Анастасия Ивановна Долохова

На завтраке в большом зале профессора были угрюмы, а за столом Гриффиндора не было Мародёров, что очень радовало Анастасию с Северусом. Гриффиндорцы перешептывались и то и дело косили взгляд то в сторону преподавательского стола, то в сторону Северуса. Как это было принято, по утрам совы разносили корреспонденцию, а перед Северусом и Анастасией в добавлении к газете легли записки с приглашением в кабинет директора. Они переглянулись. — Надо переговорить. — Согласен. — Сразу после завтрака, используем легиллименцию. На этом их мысленный диалог закончился, и они отвернулись друг от друга. После завтрака, как и договаривались, они встретились у выхода из большого зала и стали ждать своих деканов, которые и должны были отвести их к директору. — Привет, Северус. — И вам здравствуйте, мисс Долохова. — Ой да брось, Северус, называй меня по имени. Терпеть не могу вашу официальщину. Я ведь русская, там привычней звать людей по имени, нежели по фамилии, а я от своих привычек отказываться не собираюсь, к тому же, мы ведь не на каком-то светском рауте. — Хорошо, мисс Долохова. — Язва. Ладно, сейчас не до этого. Нас ведь из-за мародёров к директору вызывают. — Точно, небось опять чистенькими из воды выйдут, а нас ещё и накажут. — Ну не скажи, от отката от магии преподаватели их защитить не сумеют, так что пропишутся наши храбрые гриффиндорцы в больничном крыле на несколько месяцев, если не дольше. Да и баллы они с нас снять не смогут. Свидетелем был Хогвартс, а судьёй магия, а это несколько более высшая инстанция. — Ты уверена? — столько скепсиса было в этом вопросе, что его бы хватило на всё чёрное озеро. — Абсолютно. И, Северус, предоставь, пожалуйста, разборки с преподавателями мне, всё-таки я была инициатором ритуала и больше о нём знаю, к тому же нам надо изображать примерных учеников. — Ладно. — было видно, что Северусу не нравится эта затея, он бы и хотел сказать, что справится сам, но прекрасно понимал, что в таком случае эти выскочки опять останутся чистенькими, поэтому скрипя сердце принял помощь. В этот момент как раз подошли декан Слизерина Гораций Слизнорт и декан Когтеврана полугоблин Филиус Флитвик и повели их к директору. По дороге дети ещё несколько раз обменивались многозначительными взглядами, но преподаватели не обращали на это внимания. Их привели к статуе горгульи и Слизнорт сказал пароль: — Лимонные дольки. Горгулья отъехала, пропуская визитеров. Выдержав подъём по крутой извилистой лестнице, дети оказались в кабинете директора. Глаза Альбуса Дамблдора, директора школы чародейства и волшебства Хогвартс, смотрели на них с укором из-за очков половинок. Декан Гриффиндора, Минерва МакГонагалл, стояла у окна, поджав губы. Помимо знакомых преподавателей, в кабинете присутствовали ещё четыре человека, которые сидели в явно трасфигурированных, как подметил опытный глаз Анастасии, креслах. Двое мужчин и двое женщин. Судя по фамильным чертам и фотографиям в книге о самых знаменитых родах Британии, это были Орион и Вальпурга Блек, а также Юфимия и Флимонт Поттеры. Анастасия мысленно вздохнула, что додумалась вчера перед отбоем заскочить в совятню и всё же написать несколько строк родителям Петтигрю и Люпина, а так же Лордам и Леди Поттер и Блек, примерно следующего содержания: Уважаемые Лорд и Леди Блек/Поттер (мистер и миссис Петтигрю/Люпин), прошу прощения, что беспокою вас. Меня зовут Долохова Анастасия Ивановна, я являюсь младшей сестрой графа Долохова, главы рода Долоховых. В данный момент я обучаюсь в Хогвартсе, и там имел место быть неприятный инцидент с вашим сыном. Ваш сын и трое его друзей имели наглость напасть на меня со спины. Вследствие чего мною была инициирована магическая дуэль. Дуэль проходила в формате два на четыре. На моей стороне сражался ученик факультета Слизерин, который вместе со мной подвергся подлому нападению из-за спины. Нашими противниками были, как вы уже поняли ваш сын и его друзья. Свидетелем стали стены Хогвартса, а судьёй была сама магия. Условия дуэли были обговорены заранее и все участники подтвердили своё согласие перед магией. В результате дуэли победу одержали я и мой напарник, а ваш сын и его друзья получили своё заслуженное наказание от магии, и поэтому сейчас находятся в больничном крыле. Директор Дамблдор, вероятно, известит вас завтра о случившемся и пригласит в школу для разбирательств. Я не буду перед вами извиняться, ибо не считаю себя виноватой, а справедливым судьёй выступала магия. Но я считаю своим долгом известить вас о случившемся. С уважением, Долохова Анастасия Ивановна. Если эти древние рода чтут законы магии, то должны понять, что правда в этой ситуации на моей стороне, ибо неизвестно в каком ключе директор преподнесёт им информацию о случившемся со слов Мародёров. — думала Анастасия — Кстати странно, что нет моего брата, да и родителей Петтигрю и Люпина, неужели им не сказали? Нет, на самом деле помимо писем родителям мародёров Анастасия отправила письмо ещё и брату, где подробно расписала сложившуюся ситуацию и предупредила, что справится сама и приходить не обязательно, только если не позовёт директор. И судя по его отсутствию, директор не позвал, хотя должен был, что по мнению Анастасии было нехорошо. К тому же её настораживало, что нет родителей Северуса. — Северус, мой мальчик, Анастасия, девочка моя, проходите, не стесняйтесь, — и Дамблдор указал на пустующие стулья. Преподаватели трансфигурировали себе кресла и разместились внизу, а декан Гриффиндора осталась стоять у окна. — Чаю? — Нет, спасибо, мы только с завтрака. — Ну что ж, тогда давайте перейдём сразу к делу, — резко посерьёзнел директор. — Вчера вечером произошёл неприятный инцидент. Джеймс Поттер был найден подвешенным на рогах, Сириус Блек был найден превращённым в собаку и прикованным цепью к полу, в довершение, на нём был надет трансфигурированный намордник, Ремус Люпин был найден замороженным в лёд, а Питер Петтигрю превращённым в крысу и бегающим в колесе для хомячков. К счастью, дети были расколдованы, хотя над некоторыми заклинаниями пришлось потрудиться даже мне с Минервой, — На этих словах МакГонагалл ещё сильнее поджала губы. — И молодые люди, после снятия заклятий, сообщили, что это с ними сделали вы. — Не отрицаем, — спокойно и даже несколько вальяжно произнесла Анастасия. — Это просто вопиющее нарушение дисциплины! — взревела МакГонагалл, — Альбус, мы должны немедленно их наказать!  — Что ж, мальчики были оставлены в лазарете, под присмотром мадам Помфри, а вас, молодые люди, я вынужден буду наказать, — Северус напрягся, а вот Анастасия оставалась спокойной как удав, — и снять баллы. — дети молчали, но во взгляде Анастасии читалось «Ну давайте, попробуйте» — За причинение сильного телесного и морального вреда я снимаю с факультета Слизерин …кх-кх … снимаю с факультета Слизерин…снимаю… — Северус мельком взглянул на Анастасию, а потом с интересом уставился на Дамблдора. — Да что вы медлите, Альбус, — Вмешалась МакГонагалл. — За причинение тяжкого вреда студентам моего факультета я снимаю с вас, мисс Долохова…кх-кх…снимаю… Но ни Дамблдор, ни Минерва так и не могли произнести количество снятых баллов. Остальные деканы смотрели с недоумением, а вот аристократы, кажется, уже начали понимать в чём дело, поэтому тоже стали с интересом смотреть на разворачивающееся представление. — Альбус, что происходит? — не выдержал и поинтересовался декан Когтеврана. — Не знаю, Филиус… — Профессор, позвольте я объясню, — вмешалась Анастасия, получив одобрительный кивок, она продолжила. — Дело в том, что судьёй нашего конфликта с Мародёрами была сама магия, и она уже вынесла своё решение по нам всем, поэтому-то вы и не можете вынести своё наказание. Она ещё хотела добавить, что, мол, полномочия не те, или так, росточком не вышли, но сочла, что это могут принять за оскорбление, а сейчас не та ситуация, чтобы так нарываться, поэтому решила промолчать. Но похоже, её мысли смог уловить Северус или подумать о том же, потому что в его глазах теперь плясали смешинки. — Вот как, — пожевал свою бороду Дамблдор и замолчал. МакГонагалл видно пыталась что-то сказать, но не могла подобрать слов. В общем, пока директор и профессора переваривали новость о том, что они, оказывается, ничего не могут сделать, дело в свои руки решили взять родители. — Кхм-кхм, — откашлялся Орион Блек, — Молодые люди, может вы всё-таки поведаете нам, что случилось? — Конечно. И Анастасия всё рассказала: и о нападении четыре на одного со спины, и о причине, и о нападении со спины на неё, и о том, что была магическая дуэль, условия она правда временно умолчала, и о их победе, и о принятии клятв магией, а свою речь она завершила: — И чтобы ни у кого из присутствующих не возникло сомнений, в моих словах. Клянусь своей магией, что всё сказанное мной правда и ничего кроме правды! Люмос — загорелся голубой огонёк, — Нокс. — Что ж, однако не ожидал я такого от своего сына, — задумчиво произнёс Лорд Поттер. — А Вы, оказывается, очень храбрая юная леди, мисс. И Вы, молодой человек, тоже не промах. — Благодарю. — Благодарю. — И правда, победить в честной дуэли противника в два раза превосходящего… Но не успел Лорд Блэк договорить, как в камине взметнулось пламя, и из него показалось лицо мадам Помфри. — Альбус, вы срочно нужны в лазарете, это касается Блека, Поттера, Люпина и Петтигрю. — Мы сейчас будем. После слов мадам Помфри все взрослые напряглись. — Мистер Снейп, мисс Долохова, ждите здесь и ничего не трогайте, мы сейчас вернёмся. — Хорошо профессор, — ответили Анастасия и Северус хором. После чего директор кинул летучий порошок в камин и отправился в больничное крыло, за ним последовали и остальные. Анастасия с Северусом стали с интересом рассматривать приборы, находившиеся в директорском кабинете, разговаривать при портретах они сочли неразумным, всё равно ведь доложат директору. Через какое-то в время в кабинет вернулись взрослые, все очень бледные. — Мисс Долохова, Мистер Снейп, — начал директор, — скажите честно, вы знаете что сейчас происходит с мистером Поттером, мистером Блеком, мистером Петтигрю и мистером Люпином? — Да, — не видела смысла отпираться Анастасия, её тут же прожгли яростным взглядом четыре пары глаз. — И вы знаете, как можно им помочь? — Это невозможно, директор, и не смотрите на меня так, это наказание от самой магии. В условиях дуэли было обговорено, что если они проиграют, то в десятикратном размере испытают то, что испытывали жертвы их «розыгрышей». И видимо сейчас его и получают. — Но как же, — пыталась подобрать слова МакГонгалл. — Они сами на это согласились, — всё-таки не удержался и влез Северус. Теперь гневные взгляды прожигали и его. — Что ж, должен признать, возможно это сделает моего глупого сына чуточку умнее, — произнёс Орион Блек, удерживая разгневанную Вальпургу, но тепла в его взгляде по отношению к Северусу и Анастасии это не добавило. — Молодые люди, — вмешалась всё же в разговор Юфимия Поттер, — что требовали в случае поражения мой сын с друзьями, раз получают такой откат? — Конечно, — ядовито ответил Северус, — мистер Поттер и Блек требовали, чтобы в случае поражения мы стали их рабами до конца обучения в Хогвартсе. — выплюнул он. — Это абсолютная правда, — добавила Анастасия. После сказанных ими слов повисла тишина. Все были в шоке. — Погодите-погодите, — пришла в себя Вальпурга. Иными словами, хотите сказать, что мой сын со своими друзьями, хотел, чтобы, вы, чистокровная леди и сестра главы рода, стали рабом? Анастасии очень не понравилось, что аристократка опустила имя Северуса, но она решила промолчать. — Но, девочка моя, — вмешался директор, — этого просто не может быть. — Мы не врём директор, к тому же такая участь ждала бы не только меня, но и Северуса. Если не верите, мы можем поклясться магией. — Не надо мисс, мы вам верим. — ответил Флимонт. — Но это же оскорбление рода! — отмерла Юфимия, — Сказать такое чистокровной ведьме, сестре главы рода, — то, что род тёмный, она благополучно умолчала, незачем нервировать директора, Поттеры на самом деле тоже тёмный род, всё-таки у них в предках некроманты Певереллы, и то, что все об этом забыли, им только в плюс. — Какой позор! И это из уст наследника! О ужас! — Да, мальчики, можно сказать, легко отделались, — сказал Орион Блек, — если всё происходило именно так, то, боюсь, это уже мы должны просить прощения. — Не стоит, — ответила Анастасия, — магия уже нас рассудила. Радовало уже то, что обвинять детей никто из аристократов не спешил, прекрасно понимали, что их отпрыски сами нарвались. Возможно, это и правда послужит им уроком. — Извините, профессор, но раз мы всё обсудили, можем ли мы идти на занятия? Да и деканы наши теперь наверняка опаздывают в свои классы. — Да-да, конечно, — немного рассеяно ответил директор, — но я надеюсь, что впредь больше не будет подобных случаев. — Не мы это начали директор, до свидания. — До свидания, — попрощался Северус. И они вместе с Анастасией выскользнули за дверь. — Ну вот видишь, что я говорила, всё же хорошо. — Да, — немного шокировано кивнул Северус. — Меня другое напрягает: почему не вызвали твоих родителей и моего брата. — Директор всегда потворствует гриффиндорцам, в этом нет ничего удивительного. — Дааа??? Я запомню. Анастасия, конечно, могла бы, ещё в кабинете директора возмутиться, почему нет родственников с их с Северусом стороны, и потребовать их присутствия, но она поостереглась, что в таком случае, у директора на неё точно будет зуб, чего бы не хотелось. К тому же она ведь обещала брату справиться сама, а обещания надо сдерживать.