Разведка боем

Что-то внутри Какаши подсказывало ему, что вот это — точка невозврата, но любопытство было сильнее. «Да ты даже юбку прихватил», — сказал он самому себе. Лукавил: не только юбку. Ничто больше не могло остановить его. Перевоплощение в стариков или увечных — слишком просто, вчерашний день. Пора было переходить на нечто новое. Красная помада маняще торчала тюбиком из пакета, но увы, была недоступна, потому что не подходила к образу. Собственные успехи кружили голову. Казалось, он мог бы изобразить самого Хокаге, найдись в магазине похожая шапка. Цвет глаз решил не менять. Богатый жизненный опыт говорил Какаши, что люди не очень-то запоминают глаза даже тех людей, с которыми проводят дни напролёт. Да что там, он и сам был ничем не лучше. У Обито глаза чёрные, как и у большинства Учих, у Минато, скорее всего, голубые, как и у большинства светловолосых, а Рин… Что и требовалось доказать — Какаши не помнил. Выйдя за дверь, он остановился, задумчиво барабаня пальцами по косяку. На ком бы испытать? Просто пройтись по улице не так интересно, хотя он это сделает. Нужно проверить свой навык на ком-то, кто хорошо его знает, чтобы добавить риска. Не на Минато, правда, слишком уж опасно. На Рин — скучно. Ну не узнает она его, и что? Обито… у Обито теперь шаринган. Не то чтобы он использовал эту способность постоянно, но… Углядев в конце улицы знакомую фигуру, Какаши мигом прервал размышления. Майто Гай! Так называемый вечный соперник. Что он делает вечно, так это ошивается возле его жилища, если не занят тренировками. И что только он тут постоянно забывает… Хорошо, что сам Какаши нечасто бывает дома. Он торопливо отскочил от собственной двери, чтобы не вызывать подозрений. Идёт сюда, чтоб его! Какаши сглотнул. Гай провёл по нему взглядом, словно не заметив, и направился к двери. Не узнал… ну конечно, как ему узнать! Новый грим, парик, идеально подобранная одежда, даже обувь! Сейчас бы его отец родной не узнал, будь он жив, конечно. Он еле сдержал смех, наблюдая, как Гай стучится в его дверь. Нужно было как-нибудь привлечь его внимание, но сделать это таким способом, чтобы не выглядеть дураком, если Гай всё-таки каким-то невообразимым образом его узнает. Однако, этому парню легко запудрить голову так, что он и сам загримируется, думая, что состязается в искусстве скрытности. Какаши громко кашлянул. Ничего не произошло, Гай продолжал таращиться на его дверь, печально вздыхая. — Дома никого нет, — наконец решился Какаши. Он подумал, что если скажет «Его дома нет», а Гай его раскусит, то это будет выглядеть глупо, не смотря ни на какую силу Юности. — А? — вечный соперник наконец повернулся к нему. — Дома никого нет… — снова пропищал он высоким голосом. — Откуда ты знаешь?! — гаркнул Гай, наставив на Какаши палец. Не очень-то учтиво, учитывая, что он абсолютно точно его не узнал. Это было забавно. — Ну… я видела, что молодой человек, который здесь живёт, ушёл за пару минут до того, как вы появились. Гай выглядел обескураженным. — Как же так… А кто вы? Я вёл себя слишком грубо! — он вдруг поклонился, едва не коснувшись волосами земли, а потом бухнулся на одно колено. — Прошу меня извинить! Я — Майто Гай! Я вовсе не всегда так груб с девушками… Как вас зовут? Вот тут-то Какаши и понял, что облажался. Имя! Имя-то не придумал! — Я… я… — он знал не так-то много женских имён. А уж фамилии… лучше не заикаться про фамилию, авось Гай и не заметит. — Меня зовут Хару. — Какое чудесное имя! Нежное, как весна! Наблюдать за этим было одновременно забавно, но при этом как-то невообразимо стыдно. Какаши бы никогда не пришло в голову, что Гай может вести себя настолько странно… Конечно этот чувак всегда был слегка не от мира сего, но кто из его сверстников не был? Один другого пришибленнее… А это — то, как он сидел на одном колене, как хвалил самое банальное имя — это явно не для Какаши предназначалось. — Да ладно вам, — он замахал рукой. — Скажите… — начал Гай, и на секунду Какаши показалось, что сейчас вечный соперник предложит руку и сердце, и он даже начал придумывать, как он будет вежливо отказываться, но, к счастью, вопрос был иным: — в какую сторону делся человек, живущий в этом доме? Молодец, Гай! Не подвёл, дружище! Никаким женщинам его было не испортить. — Туда, — Какаши уверенно указал рукой в сторону полигонов для тренировки. Для верности он прибавил: — Я лично понятия не имею, что в той стороне находится. — Спасибо! Огромное спасибо! Вы не представляете, как помогли мне! — Гай подскочил на месте. — Я немедленно направлюсь туда! — Поспешите, чтоб не отстать, — напутствовал Какаши. Его вечный соперник немедленно вскочил на крышу ближайшего дома и направился в указанную сторону. Что же теперь? Вернуться домой и праздновать? Отлично же прошло! Даже несмотря на лёгкий осадок стыда, триумф ощущался в полной мере. Но Какаши запланировал ещё пройтись по улице. Что ж, это не сложно сделать, да и много времени не займёт. Он обернулся, чтобы убедиться в том, что Гай точно удалился и не решил вернуться. Ему не хотелось бы снова застать его у дома по возвращению. Пройдя несколько шагов с вывернутой назад шеей, он с силой натолкнулся на что-то. Вернее, на кого-то. Неловко приземлившись на зад, Какаши понял, что опозорился ни перед кем иным, как перед Обито. И что это Учиха тут делает вместо тренировок? Он что, решил, что раз у него теперь шаринган, то можно и не тренироваться? — Какой же ты… — пробурчал Какаши. «Остолоп», — вертелось на языке, но быть высказанным этому слову было не суждено. Какаши понял, что произнёс начало фразы своим обычным голосом, пусть и очень тихо, но в добавок вся одежда на нём наверняка растрепалась из-за падения, а Обито уж очень хорошо его знал… — Эм… — только и сказал тот, после чего протянул Какаши руку и помог подняться. Место, где они столкнулись, было выходом на довольно шумную улицу, поэтому Обито отвёл его в сторону. Какаши молчал и глядел на друга немного исподлобья, не в силах выдержать прямой взгляд. Ни разу он не давал никому повода себя дразнить, втайне опасаясь этого больше всего, и вот теперь, из-за какой-то прихоти… Страшно было подумать, что о нём теперь скажут. — И… извини, — вдруг произнёс Обито. — Я не хотел тебя толкать. Меня зовут Обито. Не узнал? Как есть не узнал, иначе зачем представляться тому, кого знаешь? Правда не узнал! Какаши мог поклясться, что друг не придуривается, и в его глазах плещется искреннее сожаление. «Интересно, когда я упал, юбка задралась или нет?» — промелькнула вдруг мысль, но он быстро её отогнал. — Привет, — Какаши захлопал глазами, не веря своему счастью. — Меня зовут Хару. — Мне кажется, я тебя где-то видел. У тебя лицо знакомое, — Обито робко улыбнулся. О нет. Ни в коем случае нельзя дать ему догадаться, почему именно лицо незнакомки кажется ему знакомым. Нужно было срочно что-то придумывать! Но как назло, в голове крутилась только дебильная мысль о том, что как бы ни задиралась юбка, это не страшно, потому что трусики Какаши тоже выбрал что надо. — Ну… — начал он. Внезапно в голову пришла гениальная в своей простоте идея: — Ну конечно же. Это потому, что я сестра Нохары Рин, и мы с ней немного похожи. Иногда Какаши просто поражался своим сообразительности и уму. — Правда? — Обито округлил глаза, которые тотчас зажглись невероятным интересом. — Она никогда не говорила, что у неё есть сестра! — Да… — Какаши испытывал огромное желание задумчиво почесать макушку, но сомневался, прилично ли девушке делать такое. — Это потому что мы гражданские. Приехали погостить ненадолго. И я ей вообще не родная, я кузина. Конечно же Какаши сомневался, что гражданские могут просто взять и приехать погостить в скрытую деревню, но Обито о таких вещах никогда не задумывался, это уж точно. — Надо же! — Обито тряс кулаками возле своего лица и разве что не прыгал от воодушевления. — Ты сильно занята? Можно, я провожу тебя до дома? А откуда ты знаешь, что я знаком с Рин? Какаши сглотнул. В его невероятно стройной лжи зияла пробоина. — А, это… Это потому что… Это потому что она показывала мне фотографию своей команды, — Какаши в очередной раз подивился своей гениальности, которая так кстати его спасла. — О, я всегда знал, что она нас очень ценит! — Обито схватил Какаши за руку и потащил куда-то. — Ой, извини, ты, наверное, куда-то шла! Он быстро выпустил его руку и остановился как вкопанный. Хорошо хоть прохожих было немного, и никто не норовил их задеть локтем. — Да нет, я просто прогуливалась. Только… — ещё одна отличная мысль посетила голову юного гения. — Ты можешь не говорить Рин, что встретил меня? — Конечно… А почему? — Обито захлопал глазами. — Ну как почему? Потому что это секрет! — Какаши всегда считал, что логика девушек строится именно так. Видимо, Обито тоже так думал, потому что он понимающе закивал. — А ты сам куда шёл? — задал Хатаке мучивший его вопрос. Всё-таки он встретил Учиху неподалёку от своего дома. Что вот он там забыл? — Наверное, был занят важными делами? — Ну, я хотел позвать одного чувака на тренировку, — Обито задумчиво почесал макушку, заставив Какаши невероятно ему завидовать. — Но он наверняка уже умотал, так что это неважно! Вот так, значит, Обито зовёт своего лучшего друга! «Чувак, который не особо-то и важен». Какаши почувствовал непреодолимое желание как следует встряхнуть его за грудки, но не мог. Мало того, что он бы себя выдал, так ещё и для девушки такое поведение неприлично. — Послушай… — Обито от чего-то покраснел и смутился. — Ну? — Какаши едва не начал говорить своим обычным голосом, настолько он чувствовал себя задетым. — А ты не хочешь прогуляться? Если всё равно никуда не спешишь. — Почему бы и нет! — запальчиво ответил Какаши, чувствуя желание наговорить Учихе чего-нибудь поучительного. Через пару секунд, правда, пожалел: а выдержит ли грим долгую прогулку? Выдержит ли это испытание хрипловатый голос Какаши, который тот всеми силами пытался сделать чистым? Надо будет постараться завершить это всё как можно скорее. Не то чтобы Какаши был так сильно загримирован, но ему пришлось попотеть, чтобы замазать тонкий шрам, пересекавший лоб, веко и щёку. И то, половину работы делал парик, удачно прикрывая это место якобы случайно выбившейся прядью. — Тут неподалёку есть парк, — Обито указал рукой. — Ты приглашаешь меня на свидание? — спросил Какаши. Ему хотелось посмотреть, как глупый Учиха смутится. Тот действительно сразу подобрался и стал бубнить: — Ну… просто прогуляться там, пройтись… подышать воздухом. — Хорошо, — Какаши, поняв, что его слова достигли цели, решил добивать Учиху и взял того под локоть. Эдак скоро и до поцелуев дойдёт. Обито не отстранился, но начал нервно сглатывать и оглядываться по сторонам. Да он никак боится, что мимо может идти его ненаглядная Рин? Какой же он подкаблучник, брал бы лучше пример с Гая! Раньше Какаши всегда был ниже Обито, в самом детстве — довольно-таки значительно, однако в последнее время начал догонять Учиху в росте. Сейчас он был рад, что пока что пусть небольшая, но разница сохранялась. — А у тебя есть девушка, Обито? — невинно пропел Какаши. Его наполняло приятное чувство превосходства. Он ощущал, как управляет ситуацией и прямо-таки манипулирует Учихой. — Н-нет, — ответил тот. — Ну это ничего. Ты симпатичный парень, и кого-нибудь себе найдёшь, — Какаши просто ликовал, видя, как краснеет его спутник. Будет знать, как называть своих друзей неважными! Как называть Какаши неважным. Вскоре они достигли нужного парка и какой-то скамейки, на которую и уселись. — Выходит, Рин давала тебе посмотреть фотографию нашей команды. А она что-нибудь про нас рассказывала? — похоже, этот вопрос Обито хотел задать всю прогулку, в нём чувствовалась едва сдерживаемое нетерпение. Ох уж этот Учиха. Не сболтнуть бы лишнего. В то же время можно наврать чего-нибудь такого, что исключило бы дальнейшие расспросы. — Она рассказывала, как вас зовут, что вы… очень близкие ей люди, — осторожно сказал Какаши. Ох, ну и чушь он несёт, да ещё и заезженную. — А про меня что-нибудь говорила? — Обито выглядел так, как будто задал вопрос жизни и смерти. Просто жалко смотреть. Зато у Какаши наконец-то появилась возможность высказаться насчёт этой его зацикленности. Никто никогда не спрашивал его о том, что он думает по поводу Рин и её отношения к Обито, а вот теперь, пусть и так, но он скажет своё слово. — Да, она говорила, конечно. Она очень хорошо о тебе отзывалась. Говорит, что ты ей как брат, — Какаши улыбнулся как можно более мило. — А… — Обито тоже постарался улыбнуться, но вышло блёкло. — Как брат… Понятно. Да это и ежу было понятно! По крайней мере, Какаши так считал. Обито сох по Рин ещё, кажется, с Академии, а та ну совсем его не ценила. По мнению Хатаке, так уж точно. Но этого ему показалось мало. Он добавил: — Да. Ещё она сказала, что ты стал интереснее, с тех пор, как у тебя появился этот, как его… не помню точно, что-то с глазами, — Какаши вовремя вспомнил, что изображает гражданскую. — Шаринган? — Да, по-моему так. Я вообще ничего не понимаю в техниках ниндзя, даже боюсь их, — он кокетливо махнул ладонью. — В каком смысле «интереснее»? — подавлено спросил Обито. — Ну в каком-каком, в прямом! — Какаши, признаться, и сам не понимал, к чему клонит. Ему только хотелось донести до Обито простую мысль, что он не слишком-то нужен Рин. Конечно, Какаши уважал её как товарища и не хотел вот так порочить за глаза, но с другой стороны, а кто, как не друг, поможет другу? Иногда надо быть твёрдым. Они помолчали какое-то время, как что-то вдруг поменялось. Как будто что-то задрожало в воздухе. Шестое чувство отчаянно говорило Какаши, что нужно валить. Вскоре он понял, почему. Ну конечно же, мимо проходил Гай, которого всегда было видно издалека благодаря яркому зелёному костюму. Почему-то вместо полигона он выбрал именно этот парк, чтобы ходить на руках. Ну что за человек, только недавно его в другую сторону отправили! Какаши не мог понять, по какой именно причине ему так не хочется встречаться с Гаем. Вроде бы тот всегда был настроен дружелюбно и всячески показывал своё уважение, но постоянная необходимость что-то доказывать утомляла. Не то чтобы Хатаке был в себе не уверен… Хотя кого он обманывал, после того, как у Обито появился шаринган, Какаши вовсе не был в себе уверен. — Подожди минутку, — Обито встал и пошёл по направлению к Гаю. Ну и отлично, пускай сами поговорят, а Хатаке пока передохнёт, а главное — передохнёт его усталое горло. Гай тем временем принял нормальное стоячее положение на двух ногах и увлечённо доказывал Учихе что-то насчёт Какаши. — Я тебе сто раз говорил, оставь ты его в покое. Какаши любит уединение, ну что вот ты поделаешь-то! — перешёл на повышенные тона Обито. Не менее громко ему отвечал Гай: — Я уверен, что он пропал! Его совсем нигде нет! Я пообещал себе, что обойду весь парк на руках сорок раз, если не найду его! Какаши на мгновение стало совестно. Из-за него Гаю приходится ходить на руках… Хотя погодите-ка, всего лишь жалких сорок кругов? И с каких это, интересно, пор Гай стал на него скупиться, на своего вечного соперника? Какаши немедленно поднялся и подошёл ближе, скрестив руки на груди. — Короче, завязывай это, не трогай Какаши, — стоял на своём Обито. С одной стороны было приятно, что друг защищает его уединение, но с другой…, а что если бы Какаши и правда пропал? Учиха и тогда отмахивался бы, ссылаясь на замкнутость друга, гуляя в это время с очередной девчонкой? Это было возмутительно! Какаши сощурился и поджал губы. — Предлагаю решить наш спор поединком! — выкрикнул Гай, приняв боевую стойку. И вдруг, не дожидаясь ответа, кинулся к Обито с предупредительным ударом. Тот, к счастью, успел отреагировать. Теперь, с шаринганом, у него была хорошая реакция, не то что раньше, когда его разве что улитки не обгоняли. — С ума сошёл? — шикнул на Гая Обито. — Она техник боится! Гай уставился на него непонимающим взглядом, затем перевёл глаза на Какаши. Через пару секунд, ничего не переспрашивая, он резким движением поклонился ему и сказал: — Прошу простить меня, Хару-сан! Я больше никогда не позволю себе такой глупости! Гай запомнил его имя с первого раза? Он всегда отличался плохой памятью на лица, а тут, надо же… Да Какаши уже и сам забыл, как назвался. Так что слова Гая были очень кстати. Обито уже был рядом и, осторожно ухватив Какаши за локоть, заглядывал тому в глаза: — Ты в порядке? Ты нахмурилась… — Простите! Умоляю! — Гай бухнулся на колени и сложил ладони в мольбе. «Да не будьте же вы такими тряпками!» — вертелось в голове у Какаши, но он только хихикнул и замахал рукой: — Ну что вы, что вы, ладно вам. — Это, Гай, — решительно заговорил Обито. — Хару — родственница… О ужас, похоже Учиха не понял, что секрет о родственнице Рин распространялся и на Гая тоже. Какаши посмотрел на него, выразительно округлив глаза. Тот уже и сам запнулся, видимо, осознав, что говорит что-то не то. — …кое-чья. В общем, нам тут с ней надо кое-что обсудить… — Родственница Какаши? — радостно спросил Гай. Какаши же будто покрылся льдом изнутри. О нет! Не хватало, чтобы они подметили сходство и сделали правильные выводы… Он попытался вспомнить, а не видел ли его кто-нибудь случайно без маски. Да вроде нет… — Да ты дурак, что ли, причём тут он? — возмущался тем временем Учиха. — Не важно. Мы, короче, заняты, и нам некогда! Некогда болтать тут и прохлаждаться. — Великолепно! — воскликнул Гай, казалось, с неподдельным восторгом в глазах. — Я продолжу ходьбу на руках, пока не найду своего вечного соперника! Вдруг он повернулся к Какаши и добавил потише: — Извините, что напугал вас, Хару-сан. — Да… да ничего, — пробормотал тот. Вся эта ситуация была крайне неловкой. Хотелось поскорее вернуться на скамейку и продолжить весело смущать Учиху. И вовсе не хотелось думать о том, что Гай на самом деле относится к Какаши с заботой, а тот не желает с ним видеться. Какое-то время Хатаке глядел на то, как его энергичный друг удаляется, идя при этом на руках. Повернув голову он заметил, что Обито уже вернулся на скамейку и сидел, подперев руками голову, будто чем-то опечаленный. — Что-то случилось? — Какаши подсел рядом. — Да не, не случилось… — Учиха замолчал, и начало уже казаться, что он больше ничего и не скажет, как вдруг он продолжил: — Знаешь, все стали относиться ко мне лучше, когда у меня появился шаринган. Оказывается, и Рин тоже. Всё-таки, Обито не был таким непробиваемым, каким казался по жизни, и кое-что понимал. Конечно же, признание сверстников, которые раньше относились к нему в лучшем случае как к пустому месту, не свалилось на него просто так. Но почему он так этим опечален? Ведь об этом он и мечтал: чтобы его заметили после того, как проявится шаринган. Он прямо так и говорил, даром что ли Какаши все его речи знал наизусть! Неужели так сильно расстроился из-за Рин? Какаши такое было трудно понять, он был уверен, что сам никогда не стал бы убиваться из-за женщины. Однако, как легко Обито поверил про Рин и шаринган. Видать, давно уже сомневался в своей ненаглядной. — И Гай тоже? — спросил Какаши, чтобы отвести разговор подальше от Рин. Не хотелось слушать, как Обито по ней убивается, хотелось шутить, а разговор всё никак не становился весёлым. — Ну… да. Он даже предлагал мне соревноваться, раньше такого не было, — Обито печально посмотрел на Какаши, полуобернувшись. Ох уж этот Учиха, ну неужели он не понимает, что девушке на свидании вообще не интересно о таком слушать? Нет, сам Какаши, возможно, и хотел бы проявить дружеское участие, но он ощущал какую-то несправедливость по отношению к своему женскому образу. Столько денег на шмотки потратил. — Ну ты не грусти, давай как-нибудь развеселимся, поедим мороженого, например? — предложил он. Сам Какаши не любил сладости, но, как известно, женщины их обожают. Ах да, Обито ведь тоже сладкоежка! Похоже, сегодня был день крайне удачных идей и фраз. — Ну давай, — Обито медленно поднялся, не выглядя при этом ни капли воодушевлённым или развеселившимся. — Просто мне всегда хотелось иметь друзей. Какаши почувствовал раздражение: а как же он? — Неужели у тебя их нет? Рин мне рассказывала, что у тебя есть друг, — как назло в глаза лезли русые пряди парика. — Прежде он тоже меня недолюбливал, — со вздохом ответил Учиха. Какаши чуть не подавился искусственными волосами от возмущения. Как Обито мог так говорить? После всего того, что между ними было! Конечно же Какаши подружился с ним раньше — как минимум за пару часов до шарингана! Он это точно помнил. — Может, он всё-таки подружился с тобой раньше других? — с нажимом спросил Какаши. — Обычно я так и думаю. Про Рин тоже… — Обито резко переменился в лице, улыбнувшись, он посмотрел на Хатаке и бодро произнёс: — Ну что, пойдём искать мороженое! Немного поплутав по парку, они и правда нашли нужный лоток. Какаши снова ухватился за Обито, для верности. И как только девчонки не стесняются ходить в своих юбках? В них же ветер задувает. Уже собираясь расплачиваться, Какаши подумал, что его горло не выдержит двойного напора. Мало того, что приходится менять голос, так ещё и холодное мороженое. Ну уж нет, а что если Учиха позовёт его на ещё одно свидание? Он не мог ударить в грязь лицом. — Знаешь, а мне что-то расхотелось, — он улыбнулся. — Я оплачу, — просто ответил Обито. Теперь пришла пора Какаши смущаться. Конечно, это славно, что Учиха не жмот, но уже попросту слишком. Ни в каком виде не хотелось выглядеть слабаком без денег, ни в мужском, ни женском, он, чёрт побери, в охране Хокаге работает! — Есть! Вот они! — Какаши немедленно развернул перед другом свой кошелёк. — Я просто… хочу пирожных. Да. — Ладно, — испуганно проговорил Обито. Неожиданно он прищурился: — Надо же, у тебя кошелёк, как у Какаши. — Это к-кто ещё такой? — сглотнув, дрожащим голосом, но требовательным тоном спросил Какаши. Вот он, недостаток образа: совсем не продуман дамский кошелёк! Ох уж этот глазастый Учиха, заметил таки. — Так это мой друг. Рин же вроде тебе рассказывала­, — сказал Обито, отворачиваясь от лотка. — А, ну да. Я просто забыла. У меня плохая память на имена. Ну, а что, Гаю можно иметь плохую память на лица, почему бы Хару не иметь аналогичные проблемы? Словно читая эти мысли, Обито добавил: — Его ещё Гай искал, помнишь? Только что. — Помню, — кивнул Какаши. — А ты его искать не собираешься? — Нет конечно, — Обито упёр руку в бок. — Он не маленький, к тому же, у него такая работа… Ему в любой момент могут дать срочную миссию, может даже секретную. Глупо было бы бегать по деревне и выкрикивать его имя. Какаши понимающе кивнул. Это звучало разумно и логично. Может даже он не будет теперь сильно обижаться на Обито. Может быть. — Тогда пойдём искать место с пирожными, — Обито двинулся вперёд и протянул ему руку. — Погоди, выходить из парка? — нерешительно проговорил Какаши, тем не менее, вкладывая свою ладонь в ладонь Учихи. — Ну да. Ты, наверное, плохо знаешь нашу деревню, — ответил Обито, улыбнувшись. По пути Какаши пытался вглядеться в каждую встречную витрину, чтобы проверить надёжность грима и парика, только вот чёртовы витрины не были зеркальными. Он очнулся, когда Обито уже привёл его к дверям единственного кафе-пекарни в Конохе. Конечно, куда ещё он мог привести девушку, ведь это модное заведение появилось недавно и было в своём роде первым и пока что последним. И тут наверняка затесался кто-нибудь, кто мог узнать Какаши. Он захотел было дать задний ход, а что, девушке же можно, но потом решил: была не была. Если уж даже Обито и Гай его не узнали, то пусть в это кафе стеклось хоть полдеревни, они всё равно не поймут, в чём дело. Хоть людей было не слишком много, места было ещё меньше. Свободный столик был только один, и было решено, что Обито его займёт, уступив Какаши выбор покупок, а также право постоять за ними в очереди, которая не слишком-то спешила двигаться. Однако, соседом по столику оказался никто иной, как Сарутоби Асума, и, надо сказать, его было отлично слышно. Какаши стал краем глаза наблюдать за ними. — Что, тоже сюда девчонку привёл? — спросил он у Обито, перегнувшись через спинку своего сидения. — Ага, — ответил тот. — А ты с Куренай? — Ну да, сам я, что ли, сюда пойду? — Асума хмыкнул. — Она отошла, говорит, нос попудрить. А я не понял, чего его пудрить, нормальный нос… А ты с кем, вон с той красоткой? Если бы Какаши мог, он бы в этот самый момент поаплодировал своему таланту перевоплощения. И дал бы Асуме в нос так, что никакая пудра бы не помогла. — Ага, — ответил Учиха. — Я её не видел раньше, — протянул Асума. — Она не местная, — коротко ответил Обито. — Ну это хорошо, теперь я не один. Теперь и ты такой, как я, — извернувшись, Асума похлопал Обито по плечу. — В смысле? — просил тот. — Ну ты вот с нами не тусуешься и не знаешь, а ведь девушка только у меня есть. И меня парни постоянно подкалывают от зависти. Но когда нас двое, это уже не так-то просто! — Да мы так, просто погулять пошли, ничего такого. — Ага, мы с Куренай тоже поначалу просто погулять пошли. А вон она идёт, кстати. В общем, что я тебе скажу насчёт девушек: с ними главное… Что же главное, Какаши не расслышал, так как подошла его очередь делать заказ. Но как же интересно было узнать! Он подумал, что не может признаться, что подслушал, а значит нечего и пытаться вызнать, но вскоре не выдержал. — А о чём вы говорили с твоим приятелем? — спросил он, как только уселся за столик. — Что главное с девушками? — Что? — Обито выглядел удивлённым. — Откуда ты знаешь? — Услышала, — Какаши пожал плечами. — А последние слова — нет. — Ты разве не знаешь, что подслушивать нехорошо? — фыркнул Обито, снимая вишенку с куска торта. Вот как он ест эти свои пирожные, понятно, понятно. — Я что, виновата, что было слышно? — Какаши развёл руками. — Так что? Что главное с девушками? — Не скажу, — Обито улыбнулся как-то хитро и открыто одновременно. — Это слишком пошло. Хорошо, что Какаши ничего не ел, иначе он бы поперхнулся насмерть. Что-что этот Учиха сейчас сказанул? — Да я знаешь, какая пошлая, — произнёс он, наклоняясь над столиком и глядя Обито прямо в его бесстыжие глаза. — Серьёзно? — Обито тоже склонился над столиком, приблизившись. — Это как? Какаши на секунду поднял вверх указательный палец, после чего выудил из сумочки кошелёк, стараясь, правда, особо им не светить: мало ли, что ещё заметит этот глазастый Учиха. С размаху шлёпнув на столик нужную плату за почти не тронутые пирожные, он сказал: — Я угощаю. Пойдём! Он ухватил Обито за кончики пальцев и потянул к выходу. Он собирался ответить за свои слова, но пока точно не знал, как. Он и вёл-то Обито куда глаза глядят, остановившись в первом попавшемся безлюдном дворике. Возможно, сюда выходили чьи-нибудь окна, но какая разница? — И? — успел спросить Обито с недоверчивой улыбкой, прежде чем Какаши притянул его к себе. Мелькнула мысль, что Учиха начнёт строить из себя недотрогу и оттолкнёт его. Но этого не случилось, он послушно придвинулся к Какаши, обняв того за плечи, и не сопротивлялся, когда Какаши его поцеловал. А выходной-то удался. Вот знать бы раньше, что всё так хорошо пройдёт, уже давно бы гулял переодетым. Оторвавшись от губ Какаши, Обито стал целовать его шею. Ничего себе он умелый, и где только научился, неужели в своей школе благородных девиц, или где там обучаются все Учихи? Это была последняя саркастичная мысль Какаши, потому что становилось очень уж приятно. Он бы так и продолжал наслаждаться происходящим, если бы в какой-то момент ладонь Обито не заскользила ему под юбку. Кстати, почему юбки можно носить только девушкам? Такая ведь хорошая, функциональная одежда. И тут до Какаши дошло, что его маскировка под угрозой. Он несильно хлопнул Учиху по ладони со словами: «Эй не торопись». Тот послушался, снова целуя Какаши в губы и обнимая чуть крепче. Вот так-то лучше, пусть продолжает гладить его по спине, а то надо же! На вид такой скромняга. И этот скромняга уже опять тянул руки, куда не следует! На этот раз вверх по животу. Этого нельзя было допускать, а то нащупает там лишь полный поролона лифчик, и что тогда… Применив волевое усилие, Какаши слегка отстранился и строго сказал: — Чего это ты руки распустил? — Не понравилось? — с беспокойством спросил Обито. — Ну не на первом же свидании, — фыркнул Какаши и поспешил добавить: — Может, на втором. — А когда второе? — заулыбался Обито. — Завтра? Какаши чуть было не ляпнул: «Да», но вовремя вспомнил, что завтра у него работа. Вот чёрт! И послезавтра… — Завтра и послезавтра родители увозят меня в город, — начал Какаши, наблюдая с ужасом как выражение лица его приятеля меняется сперва на разочарованное, а затем и вовсе на недоверчивое. — Но потом я свободна! Так что встретимся в среду. Там же, где и сегодня, и в то же время. Он дал Учихе поцеловать себя на прощание — надо же, как ему Хару понравилась! — после чего заторопился прочь. Обито порывался его проводить, но Какаши и тут блеснул гениальностью: «Ты что! Нас не должен видеть мой отец!» — шикнул он и был таков. И только позже вспомнил, что так и не узнал, что же такое Асума сказал в кафе, хотя теперь это его не слишком волновало.