Питер берёт всё в свои руки

      Скотт, увидев на следующий день Стайлз, был, мягко говоря, в шоке. А Стайлз это нравилось. Это словно игра. Игра, в которой Скотт — всегда лузер. Игра, в которой Стайлз — победитель. Правила игры просты: поставить Скотта в неловкое положение. И проигравший тут всегда Скотт, никак иначе. И Скотт до сих пор не научился в неё играть.       Но на самом деле всё намного проще: Стайлз сегодня пришла ни в платье, ни в брюках и блузке, а в обтягивающих джинсах, толстовке (которую, к слову, Скотт ни разу не видел) и в кроссовках. — Давно не видел тебя в нормальной одежде, Стайлз, — подходя к девушке, проговорил Скотт, улыбаясь. — Да, я тоже давно не видела себя в нормальной одежде.       Бедная Лидия буквально задыхалась, пытаясь донести до Стайлз, что это неприемлемо, что Стайлз должна быть девушкой, а не парнем и т.д. Но, увидев серёжки, подаренные Лидией, на Стайлз, та успокоилась и сказала лишь, чтобы Стайлз пришла завтра в нормально одежде. А что Стайлз? Она обещала, что сделает так, как просит Лидия.       К концу дня Стайлз была, мягко говоря, разваренным овощем: безумно уставшая, совершенно не в состоянии мыслить. Но взбодрить Стайлз смогли с большим успехом. Ей требовалось всего лишь выйти из школы и увидеть машину Питера на парковке, около семи девчёнок, стоявших около другой машины и откровенно засматривающихся на Питера. А заставить улыбнуться её смог сам Питер, который, увидев Стайлз, начал махать руками в жесте «да иди же ты сюда!» и облегчённо вздыхать. — Наша милая Стайлз рассталась с Дереком? — та самая Эмили, которая сейчас, сложив руки на груди, не стесняясь, рассматривала Хейла, а тому было откровенно плевать, сейчас он был занят Стайлз, и Эмили это понимала, и Эмили, которая никогда не дорастёт до Королевы школы — которая не сможет перегнать Лидию, которая не сможет стать ей другом — не займёт место Стайлз, которая хотела задушить Стилински за её близкое общение с — как называет их общество — элитой школы и элитой города. — Ой, а что такое? — наигранно-удивлённо спросила Стайлз. — Он же такой горячий парень! Пора уже заняться им, — кривая улыбка Эмили до ужаса смешила Стайлз, но она держалась. А вот Питер, знавший Стайлз, понимал, что ещё чуть-чуть и она сорвётся в жуткий смех. И наблюдать за этим диалогом Питеру было одно удовольствие. Но смотрел он исключительно на Стайлз, а Эмили это огорчало, но она не подавала вида. — Ой, можешь уже бежать, если, конечно, хочешь жить, — загадочно проговорила Стайлз, сощурив глаза.       После того, как Стайлз увидела замешкавшуюся блондинку, которую Стайлз уже второй раз отправила в нокаут, то спокойной направилась в сторону Питера. — Милая Стайлз, неужели ты не слышишь телефона? — обратив внимание на свой подарок, Питер слегка улыбнулся. Голос Питера заставлял сердце Стайлз неимоверно быстро биться, словно оно вот-вот выпрыгнет. — У меня урок. Финсток бы меня убил. Я знаю, что сейчас собрание стаи, а моя машина в ремонте, поэтому, ты меня довезёшь.       Питер даже не сопротивлялся. Он спокойно открыл дверь перед Стайлз, дождался, пока Стайлз сядет в машину, закрыл дверь, а после сам отправился за руль. Всю дорогу Стайлз и Питер обсуждали закрытие парка на ремонт и гадали, когда он снова откроется.       А, попав в лофт, спокойно разбрелись по своим местам: Стайлз на диван, Хейл в кресло. Скотт и Дерек решили все свои разногласия, что несказанно радовало Стайлз, потому что когда они ругаются — кошмар.       Пока ребята решали что-то, то Стайлз решила, что разговаривать с Питером даже тихо нет смысла: у оборотней чудесный слух. Тогда она достала свой телефон, открыла диалог и начала мило-смешную переписку: — Питер, у тебя бывало такое, что находящиеся вокруг люди бесят своими разговорами? — Обычно такое бывает с тобой, — незамедлительно ответил Питер, как только открыл диалог. — Ха-ха, как смешно. За это обзову тебя дохлым волчком в контактах! — Ох, как хочешь.       Стайлз посмотрела на Питера, сощурилась и уверенно переименовала контакт из «Питер» в «Дохлый волчок». После сделала скрин и отправила его Питеру. Тот, разумеется, в долгу не остался и скинул скрин Стайлз с контактом «Милая моя». Стайлз хихикнула, после чего все, находящиеся в комнате, обернулись на неё. Она немного осмотрела в комнату, грозно посмотрела на Питера, опять осмотрела присутствующих и сказала: — Извиняюсь, это я не вам… продолжайте.       Именно так все и поступили. А Стайлз просто улыбалась глупо, смотрела в экран и ловила на себе изредка странные взгляды друзей. А после резко подскочила с дивана, убрала телефон в карман, предварительно отправив Питеру сообщение. Следом за ней встал и Питер. И вместе они направились вон из лофта. Это выглядело настолько неожиданно, что Питер чувствовал злость младшего Хейла. И это доставляло большое удовольствие как ему, так и Стайлз, которая явно не передумала «заставить Дерека ревновать».       Как только эти двое сели в машину Питера и выехали на дорогу, то Стайлз повернулась к Питеру, улыбнулась и просто на него смотрела, а сердце её отбивало чечётку. Она, к слову, до сих пор не понимала причину, но Питер не дурак — Питер понял. — Ты чего смотришь? — на мгновение повернулся к ней Питер, оторвавшись от вождения, а после вновь следил за дорогой. — Просто ты видел их лица? Тут надо было сделать фото!       Питер улыбался от сказанных ею слов. Он просто ехал в место, известное одной лишь Стайлз, которая предусмотрительно отправила его адрес по СМС, прежде чем покинуть лофт. — Лапушка, ты уверена, что мы приехали в нужное место? — поинтересовался старший из Хейлов, когда подъехал к какому-то обрыву у озера, находящегося за городом. Стайлз без лишних слов вышла их машины и подошла к краю обрыва, подняв голову и — услышал Хейл — глубоко вздохнула, — Видимо уверена…       Питер медленно и лениво вышел из машины, тихо закрыв дверь. Взгляд Питера мгновенно поймал яркий красно-жёлтый шар на небе, находящийся на горизонте. Он внимательно осматривал его, пока не поймал взглядом Стайлз. Девушка запрокинула голову и закрыла глаза. Она глубоко и медленно дышала, находясь под светом заходящего солнца. Питер без лишних слов тихо подошёл сзади к Стайлз, находясь чуть левее от неё, и продолжил рассматривать закат, а после тихо спросил: — Мы приехали сюда, чтобы посмотреть на закат? — Не совсем, — незаметно вздрогнув, ответила Стайлз, — если ты посмотришь вон туда, — Стайлз показала правой рукой в сторону берега, а левой прикрывала глаза от солнца, — то увидишь девочку и мальчика лет восьми. Они ходят сюда каждый понедельник и четверг играть, — непривычно медленно проговорила Стайлз. — Ты ездишь сюда каждый понедельник и четверг, чтобы посмотреть на них? — Питер был удивлён. — Не только, — Стайлз улыбнулась, повернулась к Питеру лицом, но не успела договорить, увидев прибежавших мальчика и девочку, а после подошла к другому концу обрыва, наблюдая за ними. — А что ещё? — В детстве мы сюда ходили с мамой каждую неделю. А потом она заболела, и мы перестали ходить сюда. Это одно из немногих воспоминаний, что отложились в моей голове о ней очень хорошо. А потом мы ходили сюда со Скоттом. Так вот эти ребята мне напоминают меня и Скотта, — повернувшись к Питеру, улыбнувшись, ответила девушка. — Неплохо, — ответил Питер, улыбнувшись.

***

      Когда Стайлз закончила неделю и ушла на выходные, то очень долго и упорно готовилась к предстоящему экзамену по химии. А это отнимало очень много времени и сил. И в воскресение поздно вечером Стайлз, закончив подготовку, решила сходить в кофейню, чтобы купить кофе и что-нибудь перекусить там, ибо отец ещё не вернулся.       На улице было уже темно, и шёл дождь. А машина Стайлз до сих пор была в ремонте. Поэтому она решила надеть толстовку, спортивные штаны и кроссовки, чтобы было удобно, тепло и можно было быстро добежать до кофейни.       Уже заходя в кофейню, девушка снимает с себя промокший капюшон толстовки, открывая вид на собранные в пучок волосы. Девушка делает заказ с собой и забирает его почти мгновенно. Но она не уходит домой. Причина тому — резко усилившийся дождь; а ещё мужчина, сидящий за дальним столиком у окна, пьющий кофе и что-то набирающий в телефоне. Конечно, помимо него в кофейне были ещё люди, но именно он заставил Стайлз остаться.       Она тихо подходит к нему, садиться за его стол и говорит: — Время почти полночь. Что ты тут делаешь? — она ставит свой заказ в пакете на диванчик, опирается головой о руку, находящуюся на столе, и нежно, — сидящий напротив, мог поставить даже на это — с заботой смотрит на него. — А что тут делаешь ты, милая леди? — сидящий отрывается от телефона, ставит его на блокировку и убирает его в карман, полностью сосредотачивая своё внимание на Стайлз. — Я пришла за ужином. — А мне захотелось нормального кофе. — Ладно, ответ засчитан, — девушка улыбается максимально дружелюбно, возможно, даже влюблено, — тогда я пошла. Удачного вечера, — Стайлз аккуратно встаёт из-за стола, забирает пакет и направляется к выходу, надевая капюшон.       Питер лишь наблюдал за девушкой, которая покинула кофейню. Он решил плюнуть на это, но краем глаза заметив дождь, решил, что если Стайлз пойдёт под дождём, то завтра же заболеет. А если вспомнить, что завтра у неё экзамен по химии, и как она готовилась к нему, избегая всех и вся, засиживаясь дома за учебниками, прерываясь лишь на еду и сон (и то еду изредка), то Стайлз будет рвать и метать. Питер подскочил из-за стола, бросил купюру на стол и пошёл быстрым шагом за девушкой. — Стайлз? — Питер, увидев девушку, которая недалеко отошла от кофейни, крикнул ей, — Тебя подвезти? — Да, это было бы круто, — Питер мог поклясться, что даже в темноте разглядел то, как на щеках Стайлз образовались ямочки, когда она улыбнулась.       Стайлз быстро прыгнула в машину Питера, а тот завёл машину и они поехали. Всю дорогу Стайлз танцевала и подпевала песням, играющим по радио. Питера это лишь забавляло и заставляло улыбнуться, а иной раз и засмеяться. А только ли? Как билось его сердце, когда Стайлз начала петь. Он бы в жизни не поверил, что она умеет петь, да так хорошо.       И уже подъехав к дому, Стайлз угомонилась, посмотрела на Питера, нахмурилась и сказала: — Ты сейчас пойдёшь со мной пить кофе, — уверенным тоном — почти приказным — сообщила девушка.       Питер лишь хмыкнул, но за девушкой отправился       Ну, давайте будем честны, Стайлз не дура. Да и Питер на дурака похож не был. Поэтому когда он увидел Стайлз, одетую в домашнюю одежду, а она его в привычной футболке с привычным вырезом, то их осенило. Да, Стайлз осознала, что опять влюблена. Да, Питер наконец это тоже понял.       И, поцеловав Стайлз, почувствовав вкус кофе без сахара с корицей на её губах, он нажал на кнопку отчёта. Они — бомба замедленного действия. И она скоро взорвётся. И Питер, глядя на неё, задерживая дыхание, боялся до смерти. Он позволил чувствам овладеть им, впустил их внутрь.       И почему-то она не боится: она верит ему, она ему доверяет. И почему-то он не боится: он верит в неё, в них. И Питер, смотря на Стайлз, задаёт себе лишь один вопрос: «В конце каждой книги злодей умирает. Но почему я всё ещё жив?» — Это так символично — поцеловать тебя в толстовке, подаренной тобой, — улыбнулась Стайлз, обнимая Питера.