Парень - Сатана, или любовь Дьявола

Чёрная комната, панорамные окна завешаны тёмной плотной тканью. В углу комнаты стоит огромная круглая кровать. Парень, лежащий на ней, весь промок. «Золотые колонны стояли по периметру зала, в нём была куча различных существ. В середине зала возвышается трон, на нём сидит его отец, а рядом стоит, вытирая слёзы, мать. Недовольство отца росло с каждым днём, и вот наконец Люцифер был поставлен перед трудным выбором. Он мог или открыто сражаться с отцом, имея при этом все шансы победить и стать Повелителем Рая, или уйти в никуда, рискуя лишь собственной жизнью и избегая жертв среди любимых и близких ему существ. Спасая свою семью, Люцифер выбрал второй путь: он открыл грань миров и вышел в безжизненную пустыню. Вместе с ним Рай покинули его лучшие друзья, бывшие приближенные отца: Демон Велиар и Демон Вельзевул. Созданные отцом Люцифера сущности были настоящими машинами для убийства, безжалостными и холодными. Главное их предназначение — сеять вокруг себя смерть. Их не могло остановить ни одно существо, живущее в Раю. Жертвой этих „детей“ стал и возлюбленный Люцифера.» Парень ворочается, сводит брови и хмуриться. Хоть это далеко забытое прошлое, но он всё помнит, как будто это происходит с ним сейчас. Его человеческая оболочка трещит по швам, кожа лопается, и наружу появляется истинная форма Люцифера. Это происходит каждый раз, когда его мысли и чувства выходят из-под контроля. Ведь именно в тот момент он потерял всё: семью, дом, любимого человека. Его отец уничтожил и лишил его всего. Каждый раз, когда его истинная пара возрождается, отец находит способы отыскать его раньше Люцифера и уничтожить пару до встречи с истинным. Проснувшись ото сна, Люцифер приводит мысли и чувства в порядок, возвращая человеческий облик. К мокрому телу липнет простыня. Давно ему не снился этот сон, и возвращение его означает только одно. Появление истинного рядом. Но Люцифер не почувствовал знакомого запаха за весь день. Ни разу. Может, это опять судьба над ним глумиться, не жалея его чувств. Люцифер ещё какое-то время лежит на кровати с раскрытыми глазами, размышляя над сном, но, успокоившись, всё же засыпает. Человеческая оболочка требует отдыха, поэтому ему нужно спать. «Слёзы обжигают, скатываясь дорожками, и падают на бледнеющее лицо любимого. Парень проводит холоднеющими пальцами по щеке своего мужа. Сейчас он действительно счастлив. Он пытается улыбнуться, но пронзающая боль не даёт выдавить и подобие на улыбку. Слёзы скапливаются в уголках глаз, и парень пытается проморгаться. Он шепчет ЕМУ, единственному человеку, который подарил столько счастья: » — Родной, смерть — это не конец, смерть — это только начало. Мы всегда будем вместе, не в этом мире, так в другом. А сейчас запомни: я всегда рядом с тобой. Вот здесь, «  — он укладывает ладонь на то место, где бешено бьётся сердце Люцифера. И в тот же момент силы его окончательно покидают, рука падает, а из уже закрытых глаз скатывается последняя слеза. Люцифер взрывается диким рёвом, и пламя уничтожает всё, что находится в радиусе трёхсот метров. Он сидит и роняет слёзы на бездыханное тело любимого, и их окружает лишь кольцо огня». Конечно, принято считать, что Люцифер — это воплощение зла, беспощадный и кровожадный монстр. Но сам он себя считает жалким и противным, ведь он зависит от своей истинной пары, ему она просто необходима, лишь в истинном заключается его сила и слабость одновременно.

Наступает утро.

Трещание будильника нарушает тишину в комнате, тоненькие пальчики тянутся к источнику шума. Пак так не любит просыпаться по утрам, но работа, на которую он устроился, — это его мечта. Не зря же он пахал в университете последние пять лет, как проклятый. Так что это его шанс выбиться в люди, и он не может его упустить. Как всегда опаздывающий Пак вбегает в здание и влетает на полной скорости, снося очередного стоящего у него на пути работника. Он извиняется и долго кланяется. — О, Чимин, — озаряет квадратной улыбкой Тэхён. — Опаздываешь? — Кричит он уже убегающему Паку. — Ладно, потом поговорим, — уже для себя говорит парень. Чим подбегает к лифту и запрыгивает в закрывающуюся кабинку. Оказавшись внутри, он пытается отдышаться и не сразу поворачивается к стоящему сзади, но чётко ощущает спиной, что его просто прожигают взглядом. Он медленно поворачивается, и его глаза просто ползут на лоб. Дорогой пиджак, рубашка, расстёгнутая на верхние пуговицы, чёрные джинсы, на голове лёгкий беспорядок, но в тоже время уложен в причёску. Прислонившись к стене, он смотрит, не отрываясь, на влетевшего в лифт Пака, с презрением окидывая его взглядом с ног до головы. — Опаздывать на работу не хорошо, мистер… — Чон вопросительно приподнимает брови. — Пак… Пак Чимин, господин Чон, — неуверенно отвечает парень. — Ты знаешь, кто я?! Кем я являюсь? — Да, господин Чон, — кивает Пак. — Мне представили Вас, когда я проходил собеседование, — он опустил взгляд в пол. — Неужели? Не помню тебя. — Вы тогда довольно быстро ушли. Наверное, поэтому и не запомнили, — всё так же не поднимает взгляда Пак. — Возможно, — отвечает Гук, призадумавшись, рассматривая смущённого парня, стоящего напротив. — Да что ты трясёшься?.. Смотри на меня, когда отвечаешь. — Гук выдавливает улыбку. Вообще, Чон не любит общаться с подчинёнными не по делу, но почему-то с этим парнем ему хочется поговорить и открыться. «Что за наваждение?» — Давно здесь работаешь? В каком отделе? — И вот тут Пака конкретно затрясло, когда Чон начал расспрашивать. Он вспомнил, что говорил Ким. Якобы если тобой заинтересовалось начальство, то всё, тебе конец. Но ему нужно ответить на заданные вопросы. — Второй день; на должности стажёра в отделе маркетинга. — немного приподнимает голову Пак. В этот момент двери лифта открываются на нужном Паку этаже. — Ну, удачи вам, Пак Чимин, — снова улыбается уголками губ Чон. Пак выскальзывает из лифта, несколько раз кланяясь, и несётся со всех ног к себе в отдел. — Ещё не раз увидимся, — добавляет Чон уже в закрывающиеся двери. Его невольно потряхивает, и он втягивает воздух в кабине лифта глубже, но запаха парня не чувствует. Наверное, бета, жаль. Он вполне симпатичный. Гук выходит на нужном ему этаже и направляется в свой кабинет. На столе, как всегда, кипа бумаг на подпись, но ничего не поделать, такова судьба президента компании. Гук усаживается за подписание принесённых ему бумаг. «В последнее время что-то много проблем навалилось, как в человеческом мире, так и в Аду. Постоянные сборы совета требуют моего присутствия как верховного правителя. Совет требует брака с этим никчёмным Астартом***, который не представляет никакой необходимости в этом союзе, чёртов выкидыш». Его мысли прерывает появление облака чёрного дыма. В тот момент, когда дым рассеивается, перед Чоном предстаёт демон в человеческом обличье, павший на одно колено в знак уважения к своему владыке. — Мой Дьявол, я к Вам с поручением от совета, — демон низко опускает голову перед владыкой. — Что? Как они смеют? — его глаза вмиг заволокла чернота, а человеческая оболочка вновь затрещала, кожа, лопаясь, кусками падала вниз. Перед демоном появилась истинная сущность правителя Ада, Сатаны. Кожа, словно чёрный мрамор, гладкая и в то же время грубая. Грудь вся исполосована шрамами от былых сражений. Голову увенчивают два извилистых пепельно-серых рога. Чёрные, как смоль, волосы спадают с плеч Сатаны. Сам он одет в кроваво-красный, струящийся шёлком балахон. Люцифер в ярости хватает демона за глотку, сжимая её своими когтями, и из полученных ран сочится алая кровь. — Как эти выродки посмели слать мне какие-либо поручения. Я Сатана, правитель Ада. Лишь я могу отдавать приказы и поручения. Мной никто не волен помыкать, — шипит на ухо демону владыка. Из его ноздрей вырываются искры пламени, глаза сверкают злостью, а зубы скрипят, обнажая белоснежные клыки. Люцифер отшвыривает его в угол комнаты и, не отрываясь, испепеляет того взглядом. — Простите, мой господин, я заслуживаю смерти, — демон встаёт на колени и не поднимает головы. — Чёрт с тобой, адский выродок, говори то, что должен, и убирайся в Ад, — более спокойно говорит Люцифер. Но разговор был прерван тихим стуком в дверь.

***

— Стажёр Пак! Стажёр Пак! — кричал мужчина. — Да, начальник, — Чимин подходит быстрым шагом к столу. — Вы меня звали? — Да, Чимин, вот эти документы необходимо отнести президенту Чону. Ты их отнеси и скажи, что я перепроверил отчёт и ему нужно только прочитать и подписать в нужных местах, чтобы запустить проект, — указывал менеджер. — Да, менеджер Кан, я всё сделаю, — Пак поклонился и, взяв документы, направился к лифту.

***

Люцифер принимает человеческий облик, а демон, что стоял до этого на коленях, с позволения владыки исчезает тем же образом, что и появился. — Войдите! — произнёс властный голос, с которым Пак был разделён дверью. Его передёрнуло, по спине пробежались мурашки, в воздухе витал запах копоти и палёной плоти, что явно не наводило на хорошие мысли. Трясущимися руками Чимин приоткрыл дверь и тихо с опущенной головой проскользнул внутрь. Из-под полуприкрытых век он пытался рассмотреть столь непривычный интерьер для кабинета. Он был достаточно мрачен, обои в чёрно-красных тонах, чёрный кожаный диван, стоящий в углу. Посередине стоял массивный стол из красного дерева, за которым и сидел обладатель этого голоса. Пак на дрожащих ногах мелкими шажками приближался к президенту, тело сковывал страх, руки тряслись. Он шёл, не поднимая глаз, на сидящего в кресле парня, но, услышав скрип сиденья, невольно поднял голову на источник звука и столкнулся со взглядом Чона. В его глазах был виден потухающий огонёк, а сам взгляд, бездонный и смотрящий будто в душу, приковывал, и не было сил оторваться. И в миг почему-то стало так спокойно, Пак перестал трястись, стал более уверенным. Он не мог оторваться от глаз Чона; глядя в них, он словно чувствовал поддержку и опору, что он никогда не предаст. — Долго будешь меня рассматривать? — подал голос Чон. — Ой, простите, — согнулся в поклоне Пак. — Я принёс Вам отчет, который передал менеджер Кан, — Чим положил папку на стол. — Он сказал, что Вам необходимо ознакомиться и подписать в нужных местах. Менеджер Кан его переделал по Вашей просьбе, — парень улыбнулся и поклонился. Затем развернулся, собираясь уйти, но его остановил всё тот же голос. — Я тебе не разрешал уходить, ты можешь присесть на диван. Подождёшь, пока я не подпишу, а потом отнесёшь его в отдел разработок, — натянул снова это подобие улыбки Чон. — Слушаюсь, президент, — в очередной раз поклонился Пак и сел на краешек дивана. Чонгук увлёкся ознакомлением и подписанием бумаг, в то время как Пак не мог отвести взгляд от образа парня, сидящего перед ним. «Почему меня так манит его сосредоточенное выражение лица? Кажется, им можно любоваться вечно. По сравнению с ним я никто. Моя мешковатая одежда, скрывающая всё, что только можно, и рядом не стояла с его дорогим костюмом, идеально сидящим, подчёркивающим каждую его мышцу. А в пиджаке он кажется ещё лучше: такой холодной и недоступный. Его черты лица завораживают: чёрные, как смоль, глаза, в которых хочется утонуть, тонкие, розового оттенка губы, которые так и хочется по… Так, Пак Чимин! О чём ты думаешь? Он же президент, а ты всего лишь маленький стажорешко. В твои обязанности входит выполнять его поручения, а не влюбляться в его безупречность» — тихо, но глубоко вздыхает Чимин, надеясь, что его не услышат. — «Но, кажется, что-то пошло не так…» Чон поднял на пару мгновений голову, бросив мимолетный взгляд на Пака, и снова принялся за подписание. Стук в дверь не прерывает работу Гука над подписанием отчёта, но нарушает поток мыслей Пака, сидящего в одном положении. — Проходи, я ждал тебя, — не поднимая головы, говорит Чон, и в кабинет заходит Мин Юнги. Пак вскакивает и кланяется заместителю. — Нам нужно обсудить кое-что. Где ты был? — Задаёт вопрос Чонгук, не обращая никакого внимания на присутствие, как он считает, беты. — О, Чимин, и ты здесь! — В удивлении смотрит альфа на парня. — Да, господин, — улыбается парень. Гук заканчивает с подписанием отчёта, встаёт из кресла и подходит к Паку, передавая его в руки бете. — Ты можешь быть свободен, спасибо за проделанный труд, — кивает он Паку. Парень кланяется и покидает кабинет. Юнги опускается на колено, склоняя голову. — Простите, мой повелитель, я не смог поприветствовать Вас должным образом. — Ты можешь подняться; думаю, ты прекрасно понимаешь, что ты единственный, кому это позволено. Я полагаюсь на тебя, ведь ты самый близкий из приближённых ко мне демонов и самый верный, — подойдя к Мину и похлопав его по плечу, сказал Люцифер. — Ты, наверное, уже в курсе, что выдумал совет на этот раз. Они словно хотят, чтобы я окончательно вышел из себя. Прислать ко мне кого-то с просьбой. Что они возомнили о себе? — Глаза Сатаны начала снова заволакивать чёрная пелена. — Да, мой повелитель, но сейчас нам необходимо вернуться в Ад. Мне доложили, что отряд, посланный Вашим отцом, вновь направляется атаковать нас. И в этот раз отряд в разы больше, — продолжая находиться в том же положении, говорил Мин. — Хорошо, нам нужно подготовиться и решить уже эту проблему, — фыркает Люцифер.