АСА - Академия Секретных Агентов. Книга первая. Начало

Декабрь шёл к концу, начались новогодние каникулы. Академия заметно опустела — многие ученики поехали к родителям на каникулы. Вообще в Академии осталась только я и Кристина Николаевна. Нет, я тоже могла поехать на каникулы, но я не хотела быть дома. Это было из-за отца, мне не хотелось пока говорить с ним, хотя я понимала всю важность и необходимость этого разговора. Мне не хотелось портить ему и маме праздник — мама всегда тонко чувствовала моё настроение и точно бы поняла, что я расстроена, из-за чего расстроилась бы и она. Поэтому я сказала ей, что еду в гости к подруге. Правда, Клео действительно звала меня с собой на праздники — они с семьёй ехали в Норвегию на какой-то фестиваль, но я отказалась — почему-то мне хотелось отпраздновать Новый Год в одиночестве. Впрочем, меня звала и Амалия — она с родителями ехала на праздники в Бразилию, но говорила, что моё общество нисколько их не стеснит; и Ли Хэм Бон звала меня на праздники в её родную Южную Корею; даже мальчики, втроём ехавшие в Ирландию звали меня с собой. Только Арс сделал вид, что ни разу не слышал о моём существовании. В выражении, с которым он на меня посмотрел, когда я провожала их до автобуса, явно читалось: «Может быть, тебе стоит провести вечер с Аннегринтом, ты же на него вешаешься!». Эту фразу я слышала от него раз пятьдесят за последний месяц. Особенно часто она встречалась в его речи, когда девчонки расспрашивали меня про то, каково это — встречаться с мистином, который к тому же старше тебя на четыре года, если опустить его возраст в мистинских мерках. Автобус, увозивший учеников первого курса и некоторых учителей, скрылся в лесу, который был настолько густым, что я быстро потеряла из виду автобус, хотя смотрела с балкона восьмого этажа. Мне не хотелось уходить. Именно сейчас я поняла, что стоило бы поехать хотя бы с Клео, но было уже поздно, да и мне не хотелось мешать кому-то своим присутствием. Я так погрузилась в мысли, что даже не заметила, как возле меня оказалась Кристина Николаевна. — Отсюда хороший вид, верно? — спросила она. — Да, — ответила я. Нависло неловкое молчание. — Я знаю, что это неправильно, но в тот день, когда у нас была встреча с Министром, я вернулась раньше и прочла вашу… твою переписку… отрывок… Это правда, что вы моя сестра? — Да, это правда. Я тебя не виню, я же сама оставила переписку открытой на компьютере, — ответила Кристина Николаевна. — Только давай сразу договоримся, что ты будешь обращаться ко мне на «ты» и называть меня по имени или же Крис. Но не на уроках. — А как так получилось, что ты оказалась здесь? — спросила я, хотя не была уверена, что получу ответ. — Это очень долгая и печальная история. Давай отложим её на потом, ладно? Не хочу портить праздничное настроение, — ответ Кристины по сути соответствовал моим догадкам. Крис подняла глаза наверх, в сторону крыши. — Аннегринт, ты в курсе, что мы не проверяли крышу на случай, если на ней будет кто-то сидеть, причём довольно регулярно? И вообще, что ты тут делаешь, ты же должен вместе с другими мистинами заниматься украшением Долины, если я не ошибаюсь? — Ну, во-первых, я закончил с делами, касающимися Долины. Во-вторых, я не настолько тяжёлый, чтобы подо мной крыша провалилась. Самые хлипкие крыши у домов в Нью-Мистинс, а поскольку я там провёл почти всё своё детство, а ни одна крыша не сломалась, то ваша выдержит. В-третьих, что касается того, что я здесь делаю, то я наблюдаю довольно милую сцену воссоединения сестёр, разве нет? — ответил Аннегринт, спрыгнув с крыши на балкон. — Нью-Мистинс? Это город такой, да? — удивлённо спросила я, пытаясь удовлетворить своё любопытство и вместе с этим перевести разговор на другую тему, не допустив ссоры. — Да, это город мистинов в Америке. Он относительно молодой по сравнению с другими поселениями мистинов, да и айстинов тоже, — ответил Аннегринт. — Тогда почему ты живёшь в Долине Мистинов, если ты из другого города? — У меня с детства были натянутые отношения с родителями. Они часто ссорились и даже не замечали меня и моих попыток помирить их. Потом я уехал учиться в Великой Академии Мистинов. Это что-то вроде института, где учился почти каждый мистин. Она находится совсем неподалёку от Долины. В Академии я нашёл лучших друзей и перестал думать, что люди умеют только орать друг на друга. И ещё я влюбился… в этот тихий и спокойный городок, больше похожий на деревушку, а не на город-столицу поселений мистинов. Здесь все друг друга знают и общаются на равных, а не проходят мимо тебя с каменным лицом и видом, который как бы говорит: «Я тебя не знаю, и даже не собираюсь об этом думать». Правда, родителей не устроил такой ответ, когда я им заявил о том, что хочу остаться в Долине. Пришлось добавить, что здесь живёт действующий Мистин Памяти, и я хочу заняться практикой в своей магии. И вот, теперь я здесь, и больше нет каменных лиц и шумихи. — Каково это было жить с Крастией, которая постепенно сходила с ума? — неожиданно спросила Крис. — Не зная человека достаточно хорошо, не делай никаких заявлений о нём, — ответил Аннегринт. — Она довольно уверено отыгрывала роль сходящей с ума, но она не была такой. Она нормальная. Даже если казалось, что она окончательно тронулась мозгами. А теперь простите, но я вынужден покинуть ваше общество. — Подожди, Аннегринт! — я схватила его за руку. — Прости, пожалуйста, нас обеих. Это больная тема для разговора. — И да, по поводу того вчерашнего разговора… — неожиданно произнесла Крис. — Я согласен, — кивнул Аннегринт. — Да, и пока я вспомнил… У меня там завалялось два приглашения на Новогоднюю ярмарку в Долине. — Дело в том, что меня уже пригласили… — ответила Крис. — Но я думаю, Соня составит тебе пару. Она ведь ни разу не была там, ей будет интересно. *** Новогодняя ночь на первый взгляд ничем не отличалась от привычной мне. Разве что, я не привыкла встречать Новый Год вместе с старшей сестрой, а не с родителями. Однако, я была очень удивлена тем, что новогоднее обращение говорит не кто иной, как мой родной отец — конечно, я понимаю, что именно он, как глава полного мира должен это сделать, но мозг отказывался принимать его на экране телевизора, а не рядом за столом. За короткое время общения с сестрой, именно как с сестрой, я поняла, что Крис — сестра, о которой можно только мечтать. Мне всегда не хватало человека, который мог выслушать меня, но при этом, чтобы этот человек понимал меня не с высоты прожитых сорока пяти лет. Мне не спалось, и я решила выйти на балкон. Я никак не ожидала, что услышу с крыши: «Ты же замёрзнешь, иди в комнату!», но, видимо, я всё же уже немного засыпала, потому что машинально ответила: «Ага», кивнув головой и никуда не уходя. Неожиданно я поняла, что никогда раньше не видела, чтобы кто-то был на крыше. Я обернулась и, посмотрев туда, увидела человека, который минуты две смотрел на звёздное небо, после чего посмотрел на меня строгим, внимательным взглядом. — Аннегринт? — удивилась я, узнав сидящего. — Что ты там делаешь? — Как видишь, сижу, — ответил Аннегринт. — Почему не спишь? — Не могу уснуть. Не знаю почему. Слишком много мыслей в голове не дают покоя мне. — Пошли в комнату, всё расскажешь, — ответил Аннегринт, спрыгивая с крыши на балкон и уводя меня в гостиную. — Итак, что за мысли такие, что не дают спать? — Во-первых, отец… — Не можешь понять, почему он ни разу не рассказал тебе про полный мир, агентов и себя? — спросил Аннегринт. Я кивнула. — По многим причинам: не был точно уверен, что ты агент; выполнял клятву, данную при вступлении на пост Министра; не был уверен, что ты, как любой типичный ребёнок случайно или по секрету не расскажет другим о полном мире; боялся, что ты раскроешь всё матери при каких-либо обстоятельствах, учитывая тот факт, что она простой человек; ну и точно уж беспокоился, чтобы тебя не засмеяли в школе за рассказы о сказочной стране «Полный Мир». Твой отец не такой уж и плохой человек, несмотря на то, что он скрывал от тебя существование полного мира и твою и свою принадлежность к нему. Если подробнее разобрать каждую из причин, то в четырёх из пяти можно увидеть, что он заботится о тебе, даже если на первый взгляд этого не видно. — Откуда ты знаешь столько? Почему именно эти причины? Ведь, помнится, ты говорил, что не знаком с моим отцом. — Да, я с ним не знаком, но я лет пять изучал психологию, ещё до Академии Мистинов. И лично зная его обеих его дочерей и факты из психологии, а также используя опыт наблюдений за людьми, я прихожу к практически безошибочным выводам. — Ты удивительный человек, Аннегринт, — неожиданно для самой себя произнесла я, после чего решила сразу же сменить скользкую тему на другую, хотя мой выбор оказался не лучшим. — Какой была Крастия на самом деле? — Достойной уважения. Человеком, прошедшим трудный путь. И уж точно не сумасшедшей, как думают многие… — Аннегринт в задумчивости отвернулся, но тут же повернулся обратно ко мне. — Какие были её последние слова? — Она сказала: «Скажите ему, его время пришло. Мне пора умереть». Это её последние слова. — ответила я. — А что? — Она была заботливой, она заменила мне мать. Она любила меня, как сына, хотя у неё самой были дети, она могла выслушать, дать полезный совет… — Аннегринт сделал паузу. Казалось, ему трудно говорить. — Так, ладно, тебе пора ложиться, завтра всё равно рано вставать. На случай, если ты забыла, завтра ярмарка в Долине. Я пойду. Спокойной ночи, принцесса. *** Долина Мистинов была празднично украшена. Вдоль улиц протянулись длинные столы, которых раньше не было. Они были уставлены всякой всячиной: сладостями, посудой, фигурками, картинами, игрушками, какими-то книгами. Возле столов, в различных костюмах находились мистины. Между столами ходили другие мистины и агенты, иногда останавливаясь где-то. — Главная суть Новогодней ярмарки — то, что каждый мистин делает что-то своими руками без магии, в основном, или приносит что-то из своего дома, что не считает необходимым для себя, и выставляет на ярмарке, где любой желающий может купить эту вещь. — пояснил мне Аннегринт. — Пойдём к Ястрель, думаю, с неё лучше начать. Мы подошли к Ястрель. На её столе в основном лежали книги. Как это объяснила сама Ястрель — она решила разобрать домашнюю библиотеку, и расстаться с некоторыми книгами. Аннегринт долго рассматривал собрание книг, разложенное в виде аккуратных стопочек, после чего взял одну из книг в руки. — Фивянский? Пятая часть «Лунных дней»? Ничего себе! Я возьму? — спросил он. — Конечно, бери, — согласилась Ястрель. — С тебя пять ретт, потом занесёшь. После Ястрель мы пошли к Эльтоне и Дельтии. — Это «Лунные дни»? Пятая часть? — спросила Дельтия вместо приветствия. — Неужели ты все-таки добыл это чудо? Откуда? — Спасибо Ястрель. Она нашла у себя. — Считай, что тебе повезло. Ах да, книга интересная, Фивянский как всегда на высоте — Галатея вернётся в команду, Сэм и Эмма снова будут вместе, а Ирвин, наконец, поймёт, что Галатея для него больше, чем просто подруга. И да, это будет убийство, они будут опять расследовать убийство. — ответила Дельтия. Эльтона и Аннегринт переглянулись. — Гри, ты же знаешь, что Дэл нельзя показывать что-либо из того, что она читала. Её беспокойная душа не сможет уснуть, пока не выскажет все сюжетные повороты. — сказала Эльтона. — Тони, замолчи, — её перебила Дельтия. — Так вот, они ещё раз помогут семье… Дельтия не договорила, сделала паузу и молча указала куда-то. Мы с Аннегринтом обернулись… К нашему глубокому удивлению, в нашу сторону шла Крайа. — У меня только один вопрос: что она здесь делает? — спросила Эльтона. — Если внимательно пронаблюдать, она ищет книги. А если додумать логически, она ищет книги Лайнбернов. — ответил Аннегринт, задумчиво смотря на Крайю. — Чем так знамениты эти… Лайнберны? — спросила я. Меня давно мучил этот вопрос — почти на каждом собрании я слышала эту фамилию и это настораживало. — Прасиода Лайнберн и её потомки изучали магию в особом ключе. Но их книги слишком редкие — практически невозможно найти. Однако содержат такие сведения, которые нельзя найти где-либо ещё. За открытия Прасиоды ей и её потомкам дали потомственное дворянство. — Дворянство? Как нам рассказывали в Академии, в полном мире равноправие. — переспросила я. — От дворянства здесь только титул «Леди», особняк, возможность нанимать слуг, туча семейных традиций и всеобщее уважение к их исследованиям. — ответил Аннегринт. — И разрешение на продолжение проведения этих исследований. Ничего особенного и довольно тяжелая жизнь. Не позавидуешь. Крайа все же прошла мимо нас, развернувшись в самый последний момент. — Странно все это. — пожала плечами я. — Пойду, поговорю с Крис. Я думаю, ей стоит знать. *** Наш с Крис разговор затянулся и явно перешёл границы «рассказать о появлении Крайи на ярмарке». Мне и ей как будто нужно было выговориться, обьяснить все произошедшее. — И всё-таки, как ты объяснишь тот факт, что ты встречаешься с человеком, к которому относишься не больше, чем как к близкому другу? — неожиданно спросила Крис. — Я знаю, что я лишь даю бесполезную надежду, но, может, оно того стоит? Я вижу, что он счастлив, и я боюсь разбить это счастье признанием в том, что я его не люблю. — ответила я. Мне было очень тяжело признаваться в этом, но все же я понимала, что это было необходимо. *** — И всё-таки, как ты объяснишь тот факт, что ты встречаешься с человеком, к которому относишься не больше, чем как к близкому другу? — неожиданно спросила Крис. — Я знаю, что я лишь даю бесполезную надежду, но, может, оно того стоит? Я вижу, что он счастлив, и я боюсь разбить это счастье признанием в том, что я его не люблю. — ответила Соня. Казалось бы, чем мог быть опасен откровенный разговор двух сестёр? Казалось бы, они ведь были одни, никто не слышал их разговора, возле какого-то дома — все на ярмарке. Но обе, обе они не знали, что рядом, с другой стороны этого дома случайно оказался, а теперь медленно сползал по стене, морально умирая от боли, Аннегринт. Он знал, давно знал и видел, что для неё он не больше, чем друг, наставник, некий старший брат, а никак не предмет обожания. Но именно сейчас эти слова вызывали мучительную боль. Он готов был отдать все, чтобы не быть здесь, чтобы не слышать этих слов, чтобы не чувствовать этой раны. Ему казалось, что ничто ему уже не поможет. Соня и Кристина ушли. Никто не найдёт, никто не вытащит. Но проходившая мимо девушка с белыми волосами, завязанными в косы, остановилась рядом. — Гри, а ну вставай. — приказным тоном сказала она. — Дэл, ты что здесь вообще делаешь? — ответил Аннегринт, как будто приходя в себя. — Это не важно. Эльтона хотела поговорить, что-то про Крайю она нашла или надумала. Пошли. Тебе надо отвлечься от этих мыслей, иначе будет хуже. Уж поверь мне. *** — Я думаю, Крайа не только ищет книги с исследованиями Лайнбернов. — таинственно произнесла Эльтона. — Она наблюдает. Наблюдает за тобой, Гри. — За мной? — переспросил Аннегринт. — Зачем? Ей делать нечего больше? — Это вполне логично. Она пытается выяснить, чем ты увлекаешься, кто является тебе важным или близким человеком. Что ты любишь, что читаешь, как ведёшь себя в какой-либо ситуации. — пояснила Эльтона. — Она ищет что-то, что можно использовать против тебя, чтобы сломать тебя. — Допустим. И? Зачем я ей сдался? Я бесполезен. — Ты забыл две вещи: первое, ты мистин Памяти, а она не прочь влезть в прошлое и пронаблюдать за… за теми же исследованиями Лайнбернов, в конце концов; второе, ты Пророк, а ей важно знать, что в будущем предпримут те, кто ей противостоит. — ответила Дельтия. — Будь осторожен, друг. Старайся не показывать эмоции. Будь осторожен.