Звон ветра

Глава 56. «Разные» Наверное, Наруто был мертв. Узумаки был в этом уверен. И это не было похоже на то, как его понесло от злости на той самой миссии, когда он встретился с Орочимару, а потом с Саске. Да, он точно был мертв. По – другому просто не могло быть. -Наруто ,- мягкие, нежные волосы, в которых то и дело заплетался ветер, закрутились перед лицом парня,- ты постоянно попадаешь во всякие непонятные ситуации,- девушка кокетливо махнула рукой и повернулась к нему,- ты вообще слышишь меня?! Казалось, всё сжалось. Это еще хуже, чем смерть Эро-сеннина. Внезапные и такие глупые воспоминания грызли его изнутри. Больно. -Наруто, ты поможешь мне донести это до дома?- огромные пакеты с оружием никак не могли поместиться в её белых и не таких уж длинных руках.- Спасибо! Ты такой помощник. Слишком больно. Наруто не думал, что это будет так невыносимо. Однако, казалось, что она находится где-то вне тебя, потому что внутри только пустота. И ничего кроме неё. -Наруто? – еле сдерживая слезы, прошептала Сакура с некой улыбкой а также с большим фингалом под глазом – чертов экзамен на чуунина. - Как ты думаешь, мне идет такая стрижка? Не слишком длинные волосы? «Какой бы длины не были твои волосы они всегда… были прекрасны. Звучит глупо, но я любил тебя всегда. Мне хватило лишь взглянуть на тебя – и я влюбился. Каждый день влюблялся и до сих пор это делаю. Кажется, это вошло в привычку. Не могу сказать, что это всегда приятно. В детстве – да, это было одно из моих любимых занятий. Я находил тысячу, тысячу новых причин, почему я тебя любил. Мне не нужны были эти причины, просто я любил этим заниматься. Это было здорово – любить тебя. Спасибо. Потом, мне было чертовски неприятно смотреть, как ты любуешься Саске. Не смотря на то, что ты млела и радовалась тому, когда он на тебя хотя бы голову поворачивал, я в это время проклинал вас обоих. В основном его, конечно, но ты, ты… Я тебя ревновал. Я никогда не был таким благородным, желая тебе счастья с Саске, до того дня, когда нам поручили ту самую миссию. Помнишь? Ты спросила тревожным голосом: «где Саске», а я взялся за грудь и указал куда-то на край моста. А потом твой крик. Этот детский и такой взрослый крик. Ты кричала мертвому Учихе о своей любви и о своей преданности, а он не слышал. Потом он, конечно, очнулся, потому что нифига не умер, просто иглы Хаку были весьма интересно втыкнуты ему в шею, но… Тогда я понял, что ты его любишь. Ха! Звучит, как рассказ из дешевого романа, но… Я люблю тебя. И обещание я дал, потому что люблю тебя. И все я делал тоже по этой же причине. Для кого я теперь буду исполнять обещание, а, Сакура?» -Мы можем его убить. Наруто открыл глаза, но не взглянул на Лиса. Хоть он и видел его лишь пару раз за всю свою жизнь, он всё равно помнил, как выглядит этот демон. У парня не было никакого желания встречаться с комом ненависти сейчас. -Это же он убил её. Узумаки долго смотрел на свою правую руку и только сейчас заметил, что она была вся в крови, впрочем, как и левая. Но его это как-то не волновало. Более – того, он словил себя на мысли, что его сейчас ничего не волновало. Ему только хотелось плакать, правда, он сам не понимал из-за чего. То – ли от безысходности, то – ли из-за смерти Сакуры, то – ли из-за того, что он сам сейчас вот-вот умрет. -Ради чего мне жить? – вдруг пробормотал парень. - А, Лис? -Хочешь убить себя? Наруто иронично усмехнулся. Ему показалось или в голосе демона проскочила доля надежды? -Если ты вырвешься на свободу, тогда я умру, верно? Кьюби внимательно смотрел на парня. Заметив некое безразличие в глазах, он ухмыльнулся. -Да. Конечно, он умрет. Он же так и не научился контролировать Кьюби. Видимо никогда и не научится. Узумаки стал подходить поближе к клетке. -Подними меня к… -Если я вырвусь на свободу,- Кьюби не дал парню договорить и стал приглядываться к нему, явно не веря своему долгожданному счастью,- я не буду жалеть твою Коноху. Парень на секунду замер. Оглянулся. Как - будто это могло чем-то помочь. Затем он посмотрел на Лиса. -Делай, что хочешь. Это было сказано так безразлично и так тихо. Тем не менее Наруто всё равно услышали. Демон блаженно зарычал. Наруто сорвал желтый лист бумаги, размером с него и уставился вперёд. -Ты должен открыть замок «ключом»,- зарычал Кьюби. - Ну? -Каким ключом? -А вот таким. - раздался незнакомый голос с правой стороны. Наруто почувствовал, как вода начинает заполнять его легкие и, кажется, лишь потом понял, что ему кто-то хорошенько врезал в грудь и он упал в воду. -Черт бы тебя побрал, хрен огородный! – голос Кьюби как никогда был таким громким и пронзительным. Его хотелось чем-нибудь заткнуть. Узумаки не мог открыть глаза. Дело было не в боли, не в страданиях, а в пофигизме, если выражаться более точно. Если смерть выглядела именно так – тебя избивают перед там как отправить в рай или ад – парень готов и это потерпеть, лишь бы уже всё осталось позади. Блондин почувствовал, как сильная рука сжала его кровавую руку и в следующий же миг все рычания Лиса прекратились. Узумаки чувствовал себя сухим. И никакой крови на нем не было. Магия, однако. -Не думал, что… - мужчина не мог продолжить, видимо так и не решался сказать. Кажется, он был зол. -Четвертый? – удивился Наруто, глядя на человека, которого он видел только на почетных фотографиях в резиденции Хокаге. - Если Вы мертвы, значит и я мертв? -Нет, ты не мертв,- как-то сухо проговорил Хокаге,- мы находимся в твоем сознании, правда, без Лиса. -Надеюсь, вы не против этого? Четвертый слегка усмехнулся. -Я бы тебе надавал еще побольше пендалей, и врезал бы хорошенько по голове пару раз, чтобы привести тебя в чувство, но,- мужчина запнулся, наблюдая за парнем,- кажется и одного раза хватит. -Что мертвый четвертый Хокаге делает в моей голове? -Я поместил свою чакру в твое сознание. Я должен был появиться у тебя в сознании, если у тебя вдруг освободятся семь хвостов. -Уже восемь,- как – будто говоря о погоде, пробормотал парень,- вы немного опоздали. Мужчина искренне рассмеялся. -Господи, как же ты похож на свою маму. -Вы знали мою маму?! – тут же, будто забыв про всё, воскликнул Наруто,. А… откуда? И… Мужчина мило усмехнулся, чем сбил парня с толку. -Очень трудно было не знать твою маму, когда она была моей женой. - Минато стал трепать свои волосы. - И имя мы вместе выбрали, после прочтения первого романа Джирайи. - рассмеялся бывший Хокаге. - Мы так верили в то, что ты будешь таким же, как и главный герой и, знаешь, мы не ошиблись. Наруто приготовился ещё засыпать легендарного Хокаге вопросами, как вдруг передумал. Хокаге, кажется, на все вопросы вперёд одним предложением ответил. -А… - Наруто на секунду поднял палец вверх, затем опустил. Потом вновь поднял. - А кто был её первый муж? Довольная улыбка Хокаге испарилась. -Какой ещё первый муж? -Ну, мой отец, я имею в виду. Хокаге до сих пор не догонял изюминку всего диалога. -Минато-сама, верно? – копаясь в голове, неуверенно, каким-то зомбированным голосом пробормотал Узумаки. - Я… я ведь,- на глазах у парня показались слезы,- я не могу быть вашим сыном. -Почему это? – искренне удивился Хокаге, понимая, что Наруто прекрасно всё осознает и более того, прекрасно всё чувствует. -Я же… такой…- Наруто смущенно вытирал слезы и сопли, которые привалили вместе с нахлынувшими эмоциями. - Я такой дебил на самом деле… Дурак… Идиот… Как у такого человека может быть такой сын, как я? -Если ты про твое последнее решение - выпустить Лиса - то я с тобой соглашусь – ты идиот. Оба мгновенно рассмеялись. Как – будто эта шутка была в топе самых смешных анекдотов Конохи. Узумаки слегка рванул с места, затем остановился и виновато, даже с неким стеснением посмотрел на отца. -Может я и умер,- улыбнулся Минато,- но ты меня можешь смело… Обнять. Единственное, что так было нужно. Обнять близкого тебе человека. С самого рождения он был с ним, даже если углубиться побольше, то с самого зачатия – что уж там мелочиться. Вроде бы, Наруто никогда не произносил это магическое для него слово «отец», потому что не к кому было его употреблять, но парню казалось, что этот самый отец никогда его не покидал. Создавалось ощущение, что папа знал все его секреты, он его обучал, он его попрекал… Он его любил, в конце – концов. -У тебя мои волосы. - усмехнулся Минато, потрепав парня по голове. - Хотя волосы твоей мамы тоже были красивыми, но ты так похож на меня благодаря этой прическе! -Знаешь, чтобы я не делал, никогда не мог изменить форму волос. - потрогав волосы, пробормотал парень и вновь уставился на отца. Ему так хотелось поговорить о всякой чепухе. Да и просто поговорить. -Это ты про тот случай, когда пытался сделать прическу, как у Саске? Выражение лица у младшего блондина было колоссальным. Губы поджаты, глаза вытаращены, и такой алый румянец появился на щеках молодого шиноби. -Откуда… Минато, казалось с неисчезаемой улыбкой, тыкнул пальцем в грудь Наруто и еще шире улыбнулся. -Где мы - по-твоему - твои родители, были всё это время? Наруто искренне засмеялся. Хотя, в принципе, по-другому он и не умел. Казалось, он совсем забыл про смерти товарищей и близких, он забыл про его бой с одним из сильнейших из Акатцук. Блондин забыл про этот мир шиноби, который, казалось, только недавно предстал перед ним в настоящей форме – в форме огромного клубка ненависти и вражды, перекатывающегося с одной деревни в другую, с одной страны в следующую… Перед ним стоял тот, по крайней мере, один из тех, кого он больше всего хотел увидеть в своей жизни. Или хотя бы услышать. Наруто редко испытывал это чувство, но сейчас он с уверенностью мог сказать: «Я счастлив». -На самом деле, я думал, что вы – мои родители… -Бросили тебя,- выдохнул мужчина,- мы в курсе, что ты так думал. Наверное, так и выглядело. Ведь мы пожертвовали свои жизни ради тебя,- заметив непонимание, Минато пояснил,- чтобы ты жил. -Но… - Узумаки стал понемногу приходить в себя,- разве не ты запечатал во мне Кьюби? -Да, я. Наруто скривился от обиды и боли. Нет, сейчас его тело не болело, может быть, должно было, но на эти раны он не обращал внимания. У него болела голова и больше всего душа. Хоть он её не чувствовал, и не знал, есть ли она вообще у него. Наруто всегда мог сказать, когда на человека смотрят с ненавистью и презрением. С некой пустотой, даже. Они тысячу раз встречался с этими словами, взглядами, кулаками и более того, до сих пор встречается иногда. Меньше, но всё же. Наруто знал всю суть и боль одиночества, как никто другой на этой земле. Он знал её настоящую сущность. От этого ползли мурашки по спине и до сих пор ползут. Больно. Узумаки сжал кулаки, и еле-еле сквозь поджатые губы можно было услышать лишь одну фразу. -За что? Не «почему» или «зачем», а именно «за что». За что всё это ему? В чем он провинился в свои ранние годы? Он, действительно, заслуживал этого? -Я… - Минато, видимо, слегка растерялся с такой реакции. Больше он растерялся, когда Наруто смачно врезал ему в живот. Намикадзе от неожиданности упал на колени и заметил, что его сын сделал тоже самое. Наруто замахнулся для еще одного удара, но его слабая рука была остановлена рукой Минато. -Ты хоть представляешь… через ч-т-о мне пришлось пройти?! Казалось, он кричал и рычал громче Лиса. -Ты хоть… представляешь… как это было… невыносимо? Минато крепко обнял сына. -Я верил с самого начала,- ухмыльнулся Минато,- что ты справишься со всем этим. Я даже не задумывался о том, что что-то может быть не так. Ты ведь мой сын. -Из уст Хокаге, звучит круто. Минато рассмеялся и помог Наруто встать. -Мы с Кушиной,- Хокаге закивал,- да, так звали твою маму. Так вот, мы с ней единогласно решили умереть за тебя. -Это было, когда на деревню напал Лис? – жалобно пробормотал Узумаки. -Верно. Я бы тебе рассказал всю историю, но моя чакра уже иссекает,- Минато указал на свою ладонь,- А мне ещё… В общем… Наруто только сейчас заметил, что образ отца стал терять цвет. Он становился таким черно-белым и неживым, как бы глупо это не звучало. -Но… -Ты еще узнаешь всю историю, я уверен в этом. Узумаки засиял. -Мама? Я смогу увидеть… и её? -Я думаю, что в скором времени так и будет. - мужчина продолжал сжимать плечо сына. - Наруто, я восстановлю печать, но это будет уже в последний раз. -Подожди! Парень схватил отца за руку и почувствовал тепло чуть-чуть исходящее от него. Как же было приятно... Но в голове всё перемешалось. Все чувства слиплись в один комок, все мысли разбежались по разным углам. Было невыносимо трудно во всем этом разобраться. -Подожди,- повторил парень,- ты знаешь, о чем говорил Пейн, ты все слышал… Ты четвертый Хокаге, ты великий шиноби… Ты… Пап,- блондин заглянул в такие же ярко голубые глаза отца,- скажи, что я должен сделать? Минато хотел было что-то сказать, но вовремя остановился. Лишь свободной рукой он еще раз потрепал сына по его голове и опустил руку на сердце. -Ответ здесь. - Хокаге сильно сжал руку на груди парня, прямо напротив сердца. - Ты прекрасно знаешь, что нужно делать. -Ни черта я не знаю, иначе бы стал я спрашивать! – взбесился Узумаки, наблюдая, как чакра отца с каждой секундой все тускнеет и тускнеет. - Пожалуйста, намекни мне хотя бы, что я должен сделать?! -Хорошо,- вздохнув, пробормотал мужчина,- хорошо, я скажу, но только одно… Хокаге вновь улыбнулся и подозвал парня к себе, намекая, что это тайна. Так делают обычно в детстве. По крайней мере, Наруто был в этом уверен. -Мы не зря тебе дали имя «Наруто». - делая акцент на словах «не зря», Минато прикрыл глаза и улыбнулся точь в точь, как это делал Узумаки. -Отец,- улыбнулся Наруто, совсем не обращая внимания на слезы,- я, ведь, правда… -Я очень горжусь тобой. - Минато, видимо, тоже не обращал внимания на свои мокрые щеки. - И, знаешь, спасибо тебе за то, что дал мне быть твоим отцом, хоть и ненадолго. Ты всё сможешь. Я, правда, в это верю, Наруто. *** Тот, в кого так сильно верили, медленно открыл глаза и сразу же их закрыл. Было слишком темно. Всё тело болело. В некоторых местах адски жгло кожу. Наруто аккуратно перевернулся с правого бока на левый и тут же – конечно, нечаянно – с его губ сорвался стон. Скорее всего, одно из тех адски жгучих мест напомнило о себе. Блондин попытался понять, во - первых, где он, во - вторых, что с ним и в третьих, когда всё это закончится. Больше интересовали первых два вопроса. Вокруг него всё еще была тьма, но это никак не было похоже на его внутренний мир с Лисом. Это так же не было похоже на лес. Скорее всего, он сейчас в каком-то помещении, но явно не в Конохе. Не смотря на то, что сейчас парень не был в режиме отшельнике, он все равно не чувствовал огромного количества чакры. Умер, что - ли?! -Пойдем со мной. Узумаки даже не успел моргнуть глазом, как перед ним оказалась девушка. Издав еще пару криков, Наруто оказался на ногах – бумажная техника куноичи заставила его это сделать. Руки блондина были связаны сзади. Он похрамывал на правую ногу и очень некрасиво ругался. -Где я? – в конце - концов выдавил парень. Куноичи обернулась, оценила его раны своими карими глазами и сказала что-то про то, что в принципе это неважно где он. -Ты хотел поговорить с главным телом Пейна? – через некоторое время пробормотала Конан. - Считай, что твое желание исполнилось. -Очнулся, наконец? – вновь раздался чей-то басистый голос и без особых логических мыслей Наруто догадался, кому этот голос принадлежал. Пейн щелкнул пальцами и в помещении загорелся свет. В мыслях парня промелькнуло, что он тоже был бы не против уметь вот так вот включать свет. Правда, этому следует научиться в следующей жизни, если он у него будет. -Ничего себе… Наруто удивился. Почему это в голосе Пейна слышится явные нотки ужаса? -Как тебя Девятихвостый отметелил, однако. -Что? Узумаки готов был рассмеяться со своего голоса. Он был такой хриплый и детский сейчас. И главное, не от страха или боли, скорее от накопившейся усталости. А может быть не от неё. Пейн сложил руки вместе, что-то произнёс и в тот же момент руки Наруто стали свободными. Правда, от этого не было никакого толку. Узумаки чувствовал, что сейчас он не может применить никакой техники. Конечно, есть Кьюби, но он навряд ли поможет. Да и должен ли? Наруто так обломал его в самый последний момент. -Ты почти дошел до 9 хвостов,- пробормотал мужчина, поднимаясь с кресла и подходя поближе к парню, - правда, я не допустил этого. Ты и так потрепал все мои тела, так что на охоту за настоящим Кьюби я не хотел тратить свои силы. -Ты не допустил? – усмехнулся Наруто, вспоминая такой четкий и яркий образ отца перед собой. Правда, почти в ту же секунду Узумаки понял, что не стоит делиться с этим психом о своих сокровенных воспоминаниях в своем же разуме. Выслушав всё, что касалось того, как Пейн ликвидировал покров Лиса и всё, что связано с взбесившимся джинчуурики, мужчина вдруг нагнулся к Наруто, который сидел на коленях, и тихо-тихо пробормотал: «Больно?» Узумаки не знал, откуда это всё вспыхнуло. Злость с такой бешеной скоростью вновь наполнила его клетки. Впрочем, чего он мог ожидать от встречи с врагом? Тем не менее, как ни странно, в душе было спокойствие. Может быть встреча с отцом на это повлияла? Вполне возможно. Он теперь знает его лицо. А скоро узнает и мамино. Узумаки слегка улыбнулся. Да, ему было спокойно. Не смотря на многочисленные смерти, в голове появлялся образ вовсе не Сакуры или даже Минато, а Эро-сеннина. Его глупая улыбка, так похожая на улыбку Узумаки. Его жабы, и весь его вымышленный, пошлый мир. Его первая книга. «Господи,- чуть – ли не вслух сказал парень,- Фукасаку-сама и Эро-сеннин - это что-то с чем-то»… -Сначала я думал сдаться. - стараясь ещё больше успокоиться, пробормотал Наруто. - В том плане, что пусть будет по – твоему. Ведь тебе нужны Биджу. -Но…? Ты ведь хотел сказать «но»? -Я,- не обращая внимания на сарказм шиноби, пробормотал Узумаки,- я должен выполнить обещание, которое ей дал. А потом уже могу умирать. И ещё кое-что… -Как благородно. То есть,- усмехнулся Нагато,- сейчас убьешь меня, Конан, вернешься в Коноху, будешь героем, выполнишь обещание и будешь жить дальше? -Нет. -Не будешь жить? А что так? -Я не буду тебя убивать. Наруто сказал это просто, как – будто он давно об этом знал, и лишь сейчас решил сказать. Так или иначе, это решение пришло моментально к нему в голову, да и в душу. Хотя, может быть, отец был прав: ответ уже был в его сердце. Наверное, еще с самого раннего детства, когда он уже стал бороться с ненавистью и болью. Бороться… -Сейчас – да, убить меня не получится – уж слишком ты слаб и выжат,- глядя на многочисленные порезы парня, сказал Нагато,- но ты не сможешь жить, пока не отомстишь. -Знаешь, я хотел прибить всех жителей деревни, после того, когда узнал, за что они меня все ненавидят. За то, что во мне Кьюби. Который разрушил многие жизни, в то время, 12 лет назад. Они ненавидели его, всей душой, а заодно и меня. Я на многих очень часто готов был накинуться сзади с ножом, или спереди и просто своими руками убить их,- Узумаки посмотрел на свои руки и отметил для себя, что он дрожит. Ему было страшно. Страшно и больно от собственной ненависти к ним,- но не сделал этого. И не сделаю. И сейчас, когда все намного ужаснее,- Наруто наконец взглянул на Нагато,- я не буду тебя убивать. -Но я не из разряда «жители деревни»,- пробормотал Нагато,- я тебя не призирал, я просто убил всех твоих близких. Джирайу, Какаши, твою Сакуру-чан. Не смотря на то, что я сразу мстил всем тем, кто причинял мне боль. - Нагато заметил непонимание на лице парня,- Тех, кто убил моих родителей, я сразу же ответил им той же монетой, не смотря на мой юный возраст. Тех проклятых шиноби, которые убили Яхико, я убил минут 10 спустя. Я всегда мстил сразу же, однако это не приносило ничего хорошего. Я не чувствовал того удовольствия, которого так ждал. Тем не менее, я не буду останавливаться, даже если ты сейчас выйдешь отсюда таким благородным. -Я не думаю, что ты всегда таким был. - слова вырвались, казалось, сами, давно выжидая подходящего момента. -Что заставляет тебя так думать? – усмехнулся Нагато. - Твоё беспечное детство, которое еще и не закончилось? -Моё детство закончилось, когда умерли мои родители. - тяжело дыша, пробормотал Наруто. -О? Мы уже настолько с тобой похожи? – новая ухмылка мужчины еще больше выводила парня из себя,- Не могу сказать, что мне очень жалко, что с тобой это произошло, потому что, как ты знаешь, Коноховские шиноби убили мою семью – поэтому… Когда же ты потерял родителей? -В день своего рождения. - улыбнулся Наруто, заметив, как теперь его улыбка раздражала Пейна. - Они умерли, защищая меня. Нагато переглянулся с Конан, затем вновь посмотрел на заключенного, как ему казалось, шиноби. -Знаешь,- Узумаки решил не дожидаться новых фраз мужчины,- ты говорил про то, что мы с тобой не отличаемся. Ты сражаешься за своих близких, а я за своих. У нас одно правосудие, по сути. -Надо же,- Нагато переглянулся взглядами с Конан,- а Дейдара говорил, что ты никогда не слушаешь. -Тогда,- блондин почти перебил шиноби,- я аж растерялся. Впервые в жизни, кажется, прислушался к словам. Да и еще и к словам врага, как я думал. -О, я теперь и не враг для тебя? -Нет,- как-то отдаленно пробормотал Узумаки,- ты просто шиноби, которого я ненавижу. -Тогда давай закончим. Я устал уже насмехаться над твоими… -Но,- в этот раз Наруто все-таки перебил его,- теперь я понял, что мы с тобой все-таки разные. -О, как. -Ты знаешь, что Джирайа-сама написал про тебя книгу. Звучало больше как утверждение, нежели вопрос. -Что-то про легендарного шиноби,- копаясь в воспоминаниях, пробормотал шиноби,- ну и что? -Я прочитал её буквально недавно,- усмехнулся парень,- еще Фукасаку-сама сказал, что без нее я не смогу победить врага. Только сейчас я понял, что речь шла вовсе не о победе и не о враге. Речь шла обо мне самом. -Хм? О тебе самом? -Я знаю, что Эро-сеннин посвятил книгу тебе, Нагато,- глядя в сторону пробормотал Наруто,- и что имя главного героя он тоже выбрал благодаря тебе, хотя это больше было случайностью. - Узумаки рассмеялся, вспоминая прямую речь от автора в эпилоге. - Он сказал, что его ученик натолкнул на главную мысль романа, когда он ел рамэн, а рамэне присутствует такой ингредиент, как Нарутомаки. -Зная это, отец все равно дал тебе такое имя? – не скрывая очередной усмешки, проговорил Нагато. - Как глупо. -Он дал мне это имя,- улыбаясь проговорил блондин,- зная, что главный герой романа, никогда не сдавался. Потому что он верил в себя. Герой преодолел злобу, не ступил на путь мести и истребил всю темноту в сердце. Моё имя,- еще яснее улыбаясь, громче говорил парень,- это святая память моим родителям и Эро-сеннину,- Наруто ткнул себя в грудь,- Сколько себя помню, я никогда не сдавался. А что касается веры,- Узумаки потрепал себя по голове,- если даже я и не всегда верил в себя, и до сих пор не верю, то есть люди, которые делают это каждый день. - Узумаки скрестил руки на груди и уставился на Нагато. - Мои родители и мои учителя. Они верят в меня, и это, в принципе, дает мне какие-то силы. И плевать, что ты их убил. - дерзко проговорил парень. - Их вера всё равно помогает мне поступать правильно. Поэтому я не буду убивать тебя. -И что же ты будешь делать? – казалось, Нагато уже не был таким насмешливым. - Я уже говорил, я не буду останавливаться. Я буду истреблять дальше. -Тогда я буду стараться понимать людей. - пробормотал парень. - Ты говорил,- Узумаки вновь взглянул в глаза Нагато,- что этот мир шиноби проклят. А знаешь что? Я найду противоядие этой болезни, даже если ради этого придется отдать жизнь. Нагато слегка улыбнулся и посмотрел на парня. Кажется, только сейчас он заметил, какие у Наруто светлые глаза. Почему же всё самое лучшее происходит в последний момент? -Нагато? – удивленно проговорила девушка. - Нагато, ты чего? -Ты тоже заметила? – мужчина как-то тяжеловато вздохнул и кивнул в сторону Наруто. - Есть один способ проверить твои слова, Узумаки Наруто. - проговорил Нагато, присаживаясь в позу лотоса напротив парня. Мужчина вытянул указательный и средний палец правой руки и поднёс их ко лбу. Вторую руку он положил на голову парня,- Конан,- не открывая глаз пробормотал мужчина,- помоги мне чакрой, пожалуйста. -Ты собираешься…? -Да. Коротко и ясно. Только вот Наруто ничего не было ясно. Тем не менее, он не сопротивлялся. В принципе, Узумаки особо не надеялся, что Нагато поймет его и более того отпустит. Наверное, он – неуклюжий Узумаки - такой же дурак, как и Джирайа-сенсей – верит в то, что говорит. Ну, раз он умрет сейчас, то он сможет встретиться с родителями раньше запланированного и, по идее, он увидит Сакуру, так? Тогда он сможет всё ей сказать. Абсолютно всё. И пусть она его бьет – он все равно не будет чувствовать боли. -Тэнку тамаши.*- тихо сказал Нагато и пустил свою с Конан чакру в Наруто. Узумаки закричал от боли и, кажется, это было последнее, что он помнил, да и чувствовал вообще. * Tenku – зрение, вид; Tamashi – душа.