Детка vs придурок.

      По узкой улице одного из мирных районов Сеула шагает высокий худощавый брюнет. Его длинная чёлка спадает на большие тёмно-карие глаза и, если честно, очень мешает. Но Хосоку она всё равно нравится, и парень, аккуратно поправляя её, думает, что ещё пару недель походит так.       На нём мешковатые светлые джинсы и белая просторная майка, а обувь неизменна, как и всегда, — чёрные кеды.       И вот Чон стоит на пороге своей квартиры, которую снимает вместе с Даин, и не хочет туда заходить. Усталый взгляд скользит по железной двери, и нет уже былой магии и тепла. В одно мгновение их любовное гнёздышко превратилось в обычную обитель. Тяжелые мысли падают на голову, словно кирпичи. Больно. Слёзы застывают в уголках красных глаз… Отчего Хосок безумно злится, ведь он, чёрт возьми, МУЖИК и должен взять себя в руки, а не нюни тут разводить. «Как же это бесит!..»       Звон ключей, скрип двери, кеды брошены на пыльный коврик. — Я дома.       Минута — две, и перед Хо появляется взволнованная Чхве, которая смотрит на него с нешуточным беспокойством и страхом в глазах, которая доводит парня до бешенства, даже ничего не сказав.       Но предательское сердце ускоряет темп, и Чону хочется, взглянув в чужие глаза, спросить: "Зачем?", а затем услышать честный ответ. Может, тогда Даин поймёт, что поступает неправильно, и пожалеет? Хосок держится за это "может", потому и не кричит, как ревнивый Отелло, а просто молчит.       Но не успевает он уйти в другую комнату, как его тут же останавливают, крепко схватив за руку. Хо нехотя оборачивается назад и бросает холодный взгляд на девушку. А та, сильнее пугаясь странного поведения Чона, осторожно произносит: — Оппа, пожалуйста, скажи, что случилось?       И Хосок бы сейчас посмеялся, подумав, что глаза Чхве в точности, как глаза кота из "Шрека". Большие и требующие, чтобы их пожалели. И он бы сейчас ласково потрепал её по волосам, сказав, что всё хорошо, но… — Не молчи! — срывается на крик блондинка, а затем встаёт напротив Чона и начинает испепелять его сердитым и жаждущим объяснений взглядом. Проходит всего несколько секунд, и её руки ложатся на шею парня, Даин словно инстинктивно обнимает Хо и снова шепчет: — Пожалуйста, скажи мне, не заставляй меня переживать. Её голос дурманит рассудок, и все мысли разбиваются в пух и прах.

Хосок побеждён.

— Я провалил вчерашнее собеседование, — уставшим голосом проговаривает парень, и в этой, казалось бы, нелепой лжи прячет свою боль.       Они всегда были честны друг с другом. Доверие друг к другу было их золотым правилом. Но увы, и золото способно расплавиться.       Чон наконец-то обнимает в ответ, а память, как назло, крутит перед глазами картинки вчерашнего вечера. И его объятия совсем слабеют. — Не расстраивайся, следующее собеседование обязательно будет успешным, — тихо изрекает Даин, гладя любимого по спине, на что тот лишь вздыхает и молча глядит в зелёные глаза девушки. «Снова надела эти линзы… Их искусственный блеск раздражает меня.» — Я верю в тебя, оппа! — воодушевленно добавляет Чхве и, приблизившись к чужому лицу, целует Хосока. Чон чувствует тепло родных губ и отвечает, нежно касаясь верхней губы блондинки. А через мгновение его руки оказываются на тонкой талии напротив. — Это твоя подруга, верно? — вдруг раздаётся в ушах, и Хо, испугавшись, распахивает глаза. Даин же продолжает целовать. Она, не обращая внимание на чужой резкий вдох, наслаждается поцелуем и запускает свои тонкие пальчики в мягкие угольные волосы Чона, который спустя секунду вновь закрывает глаза, пусть и не хочет этого.       И так не вовремя по его щеке скатывается горькая и одинокая слезинка, что Хосок готов вопить от злости. «Почему я не могу сдержаться? Неужели я настолько слаб?» — задаётся вопросами парень, а гнетущая злоба начинает со всей силы душить его, холодными руками перекрывая кислород.       Перед глазами темнеет, и нежность губ любимой, её ласка вмиг исчезают. — Что с тобой? — отстранившись, интересуется Чхве. На её лице вырисовывается встревоженность, а глаза будто насквозь сканируют Хо, отчего в брюнете просыпается настоящая паника. Он спешно мотает головой и уходит в спальню, так и ничего не сказав. — Оппа, блин! — громко рявкает девушка, поставив руки на талию. Она даже не догадывается, как сейчас похожа на курицу. Точная копия, ага.       Тем временем Чон запирает дверь изнутри, а из его заднего кармана вновь доносится "CoCo" - O.T. Genasis ft Meek Mill & Jeezy. — Я ненавижу тебя! — шипит озлобленно Хо в трубку. — Хей, ты чего? — брякает Юнги, ничего не поняв, на что Хосок сжимает зубы и спешит объяснить: — Ничего! Засунь свой ебаный спор в жопу и не звони мне больше, уёбок! — Хосок-а… — слышится растерянный голос Мина, но парень, не желая слушать друга, тут же скидывает вызов. — Открой дверь! Почему ты себя так ведёшь?! Я совсем не понимаю тебя! Что с тобой происходит?! — стучится в дверь Даин, и с каждым разом её удары становятся всё яростнее, а голос уже не такой мягкий, как был прежде. «Боже, это невыносимо! Я не могу находиться рядом с ней! Мне нужно уйти как можно скорее!»       Хосок открывает шкаф и начинает собирать вещи в рюкзак. Идея пожить несколько дней в доме старшей сестры приходит ему так же быстро, как и сама идея уйти. Парень хватает второй рюкзак с учебниками и тетрадкими, засовывает в него наушники и зарядник и открывает дверь, ведущую на балкон.       Юноша надевает рюкзаки и, осмотревшись по сторонам, наконец-то находит свою цель. Сбежать из квартиры, спустившись по пожарной лестнице, — гениальное решение проблемы, не так ли?       Чон бежит по улице и не оглядывается назад, в кармане звенит телефон, но парень специально не берёт, ибо уверен, что это не кто иной, как Чхве. А Хо как бы убегает от неё, хоть девушка и не бежит за ним, даже не пытается этого сделать. И да, это чертовски глупо. Хосоку ведь не пятнадцать, чтобы вести себя так. Но что поделать, он уже сбежал. На следующий день.       Всю ночь не спавший Чон из-за своей рассеянности садится не на тот автобус и опаздывает на первую пару. Парня ругают сразу два учителя, а затем вовсе просят выйти из кабинета. — Заебись день начался, — вслух произносит Хо, и в его глазах мелькает разочарование. Он, тяжело вздохнув, топает к автомату с напитками и жмёт кнопку с надписью "чёрный кофе". Но внезапно на его плечи опускаются чьи-то руки, а за спиной слышится: — Я так и не понял, из-за чего ты на меня обидку кинул? — Мин, мать твою, Юнги! Ты можешь так не подкрадываться?! — сердито рявкает брюнет, обернувшись назад. Он сверлит друга до жути возмущённым взглядом, отчего тому становится как-то не по себе. — Братан, успокойся. Чё ты прям разбушевался весь? — спрашивает старший, с глупым выражением лица смотря на злого Хосока. Чону же хочется послать своего "дорогого" и "замечательного" друга куда подальше, но парень всё ещё терпит. — Вчера я, как дебил, пришёл в клуб, переодетый в девушку, а ты, блять, кидануть меня решил, да?! — Нет! — вскрикивает в ответ Юн, не прекращая мотать головой. — Я не кидал тебя, просто тогда у меня сдох мобильник, и я не мог позвонить тебе, чтобы сказать о том, что опаздываю. Извини, Хосок-а.       После услышанного Чон вконец охуевает и округляет глаза. У него глюки, или Юнги и вправду извинился? Впервые за три года их знакомства… Серьёзно? «Нет, наверное, мне послышалось.» — Мне действительно жаль. Мы же договаривались, — опустив глаза в пол, проговаривает Мин и грустно так вздыхает, чем сильнее удивляет Хосока. — Эм, ладно, — растерянно буркает младший минуту спустя. — Проехали. — Ты прощаешь меня? — сделав большие и невинные глазки, тянет друг и поджимает губы с видом провинившегося щенка. А что Чон? Он лишь согласно кивает, подметив про себя, что Юнги отличный актёр, умеющий давить на жалость. — Пасиб, бро! — сразу же расплывается в довольной улыбке блондин и хлопает Хо по плечу. Тот в ответ пытается улыбнуться, но получается как-то неубедительно. — Так вот, можешь ещё раз переодеться в девчонку, а? — Хён, ты, случаем, не охренел?! — едва появившееся спокойствие Чона рушится к чертям. — Ни за что в жизни, никогда! Понял меня?! — Но ведь тебе нужна та работа, — осторожно изрекает Мин, несмелым взглядом бродя по лицу напротив. — Если согласишься, она твоя. Ты будешь получать немалые деньги, просто помогая фотографу. — Раз она такая хорошая, почему сам не пойдёшь туда работать? — спрашивает Хосок и злыми очами пялится на друга, пытаясь уловить того на лжи. — Потому что для меня есть вещи важнее, чем работа, — серьёзным тоном отвечает Юнги, и в глазах его чётко отображается решительность. — На самом деле я давно влюблён в твою сестру. «ЧТО?!» — Но я не знаю, как к ней подкатить, потому что каждый раз, когда мы остаёмся наедине, я начинаю жутко нервничать, как школьник, честное слово. У меня всё немеет при виде неё, и сердце бьётся, как сумасшедшее. Блин... — опустив голову вниз, вздыхает Юн. — Как же стрёмно об этом рассказывать. «Это что, розыгрыш такой? Куда смеяться? Где камера?»       Хосок оглядывается по сторонам, но камер нигде не видит, даже дружка Мина, тихо ржущего над его откровением, не видно. "Странно", — недоумевает парень, ещё раз посмотрев вокруг. — "Неужто он говорит правду"? — Тебе действительно нравится моя сестра? — всё ещё сомневаясь, брякает Чон. — Да. — Эм, тогда чего ты хочешь от меня? — вырывается из уст Хо, у которого в палитре эмоций осталось одно лишь недоумение. — Я хочу пригласить её на свидание, — неловко произносит старший, и на щеках его вмиг расцветает румянец. — И? — тянет Хосок, заглянув в чужие глаза. — Помоги мне… — Как? — Всё должно пройти идеально, — Мин вдруг берёт младшего за руку и, не сводя с него взгляда, говорит. — Поэтому, пожалуйста, побудь моей девушкой на пару дней. Чтобы свидание с Хёри было без косяков, мне нужно попрактиковаться, понимаешь? — Хён, ты реально ебнутый, — бросает Чон и собирается уйти, но Юн быстро преграждает ему путь, выставив руки по сторонам. Он заключает брюнета в крепчайшие объятия и начинает трясти, многократно повторяя: «Умоляю, помоги!»       После несколько минут непрекращающейся тряски, Хо не выдерживает и кричит прямо в чужое лицо: — ЛАДНО! Я СОГЛАСЕН! ПРЕКРАТИ УЖЕ! — Спасибо, спасибо, спасибо! — едва не верещит от счастья блондин, наконец-то отпустив Хосока из рук. — Я век не забуду твоей доброты! — Прошу тебя, умолкни! — сердитым тоном буркает Чон и невольно закатывает глаза, ибо происходящее кажется ему полнейшим бредом. «Моя голова скоро взорвётся. Боже…»