джиену боль, но в то же время желание воспользоваться полученным разрешением было слишком сильно. Чхве отстранился и сделал то, что нужно было сделать уже давно. Развел полы халата в стороны, полностью распаковывая свой подарок. И снова замер, рассматривая Джиена, невесомо поглаживая его бока кончиками пальцев. В голове тяжело ухала кровь, наполняя все тело пульсацией, десны жгло, как раскаленным железом. - Сынхен? … Джиен завозился, испытывая неудобство под таким пристальным взглядом, и Чхве, как во сне, медленно наклонился, касаясь губами ключицы, спускаясь ниже, исследуя каждый сантиметр оголенной кожи. Кажется, Квону тоже передалось его странное состояние. По крайней мере, Сынхену казалось, что Джиен тоже дрожит и пульсирует, как будто что-то движется внутри, течет по венам, что-то такое … Джиен не сдержал стон, когда Сынхен обхватил рукой его член, сделал несколько движений, как будто примеряясь. Задал издевательски медленный темп. Квон развел ноги шире, согнул их в коленях, едва не всхлипывал. Подался вверх, пытаясь вынудить двигать рукой быстрее, но Сынхен не обращал на него внимания. Вниманием парня полностью завладела острая коленка. Почему он раньше не обращал внимания, что у Джиена такие красивые ноги? Квон недовольно захныкал, когда рука, ласкающая член, совсем замерла, но затих, когда Сынхен взял его за лодыжку и медленно положил одну ногу себе на плечо. Короткий поцелуй обжег тонкую натянутую кожу. Сынхен наклонил голову, сместив губы ближе к внутренней поверхности бедра. Пульсация под кожей Джиена теперь чувствовалась отчетливее. Пульс бился быстро и сильно, как будто ток крови хотел разорвать вены изнутри, вырваться наружу. Сынхен скользнул губами по внутренней стороне бедра Джиена, чувствуя, как тот тихо стонет от ласки, и остановил свое лицо в считанных сантиметрах от паха. Лежащая на члене рука возобновила движение, теперь резче и быстрее, почти невыносимо. Джиен уже совершенно потерял способность оценивать происходящее. Он только плавно подавался бедрами вверх, навстречу руке Сынхена. Квон вскрикнул одновременно от острой вспышки оргазма и от накатившей боли, которая распространилась от места на внутренней поверхности бедра, где заострившиеся зубы Сынхена глубоко прокусили его плоть. Рот Чхве быстро наполнился горячей соленой жидкостью, он, мало что соображая, сглотнул, потом еще раз, и еще, чувствуя, как по телу Квона прокатываются последние сладкие судороги. Осознание происходящего навалилось внезапно, Сынхен распахнул глаза и отшатнулся, едва не скатившись с кровати. Обессиленный Джиен, легко улыбаясь, сел. Поморщился от боли в прокушенном бедре. - Оригинально, - прокомментировал он место укуса. - Эй, ты чего? Сынхен смотрел на него так виновато, что Джиену даже стало немного совестно. Он тыльной стороной ладони стер остатки крови с Сынхеновых губ и обнял, прижимая дрожащего парня к своей груди. - Все хорошо. Ты молодец. - Джиен, я не хотел. - Ты все сделал правильно. Правильно.

Конец первой части